Глава 14

Глава 14

— Присаживайтесь оба, — кивнул отец, указывая на свободные кресла.

Внешне он был совершенно спокоен, но я не обманывался этим.

— Начну с тебя, сын. Сказать, что я зол, это не сказать ничего. Меня раздирает от желания запереть тебя в подвале и никуда не выпускать до отъезда в Рязань.

С другой стороны, я горжусь тобой так, как только может гордиться отец своим сыном. Оказавшись в безвыходной, казалось бы, ситуации, ты не только выжил, но и спас людей, доверившихся тебе, попутно уничтожив часть противников и добыв важную для империи информацию. За это тебя ждет награда, но о поощрениях мы поговорим после того, как закончишь учебу.

Так же мне радостно, что ты помог князю Апраксину вернуть сына — он очень просил за тебя. Приятельские связи с родом Скуратовых переросли в более крепкие, дружеские, что немаловажно в свете сложившейся ситуации. Ну, а завязавшиеся прекрасные отношения с этим скрягой Барятинским открывает для нашего рода новые возможности.

Так что, если бы не твое поведение, я бы сказал, что ты большой молодец. И ты так же должен понимать, что я не могу оставить без последствий твой безрассудный поступок.

Про Тамбов тебе мама уже сказала, как я понимаю, как и про то, что с тобой поедет София. Уверен, ты гадаешь, почему именно она, верно?

— Ну, на самом деле я думаю, что это такой вот сложный способ расправиться со мной, — отозвался я. — Мол, враги не смогли, так пусть сестра попробует. Уверен, мой хладный труп обнаружится уже где-нибудь между Тулой и Рязанью. Но предупреждаю, умирать я хочу с комфортом, поэтому требую вагон на одного и, желательно, с большой кроватью.

— Я могу понять, что натолкнуло тебя на такие мысли, но можешь не беспокоиться — София кровно заинтересована в том, чтобы ты не только выжил, но и стал сильней. За это ей обещаны, скажем так, некоторые послабления.

— Почему она?

— А что тебя не устраивает, братик? — невинно захлопала та ресничками.

Ну прям кавай, но мы-то знаем эту змеюку!

— Меня не устраиваешь ты! Твое общество, твоя кампания, вообще, твое нахождение со мной в одном мире. Отец, можно мне кого-нибудь другого в попутчики?

— Грубиян, — притворно надулась она, но меня фиг проведешь.

Я уже вижу, как ей не терпится остаться со мной наедине. И совсем не для разврата — о нет! У этой стервы крайне больная фантазия и хорошая память. Я прям чую, как начинает припекать мой зад!

— София поедет с тобой, это не обсуждается. Заодно научитесь коммуникации друг с другом.

— Зачем? Мне что есть она, что нет, все равно. Но лучше, если ее нет.

— Потому что я так сказал. Такой ответ от главы рода тебя устроит?

— Как прикажешь, отец, — склонил я голову.

Когда он говорит таким тоном, то лучше смириться — целее останешься.

— Итак, твоя задача в Тамбове — взять ранг Преодоление. Полностью раскрыть и закрепить его в себе.

— Но это же магический ранг укрепления тела. А я еще не инициированный!

— Ничего страшного. Есть возможности сделать это раньше, твоя бабушка тебе все расскажет. Ну, и поможет, конечно. Ее уже предупредили, и она уверена, что все получится.

Далее, планы насчет Рязани изменились. Нет, ты так же туда отправишься, но уже под своими именем и фамилией.

— Это почему, интересно?

— Все дело в наборе этого года. Ректор Академии ВМВ связался со мной и предоставил список поступающих — там полно отпрысков правящих домов Европы, Востока и Азии — все-таки наша академия по праву считается лучшей в мире. Поэтому обычных курсантов в этом наборе не будет, только высшие аристократы из всех империй и королевств, за исключением, конечно же, Америки и еще пары стран.

— А с чего вдруг такие изменения?

— В мире очень неспокойно, пахнет войной. И, конечно же, все хотят быть к ней максимально готовыми. И твоя находка под поместьем Белянина на многое раскрыла глаза. Против нас, да и не только нас, началась активная игра, и мы в ней пока отстаем. И, похоже, так же считают и остальные, конечно же, дружественные нам страны.

— А такие есть?

— Есть, не переживай. Но это все лирика. В общем, ты поедешь как князь, а значит, придется соответствовать статусу и вести себя подобающе, а не так, как ты привык. Поверь мне, Владимир, я многое могу тебе простить, но не позор рода. Надеюсь, тебе это понятно.

Общие данные о поступающих тебе пришлют позже, чтобы ты был в курсе. На месте разберешься. Твоя задача — завести нужные знакомства, влиться в коллектив. В идеале стать лидером.

— А если нет? Ну вот вдруг не получится у меня? Жизнь, она ведь такая — то передом к тебе повернется, то задом.

— На «нет» и ничего нет. Как не оправдавший моего доверия и надежд, ты станешь не интересен ни мне, ни роду.

— Изгонишь?

Меня уже понесло. Попытка притормозить ничего не дала. Ну вот не люблю, когда давят!

— Так, может, сразу так и сделаешь? Чего тянуть время? Я заживу своей жизнью, ты своей — и все будут счастливы, верно? А если раскрытие шпионской сети у вас под носом несет еще и материальную награду, то и безбедно.

Ты ведь сейчас не на меня злишься, а на себя, верно? Да как же, Великий Канцлер, у которого у руках и родовая разведка, и тысячи прикормленных агентов, все проспал! И Скуратов с его Тайной канцелярией, у которого тоже разведка имеется, проспал. Я уж не говорю о Меньшикове — министре экономики, у которого… О, ужас, тоже есть своя разведка, и о Долгоруком — начальнике МИДа, которому сами боги велели знать, что у нас делают иностранцы, приезжающие в империю.

Я все верно говорю, отец? Вы все просрали, прости мне мой простолюдинский, я вашу работу сделал за вас, но я же в этом и виноват⁈ Император-батюшка, уверен, вас хорошо потыкал в вашу работу, еще и лицами по протоколам допроса поелозил. И поэтому ты теперь срываешься на мне, прикрываясь мнимой заботой.

— Замолчи, а то прокляну! — зашипел отец, его лицо побагровело от ярости

— Да плевать! В Тамбов? Отлично! Куда угодно, лишь бы подальше отсюда. С Софией? Сойдет — у нее сиськи большие, в дороге скучно не будет. Она давно хочет, чтобы я ее трахнул, а не получается, вот и бесится. А бабушка, думаю, примет изгнанного внука и фамилию свою даст. Владимир Зотов — как по мне, звучит не хуже, чем Романов. И отучусь, как велено, но не потому, что это тебе надо, а потому что сам этого хочу. Но ты, уважаемый глава рода, подумай — захочу ли я вернуться обратно? И на всякий случай начинай готовить на роль Великого Канцлера Андрея. Вдруг я не подойду для этой высокой должности! Уверен, он сможет совмещать и эту должность, и должность главы рода, как это делаешь ты. Ну, и с Левчиком найдет общий язык.

А мне-то некогда — Родина в опасности, и надо научиться ее защищать. Честь имею!

Картинно щелкнув каблуками, я в абсолютной тишине вышел за дверь, после чего выдохнул.

Ну и на хрена, спрашивается, я все это сказал⁈ Что за ребячество? Или эта дрянь, что в меня ввели, еще не до конца выветрилась? Я ж всегда был спокойным, рассудительным, а сейчас будто бес вселился. Все хочется делать наперекор.

Да и плевать, надоело под всех подстраиваться! И, как всегда, мои планы псу под хвост… Что ж, надо сделать пару звонков.

Вернулся к себе, взял магофон, зашел в социальную сеть, нашел контакт Вероники, написал, что не смогу с ней встретиться, потому как завтра уезжаю в ссылку. Куда — сказать не могу, потому как вокруг одни шпиЁны. Но зато могу позвонить, ну, и свой номер оставил.

Не успел закрыть приложение, как раздался звонок с незнакомого номера. Даже не сомневаясь, снял трубку и услышал ее взволнованный голос.

Если кратко — она за меня переживала, сильно. У нас с ней все в силе — то есть, свидание и тортики будут. Она подождет, сколько надо. Мою кандидатуру на роль ее парня, а в потенциале и жениха, папа одобрил — ну еще бы он не одобрил! Породниться с Романовыми — это огромная честь.

Сказал, что буду поступать в академию ВМВ в Рязани. И — о чудо! — совпадение. Она поступает туда же. Хорошо… Нет, это просто замечательно!

Девчонка она боевая, спину прикрыть может, гнили не заметил, да и целуется здорово. В общем, сплошные плюсы. Так что мы с ней договорились поддерживать контакт и не теряться. Я пообещал по приезду обязательно позвонить. На этой позитивной ноте мы и закончили общение.

Потом, будто что-то почувствовав, позвонил Саша. Мы с ним как-то редко раньше общались, но тут его будто прорвало. Поболтал с ним минут десять. Хороший он парень, и не трус, как оказалось. Правильно его князь воспитал.

На этом мои переговоры закончились… А, нет. Фиг бы там. «Марш имперских магов», поставленный на вызовы от Левчика, загремел на всю комнату и едва не заставил меня начать маршировать.

Когда на поле боя

Начнется самый Ад,

Когда всем станет туго,

Придет имперский маг.

Он весел, он спокоен,

Он силой заряжен.

Потомок он героев

Тех памятных времен.

Он вскинет гордо руки,

Эфир ему как брат,

И поле содрогнется,

Трусливый дрогнет враг…

Вставайте, маги русские,

На славный смертный бой

За нашу землю Русскую!

Империя с тобой….

— Бра-а-ат!!! — заорал он в трубку. — Ты круче гор и умней моего ворона Аркаши!!! Как ты выдал! Я чуть не плакал, когда отец о твоих подвигах рассказывал! Ты ведь нас спас по сути. Столько всего повылезало, что Скуратов и днюет, и ночует на работе. Отчеты и доклады уже не помещаются в кабинетах.

— Откуда гости были, выяснили?

— Не уверен, но, кажется, я слышал что-то за Америку… А откуда ж еще, брат? Кому могут мешать мирные маги вроде нас?

— Ну да, мирные, — усмехнулся я. — За последние сто лет три войны, и только одна в обороне.

— Так одной обороной войны и не выиграть. Надо иногда наносить превентивные удары, чтобы, значит, знали и помнили. Демонстрация силы — она хорошо остужает горячие головы. Но ты все равно красавчик! Рад, что ты выжил. Давай завтра ко мне, отметим!

— Завтра не получится. Да и вообще, теперь не знаю, когда получится. Я в Тамбов уезжаю, а потом оттуда в Рязань.

— Значит, отец все же тебя не простил, — загрустил он.

— Ну, у него свое видение произошедшего. Хоть ремня не дал, что тоже в плюс. А как дальше будет — посмотрим.

— Но ты же будешь на связи, брат?

— Для тебя я всегда на связи, брат. Будет туго, звони. И если не сдохну в дороге — приеду куда надо.

— Я всегда знал, что ты для меня самый близкий…

Кажется, он даже прослезился. Ну да, Левчик очень сентиментален.

— Не прощаюсь брат, а говорю до свиданья. Нагни всех, стань лучшим, и тогда мы еще повоюем. А я приложу все усилия, чтобы ты тоже мной гордился, — сказал он и повесил трубку.

— Я всегда горжусь тобой, брат, — шепнул я потускневшему экрану.

Так, пора встряхнуться. Минута слабости прошла, а теперь надо прикинуть, что брать с собой в дорогу из дома, куда я, возможно, никогда больше не вернусь.

Три тайника — один в стене и пара в полу — были вскрыты, и их содержимое перекочевало в кольцо. Деньги, парочка артефактов и моя записная книжка, которая, попади не в те руки, могла здорово подпортить мне жизнь.

Почему я не таскал ее в кольце? Да просто все. Как я уже и говорил, пространственные кольца в империи носило всего несколько человек, а именно: бывший император и его канцлер, действующий император и его канцлер, и будущий император и его канцлер, то есть, мы с Левчиком. Остальные о них даже не догадывались. И вся фишка в том, что каждый из носителей таких артефактов мог легко увидеть то, что лежит в кольце другого. Не вытащить — увидеть. Ну, и потребовать предъявить, так сказать.

Конечно, подозрительного отца могли заинтересовать мои записи, но вряд ли он бы в них полез. Но, как говорится, перестраховка наше все. А теперь уж пофиг — дальше Тамбова не сошлют.

Далее я решил хандрить, строить планы по захвату мира и поиграть в игрушку, потому как делать все равно было нечего. На ужин со всеми не пойду — видеть никого не хочу, а утром меня уже здесь не будет.

Поезд до Тамбова идет почти десять часов — билеты нам взяли на самый медленный из всех, но зато он же самый спокойный и защищенный. Ну, в смысле охраны — там ее столько, что чужому просто не пролезть. Аристократические вагоны жестко закрыты от посещений простолюдинами, плюс сами они повышенной комфортности. Так что буду отдыхать и бесить Софию, чтобы жизнь ей рожком с мороженым не казалась.

Кстати, о ней — зачем все-таки она собралась ехать со мной? Еще и добровольно вызвалась? Воспылала внезапной любовью к сводному братику? Очень сомнительно. Строит коварные планы мести? Думаю, ближе… Но нет. Батя и так отомстил за всех. Тогда что?

Ладно, решать проблемы буду по мере их поступления. Кстати, о поступлении — раз уж решил бунтовать, то лучше это делать так, чтобы все видели, но сделать ничего не смогли. Поэтому я, недолго думая (потому как долго — не мое), решил отметить свое возвращение домой. Как? Да просто все — звонок Левчику, братьям Меньшиковым, Юрке Долгорукому, а после Веронике… Та была в шоке. Но обещалась быть.

Набрал Саше — его из дома пока не выпускали, но ради такого дела сделали исключение. Ну, и нашел контакт Наташи — в этом Левчик помог, он читал личные дела и дал ее номер. Та меня сначала не узнала, потом явно обрадовалась и тоже собиралась быть.

Так что через два часа наша шумная компания оккупировала задний двор, где была большая беседка, стоял мангал, гремела музыка, нарушая привычный покой поместья Романовых.

С учетом того, что тут собрались дети высшей аристократии, которая была в курсе всего, мы, не особо таясь, рассказали все, как было. Мои парни были удивлены, и мне даже показалось, что у Юрки в глазах мелькнула зависть. Ну да, такое приключение прошло мимо него. А то, что там можно было банально сдохнуть, его не интересовало.

Так что знакомство прошло на ура и под громкие одобрительные выкрики в честь нас, таких отважных и красивых. Ну, и куда ж без романтики — это уже Левчик слюни распустил сначала на Веронику, а потом, поняв, что с ней не светит (от меня плюсик ей в карму, ведь наследник престола всяко лучше и перспективней, чем его двоюродный брат), переключился на Наташу. Но и тут, к моему удивлению, познал радость встречи с птицей Обломинго. И с горя напился.

Я так и не понял, с чего вдруг Наташа решила идти на меня в атаку по всем фронтам. Скромненько, но верно, как ей, видимо, казалось. Правда, со стороны это лишь умиляло — куда ей до яростных атак все той же Вероники. Но она не сдавалась, явно решив, что я именно тот самый герой ее романа. К тому же успевший облапать ее и видевший ее трусики. То есть, по ее мнению, она теперь только моя и ничья больше.

Вывертам женского сознания я уже устал удивляться, поэтому пустил все на самотек. Завтра все равно надолго уеду, а там, глядишь, и забудется наше приключение, как страшный сон.

А вообще хорошо мы так сидели, душевно. Даже Бим и Бом, ну, то есть, братья Меньшиковы вели себя прилично и не приставали к дамам с неприличными предложениями. Впрочем, дамы как бы дали понять, что они мои, а это у нас в компании табу. И все было хорошо, и я уже подумывал показать Нике наш сад, а точней, его удаленные уголки, как вдруг приперлась София.

Нет, ну вот кто ее звал, спрашивается, а⁈ Я ж и место выбрал такое, чтобы не у всех на глазах, а эта… На запах, что ли, отреагировала?

Мои парни, как ее увидели, так сразу отодвинулись подальше, демонстрируя ей свою «любовь» и «уважение». А главное, желание удрать от нее куда подальше. Софочка нравится всем, но эти самые все предпочитают любить ее на расстоянии. И чем дальше она, тем сильней любовь.

А эта с невозмутимым видом уселась напротив, заточила шампур шашлыка и принялась с милой (!!!) улыбкой расспрашивать Нику и Наташу о том, что с нами произошло.

Я им и знаки делал, чтоб молчали, и даже за попки щипал, чтоб отвлеклись, но куда там… Девчонки всерьез решили, что ей интересны все подробности их переживаний, и стали активно делиться своим наболевшим. И это была большая ошибка…