Глава 86. Кто хочет побывать в раю?

— Кто здесь хозяин? — раздается с улицы.

Я подхватываюсь, выглядываю в кухонное окно.

Ванну привезли! Наконец-то!

Я долго выбирала ее по каталогам. Белоснежная, большая, она будет стоять посреди ванной комнаты, как было когда-то на самом деле — я видела это на старых фото в архивах.

Ванна дорого мне обошлась — в самом прямом смысле слова. Чтобы ее заказать, я продала машину. Гоняю теперь на велике — как настоящая деревенская жительница. Благо здесь все под рукой.

Расписываюсь в документах, которые дал мне водитель. Даник с ребятами вытаскивают ванну из грузовика, затягивают в дом. Даник закрывает перед моим носом дверь, будто перед родственником пациента, которого увозят в операционную.

Я по-настоящему волнуюсь. Ванная — это очень важно. Лично для меня — это самое важное место в доме.

Ванная комната в усадьбе — просторная, светлая. Плитка уже полностью новая, все трубы заменены, установлена новая сантехника, в мансардном окне — деревянный стеклопакет. Осталось только установить ванну.

Я как представлю себя в ней, в пене… Обожаю нежиться в теплой воде… Раньше здесь был только советский душ.

Парни копаются там часов шесть. Я переделала всю работу по дому, то и дело подходя к ванной и прислоняясь ухом к двери.

— Ну все, хозяйка, принимай работу, — наконец, говорит Даник.

Я вхожу в ванную — и едва не пишу от восторга. Ладно: я пищу от восторга. Потому что иначе никак — я даже на фото в журналах такой красоты не видела!

Выгоняю всех за дверь и принимаю работу профессионально: наполняю ванну, заливаю пену с запахом лаванды. Раздеваюсь и погружаюсь до подбородка в это щекотное нежное облако, под которым теплая, почти горячая, вода — идеально.

Как же мне хорошо!.. Свет через мансардное окно падает на пену у моих ног, она искрится, как утренняя роса на траве. У меня снова возникает чувство, что я хочу остаться в этой усадьбе, но я сдерживаю этот порыв. Не стоит принимать судьбоносное решение в ванне.

Отмокнув до легкого головокружения, я намазываюсь кремами — вожусь так долго, что, когда, наконец, снимаю чалму из полотенца, волосы только слегка влажные.

Выхожу на улицу. Свежо, легко! Небо голубее.

— Эй, ребята! Ванная свободна. Кто хочет побывать в раю? Вы заслужили!

Я предлагаю искренне, но, возможно, им неловко… Все молчат. Только Даник обводит приятелей взглядом и соглашается на рай.

Он уходит. Я стою на крыльце, босиком на теплых досках. Свежий ветер трогает тяжелые влажные пряди. Пахнет осенью и свежеспиленным деревом — заканчивают установку ставен. Щурю один глаз от золотистого солнца. Как же хорошо… Это даже лучше, чем хорошо. Глубоко, медленно вдыхаю пьянящий воздух, чтобы он полностью заполнил легкие…

“Даник же без полотенца!” — некстати думаю я.

Роюсь в комоде спальни, стучусь в ванную.

— Даник, я полотенце принесла, оставлю под дверью.

Кладу полотенце, разворачиваюсь, чтобы уйти. Но останавливаюсь.

Даник мне не ответил. Ерунда, конечно… Но ведь вода не шумит, мой голос он точно слышит.

— Полотенце под дверью, — громче повторяю я. — Слышишь?

Молчит.

Холодок проскальзывает в солнечном сплетении, но я не даю ему окрепнуть — тяну за ручку двери, и она распахивается.