Часть 31

Нагиня выдала Кегану накидку темно-синего цвета со словами:

– И капюшон накинь. А то рана в твоей голове выдаст в тебе плененного для изъятия магии.

– Заживет, – отозвался Кеган, набрасывая капюшон. – А ты что же, не боишься?

– Чего я должна бояться?

Кеган пожал плечами.

– Вдруг кто узнает, кого ты себе в рабы заимела.

Нагиня гордо вскинула острый подбородок и проговорила:

– А мне плевать. Я племянница Сарван-Хаша и имею право на игрушки. Пойдем.

Кеган хотел попытаться сопротивляться, но едва дернулся в сторону, как ощутил – ноги не слушаются. Точнее слушаются, но не его. Нагсара рядом сложила руки на груди и усмехнулась.

– Я же сказала, что приняла меры. Тебе не сбежать, маг.

Отняв у него побрякушку, нагиня повела Кегана по канализации. По крутому склону из песка они вышли на поверхность, где он во всей красе увидел город серпентов.

Огромный, весь из песчаных башен, с желто-оранжевыми улицами и арками. По дорогам бегут громадные ездовые пауки, наги в набедренных штанах и коротких жилетках разносят корзины с фруктами. Откуда-то с рынка слышны голоса продавцов и гогот, город живет обычной жизнью, будто не подозревает, что прямо под ним целая пропасть, над которой висят живые источники магии.

– Что это за место? – спросил Кеган.

– Трепещи, маг, – усмехнулась нагиня. – Это великий Расишар. Столица ханства Рашс. Ты должен благодарить звезды, что попал сюда.

– Да уж, радость какая, – с иронией отозвался Кеган.

Позвав за собой, нагиня подвела его к большому пауку с седлом на двоих. Противиться ее приказам Кеган не мог из-за браслетов. Как и применить свою огненную магию. Очевидно, они не только подчиняют волю, но и блокируют магию.

Пришлось лезть на паука.

Ехать на нем оказалось непривычно. На лошади обычно движения вперед-назад, а здесь пришлось вертеть всем тазом, чтобы держаться ровно. Нагиню это совершенно не беспокоило, видимо, привыкла.

Они мчались по заполненной торговцами и горожанами улице. Кеган только и успевал, что поглядывать по сторонам, запоминая, что и где, оценивая ситуацию. Лавки, шатры, песок, желтые камни, арки и змеиные орнаменты на дверях домов, которые по форме напоминают капли.

Спустя минут десять паук привез их к большому каплевидному дому из желтого камня. Вокруг кусты, балдахины и небольшие бассейны, возле которых на лежаках нежатся серпенты. Рядом рабы с опахалами с рук кормят их фруктами, беря из с подноса.

Кеган спросил:

– Я тоже должен тебя кормить вот так?

И кивнул на серпентов.

Нагиня остановила паука у крыльца с полукруглыми ступеньками и проговорила:

– Если прикажу, то будешь кормить.

Она спрыгнула паука, Кеган последовал за ней – другого ему не оставалось. Потом они вошли в дом, довольно большой, но, как понял Кеган, больше напоминающий муравьиную нору внутри – вместо холла длинный тоннель, разветвляющийся на несколько других, в один из которых они свернули. Он догадался, что этими тоннелями, словно хорами червяка в яблоке, испещрен весь дом.

Тоннель привел к двери, за которой оказалась просторная комната с хвойной подстилкой вместо пола, низкими тумбочками и круглой кроватью из веток, напоминающей гнездо. Гнездо выстлано толстыми перинами и шелковыми простынями.

Нагсара проговорила:

– Это моя опочивальня.

Кеган понял это и без уточнений.

– Теперь я буду жить здесь? – спросил он.

– Не только жить, – заявила нагиня и сделал резкий шаг к Кегану.

Сарпентша оказалась так близко, что он смог рассмотреть чешуйки над ее лбом. Нагиня облизала широкие губы и ее ладонь легла ему на грудь.

– Ты мой раб, – прошипела она. – И будешь выполнять все, что я пожелаю. А сейчас я желаю тебя.

Кеган знал, что привлекателен, но не предполагал, что даже для нагинь. Вкусы ведь у серпентов могут отличаться от людских и магических. Но этот вопрос быстро ушел на второй план, потому что прохладные ладони Нагсары стали скользить по его груди, медленно спускаясь к животу, затем к поясу штанов.

– Ты сильный даже для человека, – прошептала она.

– Я не человек, а маг, – сказал Кеган. – Уже говорил.

– Какой-то ты неприветливый, маг, – усмехнулась Нагсара. – Но мы это исправим. Ты ведь мне подчиняешься.

Кеган напряг всю свою волю, но даже теперь не смог противостоять магическим браслетам, и когда ноги привели его к кровати-гнезду, нагиня толкнула его на постель и проговорила с усмешкой:

– Ты даже не представляешь, сколько магии вкачано в этот артефакт. Браслеты способны удержать дракона в его истинном облике. С магом они точно справятся.

Спать с нагиней Кегану не хотелось. Но, когда она стала медленно стягивать с него штаны, гладить ноги и дразнить раздвоенным языком внутреннюю сторону бедра, его ствол сам стал подниматься.

– Твою ж… – выругался он, упершись локтями в простыни.

– А ты не сопротивляйся, маг, – смеялась нагиня. – Получай удовольствие.

Она быстро скинула с себя одежду. Кеган отметил – фигура у нее все-таки крепкая, хоть и совершенно не в его вкусе. Сопротивляться он пытался изо всех сил, но магия браслетов не давала обрести волю, а когда пальцы Нагсары сжали его член и стали плавно водить вверх-вниз, он не смог сдержать стона – толка в этом нагиня знала.

– Я же говорила – расслабься, – проговорила Нагсара. – Если будешь делать все, что я говорю, нам обоим будет приятно.

Мысли Кегана бунтовали против всего этого, однако мужской орган предательски стоял, как штык. И пришлось признать – Нагсара прекрасно понимала, что делать своими тонкими, прохладными пальчиками.

Она ласкала его член, гладила вверх-вниз, сжимала, заставляя Кегана сжимать челюсти, чтобы не стонать. А стонать хотелось, потому что прикосновения нагини искусные, трепетные и очень профессиональные.

– Ну, – промурлыкала она шипяще, – что же ты сдерживаешься, маг? Я вижу, ты хочешь меня. Скажи это.

– Нет…

– Какой упрямый, – в приторной обиде надула широкие губы нагиня. – Но я сломаю твое упрямство.

После чего она наклонилась и ее губы коснулись возбужденной головки ее члена. Кеган закрыл глаза и шумно выдохнул, стараясь думать о чем-то сложном, об умножении и делении чисел, о постройке плотин, о пересчете документов, о чем угодно, только бы удержать мысли в здравом русле. Но губы нагини плавно и медленно сжимали его головку, неспешно насаживаясь на его член.

Продолжая вбирать его в рот, нагиня стала игриво облизывать и дразнить ствол раздвоенным языком. Она сжимала его член, плавно двигая ртом, так что Кеган вцепился в простыни за головой.

– Твою за копыто… – выругался он хрипло.

– Угу… – причмокивая отозвалась Нагсара, двигая головой над его членом и стоя с оттопыренным задом на коленях. – Ммм… ммм…

Кегану было все труднее сдерживаться, все его мысли, вся кровь и магия, какая осталась в теле, устремилась вниз.

Ему очень хотелось трахнуть эту змеиную дрянь… Проучить… Показать, кто здесь главный… Она магией принудила его… он сам бы никогда…

– Ааа… – не выдержал он и застонал, когда Нагсара очень ловко облизала его головку вместе с уздечкой.

Нагиня довольно усмехнулась, оторвавшись от его члена.

– Так-то лучше. Я же сказала, что найду управу на строптивого мага.

После чего мигом оказалась сверху и медленно опустилась на его невыносимо возбужденный ствол. Кеган застонал, когда с трудом вошел в ее тугую щель, не слишком влажную, даже суховатую, что затруднило вход. Уздечка болезненно натянулась, Кеган поморщился, стараясь замедлить процесс и позволить нагине растянуться. Ей же, очевидно, процесс «на сухую» очень нравился. Может для змеелюдок это норма…

– Змея… Осторожнее, – выругался Кеган сквозь стиснутые зубы и выдохнул, когда все же вошел в нее.

Только теперь он ощутил, что нагиня мокрая. Она задвигалась на нем, выгибаясь и заламывая руки. Шлепки ее зада о его бедра наполнили комнату, Кеган тяжело дышал, чувствуя, как близится момент его разрядки.

– Да! Да! Да! – кричала Нагсара, гладя себя и хватая за маленькую грудь. – Еще! Еще!

– Дрянь… – выругался Кеган и одним махом перевернул ее, оказавшись сверху. Прежде, чем нагиня успела сообразить, он развернул ее спиной к себе и поставил на четвереньки.

– Хочешь еще, да? – прохрипел он и резко вошел в нее.

– Ооо… дааа… ааа… – застонала нагиня, оттопыривая зад и подаваясь на встречу его члену.

Заломив Нагсаре руки за спину, Кеган драл ее мощно и сильно, будто от этого зависит его жизнь. Вполне вероятно, это так и было. Сейчас это единственный способ наказать высокомерную тварь, показать, что ей позволено не все.

Его бедра бились о ее голый зад все быстрее, нагиня кричала, стонала и повизгивала, все сильнее расставляя ноги.

– Ааа!.. Ааа… Ооо… Ааа…

Толчки Кегана становились все исступленней и жестче. Его пальцы впились в сочный, покрытый мелкой сверкающей чешуей, зад нагини, все глубже насаживая ее на себя. Но чем сильнее и безумнее имел ее Кеган, тем слаще кричала нагиня.

Ей нравится, когда он делает это жестко.

Член Кегана напрягся, все кровь устремилась к нему, больше терпеть не было сил. Как бы ни хотелось наказать нагиню, доказать, что она не властна над его волей, против собственного тела не попрешь.

Кеган кончил громко и сильно, излив весь поток прямо в нее, и упал на простыни обессиленный так, будто два дня таскал мешки, причем вручную.

Его дыхание с шумом вырывалось из легких, головы шумела, хотелось встать и бежать отсюда, но сейчас не получалось даже поднять руку. Зато Нагсара рядом довольно растянулась и заулыбалась во весь широкий рот, подперев кулаком щеку.

– Какой ты горячий, маг, – сказала она удовлетворенно. – Мне понравилось. Будешь это, когда я захочу.

Кегана все еще вело., он проговорил хрипло:

– У меня сил нет… Что ты сделала?..

– А ты как думал? – усмехнулась нагиня. – Браслеты надо питать. Вот они и вытягивают из тебя силы, чтобы поддерживать свою магию.

– Дрянь…

Нагсара хмыкнула.

– Не бойся, маг. До следующего раза ты восстановишься.

Она поднялась и направилась к большому корыту для омовения, широко виляя голым задом.