Анастасия Леманн, Виктория Троянская Его искушение. Его Девочка (Стокгольмский синдром) · Глава 37

Глава 37

– Мне плохо, – прошептала я, чувствуя как сознание ускользает.

Мой организм был еще слишком слаб даже в принципе для того, чтобы подняться, а тут я устроила ему такое горячее приключение. Кроме того, повязка на травмированной руке намокла и отяжелела, что неприятно тянуло кожу. Если Вампир не наложил мне швы, то скорее всего ранки опять открылись.

– Чшшш, – прошипел мужчина над моим ухом. – Я позабочусь о тебе. Не бойся. Больше я не сделаю тебе больно. Точнее… я очень постараюсь больше не делать тебе больно.

Очень постарается? Он говорил так, словно это от него не зависит. Хотя, возможно, так и есть. Наверное, когда он снова превращается в маньяка он и вправду себя не может контролировать. Как же хотелось его обо всем расспросить! Но получится ли у меня? Прямо сейчас у меня не получается даже стоять без помощи этого мужчины.

– Тебе лучше? – спросил Вампир и я поняла, что он умывает меня прохладной водой.

Телом я совсем не чувствовала холод – я снова как будто стала ватной, но кожей лица я все-таки ощутила это.

– Не знаю… – честно призналась я. – Темно… Как будто еще темнее стало.

– Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось, – он снова прижал меня к себе, больше не пытаясь использовать холодную воду. – Просто будь со мной.

У меня не было сил ответить. Голова жутко кружилась. Я как смогла обняла мужчину за шею и практически повисла на нем. Он же крепко прижал меня одной рукой, пока второй гладил по волосам.

– Только не уходи, – шептал он как молитву. – Я прошу тебя только об одном: не уходи.

Я понимала что сейчас, возможно, все разрушу, но все же спросила:

– Что с вами происходит? Почему Вы были таким?

– Ты никогда этого не поймешь, – отрезал он, но не потому, что разозлился на мои слова. Он просто не хотел говорить о чем-то другом, кроме своей просьбы. – Ты главное, останься. Все остальное неважно.

– Когда Вы снова станете тем, кем были до этого? – прямо спросила я. – Я не хочу умереть от твоих рук.

Я сделала паузу, тщательно анализируя насколько переход на «ты» разозлит мужчину. Но он, казалось, этого даже не заметил, он бережно мыл меня и думал о своем.

– Ты не умрешь, – твердо ответил он. – Я уже дал тебе обещание. Тебе больше ничто не угрожает.

– Меня ищут, – я не понимала откуда берется смелость в моем ослабшем теле. – Что случится, если все-таки найдут? Что ты сделаешь со мной? А с тем, кто за мной придет?

– Ничего, – пустым голосом ответил он. – Обещаю.

– Что ты сейчас чувствуешь? – продолжала я. У меня было ощущение, что это я сейчас вампир, а не он. Только я забираю не его кровь, а его силу. Я задавала ему вопрос за вопросом и наполнялась энергией, а мужчина, наоборот, как будто все больше уходил в себя.

– Пустоту, – ответил он. – Я не знаю как справиться…

– Расскажи мне все, – попросила я, прижимаясь к нему всем телом. – Я хочу тебя выслушать. Я хочу попробовать хоть немного понять тебя.

– Ты никогда этого…

– Ты уже это говорил, – перебила я. – Не решай за меня. Дай мне попробовать. Мне это очень важно.

– Почему важно? – он поднял мое лицо, хотя мало что мог понять по нему в темноте.

– Я с самого начала видела, что ты умный человек, – слова шли мне в голову сейчас очень легко. – Даже в том состоянии и под маской я видела твои глаза. Они не были затуманены даже идеей. Я не могу видеть твои глаза сейчас, но я чувствую что тебе больно. У меня нет ни опыта, ни даже идеи, как мне нужно с тобой говорить, но я хочу с тобой говорить. Ты мне искренне интересен.

– Ты врешь, – без всякого намека на обиду сказал он. – Ты просто хочешь заговорить мне зубы и сбежать.

– Это ты себе врешь, – мое сердце билось как сумасшедшее от страха за свою смелость, но я продолжала свои расспросы. – Разве в твоей обычной жизни нет людей, которым интересно с тобой общаться?

– Никто не знает меня настоящего, – ответил он, закончив с мытьем.

Он выключил воду и осторожно подхватил меня на руки.

– Я хочу узнать, – твердо сообщила я, еще сильнее прижимаясь к его груди. Мне стало холодно после душа.

Мужчина замолчал. Он наощупь нашел полотенце и вытер меня. Затем надел на меня футболку и повязку на глаза.

– Что мне сделать, чтобы ты ответил? – прямо спросила я.

Я понимала, что мне нужно доказать свою преданность и искренность. Конечно, можно дальше его убеждать словами – неизвестно сколько времени это займет, но в случае с этим человеком есть более короткий путь. Это грубый секс. Сейчас мне показалось, что это единственное, что вновь пробудит его. И пробудит на более длительный срок. Я уже готова была принять его условие, но Вампир ничего не назначал.

– В качестве кого ты хочешь меня оставить? – снова спросила я. – Молчаливой игрушки?

– Да, – просто ответил он, не пытаясь меня оскорбить.

– И ты не хочешь, чтобы я отвечала тебе взаимностью? Чтобы сама проявляла интерес? Чтобы, возможно, разделила с тобой какой-то этап пути?

– Какой этап? – теперь в его голосе послышались легкие нотки удивления.

– Я могу стать для тебя больше, чем игрушкой, – я все еще крепко обнимала его за шею. – Я могу стать твоим собеседником и… другом.

Я сама ужаснулась тому, что я сейчас сказала. Стать другом для серийного убийцы? Интересно, и какие темы мы бы с ним обсуждали? Как он изнасиловал и растерзал очередную несчастную жертву, у которой вся жизнь была впереди? Не слишком ли тяжелую ношу я только что на себя взвалила?

И сколько я собираюсь быть таким другом по времени? Сколько еще я не увижусь со своими родными? Сколько не буду выходить на свежий воздух? Сколько буду ходить с повязкой на глазах? И какой ценой мне обойдется такая дружба? Может ценой жизни?

– Тебе нужно поесть, – он сказал это таким обыденным тоном, словно до этого мы обсуждали нечто такое же повседневное.

Однако сразу после этого мужчина снова обнял меня и прижал к себе. Я поняла, что нужно немного подождать. Что он сам должен решиться на откровение. А для этого ему просто нужно привыкнуть к этой мысли.

Но у меня получится!