Глава 11

Геннадий выглядел безумцем. Помешанным, одержимым мужчиной... А я же сжалась, перестав дышать. Страх сковал все мои жилы, заставив спину вытянуть в струну. Стараясь отклониться назад, была на грани. Он же все еще сжимал мою шею, не сильно, но пугающе страшно...

Я похожа на его бывшую жену, ту самую, которая беременная ушла от него к другому. Сколько ж ненависти должно быть в нем к этой женщине... Могу, разумеется, осудить его, но все же пойму всю ту страсть и боль. Она изрезала его сердце в тонкие ленточки, не оставив и шанса на то, что он сможет снова довериться другой.

И я очень похожа на нее... Может, характеры у нас разные, зато внешность... Внешность почти одна. И молю Бога, чтобы всю чашу ненависти он не выплеснул на меня!

Положив голову мне на колени, Гена отпустил мою шею и... заплакал... Глядя на него расширенными глазами, не верила в происходящее. Пять минут назад он был королем мира, тем, кто управляет жизнями людей. А сейчас... сейчас он как побитый пес прижался к хозяйке, чтобы она его утешила.

Говорить я не смела, боялась вызвать гнев или убить момент. Может, именно сейчас он мне раскроется. Может, будет в силах мне довериться... Потому что то, что было до, это какая-то казуистика.

Резко подняв голов с моих колен, Геннадий уже не выглядел таким трогательным. Он позволил себе расслабиться на несколько секунд, которые для меня растянулись в минуты. А теперь он снова в своей шкуре, снова надел маску безразличия и высокомерия.

— Короче, будешь делать так. Ты переспишь с Васильевым и его шальной бабой. А потом ты должна втереться ему в доверие. Не может быть, чтобы он не помнил Яну! Не может этого быть! Она редкая женщина. Такая, какую запоминают на всю жизнь.

Эх, Гена, Гена... Это для тебя Яна редкая и запоминающаяся. Для Васильева она проходной вариант. Ни в одном его глазу я не заметила даже легкого намека эмоций, не узнал он меня.

Он и не должен помнить всех своих женщин. Как и ты, этот кобель перепробовал уже за сотню, как мне кажется. А может и еще больше. Помнить лицо каждой он вряд ли будет. В лучшем случае тех, кто как-то отличился.

— И что дальше? — еле выдавила из себя.

Я сюда направлялась с одной целью. Послать этого заносчивого себялюбивца куда подальше. И что в итоге? Он снова руководит, да и приказывает делать то, чего я не просто не хочу, чего не буду делать! За кого меня держит? Даже не за шлюху. За вещь! У шлюхи, наверное, хоть спрашивают — согласна или нет. А у вещи разве спрашивают?! То-то и оно!

— Что дальше? — повторил мой вопрос.

— Ну пересплю я с этими двумя, что дальше? Сама должна развести его на разговор? Мол, а ты помнишь, у тебя была девушка, на меня очень похожая. Где она? Так я должна к нему подкатить? — вскинула бровью.

Да... Гена! План у тебя паршивый. Точнее его вообще нет. Как же ты стал таким крутым и баснословно богатым, раз действуешь наобум?! 18 лет мечешься в поисках любимой жены и не находишь ни одного упоминания о ней. А не думал ли ты, что люди, которых ты ранее подключал в поиски, просто не говорили тебе какую-то очень плачевную правду?! Может, эта дама уже пятый раз выходит замуж, влюбляясь в нового ухажера пуще прежнего. А ты, бедный, сохнешь, не забывая попутно портить жизнь другим людям.

В голове был рой упреков. Но я молчала. Он конечно может казаться таким чувствительным и человечным, но это только редкие вспышки. Читала я про него... Было несколько журналистов еще в славные и добрые времена, когда в России была журналистика, как они проводили разоблачительные расследования. И все... Все они уже мертвы!

Кто заказчик, мне очевидно! Но это было не очевидно веренице следователей, которые так и не нашли цепочку.

Серебряков не тот человек, в которого я бы позволила себе влюбиться. Я девушка приличная, мне не пристало ни то, что встречаться, но и просто дружески общаться с такого рода людьми. Он натуральный злодей, который спустя много лет после своих бесчинств решил вести более или менее праведный образ жизни. Нет, я не судья, но и не мать Тереза и тем более не святой самаритянин.

— А там как пойдет! — не слишком быстро нашел он ответ на поставленный мною ранее вопрос.

— Как пойдет? То есть ты подложил под Васильева жену, а теперь и меня хочешь подложить? — спросив это, сразу же прикусила свой длинный язык.

Вот дура! Говорю с отбитым на голову мужиком в таком ракурсе. Будет совсем не удивительно, если он решит мне пересчитать пару зубов... Нервно сглотнув, смотрела в его глаза, такие безумно красивые и жутко злые. А потом мой взгляд упал на его руки, которые, видно, прям чесались показать нерадивой девице свое место, которое он видит в своей негласной иерархии.

Но Гена молчал, а потом резко потянул меня за ноги, задирая ляжки себе на бедра.

— Умная шибко? — склонился надо мной, поднимая юбку и оголяя промежность.

Шок выбил почву из-под моих ног, я ошарашенно смотрела на него, все еще надеясь, что он шутит... Но он не шутил! Этот подонок действительно собрался меня трахнуть в своем же кабинете.

Расстегнув молнию джинсов, освободил свой фаллос, направленный на меня. Вжавшись в кресло, не знала, куда мне деться. Серебряков слишком плотно держал, не позволяя ни на миллиметр сдвинуться.

— Пусти! — где-то из глубины подсознания смогла хриплым голосом завопить.

Но то был не крик, то был писк мыши. Он и не услышал меня... Отпустив на секунду одну мою ноги, потянулся за шелестящей упаковкой презервативов в кармане. Открыв ее зубами, достал одной рукой резинку и быстро натянул на член, размеры которого поражали.

Хотя, быть может, это мой страх увеличивал все... Говорят же, у страха глаза велики!

Отодвинув трусики, нацелил свое орудие в меня и, на секунду бросив в мои глаза взгляд, вошел... Я вскрикнула от шока, неожиданности и... удовольствия. Какой кошмар, никогда не думала, что могу наслаждаться тем, как меня берут в кабинете шефа без данного на то моего согласия. Но я, дура такая, кайфовала... Каждое его движение приносило немыслимую усладу, унося в нирвану. В этом мире были только мы двое... Я и Он!

Заходя по самые яйца, совсем не нежничал. Я же стонала от восторга, обхватив его ногами. Серебряков потянулся рукой к моему животу, который, казалось, даже немного вздымался, когда он проникал в меня. Лаская мою талию, потянул руку выше... К моей груди. Вторгаясь в бюстгальтер, сжимая то одну, то другую грудь, попутно лапал соски. Его движения приносили мне какой-то неведомый ранее эротический восторг. Ни разу я не получала такого космического удовольствия от секса с мужчиной. Всегда это было что-то более похожее на серую блеклость, на день сурка с одними и теми же механическими движениями без какой-то толики гормонов. Но не сегодня! Сегодня во мне проснулась женщина! Страстная, желанная и голодная до мужской грубой ласки...

Отпустив мою грудь, Серебряков посмотрел в глаза, а потом засунул два пальца мне в рот, не останавливая натиск там... внизу... Каждая клеточка моего тела вопила от удовольствия. Слезы накрывали глаза. Мне хотелось закричать, что я влюбилась и готова трахаться с ним там, где он пожелает. Я хотела заорать, что он мужчина, от которого сносит крышу, что я готова быть его «ручной» шлюшкой во всех его самых смелых фантазия...

Проклиная себя за то, что почти не в силах себя сдержать, схватила руками за его тренированные ягодицы, вонзая в них ногти и ускоряя темп. Не понимая, что вообще происходит, разразилась оргазмом, глядя в его дьявольски сексуальные голубые глаза. Геннадий же, не замедляя темпа, прищурился, и, наблюдая мои «конвульсии», как только я стала «стихать», резко остановился. Достав член, снял с него презерватив и выбросил его в урну. Сам же отпустил мои ноги и натянул на себя джинсы, усевшись на кресло напротив так, как будто ничего только что не произошло. Я же растерянная, замученная и жутко довольная потянула юбку вниз, а себя наверх, чтобы хоть как-то сесть. Все еще сидя, словно, в тумане, боялась посмотреть в его глаза. В те самые, в которые с таким восторгом смотрела минуту назад, когда он меня трахал.

Стыдно мне не было. Мне было охренительно кайфово. Я кончила как никогда в жизни. Это было настолько круто, что признаться ему в этом, было выше моих сил. Облизнув растертые его пальцами губы, наконец решилась посмотреть в его глаза, надеясь, увидеть в них... обещание, что он это в самое ближайшее время повторит...

Но у Гены был совершенно безразличный вид. Как будто он и не трахал меня минуту назад, не овладевал своим членом, не покорял мою неприступность... Он даже, черт его дери, не кончил! Как такое возможно? Неужели он не хотел «завершить начатое»?! Неужели ему достаточно того, что было? Я вот кончила, но мне все равно... мало. Я хочу еще! Хочу, чтобы он снова повторил свой эмоциональный порыв.

О чем мы говорили ранее, я совершенно забыла. Да и какой смысл вспоминать? Сейчас же все иначе? Получается, мы... пара? Мы встречаемся? Или он просто попользовался мной и забыл?!

Пытаясь найти в его глазах хоть крошечную толику надежды на продолжение, поняла, ему плевать! Ни я первая, ни я последняя. У него еще уйма будет таких же текущих девок, как я. Но «дело» он свое знает хорошо. Видно, отработал «навык» в непосильном труде «окучивания» девиц.

Серебряков вообще идеальный кандидат почти для любой девушки. Очень красив, спортивен, при бабках, да еще и Бог в постели. Восхваляя его в своей голове, держала язык за зубами. Говорить ему об этом категорически нельзя! Пора вспомнить, зачем я вообще сюда приперлась! Хотела сказать ему, что завязываю с его делами, но высказаться не получилось. «Заткнул» меня членом. Своим охренительным членом...

— Через три дня у его бабы день рождения, и ты выполнишь вверенное тебе задание. Поняла? — сухо произнес.

Встав из своего кресла, сделал еще две чашки кофе, одну из которых вручил мне.

— Давай приводи себя в порядок, поезжай домой, готовься к делу. И впредь меня не провоцируй. У тебя другая задача.

Сделав глоток обжигающего кофе, который оказался очень кстати, смотрела на Гену. Ах, ты ж засранец! Трахнул, взяв силой, и даже не сказал, что тебе понравилось! Нормальный мужчина так поступает?! Нет! Нормальный, в смысле адекватный, скажет, что это было восхитительно, что ты лучшая на свете. Но не Гена. Гена сделает вид, что этого не было. Словно, мы чинно и благородно пили кофе, а он тем временем еще и не забывал мне хамить...

Даю себе зарок! Если в следующий раз на меня полезет, получит по лбу! Хватит, попользовался. Больше не позволю о себя ноги вытирать! Не умеет обращаться с женщинами, пусть общается с мужчинами!

Встав с кресла, поставила чашку на журнальный столик, который Серебряков в порыве страсти сдвинул со своего законного места. Взглянув многозначительно в его глаза, не прощаясь, пошла на выход.

Задание он дал. Противостоять ему у меня пока нет сил, ни физических, ни моральных. Пока «буду готовиться». Но еще не вечер. Этот кретин еще меня не знает! Ищет врагов там, где мой бы найти подругу. Раз так хочет сам, значит, пусть так и будет.

Хлопнув дверью, шла к выходу, наивно надеясь, что он ринется меня догонять и извиняться... Но Серебряков не побежал за мной. Правильно, я ведь не его бывшая жена...