37

Глава 37

Савина

Я несколько раз моргнула, чтобы убедиться в том, что я не брежу. Нет, мой рассудок еще на месте. Меня и правда спас… Миран. Я в таком шоке, что начинаю пятиться назад.

Внутри такой первобытный ужас. Я боюсь этого человека до дрожи в костях. Мой мозг отказывается в это верить. Сердце стучит так быстро, что превращается в отбивную, кровь шумит в ушах.

Иманов понял, что я за ним не иду, резко оборачивается и пронизывает своим тяжелым взглядом. Я хочу бежать от него как можно дальше… С тех самых пор, как я услышала его ледяной голос, который приказал меня убить, — Миран Иманов стал моим персональным кошмаром.

Видимо, мое желание бежать отразилось у меня на лице, и в следующее мгновение мужчина оказался передо мной. Я даже отреагировать не успела. Я хотела закричать, но он грубо накрыл мой рот ладонью и бесцеремонно потащил меня наверх по ступеням. Я дергалась в его руках, пыталась выбраться, но все мои попытки привели лишь к тому, что он сильнее меня сжал.

Он пронес меня по лестнице так быстро, словно я ничего не весила. Дальше протащил по коридору и запихнул в какую-то дверь. Я не смогла удержать равновесие и упала на колени, боль на секунду ослепила. Услышала за спиной щелчок, медленно встала на ноги и обернулась к нему.

— Ты просто можешь делать, что тебе говорят? — тихо спросил мужчина.

От его голоса мурашки поползли по коже. Господи, зачем он нас закрыл в этой комнате?

Миран наступал на меня, а я отходила от него. Кажется, я сейчас потеряю сознание от страха. Я не могу вымолвить ни слова. Он уже рядом со мной, я зажмуриваюсь, а Иманов проходит мимо меня. Открывает дверь в гардероб.

— Учись у сына.

— Что?.. — только и могу прошептать.

И тут из гардероба выходят собаки и Мишка. У меня внутри все взрывается фейерверками счастья и облегчения, слезы катятся из глаз. Сын улыбнулся и побежал ко мне. Я снова рухнула на колени, не обращая внимания на боль. Мне сейчас было все равно. Я обняла своего малыша. Крепко-крепко. Начала целовать.

— Мой золотой, мой хороший… — приговаривала.

— Мамочка, ты меня задушишь, — пропищал Миша.

Я немного ослабила свой захват.

— Прости. Я так испугалась, Миша.

— А я тебе говорил, что слышал собак! — сын показал на три наглые морды.

— Ты в порядке? Ничего не болит? — сканирую ребенка.

— Нет, все хорошо, мамочка.

Я подняла глаза к Мирану. Он с отстраненным выражением лица наблюдал за нашей сценой воссоединения.

Боже, мой злейший враг спас моего ребенка!

— Спасибо, — тихо сказала я.

Он ничего не ответил.

— Нам нужно уходить отсюда.

Я встала и взяла Мишу на руки. Собаки начали гавкать и радостно вилять хвостами. Я занервничала, их могли услышать.

— Сидеть. Тихо, — произнес Миран.

И собаки послушались! Я просто в шоке.

— Мы не можем уйти. Там внизу моя подруга…

— Лера?

Я удивленно посмотрела на мужчину.

— Мы с Михаилом немного поболтали, — криво улыбнулся.

А у меня внутри все вспыхнуло огнем. Включилась мама-медведица. Я благодарна за спасение, но пусть держится от нас подальше.

— Да, Лера.

— Она с Риной, а значит, все будет хорошо.

Я в этом очень сильно сомневаюсь. Думаю, что Исайя придушит ее окончательно.

— Но…

— Мы уходим, — холодно говорит Миран. — Если хочешь, иди сама. А Мишу я выведу из дома.

Я понимала, что мужчина прав. Мне нужно думать о сыне, нужно вывести его в безопасное место. Но как же трудно делать правильный выбор! Лера меня поймет. Она бы первая сказала идти с Мираном.

Могу ли я ему доверять? Зак сказал, что его брат сделает все для семьи, а мы — его семья. Он же пришел за нами.

— Хорошо. Мы идем.

— И собаки! Мы не можем их оставить.

— Хорошо, — согласился Иманов.

Он просто не перестает меня удивлять.

— Мои люди расчистили для нас западную лестницу. Идем быстро и тихо, все понятно?

— Да.

— Я понял!

— Сейчас, — Миран снимает с себя бронежилет. — Он из кевлара, легкий. Поставь малого на пол, я на него надену.

Я ставлю Мишу на пол и наблюдаю за тем, как мужчина натягивает на нем жилет.

— Он тяжелый, — жалуется сын.

— Потому что ты весишь столько же, сколько и он. Надо больше есть и тренироваться, — щелкает Мишу по носу. — А теперь идем.

Я решила, что Мишке лучше идти рядом со мной.

Миран подходит к двери и свистит собакам, они следуют за ним, мы тоже идем. Мое сердце стучало так быстро, что я боялась, что оно остановится, не выдержит. Мы шли по коридору к лестнице. Я постоянно прислушивалась к шуму и звукам, напрягала слух. Мы добрались до лестницы, и я увидела какого-то солдата. Не успела испугаться, как Миран сказал:

— Свои. Возьми Мишу на руки и сделай так, чтобы он ничего не видел, — произнес Иманов.

Я поняла, что дальше будет какой-то ад и моему ребенку это видеть нельзя. Я сняла с себя рубашку и осталась в майке. Взяла Мишу на руки.

— Я тебе надену это, а ты не убирай, понял? Я скажу, когда можно. Это такая игра.

Сын кивнул. Я закрыла ему голову и лицо, прижала к себе.

— Идем.

Миран впереди, его солдат сзади, а мы посередине. Начали спускаться, и меня начало мутить. Здесь были тела. Много тел. А еще стоял этот специфический металлический запах.

Боже.

Я подняла глаза и смотрела на затылок Иманова. Я полностью абстрагировалась, нам нужно выбираться.

Я уже видела дверь. Мы шли к ней. Боец теперь шел впереди, он взялся за ручку и повернул ее с щелчком. Оставалось несколько метров, когда Миран сбил меня с ног и лег на нас с Мишей.

Дверь взорвалась.