Глава 16. И прошел год
-- Волнуешься? – граф Биарти сидел в кабинете герцога в кресле напротив хозяина.
-- Ни то слово, -- Ланс только-только прекратил метаться по комнате и тяжело опустился на кожаное сиденье. – Как бы мог, хоть чем-то помочь, но, увы, бессилен…
-- Думаю, доктор и женщины там лучше справятся, -- покачал головой его друг. – Но на тебе, Канди, лица нет. Может, выпьешь? Расслабишься и…
-- О чем ты говоришь, Уильям! Какое может быть… Погоди! Ничего не слышал? – герцог насторожился, весь превратившись в слух. – Вроде, где-то что-то пискнуло? Мне сказали, что младенцы, как только рождаются, обязательно должны закричать.
-- Я тоже об этом слышал. Но мы с тобой сидим в другом крыле здания, и ты вряд ли можешь что-то здесь услышать на таком расстоянии.
-- Что бы я ни услышал собственного сына?! Бог с тобой, граф. Да на любом расстоянии почувствую его рождение.
-- Но сейчас скрипнула половица под ногой твоего слуги…
-- Думаешь? А может, он несет мне весть?
-- Сейчас узнаем, Ланс. Наберись терпения, ведь изводить себя метаниями – бесполезная трата сил.
-- Тебе легко говорить! Не твоя жена рожает…
-- Ну, нас тоже это скоро ждет… всего-то три месяца еще до часа икс осталось. Но у меня вопрос, друг мой, с чего ты взял, что родится мальчик?
-- А кто же? – Канди так и застыл в замешательстве. – Не представляю другого исхода. Да нам и повитуха все уши прожужжала про форму живота, про особенности пристрастий Лави во время беременности… Нет, Уильям, у меня точно будет сын.
-- Ну-ну! – покачал головой граф, и было заметно, что подвергает утверждение друга большому сомнению.
-- Что это еще за прищур у тебя, Уильям? Ты знаешь что-то, о чем не ведаю я?
-- Да так!.. Твоя супруга же подруга моей Мартиники…
-- И что?
-- Женщины любят между собой откровенничать…
-- Не тяни, говори, о чем узнал.
-- Твоя Лавиния считает, что родит тебе дочку.
-- Не может быть! Какое коварство с ее стороны. Она же во всем со мной соглашалась, когда я мечтал о сыне.
-- Ну, знаешь! Здесь же не все от нас зависит…
-- Но могла бы хоть мне довериться в своих сомнениях.
-- А ты бы поверил? – граф прищурился еще больше.
-- Нет, но…
-- Вот именно!
-- Да я не то хотел сказать…
И вот тут в дверь постучали. Это действительно был посыльный из другой части дома. Слуга выглядел взволнованным и никак не мог усмирить дыхание – так спешил принести герцогу весть.
-- Ну! – в нетерпении выдохнул хозяин особняка. – Свершилось?
-- Да, милорд. Ее светлость родила. Велено передать, что все закончилось благополучно.
-- Слава богу! – Ланс так и откинулся к спинке кресла, а еще прикрыл веки.
-- Но погодите! – встрепенулся граф Биарти. – А кто же родился? Почему ты не говоришь, милейший? Кем осчастливила Его светлость герцогиня Канди?
-- Э… не сказал? Как же… это же девочка…
-- Что?!.. – Ланс моментально распахнул глаза и начал угрожающе подниматься из кресла. – Как ты сказал?..
-- Поздравляю вас с дочкой, милорд! – согнулся в поклоне слуга, да так и попятился на выход.
-- А ну, идем, Уильям! Разберемся сейчас, как так… девочка…
Мужчины вышли в коридор и там столкнулись с еще одним слугой. Тот доложил, что прибыли граф и графиня Терри.
-- И снова чудеса! – Ланс повернулся к другу. – Вот как тесть мог узнать, что стал дедом? И ведь прибыл минута в минуту!..
-- Хочешь, подскажу? – хитро прищурился Уильям. – И чуда здесь никакого нет. Просто твоя супруга привела с собой в этот дом двоих слуг: верную служанку Мери и лакея Ганса. Последний, так понял, сердечный друг Мери. Шустрый парень, однако!..
-- Тебе-то откуда знать? – хмурился герцог, шагая по коридорам.
-- Как же, как же! Его ни раз присылали к Мартинике с сообщениями…
-- Вот оно что!.. Учту. Спасибо, что просветил. И мы пришли, Уильям, -- Ланс резко притормозил перед дверью, ведущей в специальные покои, отведенные под роды герцогини. – Не поверишь, я что-то робею входить… Как же так… девочка…
-- Ну! С кем ни бывает! Следующий ребенок будет мальчиком! – граф Биарти громко хлопнул ладонью друга по плечу. – А сейчас соберись и покажи жене, как счастлив, что она благополучно разрешилась от бремени.
-- Следующий?.. – Ланс принялся было обдумывать перспективу, но получил уже тычок в спину и от этого переступил порог комнаты.
-- А вот и папа пришел!.. – раздался тут же певуче-тягучий голос повитухи. – Посмотрите, герцог, какая красавица у вас дочь!..
Канди не успел прийти в себя, а ему в руки вложили шевелящийся сверток. И кто это покряхтывал в белоснежных кружевах? Он хоть и с опаской, но заглянул под ажурный уголок, и как окаменел. Лансу в глаза бросилось круглое личико в обрамлении рыжего пуха, с ротиком бантиком и курносым носиком. Дите издало невнятный звук, а сердце его отца пошло вскачь. Вот он какой, его ребенок!.. Его девочка!
-- Ланс! – окликнула мужа Лавиния. – Как ты ее находишь?
-- Очаровательна!
А сам герцог оторвал взгляд от младенца и устремил его на супругу. И тут же заволновался. Потому что Лави выглядела сильно утомленной.
-- Как ты сама, милая? Доктор, с герцогиней все нормально?
-- Не беспокойтесь, милорд, роды прошли, как положено. Сейчас Ее светлости просто надо отдохнуть.
-- Да, да! – засуетилась повитуха и протянула руки к новорожденной. – Матери и ребенку нужен отдых. Ваша светлость, отдайте, пожалуйста, младенца. Пройдет совсем немного времени, и вы сможете вновь увидеть ваших девочек. А сейчас им нужен хороший сон…
-- Да, герцог, идемте, – взял Канди за локоть Биарти. – Там, в гостиной собрался народ, который жаждет поздравить молодого отца.
-- Кого? – непонимающе уставился на друга Ланс, все же его здорово выбило из колеи происшедшее.
-- Идемте, милорд. Сейчас сами все увидите.
Как только Канди спустился в гостиную, его обступили родственники жены: граф с графиней, сестры со своими мужьями. Ему жали руки и поздравляли, он отвечал на приветствия и поздравлял в ответ. Но все было… как бы и не с ним. И когда страсти улеглись, и новая родня покинула его дом, Ланс вздохнул с облегчением.
-- Ну, все! А теперь, Уильям, нам с тобой можно снова уединиться в кабинете…
-- Так ты надумал чего-нибудь выпить для поднятия духа, Ланс? – спросил герцога граф Биарти, как только они вернулись в ту же комнату.
-- С духом у меня все нормально, друг мой, -- хмыкнул Канди. – А вот для успокоения…
Уильям разлил по бокалам коньяк, протянул один герцогу. Сели, выпили, помолчали, но недолго сохранялась между ними тишина.
-- Представь себе, Уил, я ведь с некоторых пор стал страшным ревнивцем…
-- Ты? – прервал его граф и посматривал с недоверием.
-- Я, я! Сам про себя раньше не знал такого, но как судьба свела с Веснушкой…
-- Мартиника говорила, что ты так называешь свою супругу… хм, Веснушка. А что, очень даже мило!..
-- Так вот… год назад мне один сосед сделал прозрачный намек, что Лави, то есть герцогиня Канди, окружила себя армией поклонников и разъезжает с ними по округе, пока я нахожусь в столице.
-- И что? Твоя Лавиния не из тех женщин, которые не чтят брачные обязательства.
-- И я знал это. Отлично знал, а все равно закипел. Тогда сорвался с места и бросился в усадьбу.
-- Уж ни с намерением ли уличить? Или, постой, набросился бы на тех джентльменов, которые слишком приблизились к твоей супруге?
-- Сам не знаю, что бы сделал, обнаружь что-то подозрительное, но мчался на своем любимом вороном, нисколько его не щадя и сцепив крепко зубы. Прискакал, а мне сказали, что Лави нет дома, поехала в детский приют с благотворительной миссией.
-- Уверен, что так все и было. Я успел узнать твою Веснушку… и не только со слов Мартиники.
-- Я чуть не загнал коня, за считанные минуты домчал до интерната, а там … в общем, кавалеры действительно были, в количестве трех человек. Не перебивай меня! Я рассказываю так, как все происходило. Я прискакал, осадил коня и… хорошо, что дал себе чуть времени, чтобы осмотреться, потому что господа вели себя вполне достойно. Моя жена, в силу своего веселого нрава, в принципе всегда притягивала к себе людей…
-- Это действительно так.
-- Да. Лави стремится обнять весь мир… по-дружески. Те джентльмены просто желали приятного общения, имели расположенность к герцогине. И они волновались за нее, когда узнали, что молодая женщина зачастила в приют. Так вот, ее сопровождение ожидало Веснушку во дворе, а супруга в этот момент имела беседу с воспитанниками. Я вошел и увидел, как жена подняла на руки какого-то ребенка, а еще несколько маленьких мальчиков держались за ее юбки. Моя Лави… она так серьезно разговаривала с воспитателями, ты бы видел, Уильям.
-- Могу представить.
-- А потом она повернулась и увидела меня. И как же тогда загорелись-заискрились ее глаза! И все потому, что я к ней приехал. Она была мне рада, понимаешь? По-настоящему. Такое невозможно было сыграть. И я тогда понял, что мы настоящая пара.
-- И увез жену в столицу! – хохотнул граф.
-- Увез. Но не сразу. Лави привыкла доводить свои дела до завершения. Она серьезно отнеслась к улучшению жизни детей в том приюте…
-- Насколько знаю, герцогиня Канди и по сей день не оставила те заботы.
-- Так и есть. И еще взяла под свое крыло школу в дальнем поселении.
-- Ты ею гордишься, должно быть.
-- Естественно. Но представь себе, совсем уж ревновать не перестал. Когда вывожу супругу на балы, скриплю зубами, стоит кому-то пригласить ее на танец.
-- Ну, это ничего. Пройдет!
-- Думаешь? Но теперь же у меня будет не одна, а две Веснушки!..
-- Ланс, ты справишься.
-- Должен. Доверять жене я научился. Но люблю ее настолько…
-- Знаю, друг, знаю! Нам с тобой повезло с женами. Но я-то супругу выбирал сам, а тебе, слышал, сосватал дочь графа Терри император.
-- О, да. Сосватал. Но не поверю, что Мартиника не рассказала тебе ту душещипательную историю…
-- Ха! Конечно, рассказала. И я еще смеялся, что ты пытался от дяди скрыть с полгода подмену невесты.
-- Смеялся он! А мне было не до того. Я уже тогда понял, насколько крепко привязался к Лавинии, а над нами висела угроза императорского гнева, что ослушались его воли. И это потом уже, и с большой осторожностью, выяснил, что дяде было все равно, на ком из сестер женился. Для него главным было то, что остепенился.
-- Н-да! История получилась!
-- Не то слово! Уильям, сознаюсь тебе еще кое в чем. Я ведь раньше не хотел иметь детей. Мне представлялось, что от них много шума и беспорядка. Но теперь!.. Ты видел мою новорожденную дочь? Правда, красотка? Вот она немного подрастет, и мы с Лави подарим ей братика.
-- Это когда же?
-- Года через три, наверное. Супруге надо же окрепнуть…
-- Ты теперь хочешь большую семью?
-- Да. Дети – это замечательно. Думаю, что и Веснушка считает так же. И знаешь, у нас с ней во всем наблюдается согласие… почти во всем…
-- Выпьем за большую и крепкую семью, Ланс!
-- За семью!