Глава 9

С началом новой недели Полина действительно вернулась к учебе и потихоньку возобновила тренировки с Булатом. Все возвращалось на круги своя. И не возвращалось одновременно. Она не могла больше так. Она ЛЮБИЛА, а он Он — нет. Снисходительный, как ей казалось, ни во что ее не ставящий Нет, она понимала, что сама ситуация с их знакомством не способствовала формированию уважительного отношения Но девушка надеялась его заслужить, показав, что все Ей ничего не нужно, что она сама научилась решать свои проблемы. Что ей вообще, кроме него, ничего не надо. Но надежда на это таяла с каждым днем. Поля вообще боялась, что не выдержит — сорвется. Выскажет все, что наболело, но также понимала, что не имеет на это никакого права. Где он, а где она? И пока Полина живет с ним на его условиях — ничего не изменится. Надо что-то менять, съезжать от него. И только потом, если Булат захочет — продолжать отношения, встречаться, как все нормальные люди. Но как Как на это решиться, если она любит? А вдруг это станет концом?

Лето подходило к концу. Начался новый учебный год. Полина благополучно слала экзамен и, получив сертификат массажиста, приступила к поискам работы. Уже через две недели и после нескольких собеседований девушку согласились оформить на половину ставки в салон красоты, недалеко от места учебы. Деньги небольшие, но при учете стипендии на жизнь вполне хватит. Да и график шикарный — выходишь под запись в удобное время. Красота!

Счастливая Полина купила трудовую и санитарную книжки, которые требовались в обязательном порядке, и начала проходить медосмотр.

— Привет, — выдыхает счастливо.

Непривычно, что Булат уже дома. Обычно ее встречали пустые стены.

— Привет. Ты где так долго была?

— Так медосмотр проходила. Как последняя пара закончилась, так и побежала в поликлинику. А там очереди, — тараторит, а у самой глаза горят — счастливые. Давно он ее такой не видел.

— Что-то я не припоминаю, чтобы после медосмотра таким довольным был. А что это ты решила здоровьем озаботиться? — а сам ей в тарелку еду накладывает.

Полина руки потирает в предвкушении. Плов в исполнении Булата — редкая вкуснятина.

— Проголодалась? — улыбается.

— Не то слово, слона бы съела. Не успеваю обедать — лекции в разных корпусах, пока доедешь на подземке, времени впритык.

Булат хмурится. Почему он раньше не задумывался о том, как она добирается по своим делам? Почему так редко подвозил? Да он даже водителя не подумал ей предложить, хотя и имеется прикрепленный за ним водила. А он сам рулить любит, и водитель ему, почитай, без надобности, только и того, что по статусу положен. Ведь мог же за Полей его закрепить? Так почему только сейчас об этом подумал? А она вон Голодная целый день. Дурак старый. Отворачивается, чтобы Поля не увидела его злость.

— Так что там за медосмотр?

— Так на работу надо. Санитарная книжка

— Какую работу? — оборачивается настороженно.

— Ой, это только на днях решилось, так что я не успела тебе рассказать

— Ты знала несколько дней, что принята на работу, а мне не успела сказать?! — орет, не в силах сдержаться, — на кой черт тебе вообще работа? Чужих мужиков лапать? Меня мало?!

Полина закрывается Да что ж такое, а?! Она медленно отодвигает тарелку и встает из-за стола.

— Да, не успела. Когда я должна была это сделать? Позавчера, когда ты домой в десять вечера пришел, а я уже спала? Или вчера, когда ты с порога в койку затащил?

— А то ты сопротивлялась!

— Нет, не сопротивлялась, — все тише, и тише, — но и времени поговорить у нас не было. Пойду я, если ты не возражаешь. Что-то я уже сыта По горло.

И, развернувшись, уходит, и только тогда он понимает, что даже не спросил, что за работу она нашла. Гадство!

А утром, у гинеколога — шок. Беременна, она беременна! Как такое случилось при исправном употреблении таблеток? И делать что? Три недели уже Неужели все-таки антибиотики повлияли?

Все лекции просидела, как сомнамбула, ничего не понимая. Надо сказать Булату. Пусть решает. Захочет с ней остаться — хорошо. Отправит на аборт что ж Значит, им не по пути. Она никогда на это не сможет пойти.

Но Поля так и не решилась на разговор, хотя прошло уже три дня. Она вышла на работу, честно предупредив работодателя о своем положении, поэтому домой возвращалась около восьми. Встречала Булата, насупленное выражение лица которого никак не способствовало откровенности. И молчала А в пятницу, решившись, наконец, на разговор, Полина с радостью узнала, что последний клиент отменил сеанс. Как кстати!

Булат тоже в этот вечер оказался дома раньше обычного. И не один. Увязались за ним трое его гавриков. Пивка попить, — говорят, потрындеть в мужской компании. Сто лет никуда не выходили. Поначалу хотели в паб, но Булат запротестовал. Что-то сердце в последнее время не на месте было, а он привык прислушиваться к своей интуиции.

— Смурной ты что-то последнее время, командир. О чем печалишься?

— Бабы! Булат философски пожимает плечами, — сами не знают, чего хотят.

— О, как заговорил, пацаны! — ухмыляется Олег.

— Бабы — зло, — соглашается Толик, открывая новую банку пива.

— Чего сразу зло? — не соглашается самый старший собутыльник майор Емельянов, — я вот со своей Натальей почитай двадцать пять годков душа в душу прожил. А хотят они все одного! Чтоб мужик их любил, на руках носил и в ЗАГС отвел.

Булат отворачивается к окну и говорит:

— Мою Польку в ЗАГС? Не смешите, мужики!

Замолкает надолго, и наконец высказывает вслух все, что его тревожит:

— Ей 19 всего, недавно день рождения был, а я и знать не знал Куда ей ЗАГС? Вся жизнь впереди. На кой ей со стариком связываться? — проводит устало по затылку, и снова взгляд в окно.

— Эко тебя климануло, командир! — присвистнул Толик, — чего это ты себя в утиль раньше срока отправляешь? И любит тебя девчонка, это и дураку понятно!

— Это точно, — поддерживает друга Емельянов. — Светится вся, и глаз отвести не может. Все мужики заметили!

Булат неверяще хмыкает Ну не рассказывать же всем, что не от большой любви она к нему пришла. А потом всё так закрутилось, что и концов не найти. Мужчина понимал лишь одно — не пара он Поле. Их разделяют долгие двадцать восемь лет. Хотя бы на десяток меньше Он бы уже давно прибрал ее к рукам. А так Он может лишь надеяться, что Поля подарит ему еще немного своей молодости, еще немного времени рядом с собой.

— Ладно, мужики, разберемся! Вы наливаете, или как?

А Поля в это время брела, не разбирая дороги. В голове шумит, и руки трясутся. Она вошла в квартиру как раз в момент обсуждения ЗАГСа. Даже улыбалась, подслушав ненароком мужские жалобы на жизнь, а потом эта фраза Булата Мою Полю в ЗАГС? Не смешите! И она падает, падает, падает в какую-то пропасть. Выбегает в беспамятстве из квартиры и вот уже битый час бродит по шуршащим аллеям, не зная, куда же дальше идти? Да и зачем? Ей бы лечь на землю, вдохнуть последний раз пропахший жжеными листьями воздух, глядя в это свинцовое осеннее небо, и умереть. Как больно от его насмешки, как больно от того, что она так и не стала его судьбой. И нет сил идти. Оседает на землю, прямо в опавшие желтые листья, и закрывает в изнеможении глаза.

А потом вдруг Полю озаряет! Что же она делает? Идиотка! Нельзя ей так Ведь не только за себя теперь в ответе. Нечего сопли на кулак наматывать. Ну что она нового, в конце концов, узнала? Вскакивает с земли, вытирает горячие слезы. Так Все, довольно! Вздыхает пару раз, успокаиваясь, и идет в сторону дома.

Вскоре после возвращения Полины гости засобирались домой. Поля отрешённо принялась за уборку, методично расставила стулья по местам, сгребла мусор, загрузила посудомойку. Прислуга она или нет, в конце-то концов! — промелькнуло в голове. Ничего, с завтрашнего дня — все! Увольнительная. А сегодня она вытерпит, сегодня — сможет. И в постель послушно пошла, и ублажила по высшему разряду, прощаясь с ним навсегда. Есть только сегодняшняя ночь Есть только он и она. Отчаянно, до слез. Насаживается на всю его длину и начинает дикую скачку. Тело горит огнем, и хочется сильнее, жестче! Вбить в него свое имя, всю свою суть. Кусает, царапает Булата, не в силах сдержаться. Он сжимает до боли ее соски, толкается ей навстречу так, что она подпрыгивает. Груди раскачиваются вверх-вниз в каком-то безумном темпе, член таранит ее сердцевину. Не прекращая движений бедрами, Булат приподнимается, кусает сосок, и она кончает, судорожно сжимая его в себе. Он мощной струей выстреливает в ее глубины. Вот так. Вот так! Покачиваются на нем в такт волнам оргазма. Как же хорошо

А утром собирает вещи, которых накопилось не так уж и много. Забирает ноутбук — она не дура — разбрасываться заработанными подарками. Выкидывает зубную щетку, забирает из ванной баночки с кремами и шампунь, устраняя все следы своего пребывания в квартире. Перевозит на такси свое добро в новую пустую квартиру. Не дает себе раскиснуть, собирается с силами и едет в гипермаркет мебели. На ее карте, выданной Булатом, достаточно средств на покупку самого необходимого. Она вообще практически ничего с нее не тратила: поначалу стеснялась, а потом просто не могла Это было как-то неправильно в свете их дальнейших отношений. А вот теперь они пригодятся И совесть молчит, справедливо расценив, что в качестве алиментов ребенку, на которые Полина никогда не подаст, деньги вполне можно взять.

Покупает ярко-желтую кухонную стенку со встроенной варочный поверхностью и духовым шкафом — недорогую, но радостную и солнечную, небольшой круглый стол и четыре стула в тон. Холодильник, стиральную машину и большой раскладной диван, чтобы было, где спать. Все самое недорогое, и без изысков. На шкаф и письменный стол не остается, но это поправимо — возьмет в кредит. Без стола вообще можно обойтись — есть же кухонный! Телевизор ей и вовсе без надобности. Коляску, манеж и детскую одежку купит позже на декретные и государственное пособие по рождению ребенка. Благо, сейчас это вполне достойные деньги. Доставку мебели оформили на следующий день, и только диван обещали завезти к вечеру. В хлопотах Поля чуть было не опоздала на работу, и опять не успела поесть. Надо исправляться! Закончила быстро, получила аванс — не густо, но на самое необходимое хватит. И — в последний раз к Булату. Чтобы не случилось, он заслуживал хотя бы объяснений.