22. Нежность во мне

По коже прошлись мурашки, когда я поняла, что только что произошло. И что я ему сказала! Сама! Будто казалось, что произнести слова – это одно, ну просто такое вот, как баловство. А результат этих слов – совсем другое. И только услышав ответ Эрика, я стала осознавать, что шутки кончились, и этот мужчина на самом деле возьмёт меня. Прямо здесь, прямо сейчас. – П-п-презервативы? – пролепетала я, отклоняясь под тяжёлым взглядом тёмных глаз, а Эрик, нависший надо мной, усмехнулся и покачал головой: – Нет. Никаких резинок, моя сладкая. Сейчас точно нет. Ближайший год нам не нужна никакая защита. Наоборот, я должен проникать в тебя как можно больше и чаще, чтобы оставлять в тебе семя, – он дёрнул бровями: – Магия фэйри всё ещё действует, я её чувствую. И она нескоро остынет. И пока я могу передать тебе её силу, пока я могу продлить твоё здоровье и молодость, я буду это делать. Чтобы ты как можно дольше была счастлива. А когда моя сперма станет просто генетическим материалом, от которого можно будет зачать, мы с тобой вместе подумаем, что делать дальше, правда? А ещё… Я очень хочу быть в тебе. Чувствовать тебя. Я этого слишком долго ждал! Он усмехнулся, а я неосознанно сжала колени. Радовало одно – плева уже порвана, а значит, самое страшное позади. – Эрик, я чё-то боюсь, – проскулила я, а он закусил губу и ласково посмотрел на меня: – Правда хорошо, что я уже знаю, что с этим делать? – Что? – сглотнув, ещё сильнее подалась назад я, опираясь дрожащими руками о матрас, а соски встали мурашками. Он склонился ниже и зловеще ухмыльнулся: – Нужно просто немножечко настоять на своём. Взять твои чудесные ножки, развести их в стороны, и… Одеяло слетело и накрыло столбик кровати, а мужчина передо мной встал на колено, просунул ладони между моих бёдер, спустил до коленей и бережно, но неотвратимо раздвинул на ширину своих плеч – очень развратно! Я сжалась, чувствуя трепет волнения и холодок по набухшим от предвкушения половым губкам, которые, в отличие от меня, уже ждали его и требовали скорее, скорее! И если бы не холодные мурашки под рёбрами, я бы и сама попросила его… – Как же я хочу тебя, – скрипнул зубами он, раздувая ноздри. – Не представляешь, как я одурел, едва тебя увидел! Эрик посмотрел мне в глаза, и я увидела в них не только нежность, но и приговор, который означал, что это случится сейчас, и ничего не изменить! – Ты же… Я… – горло свело, а мужчина передо мной тепло улыбнулся: – Не беспокойся. Я буду бережным. Обязательно бережным. Всегда, – но после замялся и прибавил: – Тем более, даже человеческий размер у меня… Больше среднего. Так что… – и он закусил губу. – Но всё равно сначала я хочу сделать то, о чём мечтал с самого начала. Он склонился к моей груди, а потом, без паузы вобрал в рот верх одной, сжав крупной пятернёй вторую. Я ощутила шершавый язык на соске и его горячий рот, жадно всасывающий в себя всё, что мог. Выгнулась, чувствуя себя одновременно такой раскрытой и беззащитной, но при этом желанной. Захотелось обнять его голову, и я поддалась этому порыву, стараясь прижать к себе так, чтобы он продолжал лизать, тесно стиснутый, а я бы чувствовала кожей его чуть шершавую щёку и играющие желваки. А язык продолжал тереть мой сосок где-то в глубине его жаркого рта. Я застонала. Сладострастно, по́шло, а его рука, что не стискивала мою грудь, вцепилась ногтями мне в бедро, прижимая мой лобок к голому напряжённому животу. Ягодицы снизу захолодила жёсткая металлическая пряжка, и я вздрогнула. Эрик воспользовался заминкой и высвободился, отпустив меня из захвата. Я встретилась взглядом с затуманенными тёмными глазами, и по коже прошёлся холодок страха – настолько одуревшим выглядел мужчина передо мной. – Я тебя сейчас выебу, – проговорил он срывающимся голосом. – Просто сейчас. Какая же ты сладкая! Боги, как же я хочу тебя! Да ёшкин кот! Затем с усилием зажмурился, стиснул зубы и кулаки, а потом выдохнул, будто получилось вернуть контроль. Открыл глаза, облизнул губы, а потом легонько ткнул пальцами в мои плечи: – Ложись. Так будет удобнее. Я повиновалась. Легла, расслабила шею, укладывая голову на простыню, но поза всё равно казалась какой-то несуразной: попа на краю кровати, а раздвинутые ноги на полу стоят. – Может, я нормально лягу? – начала было я, скосив взгляд на возвышающегося Эрика, но он тряхнул волосами: – Нет. Так лучше. Поверь. Сейчас поймёшь, почему. И кстати, у меня достаточно крепкий череп, если что, я проверял, – он подмигнул, а потом нахмурился и глянул в сторону: – Ты через это окно вылезала? Я вопросительно посмотрела в ту же сторону, пытаясь различить с этого ракурса прямоугольник на стене, но в следующий момент охнула, потому что этот мерзавец воспользовался моментом, пока я отвлеклась, и я успела лишь почувствовать горячее дыхание, и вот он своей огромной глыбой языка уже втиснулся мне прямо туда! Прямо между складочек! Застонала и неосознанно резко свела ноги, зажимая его голову. А он будто ждал этого и прижался теснее, сопя носом и всовывая скользкое толстое основание языка поглубже, так что мои половые губки беззащитно растянулись, обтягивая его. Шершавые вкусовые сосочки прошлись по влагалищу изнутри до самого выхода, раздвигая клитеральный капюшон, а я застонала опять, понимая, что как бы ни стискивала ноги, он всё равно будет это делать со мной! Выгнулась, глядя в потолок, а после приподнялась, чтобы посмотреть на лохматую макушку между ног. Он продолжал слюнявить меня, с наслаждением елозя языком так, будто мечтал об этом всю жизнь! Всовывал часто, иногда задерживал, проходясь плашмя как можно теснее, потом качал клитор из стороны в сторону и снова засовывал язык на всю длину, а я никак не могла остановить его. И не хотела! Я хотела большего! Мучительно хотела! – Эрик… – прошептала я дрожащим голосом. Он, смачно слизнув мою влагу, приподнялся, и от подбородка потянулась слюна. – М? – с улыбкой спросил он, утираясь, а я, плюнув на всё, выдохнула самое желанное: – Возьми меня! Сейчас же! Прямо сейчас возьми меня! Он вмиг перестал улыбаться и шумно выдохнул, а взгляд потемнел настолько, что показалось, будто это окошки в бескрайний космос. – Да что ж ты творишь со мной? – сказал он, дрожа, а после потянулся к краю одеяла, чтобы вытереть рот от моих соков. Тёр подбородок и губы и смотрел на меня, а я во взгляде читала то, что сейчас случится. Не остановится, не отступится, сделает это со мной прямо сейчас. Эрик отбросил одеяло, сглотнул, а после, так же стоя на коленях, потянулся к пряжке. Мои сосочки встали мурашками от металлического звука, а мой великан резко раскинул концы пояса в стороны, расстегнул ширинку, спустил трусы и вытащил такой знакомый, разбухший, перевитый венами багровый член, который блеснул смазкой на конце. Сейчас мужчина возвышался надо мной почти так же, как на той поляне у озера, где дрочил на меня. Я узнавала его с этого ракурса, его напрягшийся твёрдый живот, пульсирующую венку у лобка, вздымающуюся мускулистую грудь и чуть склонённую ко мне лохматую голову с тяжёлой челюстью. Фаллос сочился нетерпением, зажатое в руке основание казалось ещё толще, а яички уже поджались, похоже, предчувствуя эякуляцию. В меня! – Не бойся, – сказал Эрик, видя мой ужас. – Ты настолько влажная, что я скользну быстрей, чем ты испугаешься. – Не надо быстро, – попросила я. – Я хочу… хочу почувствовать тебя. Он растёкся в ласковой улыбке, а после выпустил пенис, опёрся руками на матрас по бокам от меня и, склонившись так, что его волосы шёлком прошлись по моим ключицам, прошептал: – Всё будет хорошо. Я сделаю это с тобой максимально аккуратно, чтобы ты могла ощутить каждый сантиметр. Ты себе представить не можешь, как я сам об этом мечтал, когда ты лежала передо мной в траве. Такая доверчивая, такая нежная, такая раскрытая… – он опустил ресницы, сглатывая, а потом снова посмотрел на меня: – Я в тот момент думал, что у меня яйца взорвутся просто! Безумно хотел тебя! И сейчас так же… Если хочешь можешь сжимать меня ногами, как язык держала тогда. Я уже понял, что тебе так нравится. Я сильный, если что, ты не остановишь меня. Мышцы только не потяни. Он ласково скользнул губами по моему виску, я взволнованно вздохнула, а он выпрямился, опять взял свой пенис за основание, нагнул вниз и приставил головку к моей вульве. – Ой-ёй! – ахнула я совсем по-девчачьи, а Эрик усмехнулся, а затем надавил, растягивая мои половые губки своим хреном. Я подалась было назад, но не тут-то было: поза не особо позволяла как-то маневрировать, а едва я попыталась свести ноги, поняла, что его широкие крепкие бёдра не позволят это сделать, и Эрик прямо сейчас трахнет меня! – Ох, как же я хотел это сделать! – дрожащим голосом простонал он. – Если бы я только мог говорить, ты бы сбежала от ужаса тогда! Нежная моя девочка. – Поч-ч-чему? – Я бы тебе рассказал всё, что собираюсь с тобой сделать, когда мы встретимся в этом мире, и я смогу сделать то, что делаю сейчас! В подробностях! Сил терпеть просто не было! Он прикрыл глаза и томно выдохнул, глядя на меня из-под опущенных ресниц, а член двинулся дальше, раздвигая хрящики и втискиваясь неотвратимо, лишь щекоча складками натянутой кожицы. – О божечки, он даже сейчас большой! – воскликнула я, понимая, что просто не ожидала такого! Этого распирающего чувства, а оно всё не заканчивалось! Мужчина чуть уменьшил нажим и, поставив руки по бокам, склонился: – Прости, я всегда был крупным парнем. На самом деле не представляешь, насколько маленьким я себя сейчас чувствую. Поистине, всё познаётся в сравнении! – Эрик, не смешно! – пискнула я, с ужасом понимая, что он продолжает в меня лезть. – Боги, какой же ты огромный! – Мне остановиться? – лукаво спросил он, замерев, а я, обречённо закрыв глаза, призналась: – Нет! Пожалуйста, не останавливайся… – Я так и думал… – усмехнулся он, и его фаллос надавил сильнее и наконец плавно заполнил меня до конца, упёршись разбухшей головкой в дно влагалища. – Ох ты ж ёшки-матрёшки! – широко раскрыв глаза, выдохнула я. – О боги, да! – вжался он. Его яички плотно прислонились к моей промежности, жёсткие волоски развратно намокли и щекотали мои беспомощно растянутые половые губки. Член пока недвижно покоился во мне, но я чувствовала его весь, даже толстую упрямую головку внутри! Посмотрела в нависшее лицо надо мной и увидела истерически пульсирующую жилку и капельки пота над губой. – Слушай, – дрожащим голосом прошептал он, – я сейчас кончу. Я… – и закрыл глаза, сглатывая. – Я сейчас в тебя кончу. А потом продолжу. Я… Ах! И во мне резко запульсировало, а я аж ощутила, как из головки бьёт сгустками спермы! – Прости-прости, пожалуйста… – застонал он. – Я с ума от тебя схожу! Просто с ума! О боги! И он вжался сильнее, а член продолжал сокращаться, выталкивая семя. – Твою мать, как же это было… – он выгнулся, запрокинув голову, и я увидела дёрнувшийся кадык, а следом склонился назад и закончил: – Несвоевременно. Прости, моя сладкая. Я не рассчитал. Просто дурею от тебя. Но тем лучше. Я смогу втолкнуть в тебя больше своей… магии. Он хитро улыбнулся, а следом качнулся, всовывая член глубже, а я вдруг поняла, что он ощущается всё таким же твёрдым. – А у вас, мужчин, разве оно не должно это… Ну, опадать? – Должно, – кивнул Эрик, довольно ухмыляясь. – Но иногда, когда мужчина слишком возбуждён, он может вынести несколько раундов. А я сейчас очень… ОЧЕНЬ возбуждён! И он чуть отстранился и качнулся снова, заполняя меня до отказа, а я услышала как внутри хлюпнуло его семя. А следом Эрик стал раскачиваться уже без пауз, с каждым ударом заталкивая предыдущую кончу всё глубже и размазывая её по влагалищу и половым губам. Темп нарастал, амплитуда увеличивалась, а боли не было даже намёком! Только наслаждение и желание, чтобы он не останавливался! Я скосила взгляд вниз и увидела, как быстро его толстый член ныряет в меня, и дыхание перехватило! Я судорожно схватилась за его запястья, которыми он опирался о матрас по бокам от моей талии, впилась ногтями в налитые мощные мышцы и постаралась сжать ногами его прижимающийся ко мне таз, но Эрик трахал меня настолько самозабвенно и сильно, что я ничего не смогла сделать. Ахнула, напряглась и закинула колени ему на талию, обняв голенями его дёргающийся зад, мельком вспомнив картину на поляне волшебной деревни, а следом протяжно застонала, осознавая, что он входит в меня целиком, с размаху, и это прекрасно! Мокрые от смазки и спермы яички шлёпались о мою промежность, в тишине спальни раздавалось тяжёлое дыхание, я чувствовала, как деревенеет внутри член, а затем Эрик вдруг рассмеялся. – Что?! – стараясь не сорваться на крик, простонала я. – Знаешь, что я понял? – сказал он, продолжая всовывать пенис всё чаще. – Что? Он склонился и провёл губами по моей щеке, а лицо огрело его жаркое дыхание. – Я так и не поцеловал тебя. До сих пор. Я тебя трахаю, как долбанный обезумевший кобель! Да я даже в мыслях так развратно тебя не имел, как сейчас! О боги! Это… И сливок в тебя уже напустил, что аж хлюпает мерзко. Как же я тебя хочу! Ох, сладкая моя! – он зачастил, всовываясь глубже и теснее. – Я, конечно, выбрал не самый романтичный момент, но можно я поцелую тебя сейчас? Пока ебу тебя, ах… Он прислонился лбом к моему виску, и я услышала, как скрипят его зубы. Низ живота свело в предчувствии финала, я застонала, выгибаясь навстречу, но всё же нашла в себе силы произнести: – Это лучший момент! – и сама поймала его губы, когда он стремительно прижался ко мне открытым влажным ртом. Эрик прикусил мою верхнюю губу, всасывая её, и застонал в нос, стиснув в объятьях, а я напрягла ноги последний раз и выгнулась, сотрясаясь в судороге оргазма. Он выстрелил семенем внутрь, яички поджались, и толстая уретра плюнула в меня ещё раз. И ещё, и ещё. Я выгибалась навстречу, сжимая его ногами изо всех сил, но он ни на миллиметр не выскользнул, пока не кончил до конца. И потом тоже. Мы лежали, обнявшись. Я чувствовала его в себе и на себе, и в кольце его рук было настолько приятно, мирно и уютно, что даже эта комната казалась самым прекрасным местом. Местом, где я должна была потерять девственность не по своей воле, но благодаря волшебству всё случилось так, как я и мечтать не могла. – Я люблю тебя… – Я люблю тебя, – сказал он одновременно со мной, и мы тихо счастливо засмеялись. Пот стекал по его бокам на меня, влажный разгорячённый лоб упирался в мой висок, а в паху отдавался пульс его вен. – Ну, – протянула я, закусила губу, и продолжила: – зато теперь уже точно не девственница. Спасибо. Давно пора. Он расхохотался мне в шею, затем сладко стиснул в объятьях и сказал: – Моя девочка. Никому тебя не отдам. Так и знай! Так что девственница, не девственница, а всё равно уже моя насовсем всегда. И только попробуй попытаться сбежать! Съем тебя такую сладкую! – и он полез мне в сгиб шеи ртом, чуть прикусывая и щекоча, а я залилась смехом и стала выкручиваться, но больше обнимала его. – Знаешь? – сказал он, выпустив меня и приподнявшись так, чтобы видеть моё лицо. – Я не жалею ни о чём. Ради того, чтобы быть с тобой, я бы не только десять лет великаном служил, я бы даже в драконы на пару веков пошёл! Оно того стоит! – В драконы? – удивилась я. – Это в такого, как меня зубами клац-клац, а ты его за хвост и башку отбил? – Ага, – усмехнулся Эрик. – Этому парню вообще не повезло. Он сотни полторы лет назад туда попал. Решил, что сильный, и попробовал установить диктатуру. А его магией чик-чик – и в драконы! И пока Хранителя не победит, так и будет ходить без яиц и без своей девственницы. – О боже! – скорчила гримасу я. – Ему что, прям совсем «чик-чик»?! – Ага. Только попи́сать оставили. Вот он и летает злой. Мы с ним как-то всю ночь сидели, он мне рассказывал. И про жизнь свою, и про правила Волшебной страны. Почти друзьями стали, да он потом сам обиделся и хуями погнал. Ну ты слышала. Не очень у него характер уживчивый… Говорит, до этого писателем работал. – Жалко его! – протянула я, вспоминая тварь, а Эрик ободряюще взмахнул ресницами: – Не жалей. Тяжелей испытание – слаще награда. Он своё пройдёт и будет счастлив. По-настоящему. И будет так же благодарить судьбу, как я сейчас. За счастье, что наконец обрёл. И лично я намерен прямо сейчас окунуться в своё поглубже ещё разок. Он качнул бёдрами, и я поняла, что член внутри меня опять напрягся. – Да ты ж неутомимый мой гигант! – в ужасе выдохнула я, а Эрик улыбнулся, склонился и нежно поцеловал меня: – Весь твой навсегда.