Глава 34

«Самый лучший способ что-то найти –

это просто перестать искать.

А самый лучший способ чего-то дождаться –

перестать ждать».

Лера.

Скоро новый год, и я решила сделать Пете сюрприз. Помня наше первое Рождество в особняке, я поехала за елкой. Долго и с радостным предвкушением выбирала пушистую красавицу. Кое-как продавец помог мне запихнуть дерево в машину. А я, улыбаясь, как дурочка, представляя себе реакцию мужчины на мой сюрприз, поехала в особняк.

Я знаю расписание Пети очень хорошо, уверена, что сейчас он в офисе на совещание, как и всегда в это время. Поэтому заезжаю во двор и прошу Лешу помочь мне с елкой. Пусть только донесет до кабинета и поможет установить, а наряжать я сама люблю.

Подхожу к двери кабинета, она приоткрыта, и оттуда слышен голос Пети.

– Да…. Нет, сегодня меня не будет…. Конечно, решим этот вопрос. Новый согласованный вариант договора вам уже оправил мой юрист. – Слышен его голос из кабинета. Неужели у меня не получится сделать сюрприз? Эх… Так, а почему он дома в это время дня?

Заглядываю в кабинет и натыкаюсь взглядом на маленького мальчика, который сидит на диване и смотрит мультфильм по телевизору. От неожиданности забываю и про елку, и про сюрприз.

– Заносить? – спрашивает Леша, кивая на елку, которую все еще держит в руках.

– Нет, – оборачиваюсь растерянно. – Поставь здесь.

Охранник ставит дерево на пол, прислонив к стене. А я захожу в кабинет без стука.

Откуда здесь ребенок? Такой маленький. Сколько ему? Три? Четыре? Наверное, три. Такой маленький и худенький. Он поворачивается в сторону двери, смотрит на меня удивленно. Карие глаза впиваются в мое лицо, а я просто не знаю куда себя деть.

Это взгляд не ребенка, а взрослого человека. Он сморит изучающе и будто все понимая, и от этого мурашки бегут по коже. С трудом отрываю от него глаза. Перевожу взгляд на Петю, который сидит за столом и внимательно меня разглядывает.

Открываю рот, чтобы задать вопрос, но тут же прикрываю рот рукой, не в силах его сформулировать.

Кто? Откуда? Неужели, это его ребенок? Когда успел? Почему я узнаю только сейчас?

– Петя? – бормочу растерянно, не в силах задать вопрос.

Он резко поднимается из-за стола, в несколько шагов подходит ко мне. Обнимает за талию, окружая своим теплом, подталкивает в сторону двери, выводит из комнаты. Прикрыв за нами двери, он облокачивается о нее спиной, притягивая меня к себе за талию. Проводит носом по щеке, запуская табун мурашек на коже. Шумно вдыхает, зарываясь носом в волосы.

– Кто этот мальчик? – выдавливаю из себя.

– Просто мальчик, – выдыхает мне в волосы. – Зовут Антон.

Я нервно сглатываю, еще больше напрягаясь.

– Это твой ребенок? – спрашиваю самое страшное, едва выдыхая этот вопрос. От аолнения мой голос звучит противно пискляво.

– Нет, – говорит резко. – С ума сошла?

Он перебирает пальцами мои волосы, и это немного успокаивает меня.

– Тогда откуда он тут взялся? – выдыхаю новый вопрос.

– Из детского дома. – Ошарашивает меня. – Их дом сгорел сегодня.

– Их?

– Да, наверху еще четверо. – Совсем добивает меня. Еще четверо? Как? Почему он согласился на это? – Они поживут тут, пока. – Он заправляет мне за ухо выбившуюся прядь волос. – Они не будут нам мешать, не волнуйся.

– А почему они оказались здесь? Почему именно у тебя дома? – Я начинаю постепенно успокаиваться, и теперь просто пытаюсь переварить информацию.

– Я сам так захотел. Не мог оставить их в беде. – Говорит тихо, разглядывая мое лицо. Знаю, сейчас он пытается прочитать мои мысли и мою реакцию. И когда он собирался рассказать мне об этом?

Он сам захотел им помочь? Неужели это мой Петя? Петя бы никогда так не поступил. Или я его совсем не знала?

– Хорошо, – выдыхаю устало. – Я могу чем-то помочь?

Он улыбается. Радостно, как школьник, которому досталась конфета.

– Просто останься здесь, – ну точно, школьник, довольный такой. Прижимает меня к себе, вжимает в свое тело, нежно целует в губы, все еще довольно посмеиваясь. И я не могу сдержать улыбку, глядя на него и чувствуя, как спадает напряжение.

Мы возвращаемся в комнату. Петя садится за стол, снова утыкаясь взглядом в экран ноутбука. Я же аккуратно присаживаюсь на край дивана. Не знаю, что нужно делать и как себя вести. С одной стороны – никто не заставляет меня стараться, чтобы угодить. С другой – мне не хочется навредить ребенку, и я боюсь его испугать.

Антон поворачивается ко мне, внимательно рассматривает мое лицо. В его взгляде столько взрослого понимания, что это трогает до глубины души.

– Привет, – говорю ему тихо. Он молчит, продолжая меня разглядывать. – Что ты смотришь? А мне с тобой можно? – Спрашиваю невпопад, чтобы как-то разговорить ребенка. Но тот упрямо молчит. И только смотрит на меня внимательно, словно в самую душу вглядывается. Очень необычный мальчик.

– Ты не голоден? – снова спрашиваю его. Он все молчит, и я поворачиваюсь в сторону Пети. Мужчина мотает головой, давая понять, что мальчик ничего мне не ответит. Он совсем не говорит? Странно. Надо бы узнать почему.

– Что там у тебя? Мишка? – спрашиваю Антона, показывая глазами на плюшевого мишку у него в руках. Игрушка изрядно потрепана и у нее нет одного уха и лапы. Мальчик опускает глазами, а потом протягивает мне мишку. Я много читала о психологии детей в те дни, когда еще надеялась родить своего ребенка. И знаю, что, если ребенок делится чем-то ценным для него, например, игрушкой, то это высшая степень доверия.

У меня на глаза навернулись слезы, но я сдерживаю себя, не давая разреветься.

– Спасибо, – говорю и беру у него игрушку. – Красивый какой мишка. – Антон внимательно смотрит на меня, потом протягивает руку и забирает мишку. Мол, поиграла и хватит. Я только улыбаюсь в ответ.

Потом он берет меня за руку, слезает с дивана и ведет меня к выходу из комнаты. Немного удивленно смотрю на Петю, он только улыбается, подмигивая мне. А Антон ведет меня из кабинета, по лестнице и дальше по коридору, пока мы не доходим до одной из комнат для гостей. Он толкает двери, но она слишком тяжелая для его маленькой ручки. И тогда я толкаю двери, помогая ему ее открыть.

Внутри самая обычная комната, но мальчик ведет меня внутрь, по-хозяйски обводя ее взглядом.

– Это твоя комната? – догадалась я, и он улыбнулся. Спокойно так, даже немного самоуверенно. – Красиво тут, правда? – Малыш расплылся в улыбке.

А потом он отпустил мою руку и с разбега запрыгнул на кровать. Скинул обувь и забрался на середину огромного матраца. Сейчас, на фоне этой роскошной комнаты, Антон казался совсем крошечным.

– Повезло тебе, – говорю с лукавой улыбкой. – Наверное, это самая красивая из комнат.

Малыш самодовольно улыбнулся, а потом стал возиться с плюшевым мишкой. То под одеяло его уложит, то снова достанет. Забавный такой. И, вроде бы, сам по себе он играется, даже не говорит ничего, но я чувствую, что ему нравится то, что я здесь, в этой комнате.

Мы еще долго играли вместе. Сначала соорудили из одеяла дом для мишки. Потом разобрали импровизацию и попытались сделать домик для Антона, натянув одеяло между креслом и столом. И то время, пока мы строили, Антон сосредоточенно и серьезно помогал мне. И выглядел так, как, наверное, бы выглядел взрослый парень, который делает что-то очень важное. Интересный мальчишка. Необычный. Но с ним легко. Просто к нему нужен особый подход.

Про елку я вспомнила только под вечер. Вернее, это Петя вспомнил, когда вышел из кабинета, закончив все дела. И в этот раз мы установили ее в гостиной, а не в кабинете, как раньше. Потому кто-то из ребят сказал, что так Дед Мороз сможет положить подарки для всех. Наряжали ее мы все вместе. И я с удивлением смотрела на Петю, который радостно улыбался, помогая вешать игрушки и слушая детскую болтовню.