Глава 18

Самолет поднимался в небо, держал курс на солнце и море, а у меня на сердце метель вьюжила, и на душе кошки скребли. Оставила маму и дочку одних, да мало ли что случится? А меня рядом нет. В очередной раз тяжело вздохнула, поерзав на сиденье. В груди все сильнее разгоралось острое чувство сожаления. - Не могу, покоя нет, - выдохнула, натянуто улыбнувшись. Мы сидели в бизнес-классе и Александр расслаблено попивал коньяк. – Зря я тебя послушала. Мама там, дочка! Он с шумом выдохнул. - Арина, ведешь себя как вредная сварливая жена! Я бросила на него смущенный взгляд. - Успокойся. Они взрослые девочки, все с ними будет хорошо. Отдохнешь немного. Там море, уже тепло. Я сам немного в дискомфорте, столько лет там не был. Тебя взял для успокоения, так сказать, а ты тоже мне голову делаешь. - Извини, - выдохнула. – Просто я первый раз из дома так надолго, да еще и улетаю. - Все будет нормально. – Его ладонь устроилась на моем колене. И я постаралась расслабиться. *** От Новороссийска на арендованной машине класса люкс едем до села Широкая балка, что расположилось всего в десяти километрах от города, между двумя горами Мысхако и Острая, что опустили свои подножия в черное море. Здесь в неглубокой балке, несёт свои чистые воды горная речушка Чухабль, изредка показывая свой бурный нрав и снося всё на своём пути. Александр вкратце рассказывает мне об истории этого поселка. Хотя он и называется селом, на самом деле это урочище, которое всегда было и остается местом отдыха, а не постоянного проживания. Вся балка, уходящая вверх к Новороссийску, по обоим берегам реки застроена дачами. А территория, прилегающая к береговой линии моря, занята санаториями, пансионатами, гостиницами и базами отдыха. Однако, несмотря на это, Широкая Балка считается одним из самых экологически чистых участков черноморского побережья. Здесь обитает множество животных и растений, занесенных в Красную книгу. Все вокруг наполнено хвойной растительностью и ароматными травами, а отсутствие холодных зимних ветров и изнуряющей летней жары еще один несомненный плюс. - Вырос у моря, прикольно, - выдыхаю, поджимая губы. Беру телефон и с удивлением выгибаю брови, когда вижу, что население местных жителей там всего чуть больше ста человек. - Сто человек? – переспрашиваю. – Серьезно? Ты куда меня везешь? Он усмехается, держа одной рукой руль, а вторую высунув в открытое окно. - Самому интересно – что там, да как. Прямо в груди от ностальгии щемит. Смотрю на него с улыбкой. Он сейчас такой…другой. Спокойный, чуть отстраненный, задумчивый. От динамичной натуры и властного нрава не осталось и следа. - Еще тут написано, что вокруг поселка горные склоны, поэтому здесь случаются селевые сходы и наводнения. Пляжи Широкой Балки протянулись на несколько километров, над многими участками нависают обрывы и скалы. - Так и есть! И скоро ты сама в этом убедишься. Подъезжаем уже! Дорога становится все уже, чуть уходим левее, а по правую сторону вижу бескрайнее море. Впервые в жизни! И у меня дух захватывает от такой красоты! - Море! – выдыхаю, выпрямляясь и прилипая к окну. – Боже, какое оно красивое! Саша, ты видишь? Он смеется, кивая. А я точно дикий зверь пищу от восторга. Единственная узкая улица вдоль набережной предназначена только для проезда к жилью и для маршрутного транспорта, и мы бросаем автомобиль на бесплатной парковке. Здесь, на небольшом пяточке притаился магазинчик с кусачими ценами и кафе-закусочная. Заходим в него и Александр покупает мне булочку и сок, а себе бутылку воды. - Можно к морю спуститься, до него метров сто, - говорит, делая несколько жадных глотков. На улице градусов двадцать пять и несмотря на опускающийся вечер, от закатного солнца очень даже жарко. Соглашаюсь на его предложение – хочется и море увидеть и пройтись немного, размяться. Взявшись как влюбленные за руки, идем к пляжу. Склон очень крутой, а тропинка узкая и каменистая и он крепко держит меня за руку. И мне кажется, что тем самым он словно оттягивает поход к дому, в котором прошло его детство. Пляж устилает крупная чистая галька, блестящая в лучах южного солнца. Она шумит под ногами, хрустит, а морские волны накатывают на пляж, лижут наши ноги. Делаю пару снимков на память и пишу маме смску, на что получаю ответ, что они в гостях у Паулины и все прекрасно. Успокаиваюсь. Оборачиваюсь и смотрю на Александра, который стоит у кромки воды и смотрит вдаль. С полчаса гуляем по узкой полосе пляжа, а потом возвращаемся к машине. Он готов встретиться с прошлым. - Завтра с утра заплыв? – он усмехается. Щурится на солнце, смотря на меня, пока идем с вещами по узкой пешеходной дорожке вдоль деревьев и кустов. - Вода еще не прогрелась, - говорю со знанием дела. Я успела ее потрогать рукой, и она мне показалась прилично холодной. – Пожалуй, я пас. - Ты же сама говорила, что ни разу не купалась в море? – хмыкает. - Верно. – Подтверждаю свои слова. – Но…а ты что, будешь плавать? - Конечно! – выпаливает храбро. Расправляет плечи. – Я все детство это делал. И в холод, и в зной. Здесь почти на всем побережье вход в воду первые два метра пологий, а затем быстро набирает глубину и через метров так пять – дно уже ногами не достать. Не очень удобно, но зато вода самая чистая на всём Черноморском побережье. Здесь нет водорослей, ила и песка, а из-за того, что село практически не жилое, в воду ничего не сливается. И бухт здесь нет, вода постоянно обновляется, да и сама акватория Новороссийского порта находится на приличном расстоянии. Сказка в общем, а не место! Киваю, соглашаясь. Вокруг так красиво, что у меня снова захватывает дух. Поднимаемся чуть в гору, с отвесной скалы внизине раскинулось бескрайнее море. - А мы правильно идем? – спрашиваю, усмехнувшись, потому что все приличные постройки остались на побережье. Вокруг первозданная природа и только. - Правильно, - кивает. – Есть конечно более официальная дорога, на машине в объезд проехать можно было, но я тебя веду самыми потаёнными и секретными тропами. - В детстве по ним гонял? – улыбаюсь, чуть крепче сжимая его руку. - Так точно, - смеется и вздыхает. – Зря я так долго сюда не приезжал. Останавливается. Пьем воду, смотрим на море внизу. - Все некогда было, карьера, дела. Думал всегда успеется, не к спеху же. А оказывается, не успел. Как хорошо мне сейчас, Арина! – снова вдыхает полной грудью хвойно-морской воздух и качает головой. – Ты даже представить себе, наверное, не можешь! Смотрю на него и разделяю каждое его впечатление, проживаю каждую эмоцию. Он сейчас словно мальчишка, словно молодой парень, из той своей беззаботной юности. Поддаюсь порыву и протягиваю к нему руку, убираю чуть влажные волосы со лба. Мне безумно сильно хочется его поцеловать, но я стесняюсь. Стесняюсь и боюсь нарушить его идиллию. Он в моменте, когда прошлое вернулось и сплелось с настоящим. Не хочу ему мешать. Александр выдыхает, переводя взгляд со скалистого берега на меня. Смотрит, улыбаясь уголками губ и в уголках глаз его собираются маленькие морщинки. - Первая влюбленность, детская, наивная, тоже здесь была. – Говорит вдруг. Моргаю растеряно, польщённая его доверием. - И она была такой классной девчонкой. На тебя похожа. - Серьезно? – смеюсь, выгибая брови. - Ага. Такая же мелкая и светленькая. Даже черты лица похожи. - М-м, - тяну, и не могу стереть с лица улыбку. Хочется сказать ему что он вообще словно сошел с полотна моего воображения – красивый, серьезный, сильный и еще миллион классных качеств, но прикусываю язык, потому что все это будет смахивать на завуалированное признание в любви. А мы здесь не для этого собрались. Словно прочитав мои мысли, он усмехается и кивает на дорожку, что выныривает из кустов и тянется теперь по самой кромке обрыва. Даже страшно становится. Ступаю аккуратно вслед за ним. Ветви деревьев и кустарников то и дело хватают меня то за шею, то за руки, и я цепляюсь в ответ, потому что оступиться и слететь со склона – приятного мало. Спустя еще пять минут, деревья чуть расступаются, и я вижу несколько домов. Стареньких и низеньких, но точно не заброшенных. У ворот каждого из них стоит какая-то техника – у кого-то мопед или велик, у кого-то автомобиль. Идем по не заасфальтированной улице, и я словно переношусь в прошлое, в котором не жила, а видела только на картинках советских журналов, которые собирал мой папа. У нас вся дача ими завалена. Кручу головой по сторонам. Потрясающе колоритное и атмосферное место! В низине у самого обрыва раскинулось море, за домами густой лес. Узкая автомобильная дорога ведет к серпантину и в цивилизацию, а тут все словно застыло во времени. Проходим двухэтажный деревяный дом, выбеленный в бело-голубой цвет с резными ставнями и петушком на карнизе крыльца. Он слева. По правую же руку одноэтажный деревяный дом с чуть покосившейся дверью и завалившимся забором. Следом чередуются такие же дома – ухоженный дом и следом почти обветшалый. Всего их чуть больше чертовой дюжины. Я все жду что Саша остановится и скажет – вот этот дом, но он молчит. Доходим так почти до конца улицы и у деревяного дома с резным палисадником, он наконец тормозит. Смотрит на его окна и грустно улыбается. Пришли – понимаю и жадно окидываю взглядом владения. Дом маленький, а двор большой. Забор из зеленого штакетника завалился и обветшал, а краска выгорела на солнце. В саду растут сорняки, бушует зеленью трава и кое-где блестят яркими кляксами цветы многолетки. - Твой? – спрашиваю, чтобы убедиться. - Мой, - кивает. – Сейчас документы и ключи привезут. Юрист. Я их еще так и не забирал. Садимся на лавочку у калитки. Он подкуривает, а я вытягиваю гудящие от ходьбы ноги и смотрю на ярко оранжевый закат. Из его кожаной сумки-чемодана вываливаются мелкие вещи, когда он достаёт портативную зарядку на телефон и соблазнительно торчит какая-то бутылочка из темного стекла. - Вино будешь? – Саша усмехается, выхватывая ее. За его спиной уже клубится белесый туман, а на поселок стремительно опускается вечер. Темнеет на глазах! - С собой вез? – удивляюсь. Смеюсь обескуражено. Да нет же, на него это так не похоже! - Я дурачок по-твоему? – он тоже заливается смехом, чуть запрокидывая голову, садится на корточки напротив меня. – Ну спасибо, милая леди. Оценила. - Ага, по достоинству! – смеюсь. Он открывает бутылку штопором, который достает из рюкзака. Моему удивлению нет предела. - Купил на заправке, пока ты ручки мыть бегала. - А-а, точно, заезжали же в магазин. – Припоминаю я. - Но учти: стаканов нет и бокалов тем более. Забыл про них. Так что, пьем с горла! – говорит громко и театрально и первый делает глоток, поднимаясь на ноги. Протягивает мне, и я пробую: вино вкусное и я пью еще и еще, а он громко смеется. - А вечер будет приятным! – заявляю, облизывая губы. В голове тут же шумит, а по телу прокатывает волна приятного трепета. – Вангую! Александр вновь взрывается хохотом и вдруг притягивает меня к себе. У этого поцелуя вкус надежды. Морской соли и терпкого виноградного вина.