44 глава

На следующий рабочий день... ну, точнее – ночь, – я прихожу в клуб с каким-то совершенно другим настроением. Я больше не чувствую себя одинокой. У меня за спиной как будто раскрываются крылья. Да, Света хотела сделать мне гадость, – и ей это удалось. Но она не учла один момент – что другие девушки неожиданно встанут на мою защиту. Кажется, стерва окончательно всех задолбала. По рассказам Марины, Маши и Киры, она и раньше терроризировала коллектив, манипулируя девочками через свое якобы влияние, угрозы и жалобы Дионису, – ну а теперь просто слетела с катушек.

Понятно, что я ей сразу не понравилась: глупенькая новенькая, которая по непонятной причине захватила внимание сначала Дэна, а потом и Турина. Света приревновала меня к обоим. К Дэну – потому что считала его своим, хоть у них и не было ни отношений, ни даже секса. Ну а к Турину – потому что испугалась, что этот ублюдок переключится на меня, а ее перестанет приглашать к себе домой.

Потом выяснилось, что я еще и постоять за себя могу, не буду молчать и делать, что приказано... Какая наглость, правда?

Разумеется, не теряя времени, Света начала действовать.

Сначала просто пригрозила мне: подошла в гримерке и предложила отвалить от Дэна, сообщив, что он бабник и просто использует меня. Не выгорело.

Тогда она пошла на настоящую месть: прекрасно зная, что Турин меня изнасилует, не попыталась помочь, спасти, вытащить из этого ада... Еще и подсказала, как взломать дверь ванной комнаты, где я пряталась. Но и это не выгорело.

Потом она надеялась, видимо, что меня просто вышвырнут из клуба, – тут наши желания даже совпали, но увы: Дионис потребовал выплатить долг, и мне пришлось остаться.

Тогда стерва подговорила свою подружку Лизу – и они сперли все мои вещи, пока я была в душе. Свете хотелось унизить меня перед всем коллективом. Чтобы я металась голой по служебному коридору и гримерке. Чтобы умоляла ее вернуть мне полотенце и одежду. Чтобы просила прощения, возможно... Не знаю. Суть в том, что тут она прогорела окончательно и бесповоротно. Мало того, что за меня публично вступился Дэн, так еще и несколько девочек, наконец осмелев, подали голос и перешли на мою сторону. Не то чтобы они были раньше на стороне Светы – просто предпочитали молчать. Но тут и их от этой неприкрытой наглости прорвало.

Так что да – я больше не чувствую себя одинокой и не боюсь. За моей спиной теперь не только Дэн, но и Марина, Маша и Кира. Они замечательные девчонки, и если придется, я буду защищать их так же рьяно, как они меня.

– У тебя сегодня глаза светятся, – с удивлением замечает Дэн, обнимая и целуя меня в губы, прежде чем отпустить в гримерку переодеваться.

– Я чувствую себя гораздо лучше, чем позавчера и все дни до этого, – с улыбкой признаюсь я мужчине.

– Потому что вчера мы отдохнули и сходили в ресторан?

– Не только поэтому! – смеюсь я. – Хотя жожоэн был невероятно вкусным! И продолжение вечера тоже... – я даже щурюсь от удовольствия, вспоминая наш страстный секс прямо на полу в гостиной... – Но самое главное – теперь меня поддерживают другие девчонки, и я больше не боюсь Свету!

– Это прекрасно, – Дэн кивает. – Теперь и мне за тебя гораздо спокойней. Легкой тебе рабочей смены, – он еще раз чмокает меня в губы, и я наконец отпускаю его руку, шагая в служебный коридор, а оттуда – в общую гримерку.

– Всем привет! – говорю громко, едва появляясь на пороге.

Мне тут же отзывается Марина:

– Привет-привет! – и подходит, чтобы обнять. – Как твои дела?

– Отлично, – говорю я с улыбкой. – А твои как?

– Мои тоже неплохо. Только Ксен заболела, придется ее сегодня по-очереди подменять.

– Это не проблема, – киваю я.

– Доброго вечера! – раздается еще один голос, и я оборачиваюсь: это Маша. С ней мы тоже обнимаемся. А потом и с Кирой. Другие девушки пока соблюдают дистанцию, но тоже улыбаются издалека и здороваются.

Я ищу глазами Свету – вот только ее нет в гримерке, как и Лизы.

– А где... – начинаю я свой вопрос, а Марина даже не дает мне договорить:

– Пришли раньше всех, намарафетились и уже отправились на приваты.

Я смотрю на настенные часы:

– Мы ведь только через пятнадцать минут открываемся для клиентов...

Марина пожимает плечами:

– Для королев другие правила.

– Ну ясно, – фыркаю я и сажусь за свой столик, чтобы сделать макияж.

Начинается смена, и первые несколько часов все идет спокойно: я выхожу к пилону раз в час, чтобы исполнить уже заученный, почти доведенный до автоматизма танец Барби, получаю небольшие чаевые, уже привычно игнорирую свист и пьяные мужские вопли о том, чтобы я «показала сиськи», – и возвращаюсь в гримерку поправить макияж и попить воды перед следующим раундом. Если остается немного времени – обхожу пару столиков в общем зале в надежде на консумацию, но сегодня только один клиент покупает мне коктейль... Зато какой! Сразу за две тысячи рублей! Это удача!

– Благодарю, – улыбаюсь я широко, как велел мне Дэн, делаю один глоток и собираюсь уже было пойти дальше, но мужчина останавливает:

– Эй, притормози, Барби! – и я нехотя останавливаюсь, терпеливо пропуская мимо ушей его хамский тон:

– Желаете заказать еще что-нибудь?

– Да! – рыкает клиент. – Тебя!

– Буду счастлива станцевать для вас, – говорю сквозь зубы. – Однако должна предупредить, что даже на приватах я не раздеваюсь полностью...

– Плевать! – отмахивается мужчина и встает из-за стола, тараня его пивным пузом. Мне приходится схватиться за столешницу, чтобы дорогой коллекционный хрусталь не посыпался на паркет.

– Тогда я посмотрю, какие приваты свободны, – говорю, все так же не снимая с лица натянутой улыбки. Этот клиент мне не слишком нравится, но выбирать не приходится: мне нужны деньги, чтобы поскорее покончить с долгом и уйти из этого ужасного места раз и навсегда.

– И поскорее! – рыкает мужчина, а я киваю и удаляюсь.

Возвращаюсь меньше чем через минуту:

– Есть несколько свободных приватов, в этом числе два эксклюзивных – тюремная камера и лаборатория.

– Давай в тюремную, – лыбится клиент.

Я провожаю его в приват-комнату, помогая расположиться на черном кожаном диване с бокалом вина, сама привычно поднимаюсь на подиум с пилоном, а потом вдруг слышу, со стороны двери раздается громкий шепот:

– Начинай! – и затем – щелчок.

Я понимаю, что нас заперли, но мне требуется еще несколько мгновений, чтобы понять, как и почему это произошло... Между тем, мужчина уже поднимается со своего места и надвигается на меня всей своей огромной массой.

Спрыгивая с подиума и вытягивая перед собой руки, я громко спрашиваю:

– Кто это был?!

– Человек, который решил помочь мне, – ухмыляется толстяк.

– В чем помочь?! – я чувствую, что у меня дрожит голос... и пальцы тоже... и ноги.

– Помочь выебать тебя, Барби.