Глава 2

У него не было ни эскорта, ни охраны, ни водителя. Он лично проводил меня до своего «шевроле камаро», обходительно усадил на сиденье и даже поинтересовался, удобно ли мне.– Да, спасибо, – вежливо улыбнулась я и проследила за тем, как он снял пиджак и ослабил галстук, прежде чем сесть за руль.Сквозь белоснежную ткань рубашки можно было отметить рельефы его мышц. Этот мужчина следил за своим телом, и я почувствовала приятный трепет от мысли, что подарю свою невинность чертовски обаятельному человеку. Пусть это будет всего лишь часть Игры, но будет красиво. По крайней мере, я на это надеялась, когда мы неслись по ночному шоссе, оставляя грешный город позади.– Музыку? – поинтересовался он после довольно долгой безмолвной поездки.Я даже слегка вздрогнула, вырвавшись из фантазий с красками разного уровня яркости.– Автомобиль не мой, – признался он, поворачивая руль своими крепкими, увитыми вздувшимися венами руками. – Я еще к нему привыкаю.– Вы его украли? – почему-то вырвалось у меня с налетом испуга.Он озадаченно улыбнулся. Едва заметно, но это точно была улыбка. Я и правда сморозила глупость. Человек, который мог позволить себе членство в «Соблазне», явно не был бы угонщиком. Ему по карману десяток таких автомобилей.– Я не местный. Приехал издалека. И машину, и дом я арендую. Так что, если тебя что-то не устраивает, только скажи. Я все исправлю.Говорил он удивительно мягко, без нажима. Не сказать, что его голос был пронизан заботой о моем комфорте, мы же друг друга совсем не знали. Скорее, он предлагал мне условия получше, отталкиваясь от правил Игры. Ведь антураж был его головной болью, а не моей.– Вы не местный, – улыбнулась я. – Свернули куда-то в лес. Среди ночи. Не обмолвились ни словом, куда везете меня. Мне пора начинать беспокоиться?Он улыбнулся еще шире. Напряжение между нами спадало. Непринужденное общение ни о чем существенно расслабляло нас обоих.– Может, перейдем на «ты»? – предложил он, сбавляя скорость по накатанной дороге. – Или я тороплю события?– Вся Игра – череда быстро сменяющихся событий. Думаю, это хорошая идея.Спрашивать его имя я не спешила. Инна предупреждала меня не напирать на Игрока. Пусть он думает, что он ведет.Мы подъехали к массивным воротам, медленно отворившимся на автоматике и впустившим нас в просторный вымощенный брусчаткой двор, освещаемый уличными фонарями.Я с трудом сдержала восторженный вопль, увидев двухэтажный особняк из стекла и металла. С бассейном, мангальной зоной, подземным гаражом.Далеко от города, без соседей… В таких уединенных, роскошно обустроенных местах вряд ли кто-то жил постоянно. Сюда убегали от мирской суеты, отдыхали, расслаблялись, в конце концов, здесь отдавались похоти тайных связей со шлюхами и любовниками.Он припарковался у ступенек, дугой ведущих к парадным дверям, и пару секунд молча смотрел на меня. Кажется, прямо в глаза, в которых не просто отражался блеск всего этого великолепия, а мой лихорадочный шок. Инна предупреждала меня, что Игра станет поворотным событием в моей жизни, но чтобы настолько…– Наверху четыре спальни, – объяснял он, вводя меня в огромную гостиную первого этажа. – Выбирай любую. Там же душ, а здесь – джакузи. В гардеробной есть кое-какая одежда. Надеюсь, что-нибудь тебе подойдет. За остальным можем съездить завтра. Если, конечно, тебя все устраивает.Я чувствовала себя парящей на крыльях счастья золушкой. После всего, что мне довелось пережить, судьба подарила мне кусочек чего-то нового, вкусного. Я не имела права отказываться от таких даров.– Да, – кивнула я с улыбкой, заметив, как красиво переливается свет тусклых ламп в его карих глазах, – меня все устраивает.– Тогда располагайся. Как только будешь готова, запустишь Игру.Он не давил на меня. Предоставлял мне время, хотя я была уверена, что любой Игрок сгорал бы от нетерпения вкусить плод моей невинности. Видимо, я ошибалась в мужчинах. Спасибо родному отцу, бросившему нас с мамой, когда мне было всего три года. Ради другой – более молодой и эффектной.Не дождавшись моего ответа, он развернулся и твердой, неспешной походкой двинулся к дверям.Моя рука машинально залезла в клатч. У меня не было завидного терпения. Чем дольше бы я тянула резину, тем страшнее было бы начинать Игру. Поэтому я решила не ждать заветного часа. Открыв приложение, я коснулась подушечкой пальца кнопки «Запустить», и смартфон в кармане его брюк тут же издал трель.Притормозив, он вынул гаджет, склонил голову и, увидев уведомление, замер. Не ожидал, что я начну так сразу. Я и сама, если честно, губу до боли закусила. Перестала улавливать биение собственного сердца. Оно словно расплавилось, растеклось по всему телу и запульсировало в каждой мышце, жаля и обжигая меня миг за мигом.Медленно обернувшись, он поднял лицо и пристально взглянул на меня. Это был уже другой взгляд. Более решительный и жесткий.Вернув смартфон в карман, он через голову снял галстук и, расстегивая верхние пуговицы рубашки, произнес:– Выходит, Игра началась.– Началась, – несмело подтвердила я, только сейчас осознав, какой серьезный шаг совершила.Назад пути не было. Что ждало меня там? Безденежье, одиночество и долг родной тете, доверившейся мне.– Знаешь, я даже рад, что ты не тянешь. Время сейчас многое решает.Он улыбнулся и малозначительным жестом указал в сторону кухонной зоны, отгороженной сквозным стеллажом-перегородкой.Моим первым желанием был романтический ужин. Мне очень хотелось на себе испробовать, как это – когда за тобой ухаживают. Я надеялась, что он отвезет меня в лучший ресторан, где нас обслужат по высшему разряду, я познаю вкус новых для себя блюд, мы оставим щедрые чаевые, и позже, получив охапку роз в придачу, под легким градусом коллекционного вина я раскрепощусь для своей первой ночи.На секунду я даже потеряла дар речи. Не знала, как бы помягче сказать, что я ожидала не этого.– Что-то не так? – спросил он, заметив мое смятение.– Я думала, мы поедем в ресторан.– Снова в шумный, загазованный город? Ужинать в окружении незнакомых людей? – Кажется, я поставила его в тупик, но он довольно быстро собрался: – Ты не указала, где именно хочешь изысканно поужинать. Я решил, что выбор за мной. Главное – оставить тебя довольной.Эти слова прозвучали так маняще, что я на языке ощутила необычную сладость. Как после сахарного леденца. У этого мужчины однозначно был дар убеждения. Он умел подчинять своей воле, не прилагая для этого особых усилий. Лишь взгляд, голос, легкое подергивание уголком рта. Не насмешливое, а какое-то хищническое.Я смотрела на него с нарастающим очарованием. Словно выиграла лотерею и пыталась поверить в собственное счастье.– Ты мне доверяешь? – вдруг спросил он, выдернув меня из задумчивости.Я взволнованно улыбнулась. Ощутила, как щеки потеплели, и смущенно опустила взгляд.Странно, но я действительно ему доверяла. Нутром чуяла, что он не подведет. И это необъяснимое чувство зародилось не сейчас, а еще тогда – когда я впервые его увидела. В облаках кальянного дыма. Таинственного, одинокого, но чертовски пленяющего едва уловимыми вибрациями безопасности.– Похоже, с тобой я познаю нечто новое, – ответила я.– Надеюсь.Он прошел к кухонной зоне, зажег светодиодные ленты вдоль шкафов и, расстегнув запонки, принялся подворачивать рукава рубашки. Делая это медленно и аккуратно. Он не спешил. Не дрожал от желания поскорее выполнить свой ход. Я бы сказала, он даже дорожил минутами моего ожидания.Выставил на столешницу миски и приборы и двинулся к холодильнику.– Знаешь, в чем секрет нежности запеченной в вине рыбы? В последовательности действий. – Открыв дверцу набитого свежими продуктами холодильника, он взял рыбное филе и выложил на разделочную доску. – Я могу натереть этот кусок травами, залить вином и засунуть в духовку. Получится съедобно, но не вкусно.Я снова улыбнулась, откладывая свой клатч и смартфон на барную стойку. Было интересно наблюдать за тем, как обаятельный мужчина крутится на кухне. Неторопливо, но умело. Вряд ли он был шеф-поваром какого-нибудь крутого ресторана. Иначе он действовал бы машинально, по инерции. Скорее готовка была его хобби и доставляла ему особый вид удовольствия.– Какое? – поинтересовался он, держа в руках две бутылки вина. – Красное? Белое?– А есть разница?– Я хотел бы тебе угодить.– Белое, – скромно ответила я. – Красного на сегодня достаточно.Он мазнул взглядом по моему платью, задержался на уровне оголенного в разрезе бедра и отставил обе бутылки на столешницу.– Тебе идет этот цвет.– А тебе идет белый, – произнесла я, разглядывая пуговицы рубашки, едва держащиеся на ткани, обтянувшей широкую грудную клетку.– Это по жизни мой цвет. – Выдвинув ящик, он достал штопор и откупорил бутылку. – Но внутри я не такой, как снаружи. Говорят, меня сложно понять. А загадочные люди, особенно мужчины, отталкивают.– Меня ты не оттолкнул.– Что весьма удивительно. – Взяв из бара два бокала, он плеснул в них понемногу вина и протянул один мне. – За знакомство.– Мы даже не представлены друг другу, – заметила я, но все же взяла бокал, стукнулась хрусталем и сделала глоток сладкого, нежного напитка. – М-м-м… Вкусное…– Что тоже весьма удивительно, – улыбнулся он, пригубив вино. – Не ожидал, что в этой стране еще продают хороший алкоголь.– О, кажется, вы проболтались мистер Игрок, – засмеялась я, локтем опершись о стойку и присев на высокий стул. – Ты иностранец. Хотя говоришь без акцента.– Я эмигрант. Но часто бываю здесь по работе.Проверив острие ножа подушечкой большого пальца, он принялся разделять рыбу на порционные кусочки.Я присмотрелась к его рукам. Обручального кольца не обнаружила и выдохнула, сделав еще глоток.– Вроде бы ты вскрыл бутылку при мне, а я уже чувствую себя пьяной.– Это от волнения. Главное – не налегай на алкоголь. А то утром голову от подушки не оторвешь.От подушки… В постели с ним.Пришлось допить остатки, чтобы набраться смелости и дальше играть роль раскрепощенной кокетки.Он смазал форму для запекания маслом, выложил в нее кусочки рыбы, посыпал солью, перцем, нашинкованной зеленью и тертой лимонной цедрой и залил вином. Отправил форму в разогретую духовку и занялся промывкой овощей, которые позже запустил в пароварку.– Сегодня теплая ночь. Как насчет ужина на террасе? – Он приблизился ко мне, прихватив бутылку и плеснув еще в мой опустевший бокал. – Там уютно. Я разожгу костер.Я улыбнулась, смущаясь от его проникновенного взгляда и обходительности, с которой он играл в эту Игру.– Я начинаю паниковать, – ответила я, беря бокал. – Ведь я не знаю твоего желания. Раз ты так стараешься, значит, меня может ожидать нечто спорное.Он отставил бутылку, подался чуть вперед и, кончиками пальцев коснувшись моего лица, убрал выбившуюся из прически прядь за ухо. Наблюдая за тем, как скользят в его ладони мои волосы, он произнес:– Я всегда и во всем старателен. Скоро сама в этом убедишься…