Глава 19

— Конечно, можно! Я счастлив, что Парк произвел на вас впечатление. Хотите, я организую встречу с дизайнерами?

— Да! Это потрясающе! — потом Рейвен резко замолчала и смутилась. — А это удобно? Я же понимаю, что вы очень занятой человек…

— Ну я же сам предложил! А мне можно взглянуть на ваши наброски?

— Конечно, — девушка покраснела, но протянула альбом.

На первых страницах были эскизы хорошо знакомых Грегу уголков парка, но дальше шло несколько листов с чем-то неузнаваемым. Ходжес не стал спрашивать, что это, не желая поставить девушку в неловкое положение. Но она словно прочитала его мысли:

— А это у меня возникло несколько идей… Которые можно было бы реализовать на той стороне дома, куда выходят окна моей комнаты. Так, стояла, смотрела, и возникло что-то. Не обращайте внимания. Баловство.

— Почему же? — и Ходжес с куда большим интересом стал разглядывать листы. — Мне очень даже любопытно, но нет вашего пространственного видения. Может, мы прогуляемся и вы все покажете на месте?

Рейвен зарделась, но сразу кивнула. Они молча пошли в сторону колоннады. Эскорт держался позади, буквально на расстоянии вытянутой руки. Ходжеса это страшно раздражало.

— Не могли бы вы держать дистанцию хотя бы метров… пять? — довольно резко обратился он к сопровождающим. — Тут охраняемая территория, и я могу гарантировать, что вашей… хозяйке ничего не угрожает.

Телохранители переглянулись, но промолчали.

— Или вы от меня ее охраняете? — несколько повысив голос, в котором появились рычащие нотки, спросил Ходжес.

— Что вы, сэр канцлер, — проговорил один из секьюрити, вероятно глава четверки. — У нас просто такие указания от господина Манслоу.

— Уверен, он не будет против, если вы выполните мои, — резюмировал Грег и, улыбнувшись Рейвен, чтобы она не приняла его тон на свой счет тоже, — продолжил прогулку. Четверка несколько отстала. Ходжесу даже захотелось рассмеяться. Глазомер у охранников был весьма неплох. Думается, если бы они резко остановились и натянули рулетку, расстояние было бы как раз пять метров или очень близко к тому.

Пройдя вдоль водоема, Рейвен остановилась в самой дальней от дома части парка. Наверное, прогуливающихся здесь было немного, но из окон действительно территория должна была хорошо просматриваться. Девушка принялась рассказывать, что и как можно было бы доработать, эмоционально жестикулируя и поминутно смущаясь. Грег был далек от ландшафтного дизайна, ему просто нравился конечный результат. Или не нравился. Ну а в случае с Рейвен его завораживал ее энтузиазм и искренняя заинтересованность. Кажется, даже основной проект парка он обсуждал не более трех минут. Здесь же Ходжес совершенно забыл про время.

— Ну вот, собственно, и все, — закончила демонстрацию идей девушка.

— Отлично! Обязательно проговорите эти варианты на встрече с дизайнерами! И если будут еще мысли, я всегда готов выслушать, — в этот момент они как раз проходили мимо скамьи.

— Может, ненадолго присядем? — предложил канцлер.

Рейвен согласно кивнула, про себя подумав, что Грег не случайно выбрал именно эту скамью из всех. Слева от нее располагался искусственный каскадный водопад. Если говорить негромко, вода с успехом перекрывала голос, и охрана наверняка не смогла бы разобрать слова.

— Рейвен, Дом Правительства и Парк при нем очень хорошо охраняются. Тут без ведома службы безопасности не проскочит ни полевая мышь, ни летучая. Уверяю, вы можете совершенно спокойно гулять по всей территории с одним бодигардом!

Рейвен смотрела куда-то в сторону, взгляд ее стал задумчив и даже печален:

— Я бы предпочла вообще без них. Но я единственный ребенок в семье, как и положено на Земле. И отец… немного перегибает палку, — совсем тихо проговорила девушка.

«Ясно, значит, все-таки конвой», — отметил про себя Грег, а вслух произнес:

— Помните, я вам обещал показать еще и заповедник? У меня на днях «окно» в расписании. Как вы относитесь к лошадям?

— К лошадям? — словно выпадая из своих мыслей, переспросила Рейвен. — Ну… они красивые. Или вы про езду верхом?

— Второй вариант вполне можно реализовать.

— К сожалению, я никогда не сидела в седле…

— Единственный ребенок в семье? — улыбнулся Ходжес.

Рейвен, засмеявшись, кивнула.

— А хотела бы попробовать?

Глаза Рейвен на миг озарились надеждой и потухли:

— Папа никогда не разрешит…

— А если мы ему не скажем? — подмигнул Ходжес.

Не сказать отцу? Рейвен вообще не представляла, что такое возможно. Комплект телохранителей и мама-наседка практически не давали возможность иметь какие-то секреты. С другой стороны, у нее уже есть тайные «встречи» с Ником… Не зная, как лучше ответить в такой ситуации, девушка просто улыбнулась.

Ужинали в этот раз Рейвен с отцом вдвоем у нее в комнате. У Ходжеса были неотложные дела, а другую компанию Манслоу выносить не собирался. Настроение у главы корпорации «МГТ» было странное. Сначала он был раздражен и экспрессивно рассказывал дочери, как хотел обсудить с канцлером Интегры вопросы увеличения межпланетарного товарооборота. Секретарь Ходжеса якобы был недостаточно приветлив и категорично объявил, что график канцлера расписан поминутно на восемь дней вперед. И предложил ему встречу с главой департамента промышленности и экономики Борлини.

— Но разве это не приемлемый вариант? — робко уточнила Рейвен.

— Вот именно — приемлемый, но не хороший! Ходжес старательно пытается выжить меня домой на Китану, поэтому и ставит такие сроки! Ничего, ради настоящего дела можно подождать. Кстати, мне удалось перекинуться сегодня парой слов с канцлером, так сказать, в неформальной обстановке. Ему, видите ли, не понравилось, что я не доверяю местной системе безопасности! Считает, что раз он сам спокойно перемещается по территории, то и любой так же может.

— Папа! — позвала Рейвен чуть громче обычного, и это привлекло внимание Манслоу. Девушка очертила пальцем круг по комнате и показала себе на уши. Прослушка! Тут, вероятнее всего, во всех комнатах прослушка. Манслоу, естественно, догадывался об этом, но плохо себя контролировал в заведенном состоянии. Все-таки дипломатические миссии явно не его конек.

— В общем, я счел, что он полностью прав, — уже в другом тоне продолжил отец, — так что можешь перемещаться по зданию и Парку сама, когда пожелаешь.

Рейвен от неожиданности чуть не выронила вилку. Она вообще не могла вспомнить, чтобы когда-либо перемещалась одна. Даже в родном поместье на Китане. Девушку охватило волнующее чувство предвкушения… чего-то хорошего.

— О чем вы говорили с канцлером?

— Он интересовался моими наработками по Парку.

— А на скамейке?

Значит, Рейвен была права, и тот разговор действительно не услышали! Надо взять себе на вооружение.

— Канцлер пригласил меня осмотреть заповедник.

— Когда?

— В ближайшие дни у него должно появиться «окно».

«Ага, для Рейв он готов высвободить время! Это очень хорошо!» — подумал Ивар и его глаза победно блеснули, а самодовольная улыбка наползла на лицо. Рейвен захотелось вскочить и выбежать. Ясно как божий день, что отец вовсе не собирается отказываться от своего плана и даже не пытается это скрывать. Ну ничего! Она что-нибудь придумает, чтобы разонравиться канцлеру. А что потом? Отец потеряет контракт, окончательно разъярится и превратит ее жизнь в настоящий ад. Это был плохой вариант. Хороший пока на ум не приходил. Поэтому девушка взяла себя в руки и осталась на месте. Рейвен даже ковырнула десерт, делая вид, что проявляет к нему интерес. В этот раз точно не будет, как отец сказал. Она что-нибудь обязательно придумает.

* * *

К приезду Джарэда и Селены в миграционный центр всех переселенцев уже успели обследовать. К счастью, кроме дефицита веса, авитаминоза и заурядных заболеваний, ничего не обнаружили. Миграционный центр гудел — уже очень давно на них не сваливалось столько работы. Эрера была стабильным миром, и если сюда и приезжали новые переселенцы, то обычно это были плановые приезды, регистрируемые прямо в космопортах. Да и таких было очень немного. Как правило, люди искали перспектив и старались селиться ближе к центру обитаемой зоны. А тут вдруг настоящие беженцы с давно забытой планеты! Для работы с женщинами пригласили психологов. Для каждой медицинская капсула составила индивидуальную программу питания и восстановления здоровья. Но переселенки вели себя очень настороженно. Селена их понимала — пять лет в бункере ещё не скоро забудутся. Рэд очень быстро покончил с формальностями, и в принципе они могли бы уже и уехать.

— А можно мне где-нибудь собрать женщин, чтоб попрощаться? — уточнил Рэд у миловидной девушки-администратора. Та с лучезарной улыбкой закивала и побежала выполнять его просьбу. Внутри Селены что-то неприятно шевельнулась. У нее еще не было опыта наблюдения за тем, как на Рэда реагируют девушки. Ну вот — получите, распишитесь. И с этим ей теперь предстоит сталкиваться на каждом шагу?! С другой стороны, какая разница, если Рэд все равно смотрит только на нее? Это мысль успокоила Селену и придала ей уверенности. Ревность — болезнь сомневающихся, а она не такая!

— Мы улетаем, но я хотел рассказать, что Мойра меня наделила некоторыми полномочиями, и я составил от имени вашей колонии заявление на расследование ситуации с зондами. Очень надеюсь, что все, кто виноват в игнорировании призыва о помощи, будут наказаны.

Селена понимала, зачем капитан об этом заговорил. Женщины были дезориентированы и подавлены, а иногда осознание, что виновный в твоих бедах получит по заслугам, дает больше воли к жизни, чем сама жизнь. Рэд надеялся, что на первое время для них это будет достаточный стимул.

— Я вижу, что ты напряжен, — сказала Селена, когда они вышли из центра. — Это из-за женщин, или есть что-то еще?

Минуту подумав, Рэд ответил.

— Я хотел прояснить ситуацию с договором, про который тебе говорил, но здесь очень слабая связь. Есть возможность только записать сообщение, но, скажем, на Сохо оно прибудет только завтра. А послезавтра к вечеру, я очень надеюсь, мы и сами там будем. Я предупредил Ника, чтобы он был готов улетать на Землю. Неопределенность просто вымораживает.

Селена тоже больше всего не любила неизвестность. Уж лучше плохие новости, чем подвешенное состояние. С плохими хотя бы можно что-то делать.

— Этот контракт настолько важен?

— Да. Он определяет генеральную линию развития «Леграсс Индастри» на ближайшие десятилетия. Если сделка сорвется, компания сильно пострадает. Вероятно, даже придется закрывать заводы, и множество людей окажется без работы.

— Это, наверное, ужасно — сознавать, что на тебе такая ответственность? — серьезно спросила Селена.

Но Рэд на удивление весело отреагировал:

— Ужасно — это если бы ты ответила «нет». А со всем остальным я в состоянии разобраться. Поехали, нам надо заскочить еще в одно место.

Рэд вызвал такси, назвал адрес, и машина плавно тронулась куда-то в сторону городской окраины. Что в центре Констанции, что на периферии дома были совершенно однотипные. И обязательная фишка местной архитектуры –передняя стена непременно стеклянная. Как будто люди пытались сказать: «У нас нет тайн, мы вот, все на виду». Селена подумала, что не хотела бы жить в такой коробке. Интересно, а где на Земле живет Рэд? Но этот вопрос она уже задать не успела. Такси остановилось возле такого же типового дома с вывеской «Запчасти на все». Селене сразу же захотелось из чувства протеста спросить, есть ли у них шпульки на раритетную прапрабабушкину швейную машину. А что? Написали «все» пусть и отвечают. Но потом она решила просто не открывать рта, пока Рэд не объяснит, что они тут делают. Мало ли, может, подобные шутки совсем не к месту.

За стеклянной стеной были видны ряды всяких железок непонятного назначения. Должно быть, тут совсем нет преступности, подумала Селена. Вот так взять и все выставить на обзор! Но преступность, оказывается, очень даже была. И к ней-то они и пришли.

— Я от мастера Кривича, — сказал Рэд после взаимных приветствий и зачем-то положил на стол визитку. Продавец, он же, по всей видимости, и хозяин, внимательно осмотрел посетителей. Селене показалось, что у него в глазах буквально забегал сканер, проверяющий их платежеспособность. После короткой паузы он протянул Рэду руку для рукопожатия и как бы нечаянно приоткрыл полу пиджака. Селена увидела бластер. Девушка отчаянно оглянулась по сторонам, но в помещении они были одни, и на улице тоже прохожих не наблюдалось. Только одинокое ожидающее их у входа такси. Капитан, однако, был спокоен.

— Друзья Кривича — и мои друзья, — произнес картавым голосом продавец банальную фразу. После чего вышел из-за стойки и жестом показал следовать за ним. Селена, прижавшись к Рэду, попыталась ему прошептать про оружие. Но он и сам видел:

— Сел, если человек демонстрирует оружие, значит, не планирует нападать. Скорее, наоборот, сам боится, и для нас в данной ситуации это хороший знак, — ответил капитан, задержавшись на верхней площадке лестницы, пока хозяин спускался в подвал.

Здесь стояли ряды стеллажей, завешанные брезентом. «Что нам тут может быть надо?» — удивилась Селена.

— Ищите что-то конкретное?

— Хотел послушать ваши предложения, — в унисон продавцу ответил Рэд.

— Что ж... Вам переносное, стационарное, корабельное?

— Нам желательно так, чтобы потом не было проблем с законом, — пояснил капитан. Лицо хозяина поскучнело. Видимо, предложить что-то стоящее в таких жестких рамках он не мог.

— Генератор силового поля?

— Имеем. Также есть разрешение на лазерные турели Zipleks, рельсовую пушку K315, и щит-отражатель. Все это пропускаем.

Хозяин глянул на Рэда уже с интересом и уважением. Видимо, чтобы получить легальный допуск на все эти вещи, его нужно было очень весомо аргументировать.

— Второй комплект боеприпасов?

— Уже заказал через Кривича. Думаю, он у вас их и берет.

Тут на продавца словно снизошло озарение, отразившееся на его лице:

— Bi440ТРX! Вот что вам нужно!

— Электрошумовая граната? — уточнил Рэд.

— Что вы! Это электрошумовой бестселлер прошлого года! Выключаете все свое оборудование, выпускаете гранату. Бабах… все вокруг обесточены и обездвижены. А у вас двадцать четыре часа, чтобы включить свои двигатели и исчезнуть.

Рэд сверил информацию по комму:

— Она запрещена везде кроме вооруженных сил! Даже полицейским подразделениям требуется специальное разрешение!

— Но прелесть в том, что есть одно «но», — счастливым заговорщицким голосом произнес хозяин. — По чьей-то оплошности граната запрещена в использовании, но совершенно легальна в хранении и перевозке. Можете проверить по вашим базам! Вы же хотели пройти по грани с законом. Это как раз идеальный вариант.

«Да, — подумал Рэд. — Умно! Если я ее использую, то уже в той ситуации, когда не до выбора. И те, против кого я ее использую, уж точно не побегут жаловаться на нарушение конвенции».

— И какова цена?

«Оружейник» набрал на комме цифры и показал так, что Селена не увидела. Но сумма, вероятно, была очень непристойной. Даже у капитана, который, казалось бы, вообще денег не считает, вытянулось лицо:

— Да она стоит как вторая яхта!

— Вторая яхта вас не защитит от пиратов! А эта малютка — вполне, — самодовольно подытожил продавец.

— А как я могу быть уверен, что она вообще функционирует?!

— У нас сервис! — И продавец победно сдернул брезент с какой-то установки.

— Даже так! — с почтением произнес Рэд, — но Селена вообще не поняла, что к чему. Хозяин в это время положил гранату в некое подобие духовки, и через несколько секунд на экране появились данные о типе, схеме, составе и содержании предмета. «Духовка» подтверждала, что объект — полностью исправная Bi440ТРX.

— Хорошо, беру. Предложите что-то еще?

— Для корабля — нет. Но если вас интересует безопасность девушки…

Продавец отошел к стене и достал небольшую коробочку из сейфа. Он поставил ее на стол и открыл. Селена подалась ближе, чтобы получше разглядеть содержимое. Вещь не была оружием — на бархатной подложке лежал старинный на вид бронзовый браслет в этническом стиле. Довольно толстый и громоздкий, он при этом выглядел очень эффектно. К Селениному сафари образу, пожалуй, бы идеально подошел.

— Секрет в том, чтобы успеть стукнуть им нападающего в висок? — усмехнулся Рэд.

— Обижаете, — действительно огорченным тоном проговорил контрабандист. — Это эксклюзивная авторская работа. Позволите примерить? — обратился он к Селене. Рэд не успел возразить, как девушка с готовностью подставила руку. Браслет хитро застегнулся. В момент щелчка Селена почувствовала какой-то небольшой укол и ойкнула.

— Что? — подскочил в ту же секунду Рэд, заглядывая ей в глаза.

— Все в порядке, — ответил продавец. — Браслет взял микроскопический кусочек кожи для анализа ДНК. Теперь девушка нечаянно не сможет себе им навредить. Если же браслетом задеть кого-либо другого, последует нейропаралитический удар, сходный с действием электрошокера. Разница лишь в том, что он безвреден для обладателя запомненной ДНК. При этом браслет выглядит вполне безобидно, и его не сможет снять никто, кроме хозяйки.

— Как я понимаю, проверить его работоспособность военным сканером у нас не получится? — едко уточнил Рэд.

— Ну, это же не серийная модель!

— И вы рассчитываете, что я поверю на слово?

Контрабандист, не отвечая, резко дернул руку к браслету. В следующую секунду его тело забилось в конвульсиях, глаза закатились, и он рухнул на пол.