11. Доверие

Лежать на ладони было приятно, и теперь я даже не испугалась, когда гигантское лицо нависло надо мной и нежно прикоснулось губами к груди и бёдрам, смочив живот. Сейчас это был лишь ласковый поцелуй, но я видела в глазах великана всё ещё пылающий азарт и знала, что где-то глубоко под водой исполином торчит его гигантский фаллос, которому нужна разрядка. Сама не понимая, что делаю, я выгнулась навстречу так, чтобы приоткрытый поцелуем рот скользнул по моей вставшей сосочками груди. Тем местом, где у него смыкаются губы и начинается внутренняя нежная кожа слизистой. Мужик отодвинулся, посмотрел туманным взглядом на меня, а после опять приник, накрывая губами так, что я еле смогла вывернуть шею, чтобы было чем дышать. Между сомкнутых губ горячо и мокро прошёлся язык прямо по моей груди, и я поняла, что опять хочу его. – Ох ты ж ёшки-матрёшки, да что ж это такое?! – выдохнула я, держась ладонями за мягкое мясо и выгибаясь, чтобы он продолжал. Он сдвинулся ниже и опять вывалил на меня язык, задев выступающим участком половые губки и вульву. Я расставила ноги, задницей ощущая его потёкшие горячие слюни, и сжала свою грудь руками. Мужик оторвался, приподнял лицо, чтобы окинуть меня всю взглядом, и похотливо застонал. «Я тоже хочу тебя!» – захотелось сказать мне, но я сдержалась. Мало ли, что ему – распалённому – в голову придёт? Но, как бы я ни решила, ему в голову пришло и так. И это оказалось совсем не то, к чему я была готова! Он чуть приподнял меня, сам запрокинул голову и раскрыл рот, высунув язык. Опустил меня так, чтобы я пятками упёрлась в мягкую скользкую поверхность и замер, как бы давая мне привыкнуть. – Э-эй! – подтянула ноги я, повиснув на его пальце. – Ты обещал не есть меня! Он выдохнул, с шумом обдав меня воздухом, и помотал головой, глазами давая понять, что нет, не собирался. – Ты фут-фетишист? – спросила я. – Типа, хочешь полизать мои пяточки? Мужик с вожделением окинул меня взглядом, и я уточнила: – Ты хочешь полизать меня всю?! На это он закивал с раздутыми ноздрями, а взгляд потемнел и затуманился, уже предвкушая. – Блин, чувак, мне страшно! – призналась я. – Ты огромный! Ты меня зубами чуть прихватишь, и у меня позвоночник треснет нахер! Мне как-то не хочется вот это вот… Я сглотнула, а великан, чуть поудобнее устроившись на дне, поднёс ко мне вторую руку и бережно погладил по голове и плечу, оставив мокрый след. – Ты хочешь, чтобы я доверилась тебе? – спросила я настороженно, а взгляд мужика стал теплее. Он медленно кивнул, будто просил. Причём, новых попыток не предпринимал и ждал, когда я отвечу. – Ладно, – согласилась наконец я. – Но как только я скажу, ты тут же прекратишь и выпустишь меня, хорошо? «Хорошо!» – кивнул он. – И не дрочи! – приказала я. – А то случайно челюсть сожмётся, и не будет у тебя больше меня такой красивой. Будешь в платье моё сморкаться и рыдать один! Он рассмеялся, но подтвердил, что принимает уговор. А после началась жесть. Его глотка отсюда казалась бесконечной. Он плавно опускал меня в рот ногами вперёд, а я скользила пятками по мягкому языку и с ужасом смотрела на огромные зубы, которые всё приближались. Впрочем, едва я погрузилась в жаркую багровую тьму по пояс, пальцы ног наткнулись на гортань, и великан замер, резко выдохнув, будто сдерживал кашель. А затем плавно и мягко сомкнул на мне губы, застонав через нос от наслаждения. У меня аж зубы застучали от вибрации. Широкий шершавый язык сзади под ягодицами зашевелился, проходясь по всей задней стороне моих ног, а колени упёрлись в нёбо. Всасывать он меня не пытался, похоже, боясь, что у меня полопаются сосуды, но держал во рту так, будто слаще меня конфеты просто нет. Сзади меня под мышки поддерживали его пальцы, но, учитывая то, что голову он запрокинул, я стояла почти вертикально, упираясь ладонями в его мягкие, как матрас, губы. Мои волосы раз за разом взлетали к затылку от его полных похотливого наслаждения выдохов, и сейчас я могла разглядеть изнутри его ноздри с растущими чёрными волосками, каждую пору и толстые пробивающиеся щетинки бороды на гладкой коже. Совсем близко, отчётливо, но совершенно не неприятно, а наоборот – волнующе. И запах его тела, его волос. Животный, терпкий, но не отвратительный, а ещё сильнее распаляющий. Запах мужчины. Впрочем, я не особо погружалась в созерцание, потому как была погружена буквально в его пасть, и само действо волновало куда сильнее, поэтому я полностью сосредоточилась на ощущениях. Жёсткие зубы бережно касались моей поясницы и живота, но не сжимали, а дальше я полностью утопала в горячем мокром неведомом, где шевелился огромный язык, что перебирал мои ноги, иногда раздвигая их так, что я чувствовала ряды жевательных зубов по бокам. Было откровенно страшно. Вот просто капец как страшно! Но в то же время ощущение становилось всё волнительнее, и хотелось тереться промежностью о кончик языка, который иногда упирался мне прямо в половые губки, нащупывая самое вкусное и добавляя слюней в раскрывшееся навстречу влагалище. Я опёрлась на руки сильнее, соскальзывая с придерживающих меня, но слишком толстых пальцев, перенесла вес на локти и пошевелила тазом внутри его рта, и мужик гудяще низко выдохнул, закатывая глаза. Потом чуть приоткрыл рот, похоже, боясь сглатывать так, проглотил лишнюю слюну и опять резко выдохнул, на этот раз через рот, обдув меня жарким дыханием, которое моментально сменилось холодом на влажной коже, когда он вдыхал. В этот момент я посмотрела себе под ноги и тут же поняла, что это была плохая идея, потому что там судорожно дёргался язычок над гортанью, и выглядело это не только отвратно, но и до одури пугающе. «Интересно, а если я ему прямо туда обоссусь со страху?» – подумала я и тут же встряхнулась. – Слушай, мне реально страшно. Можешь меня выпустить, пожалуйста? – попросила я, и мужик, с разочарованным стоном, подхватил меня под спину и стал переворачиваться назад, оставляя меня лежать на своей ладони. Выглядело со стороны это, наверное, так, будто он мною сблевал. Во всяком случае, мои ноги покрывали те самые гортанные слюни, которые обычно гуще и тянутся мерзкими плёнками между выплюнутым и пастью. Кожу моментально захолодило, и я сжалась, чувствуя, как меня покрывают частые мурашки. Великан неловко утёр губы тыльной стороной ладони свободной руки, а затем, будто извиняясь, стал медленно опускать кулак со мной, как бы предупреждая, что сейчас будет купать. Сопротивляться я не стала. Села поудобнее, обхватив его большой палец, и дождалась, когда ноги опустятся в воду. – Вот, ещё чуть-чуть, и хватит! – приказала я, когда поверхность сомкнулась над пупком. – Держи руку так! Сегодня вода оказалась не такой ледяной. То ли я вчера перемёрзла, то ли погода была лучше, то ли мой гигант нагрел температурой своего тела. Про другие способы согревания воды думать не хотелось, но всё же вряд ли он стал бы пи́сать туда, откуда пьёт. Хотя, кто знает? Мужики народ вообще простой, некоторые даже на помытую кружку обижаются и жрут из одной тарелки неделю, отколупывая только самые крупные куски засохшего. Впрочем, мой великан пока и в этом вопросе демонстрировал чистоплотность, и его посуда, как и он, брезгливого недоумения не вызывала. Я, придерживаясь за палец, аккуратно соскользнула в воду, чуть окунулась и выпустила, наконец оказавшись в воде полностью. Как же давно я не купалась! Ох, соскучилась! Уже стала забывать, насколько это здорово! Самый настоящий отпуск! Мой кавалер тепло улыбнулся, тоже погрузившись почти по нос, а руки обе поставил по бокам от меня, готовый в любой момент подхватить, если мне надоест или я захлебнусь. – Почему у тебя морда не страшная? – спросила я, а он вскинул брови и улыбнулся шире. – Я вообще думала, что у тебя все поры будут грязные, и вообще вот это всё отвратное, и я буду это видеть. А ты чистенький, и даже щетина, будто ты только побрился. Это тоже магия? На это он, судя по движению воды, пожал плечами, и меня понесло волной по инерции. Тут же появилась тёплая ладонь и бережно вернула меня на место, оставив плавать напротив лица гиганта. Я сделала пару гребков к нему ближе и схватилась за его нижнюю губу, как за бортик надувного бассейна. Теперь он уже не казался страшным вообще. Ну, как минимум пока я оставалась по эту сторону зубов, а не по ту. А на ощупь кожа была приятной, пусть и не такой нежной, как у обычного человека. И горячо внутри прям, если ладошку между губ засунуть. Ноздри шаловливо дёрнулись, на спине я почувствовала прикосновение его руки, а следом гигант раскрыл рот и стал втягивать воду. Впрочем, меня бы не утянуло туда – слишком узкая щель, зато ощущения от тока воды было приятное и тоже эротичное. Я уже хотела было отдаться ощущениям полностью, но тут этот мужлан подхватил меня под зад ладонями, приподнял над водой, а сам склонился надо мной сверху и ка-а-а-к плюнул! Это напоминало аквапарк! Когда на тебя несётся просто огромная масса воды, чтобы омыть сплошным потоком, а у тебя сил хватает лишь кое-как удержаться на месте и отплёвываться потом, матюкаясь на все лады. – Чего ржёшь?! – возопила я, когда отфыркалась, но не выдержала и захохотала сама. Попыталась собрать в горсть воду, что ещё не стекла с держащих меня ладоней, и плеснула её ему в глаз, но даже не добросила, а великан уже погрузил лицо в воду опять и снова набрал в рот воды. Вынырнул, сжал губы, и в меня полетела теперь уже тонкая, но упорная струя, как из шланга. Не такого напора, конечно, но тоже ощутимо. Я завизжала, вырываясь и отворачиваясь, но мужик планомерно метил мне в лицо, видя, что я не сильно усердствую и хохочу, и пока вода не кончилась, не прекратил. – Ты – сволочь! – взвизгнула я. – Я тебе это так не оставлю! Я тебе… – на миг запнулась, а потом со смехом выпалила: – Я тебе в чашку нассу и не скажу! Огромная пасть передо мной раскрылась, и я чуть не оглохла от его раскатистого хохота. Он смеялся искренне и от души, и каким-то тёплым счастьем веяло от его смеха, поэтому, когда он замолчал и снова посмотрел на меня искрящимися нежностью глазами, я спрыгнула в воду и подплыла к его подбородку. Он опустил лицо чуть ниже, чтобы я могла дотянуться до его губы, и дал мне ухватиться. Я примостила одну руку поглубже прямо к дёснам, а второй ухватилась снаружи и чуть сжала его, прижавшись грудью и положив щёку на верхнюю губу. Затем не выдержала и чмокнула его. – Ты это, – сказала я. – Я просто как не знаю, но это, если что, я тебя так обняла. Вот.