Глава 4

Мужчина тушит сигарету в пепельнице на столе, обходит его, приближаясь ко мне вплотную. Он нависает надо мной, словно скала, пальцы обхватывают подбородок, мягко, осторожно слегка приподнимают мое лицо. Черный взгляд внимательно сканирует меня, изучает, поедает…

Он такой высокий… Мне приходится сильно запрокидывать голову назад, чтобы выполнять его требование и смотреть ему в глаза. От его близости, запаха, силы мою грудь сдавливает, словно в тиски. Я задерживаю дыхание, не шевелюсь, молчу. Что ему нужно?

– Дыши, маленькая! – вдруг шепчет он, склоняясь к моему лицу.

Я вдыхаю, словно по приказу, плотно прикрываю веки и начинаю дрожать всем телом. Меня парализует, и я становлюсь себе не подвластной. Почему так? Что он делает?

А мужчина продолжает дальше… Я чувствую его горячее дыхание у себя на коже, затем он прикасается носом к моей щеке, ведет вдоль скулы и жадно вдыхает мой запах.

– Хочешь повышение? – спрашивает хрипло, продолжая свою ласку. Большой палец его руки прикасается к моей нижней губе и слегка сминает ее, пробует на ощупь. Мои губы начинают пылать огнем, к щекам приливает краска. Никогда, ни один мужчина не прикасался ко мне так, не позволял себе подобной наглости… Но я не могу ему перечить, не могу прогнать и отказать! Я вообще потеряла контроль над своими движениями.

Мне с трудом удается собраться с мыслями и ответить на его вопрос:

– Я люблю петь… Мне нравится это… Большего не хочу…

– Даже если твой оклад возрастет в сто раз? – добавляет, тяжело дыша.

Боюсь даже спрашивать, за что такие деньги, хотя мне было интересно: один месяц мог решить все мои проблемы, но… Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Этому учила меня мама, и я запомнила на всю жизнь.

– Какими будут мои обязанности за такую сумму? – все же решаюсь, слегка отворачиваясь от губ Соболева, которыми он хотел прикоснуться к моим.

– Не знаешь, что делают за такие деньги? – слышу в его голосе сарказм. – Мне нравится твоя наигранная наивность… Я хочу тебя себе… – коротко и ясно. О Господи! Меня бросает в жар.

– Я… Я… Нет! – заикаясь, осторожно.

Отступаю на шаг, опускаю голову ниже, прячу взгляд. Мне было так стыдно, неудобно, обидно… Разве я давала повод? К чему такие предложения? Зачем?

– Я хочу у вас работать и буду рада, если вы позволите мне дальше петь. Большего я не прошу! – говорю уверенно, сминая мягкую материю своего платья на бедре. Нервы били через край! – Я знаю, что виновата, ведь обманула вас… Знаю, что вы этого не приемлете, и обещаю, что впредь буду честной с вами… Но только позвольте остаться.

– Так нужны деньги? – уточняет мужчина, внимательно разглядывая меня. Я не видела этого, но чувствовала всеми фибрами души. Его взгляд врезался в меня и отдавался внутри резью.

– Да, – не скрываю я.

– Но ты не хочешь принять мое предложение и зарабатывать нормально? – подмечает.

– Я хочу зарабатывать нормально, но не так. Меня по-другому воспитывали… – отвечаю. Будь что будет.

Мужчина ухмыляется:

– Цену набиваешь?

Я быстро отрицательно качаю головой. Смотрю на него с ужасом и испугом. Он вновь приближается ко мне вплотную. Не верит. Игнорирует мои слова и отказ. Обходит вокруг, словно на аукционе, ласкает взглядом, разглядывает, а потом вновь становится напротив. Его глаза берут в плен мои, я опять замираю и не знаю, что делать: бежать или ждать.

Рука мужчины вздымается вверх, он прикасается костяшками пальцев к моей щеке, ведет вверх, наслаждается, и это видно по его глазам.

– Ты красивая, очень… И мне нравится, что ты не пользуешься косметикой, – хрипит. – Худая немного, но, думаю, откормить можно! Я бы неплохо тебе заплатил…

Я судорожно сглатываю, слегка пошатнувшись. Его рука обвила мою талию и придержала.

– Не надо… – шепчу.

– Боишься?

Киваю.

– А зря! Хотел бы наказать, давно бы это сделал! – предупреждает.

– Не трогайте меня, пожалуйста… – прошу.

Он отрицательно качает головой и улыбается. В глазах появляется азарт.

– Я не беру силой, но никогда не отказываюсь от желаемого, – заверяет. – Я отпущу тебя сейчас, но только в обморок не падай.

Я киваю, выдыхая, и его захват на моей талии ослабевает. Делаю шаг назад и смотрю на него в ожидании. Что дальше?

– Домой иди, – вдруг следует. – Иначе я изменю своим принципам…

Я смотрю на него с ужасом несколько секунд, пока до меня не доходит, что он имел в виду. Затем начинаю отступать назад, улавливая бесистый взгляд Соболева и его косую улыбку. Забавляется! Но отпускает…

Я выскакиваю в коридор и, не заглядывая в комнату для прислуги, чтобы переодеться, несусь на улицу, прочь из этого адского места! Домой! Где защита и покой! А то, что я потеряла любимую работу… Переживу! Если бы знала кто владелец ресторана, никогда бы не ввязалась в это.

До встречи с Соболевым думала, что демоны – это только миф и сказки… Как же я ошибалась!

Соболь

Ее запах кружит голову, как самый сильный опиум. Легкий клубничный аромат с примесью ванили. Сладкая и вкусная… Ощутил… И захотел попробовать! Это не духи, а что-то тонкое, нежное… Скорее гель для душа или запах шампуня… Что-то простое, не стоящее, но мне так нравился запах. Ее запах! Совсем не такой, как у девушек из клуба, которые, казалось бы, выливают на себя полфлакона и душат этим всех вокруг! Не такой, как у опытных соблазнительниц. Простой.

Она вообще была простой. Без тонны косметики, силиконовых губ, ярких нарядов, дорогостоящих украшений и прочего. Что. Меня. Могло. В ней. Привлечь? Простота. Чистота. Невинный взгляд? Кем она являлась на самом деле? Ей только восемнадцать лет! Выглядит моложе, но привлекательные изгибы уже проступали сквозь просторное платье! Мне хотелось узнать, что под ним, какая она на самом деле, кто? Имею ли я право на такую малышку в свои тридцать восемь лет? Имею! Получу! Моя! Потому что другая. Потому что настоящая. Потому что хочу!

Тихая, скромная, пугливая… Но посмела мне отказать, даже не давая шансов повысить сумму! Блядь… А это еще сильней заводит! Появляется азарт, желание и восхищение! Хочу доказать ей обратное! Хочу получить себе! Хочу эту невинность и непорочность… Хочу и не могу найти веских объяснений даже для себя самого! Ведь я взрослый мужчина, могу поиметь любую, на которую укажу пальцем! Могу все! Но такого не ожидал.

Девушка уходит, спотыкаясь, одаривая меня последним пугливым взглядом! Что я ей, твою мать, сделал? Только познакомились, а уже боится… Признаюсь, это тешит мое самолюбие всегда с другими, но не в ее случае! Один взгляд на нее – она внедряется в меня, словно болезнь.

– Значит вот ты какая… птичка певчая, – шепнул себе под нос, направляясь к столу, и упал в кресло.

В груди жжет, а в штанах становится тесно от выпирающего стояка, который врезался в ширинку. А ведь только вчера я полночи играл с двумя близняшками из клуба, которые отлично знают толк в охренительном минете и анальном сексе. Обычно хорошей ночи мне достаточно, чтобы забыть о сексе на целых три дня, но сегодня произошел какой-то сбой. Меня завела девчонка, похожая на пугливого зайчонка!

Нет, она не такая, как все, и подход нужен другой! Но она все равно от меня уже никуда не денется, поэтому… К черту все условности!

Извлекаю из кармана штанов мобильник и делаю звонок Эдику. Он моя правая рука, друг, доверительное лицо и глава охраны. Он единственный, на кого я могу положиться без сомнения и раздумий.

После первого гудка Эдик принимает вызов, не говоря ни слова. Ему известно, что у меня мало времени, и я всегда говорю по делу.

– Проследи за девчонкой в бежевом платье, сейчас она покидает ресторан! Я хочу знать о ней все! Теперь ты ее тень!

– Сделаю! Жукова еще не нашли, но я узнал, что он прокручивал свое дельце вместе с Мишиной Алиной!

– Ты знаешь, что делать! Без наказания нельзя оставлять! Как обычно, недели ей хватит! А Жукова если найдете… Уложишь его в койку на два месяца! Всех, кто причастен к этой афере, найди, накажи и уволь без платы за работу! Для начала достаточно. Если нароешь больше, добавим!

– Не вопрос.

Выбиваю вызов и кладу телефон на стол перед собой. В дверь раздается быстрый стук, а затем она сразу же открывается, и в кабинет вваливаются Марк, Влад и Ник. Они падают на диван и смеются:

– Это она? Девчонка в мышином платье? – ржет Ник.

– Красивая малышка, но вкуса нет, – добавляет Влад.

– Какая разница, во что она одета? Самое главное – что под ней! – подхватывает Марк, а мои глаза застилает пелена злости.

– Рты закрыли! – рычу. – И о ней не говорить! Не только неуважительно, а вообще не говорить! Иначе разорву на мелкие кусочки! Это ясно?

– Ясно, – растерянно говорит Ник, и все замолкают, переглядываясь.

Я медленно поднимаюсь на ноги и иду к двери.

– Ужин завершен, валите нахер!

– Соболь, прости, мы не знали, что она твоя… – сразу извиняется Марк, поднимая руки перед собой в знаке поражения.

– Моя! И я предупреждаю об этом один раз!