Глава 13

Расторжение всех договоров с «Соблазном», оформление визы и шопинг для скорого путешествия заполнили мои следующие дни до самых краев. Я валилась с ног, когда приползала в номер отеля, а если у меня оставались силы, залезала на сайты недвижимости и подыскивала себе квартиру – на случай, если не захочу оставаться в Испании. Лишь одним одиноким вечером мне стало до слез тоскливо, и вместо жилья я перерыла всех Рустамов города, пока не нашла своего инструктора. Полистала его фото и пришла к выводу, что он очень даже ничего. Молод, красив, спортивен, еще и вкусы в музыке совпали с моими. Я даже почти написала ему. Вернее, написала, но не отправила. Стерла сообщение, закрыла ноутбук и уставилась в окно – на ночной город. Слишком рано я задумалась о мужчинах. Не остыл еще перед глазами образ Тринадцатого. Тело помнило его ласки. Губы жгло от его поцелуев. Наверное, понадобятся годы или целая жизнь, чтобы я охладела к нему.А еще через два дня я летела в Испанию, снимая стресс на борту самолета горячительными напитками из Дьюти-фри авиаперевозчика. Я лишь расслабилась, так что навстречу тете шла на своих двоих, а не ползла позади чемодана.– Детка моя! – ахнула она, обнимая меня. – Как же ты выросла! Сколько я тебя не видела?– Пятнадцать лет, – напомнила я.Она пахла розами. Была элегантно одета в летний брючный костюм и шляпу. Каблуки, брендовые очки, броские украшения выдавали в ней успешную, ни от кого не зависящую женщину. Но это не скидывало ей годков. Хоть она и была стройняшкой.– Это Мигель! – представила она мне смуглого парня с кудрявыми волосами, который с улыбкой взялся за мои вещи. – Я без него, как без рук. – Тетя вернула солнцезащитные очки на глаза, взяла меня под руку и повела вслед за Мигелем. – Не будь я замужем, этот Мигель не вылезал бы из моей постели, – хихикнула она.Я лишь улыбнулась.Все вокруг было дикостью. Жара, многолюдность, незнакомый язык и тетя с ее «мужьями». Оплакав своего испанца, она пустилась во все тяжкие. Каждый ее новый любовник был все шикарнее и моложе. И за каждого она собиралась замуж, но все ее романы заканчивались мужскими изменами. Ее беда была в том, что она полностью отдавалась мужчинам, а они этим пользовались. Видимо, наивность – проклятие всего нашего рода по женской линии.Тетя похвасталась увесистым обручальным кольцом на пальце, как бы намекая, что в этот раз все серьезно.– Ого! Поздравляю!– Спасибо, – покивала она с усмешкой. – Разве твоя мама не говорила тебе? Я уже четыре года замужем.Может, и говорила. Вряд ли меня волновали теткины замужества четыре года назад.– Ах, да, я забыла, – оправдалась я, выходя из здания аэропорта.– Ничего, тебе простительно. Ты через столько прошла, – тяжело вздохнула она и подвела меня к кабриолету.– Сеньора! – обратился к ней Мигель, открывая дверь и помогая сесть вперед. – Сеньорита, – вслед улыбнулся мне, усаживая позади.Я любезно приняла его приглашение и, выдохнув, отправилась на теткину виллу. В шаговой доступности от пляжа меня ждал дворец стоимостью в полтора миллиона евро. Триста пятнадцать квадратов жилой площади и больше шестисот квадратов под двор, бассейн и сад, если верить словам хозяйки. Служба охраны, консьерж, домработница – все было, как в сериалах моего детства. Все встречали меня с улыбками, а я ни слова не понимала из того, что мне говорят. Тетя тоже не спешила переводить. Ее не заставишь делать то, чего сама не хочет.Красивый, светлый дом с раздвижными стеклянными окнами от пола до потолка располагал просторной гостиной на первом этаже, открытой столовой с кухней, обширной террасой с видом на тропический сад и тремя спальнями на втором. Здесь было не только роскошно, но уютно и тепло. А еще тетя похвасталась, что у нее есть винный погребок в подвале, который мы обязательно посетим перед ужином.– Или позволим твоему дяде выбрать нам напиток позабористее, – засмеялась она, провожая меня в комнату для гостей. – Как? Нравится?Я окинула взглядом квадратную спальню с двуспальной кроватью, туалетным столиком и книжным стеллажом и кивнула.– Очень красиво!Тетя прошла внутрь, взяла пульт и, нажав кнопку, раздвинула шторы.– У тебя особое место в доме. – Она отодвинула стеклянную дверь и вышла к бассейну. – Будешь купаться перед сном и сразу в постель. Крутнувшись на месте, она еще раз посмотрела на меня и счастливо улыбнулась. – Я так рада, что ты приехала!– Я тоже.– Ладно! – Всплеснула она руками. – Не буду тебе досаждать. Ванная там. Мойся, расслабляйся и спускайся к ужину. Надеюсь, твой дядя сегодня постарается с барбекю, – хихикнула она, чмокнула меня в щеку и ушла, оставив в воздухе шлейф своих нежных духов.– Не удивлюсь, если этот дядя моложе меня, – про себя пробормотала я, прекрасно зная, что надо парням от миллионерш, которым немножечко за тридцать, а то и поболее.Дав себе несколько минут полюбоваться видом из окна, я отправилась в ванную. Хорошенько смыла с себя слой усталости от перелета, просушила волосы, нанесла легкий вечерний макияж и надела красный шелковый сарафан с расклешенным низом выше колен и перекрестными ремешками на спине. Для испанской жары – самое то. Я нарочно не вычеркнула красный из своей жизни. Не дичилась того, что напоминало мне об Игре, а привыкала, что это уже часть меня.На террасе уже горели фонари, когда я спустилась. Тетя ходила вокруг стола и поправляла приборы, потому что ей не нравилось, как их разложила домработница.– Вау! – встретила она меня загоревшимися глазами. – Красавица моя! Так на свою маму похожа… Идем сюда, – подозвала она меня. – Дай-ка, я на тебя посмотрю.Поправила локон моих волос и перевела взгляд куда-то за мою спину.Я услышала мерный звук приближающихся шагов.– Ах, вот и наше вино! – обрадовалась тетя, протягивая руки навстречу тому, кто нес бутылку из ее личной коллекции. – Лерочка, позволь тебе кое-кого представить. – Она взяла подошедшего мужчину под мощный локоть и развернула его ко мне. – Мой любимый муж.Я оцепенела на месте под тяжелым взглядом темных глаз. Смотрела в его бесстыжее лицо и не верила в происходящее.КАК? ПОЧЕМУ?Все казалось каким-то бредом.Он – муж моей тети? Он? Тот, кого я знала, как Тринадцатого?!Я смотрела то на него, то на свою счастливую тетку, то снова на него, вспоминая проклятое письмо с пожеланиями, раскаянием и надеждами.– Андрей, – сухо представился он, протянув мне свободную руку.Сглотнув, я распрямила плечи, задрала подбородок и с едва скрываемым омерзением вложила в его широкую ладонь свои похолодевшие пальцы, выдавив из себя:– Валерия.