Эпилог 1

Первые месяцы жизни детворы выпали на летние каникулы, поэтому Полина старалась максимально много дать детям за это время, полностью посвящая себя сыновьям. Потом начнется учеба, придется нанимать няню и совмещать все на свете, вертясь, как белка в колесе. Сейчас же есть только их семья. Булат, Тимур и Руслан. Особых трудностей Полина не испытывала. У них с Булатом быстро получилось наладить быт, выстроить новый график, с учетом потребностей детей, и распределить обязанности по дому. Грудное вскармливание также значительно облегчало жизнь. Еда была у детей под рукой всегда свежей, достаточно теплой и питательной. Из-за богатырского аппетита малышни Полина практически моментально вернулась в форму. Ни один килограмм не напоминал о том, что совсем недавно она родила близнецов. Даже живот довольно быстро возвращался в добеременную форму. Нет, этому способствовали и кремы, бандажи, которые девушка исправно использовала на протяжении беременности, да и тренировки с любимым мужем удалось постепенно возобновить. В норму не приходило только одно — их сексуальная жизнь. Чего Булат изначально и опасался. Поначалу нельзя было, да и период адаптации в новых условиях тоже не способствовал. Все равно уставали оба безумно, так что даже на позволенные и полностью освоенные за последний месяц беременности оральные ласки сил просто не оставалось. И вот теперь уже практически два месяца полного воздержания. Нет, он любил сыновей, но ему жизненно необходима была Полина. Небольшой кусочек времени только для них. Без детишек, порой и спящих в их кровати для удобства кормления. У него уже крышу срывало от желания, но и на чем-то настаивать мужчина не мог, видя, как Полинка устает за день.

— Уложил?

— Угу, — потягивается устало.

— У них был насыщенный день, — улыбается.

— Угу. Окрестили, наконец. Это вообще нормально, что все крестные — мужики?

— Ну, ты же слышал батюшку.

— Ага, еще я слышал, что имен малым навыдумывали вычурных, — хмыкает.

— Ничего не вычурных, а как их надо было под такое отчество и внешность называть? Иван да Петр? возмущается Поля, — Тимур и Руслан вообще самый не заковыристый вариант.

— Угу Слышала, что пацаны сказали? На меня похожи сыновья! — оживляется.

А Поля хохочет, заливается.

— А то ты и так не знал.

— Знал. Но все равно, — добавляет довольно.

Полина поворачивается на бок, подпирает кулаком щеку и довольно разглядывает мужа:

— Как ты думаешь, правду ли говорят, что дети после крестин спят, как убитые?

Булат пожимает плечами и, наконец, забирается в постель. Голодными глазами наблюдает, как тонкая бретелька шелковой рубашки жены спускается с точеного плечика. Поля ловит потемневший взгляд любимого и понимающе спрашивает:

— Что, совсем я тебя забросила, хороший мой?

— Переживу, — бурчит.

— Зачем же, если можно все исправить?

Снимает через голову рубашку, остается в простом хлопковом лифчике для кормления.

— Не совсем эротично, — смущенно оглядывает себя, — но уж как есть.

— Эротично! — шепчет Булат, потираясь носом о хлопок, — очень-очень эротично! И пахнет так молочком Мммммм.

— Ты извращенец.

— Еще какой! Ты же дашь попробовать? — и взгляд прожигающий, наполненный темным греховным желанием.

— Детей объедать будешь? — шепчет прерывисто, заведенная до невозможности.

— Нам всем хватит, вон, молока сколько — и слизывает первую, самопроизвольно вытекшую каплю.

Мурлычет, как огромный кот, обхватывает губами сосок, теперь менее чувствительный, приспособленный под нужды ребенка, и делает первое сосательное движение. Поля стонет, ее подкидывает от эротичности происходящего. Из второй груди молоко течет самопроизвольно, и он, довольный, слизывает и его. Полина горит, трется о его ногу, в надежде найти облегчение. Одним движением Булат переворачивается над ней и оказывается в классической 69-позе. Лижет языком, прикусывает клитор. Полина тоже не отстает, насаживаясь ртом на мощный член любимого. Горловой минет она освоила практически досконально. Однако, это всегда тяжело при его размерах. Но Булат не дал ей разогнаться, целует в губки последний раз и отстраняется, только для того, чтобы перевернуть жену и, наконец, нагнуть, как давно хотелось. Поля прогибается, шикарная, упругая попка смотрит вверх. Входит в нее медленно, сантиметр за сантиметром. Она такая же тугая, как и до родов. Облегченно вздыхает. Честно сказать — побаивался, что будет по другому. А ее тугость — еще один его фетиш. Входит до конца. Начинает неспешные движения. Его девочка Маленькая, мокрая вся, горячая. Проводит пальцем по анусу, растирая соки. Полинка немного зажимается.

— Ну уж нет, дорогая, — не терпящим возражений тоном. — Со мной такое провернула, и сама готовься. Распечатаем попку.

Говорит, а сам задыхается только от одной фантазии его в ней.

— Ты там все еще девственница исключительно из-за беременности, — шипит и вколачивается в такт каждому слову.

— А я думала, из-за твоего нечеловеческого размера! — хнычет она, в то время как Булат уже проникает смазанным пальцем в анус.

— Расслабься! — командует, растягивая стеночки. Добавляет еще один палец, не прекращая яростных движений члена. Он даже чувствует его пальцами сквозь тонкую перегородку.

Полина наполнена так, как никогда в жизни. Ее одолевают противоречивые ощущения. Главное из которых перекрывает все другие — желание кончить! Яростно подается ему навстречу, уже сама насаживаясь и на член, и на пальцы. Булат вторит ей размашистыми движениями.

— Давай, маленькая! Не могу больше

Еще пару движений, и она взрывается, стискивая его в себе, и он, наконец, тоже проваливается в оргазм.

Они не разговаривают о произошедшем, но Поля понимает, что если Булату хочется анального секса, она просто не может отказать мужу. Хотя его размеры и были существенным препятствием к задуманному. Всю прогулку с сыновьями на следующий день Поля обдумывала сложившуюся ситуацию. Да и вообще Что и говорить, эта идея и ее заводила, но и страшила тоже Очень.

Так, в домашних хлопотах и раздумьях проходил август. Ко всему прочему, на Полину легла непростая обязанность по поиску няни, что отнимало очень много времени.

Сыновья росли и крепли, радуя родителей своими достижениями. Да и жаркий секс тоже постепенно возвращался в их семейную жизнь. Вариант по-быстренькому — проклятье всех молодых родителей, их тоже не обошел стороной, но и на полноценную прелюдию время иногда находилось. Спасибо мальчишкам за их покладистый характер.

Они тесным кругом отмечают Полино двадцатилетие, на которое Булат подарил жене совершенно шикарную машину. Она стала властелином колец! К подарку прилагались уже готовые права и курсы экстремального вождения со стороны специалистов, тренирующих элитные военные подразделения. И она исправно начала посещать своеобразные уроки.

Няня, немолодая женщина веселого нрава, появилась в семье тогда, когда Полина уже практически отчаялась ее найти. До начала третьего курса оставалась неделя, а ни одна из претенденток не могла пройти придирчивый отбор Полины. Булат уже посмеивался над скрупулёзностью жены, тем не менее стоически пробивая подноготную каждого кандидата по своим каналам.

И вот, как выигрыш в лотерею, тетя Таня. Она сразу покорила и Полю, и детей. В общем, следующий месяц, прошел в адаптации к новому распорядку дня. Полине поначалу очень тяжело давалось расставание с сыновьями даже на несколько часов. Еще и одно кормление пришлось заменить смесью, что тоже крайне нервировало молодую мамочку.

— Но ты и так без всяких докормов три месяца близнецов откормила, — утешал Полину муж, — подумаешь, один раз за день бутылку пососут!

Треплет Тиму за пухлую щечку, а тот агукает забавно и за палец пытается ухватить.

— И правда, Полина! Посмотрите, какие богатыри, — поддерживает мужа няня, — сейчас месяц — два, и уже овощи да фрукты постепенно вводить начнем! Да и грудь же никуда не денется. Учитесь себе спокойненько, и не переживайте!

В общем, как-то одно за другим, и проходит солнечный сентябрь. Сынишки уже полностью окрепли, пытаются потихоньку садиться, особенно хорошо получается у Руслана, но и Тим уперто догоняет брата. Булат посмеивается и морально поддерживает младшего сына.

Шелестит страницами календаря октябрь. Булат стоит в офисе, устремив взгляд в окно, за которым кружат золотом листья. Еще год назад он был один. Несчастный и одинокий. А уже сейчас у него красавица-жена и двое совершенно потрясающих сыновей. Счастливчик! И по фигу, что сегодня стукнуло сорок восемь. Никогда в жизни он не жил настолько полной жизнью. И все это благодаря ей Его Полинке.

Спешит домой, к семье, не смотря на уговоры подопечных отметить днюху.

— Извините, мужики, на выходных, как и обещал, проставлюсь. А сегодня мне домой надо.

— Подкаблучник! — ухмыляется Емельянов.

— С такой женой я бы тоже из дома не вылазил, — парирует Иван.

А Булат только ухмыляется и садится в машину. Тут же раздается звонок:

— Милый, ты случайно не освободился?

— Вот только в машину сел.

— Вот и хорошо!

Называет адрес и беспрекословным тоном, не отвечая ни на какие наводящие вопросы, ПРИКАЗЫВАЕТ ехать по нему.

Порядком взволнованный, не зная чего ждать, Булат находит нужное здание, бутик-отель Шопен — гласит вывеска. Деликатный консьерж выдает ключ с цифрой 3 и провожает до двери. Открывает замок уже трясущимися руками. Блин, он никогда не сможет на нее нормально реагировать. Как мальчишка! А жена встречает его в шикарном кроваво-красном корсете, практически открывающем соски, и с пикантным разрезом в промежности. Его предназначение он понимает, лишь когда Полина поворачивается к нему спиной, чтобы откупорить бутылку вина. Из ее попки свисает пушистый соболиный хвостик. Булат шумно выдыхает, а проказница-жена поясняет:

— С днем рождения, любимый.

— Это Это что? — хрипло

— Это — анальная пробка. Пока небольшая, и чтобы тебя вместить, её диаметр не достаточен. Нужно будет постепенно увеличивать объем, и в конце концов мы сможем растянуть меня под твой размер, — немного взволнованно, но от того не менее решительно озвучивает план Полина.

Булат готов кончить только от одной мысли о предстоящем.

— У тебя же не было анального секса? — спрашивает Полина требовательно.

— Нет, — и даже головой закачал в отрицании. Как ребенок, ей богу.

— Ну вот! Мне тоже нравится быть первой, — констатирует вызывающе, — первый настоящий минет, первый анальный оргазм, первый анальный секс

Перечисляет, а сама разливает вино по бокалам. А Булата заводит каждое слово любимой, каждый провокационный жест. И губы эти с алой помадой, и алый лак на маленьких пальчиках. И корсет этот сумасшедший. И та штука в попе, которую сейчас не видно, потому как Поля находится к нему лицом. И тот факт, что она готова ради него на все. Никаких запретов, как и договаривались. Его натуральным образом потряхивает от желания. А она, как ни в чем не бывало, усаживает его за стол, накладывает легкий ароматный ужин. И они действительно поглощают вкуснейшую еду, запивая превосходным вином.

Булат откашливается, превозмогая желание, и хрипло интересуется:

— А малые? Как

— А с малыми сегодня попросила остаться тетю Таню. Накормила, молока нацедила на ночь, если не хватит — смесь поедят. Я плохая мать, да? — добавляет виновато, — просто так захотелось побыть вдвоем. Хоть на день рождения

— Нет, маленькая! Ты что? Ты самая лучшая! И мама, и вообще Господи, Поля, им уже пять месяцев. Мы же всего на ночь. И Спасибо, маленькая. Я знаю, как тебе тяжело вдали от них Спасибо за такой подарок.

Поля благодарно улыбается и перебирается к Булату на колени, где стоящий колом член грозит прорвать ткань брюк.

— Тебе хвостик не мешает? — шепчет в висок, поглаживая большим пальцем ягодичные ямочки.

— Нет, — смущенно в грудь, — распирает непривычно.

— Выдумщица моя.

— Не нравится? — вскидывает голову, глядя огромными растерянными глазами.

— Нравится С ума меня сводишь.

— Я просто люблю тебя.

Стонет, набрасывается на ее губы, мнет, сжимает руками. Отодвигает вниз чашечки корсета, ласкает грудь. С ума сходит от ее аромата. Блин, он свихнулся на ней. Совершенно. Зажимает между пальцами соски, на которых сразу же появляются молочные капли. Слизывает их, дурея. Несет Полину на кровать, ставит в любимую коленно-локтевую, скользит губами по позвоночнику, кусает затылок, сводит с ума. Пробка-хвост смотрится шикарно, но прикрывает лепестки губок. Укладывает хвост на спину, жена ерзает, видимо, внутри пробка тоже шевельнулась. Погружает пальцы во влагалище, которое просто невероятно тугое из-за постороннего предмета в попке.

— Маленькая, можно так Прямо с хвостиком? — Дышит так, словно пробежал марафон.

— Да, — выдыхает.

Булат входит, сантиметр за сантиметром. Полине кажется, что она не в силах принять его так. Ее распирает со всех сторон, давление просто сумасшедшее. Всхлипывает.

— Уже почти все, Поля — хрипит, продолжая продвижение, — все, маленькая! Ты как?

— Непривычно, — хнычет.

Булат делает первый пробный толчок, и она кричит!

— Больно?

— Нет Нет! — всхлипывает Поля.

Наращивает темп, смотрит на пульсирующую вокруг пробки дырочку, и взгляд не может оторвать. Неужели он скоро тоже ТАМ окажется? Втрахивает жену в постель в бешеном темпе, и они взрываются одновременно, с пошлым чмокающим звуком, который издает извлеченная Булатом в пароксизме страсти пробка.

— Люблю тебя, — шепчет Булат в Полин затылок.

Поля вырулила с парковки перед университетом. Буквально неделю назад Булат, наконец, согласился, что она в достаточной мере освоила вождение, и разрешил ей сесть за руль. Что стало поводом для новых сплетен в студенческой тусовке. Впрочем, Полина, наверное, вообще была любимым объектом для обсуждений. Сначала поводом служила бедность девушки, потом — преобразившийся гардероб, на почве чего ее записали практически в проститутки. Правда, вскоре пришлось заткнуться — шикарное обручальное кольцо тому знатно поспособствовало. Потом обсуждали ее беременность и Мальдивский загар. Поводом могло стать что угодно. А Полину это вообще никак не парило. Ей, в принципе, было глубоко плевать на мнение этих людей. Они были где-то вне зоны ее интересов. Если бы на врача можно было учиться заочно, Полина давно бы перевелась. Но, к сожалению, приходилось ежедневно вращаться среди этих безмозглых малолеток. Как потенциальных подруг или друзей она их не воспринимала от слова «вообще». У нее был Булат — и друг, и отец, и любовник. Были друзья мужа, ставшие друзьями их семьи, и никакого дефицита общения она абсолютно не испытывала. Все попойки и другие атрибуты студенческой жизни ей были даром не нужны.

И вот, наконец-то, последний экзамен сдан! На носу рождественские праздники и первый Новый год, который они будут встречать в новом составе. Сынишки уже совсем большие, уверенно и стремительно ползают по всему дому, только успевай ловить. Особенно любят учавствовать в родительских тренировках. Поднимаются, держась маленькими ладошками за лестницу спортивной стенки, и даже отрабатывают друг на друге приемы. И Булат на полном серьёзе дает им рекомендации, как правильно наносить удар и уходить от него. Полина улыбается в зеркало заднего вида, вспоминая его серьезное выражение лица в этот момент. Любимый оказался потрясающим папой. Хотя, чего греха таить, у нее и были некоторые переживания на этот счёт Но сейчас отца лучше, терпеливее и заботливее его просто сложно представить. Булат и гуляет с сыновьями, и купает, и кормит. У них вообще полнейшее взаимопонимание на уровне взглядов. Полина даже немного ревнует, если уж быть совсем откровенной.

А сегодня они с мужем договорились встретиться у торгового центра. Новый год — время подарков, а у них в этом плане и конь не валялся.

Вот он, стоит, красивенный! Закатайте губы, дамочки, это мой мужчина. Подходит, закрывает глаза руками, прижимается к спине всем телом, совпадая.

— Давно ждешь? — улыбается.

— Нет, только подошел, — разворачивается и притягивает жену в свои объятья. Целует в висок, — как экзамен?

— Четверка!

— Ну, если бы не Тимкины зубы, пятерка точно была бы, — утешает, осторожно подталкивая к эскалатору.

— Была бы, — улыбается, — но я за красным дипломом не гонюсь, ты же знаешь. А знания и без пятерки имею.

— Знаю, — и опять целует в висок.

Он уже прошел стадию, когда боялся лишний раз прикоснуться к жене на людях. Похрен! Он ее муж, она его от макушки до пальчиков ног. А если кого-то смущает их разница в возрасте — это не его проблемы. Главное, что жена от него в восторге. Во всех сферах жизни. Стоит только вспомнить их постельные забавы, как Булат-младший заинтересованно приподнимается в штанах. И это — в его-то сорок восемь! И при учете практически ежедневного секса, который, не смотря на почти два года отношений, все такой же страстный и горячий.

В общем, по магазинам Булат ходил, прикрывая низ живота пакетами.

Новый год они встречали дома. Поля запекла праздничного гуся и приготовила пару легких салатов. Малышня, которой, по всей видимости, тоже передалось новогоднее настроение, наотрез отказалась укладываться, и встречала Новый год с родителями. А после родители дружно помогали им распаковывать ранее старательно упакованные подарки. Елка сверкала огнями, в доме стоял непередаваемый аромат мандарин, хвои и хорошо прожаренного мяса. Булат с малышами так и задремал, обнявшись, прямо под елкой, чем Поля воспользовалась, запечатлев еще один трогательный кадр их семейной жизни на новенький Никон.

А после перенесла сыновей в детскую и разбудила мужа нежным поцелуем.

— Вставай, соня, а то пропустишь самое интересное.

Булат лениво открывает глаз и вопросительно изгибает бровь.

— Во мне с девяти вечера наше последнее приобретение, — провокационный намек на недавно купленные анальные бусы, с поистине огромным последним звеном. — Боюсь, еще немного, и я взорвусь.

Подхватывается одним прыжком, волчком поворачивает спиной к себе. Раз — и молния платья полностью расстегнута, еще секунда, и платье у ног. Практически швыряет ее на ковер. И вот она Провокационный шнур из ануса. Проверяет рукой — Поля настолько мокрая, что даже на ногах влага. Тянет осторожно за шнур, колечко ануса расширяется, являя миру одну за одной выскакивающие бусины анальной игрушки. Поля протяжно стонет. Булат вводит сначала два пальца, жена хорошо растянута и смазана, добавляет еще два другой руки, потянув стеночки. Их анальные забавы с игрушками на протяжении нескольких последних месяцев не прошли даром. Попка послушно растягивается. Он уверен, что Полина наконец сможет его принять.

— Где смазка? — голос просто задушенный, он едва себя контролирует.

Поля лезет в карман платья, доставая флакончик специально купленного лубриканта с анестетиком. Протягивает мужу.

— Булат, презерватив!

Черт, он понимает, что это одно из самых главных правил анального секса, но первый раз ему безумно хочется без всего.

— Ты же готовилась?

— Да, но

— Маленькая, один раз без резинки Пожалуйста

— Булат

— ПОЖАЛУЙСТА!

И она не может ему отказать, упирается лбом в пол, полностью капитулируя.

Самое трудное — головка. Она немного крупнее остальной длины. Плавно входит в разработанный анус, но все-равно туго до боли. Она замирает вся. Зажимается неосознанно.

— Расслабься, Поля, — цедит сквозь зубы, а пот градом течет по спине.

— Уууууммм.

— Давай, хорошая Расслабься, будет легче. Ну же, маленькая!

Поле довольно больно, и тяжело, и влажно, и распирает сильно, и трет как-то болезненно. Усилием воли заставляет себя расслабиться.

— Молодец! Умница моя. А теперь потужься немножко.

Выполняет его команду, и он наконец полностью в ней. Булат неверяще смотрит на их соединение, краем сознания отдавая себе команду не шевелиться, и дать любимой привыкнуть к своему объему. Честно, он до конца не верил, что она решится, и у них действительно все получится. И тот факт, что это все же происходило, для Булата оказалось чем-то наподобие новогоднего чуда. Исполнением самого заветного желания в сексе. Наверное, в этом году он был необычайно хорошим парнем, раз Дед Мороз так его одарил! Начинает медленные поступательные движения. Удовольствие на грани боли. Полина громко, протяжно стонет, подстраивается под него. Такие непривычные, не поддающиеся описанию ощущения. Булат пальцами начинает ласкать ее промежность, отвлекая от боли. Пощипывает клитор, таранит пальцами влагалище, и Поля начинает заводиться по новой, сосредоточившись на собственном удовольствии. К концу анального марафона, она уже просто рычит на одной ноте от переполняющих ее греховных ощущений. Он вторит ее рыку, кусает затылок и врезается последний раз, перед взрывом сверхновой в его голове. И она, подгоняемая его удовольствием, тоже кончает, заглушая крики рукой.

Утыкается лбом в затылок жене, дыхание вырывается со свистом. Стоят так несколько минут, приходя в себя, после чего Булат, наконец, отрывается от любимой, разъединяет их тела, выскальзывает из попки, и наблюдает с сумасшедшим просто довольством, как пульсирующие края ануса выталкивают из приоткрытой натруженной попки его белую, густую сперму.