Глава 15

Майя

Мы с Ясей дома уже целую неделю.

И я до сих пор не могу в это поверить.

Не могу поверить, что Каин получил от меня, что хотел, и просто выставил из дома. Без объяснений, не попрощавшись. Вот так жестоко и цинично. Через посредника. Выбросил мусор из своей жизни.

От этого внутри до сих пор ноет. Горько. Обидно. Больно.

Никогда бы не подумала, что Каин способен на такое. Мне показалось, что он взрослый, серьёзный и цельный мужчина и никогда не опустится до того, чтобы использовать женщину.

Но, кажется, я так и не научилась разбираться в мужчинах.

Мы с дочерью очень боялись сюда возвращаться. Яся даже расплакалась, когда увидела, куда привез нас Шторм. Намертво вцепилась в сиденье автомобиля и наотрез отказывалась выходить.

Признаться, мне и самой было не по себе. Я до трясучки боялась столкнуться с мужем. Боялась снова угрозы нашим жизням. Боялась снова быть загнанной в угол.

Но у нас просто нет выбора…Нам с Ясей банально больше некуда идти…

Увидев наши перекошенные и бледные лица, Шторм добрых пятнадцать минут убеждал, что вопрос с Юрой и его долгом закрыт, и у нас дома безопасно. И только когда он предложил нас проводить, Яся согласилась покинуть салон машины.

Шторм зашел в квартиру первым. Обошел все комнаты и доказал, что здесь никого нет, и только тогда мы обе смогли выдохнуть и перешагнуть порог.

И всё равно первую ночь я почти не спала.

Вздрагивала от каждого шороха. Прислушивалась к звукам за дверью.

Ждала, что вот-вот в замке провернется ключ, и я столкнусь со взбешенным мужем.

Но до самого рассвета было тихо.

Первое, что я сделала на следующее утро, — сменила замки. Второе — собрала все вещи мужа и выставила в прихожую.

Но вот прошла неделя, но он так и не приехал за ними. Где Юра, что с ним, как он решил проблему с долгом, — мне неизвестно. Он не пишет, не звонит. Словно его и вовсе не было в нашей жизни. А сама я никогда не наберу ему первой. Ни за что.

И вот эта неизвестность начинает напрягать.

И пугать.

Звонок в дверь заставляет вздрогнуть и развеивает все тяжелые мысли, как дымку.

Яся, играющая на полу в игрушки, вытягивается стрункой и испуганно на меня глазеет.

— Все хорошо, булочка, — натягиваю доброжелательную и ласковую улыбку, в то время как меня саму внутри перетряхивает. — Играй. А я пойду посмотрю, кто там пришел.

Глубоко вдыхаю, выглядываю в глазок. Никого.

Требовательный звонок повторяется и я, трясясь всем телом, все же открываю дверь, не забыв накинуть цепочку.

Но это не Юра, а соседка по площадке Юля.

— Майя, ну, наконец-то! — выкрикивает на весь подъезд эмоционально. — Пустишь?

— Да, конечно. Проходи.

Я успокаиваю дочку, улыбаюсь ей, давая понять, что все в порядке и веду соседку на кухню.

— А где вы были все это время? — интересуется как бы между делом Юля, когда выкладывает все последние события в ее жизни за прошедшую неделю.

— Уезжали, — отвечаю, опуская взгляд на дно чашки и откусывая конфету.

Юля чуть сощуривается, скашивает взгляд на Ясю, собирающую кубики, и, понизив голос интересуется:

— Сбежали? Из-за Юрки, да?

Вздыхаю. В груди становится тесно. И противно. Если знает Юля, значит, знает и весь подъезд. Если не дом.

Моя соседка в общем и целом хорошая. Мы дружим уже столько лет, но есть у неё одна черта — Юля любит собирать сплетни. Она их, слава Богу, не разносит, но обожает всех обсудить и перемыть кости.

Я молчу. Надеюсь, Юля поймет, что мне не хотелось бы обсуждать эту тему. Но она как будто не замечает этого и, сочувственно вздохнув, продолжает:

— Понимаю…Он так кричал той ночью… Думала, убьет вас. Я бы тоже сбежала, если бы оказалась на твоем месте. Лишь бы ребёнок был в безопасности. Особенно, после того, как ее отец связался с бандитами.

На последних словах резко вскидываю голову.

— С бандитами? А ты откуда знаешь?

— Они как-то приходили к Юре…Слышались крики, удары…Я ещё подумала: хорошо, что кто-то отомстил за вас. Так ему и надо!

Кровь стынет в жилах. Сглатываю. Глаза вот-вот вывалятся из орбит.

— А кто приходил, ты не видела?

— Да каких-то два мужика в кожаных куртках, — отмахивается Юля, отправляя конфету в рот. — Типичные бандиты, как в кино.

Неужели….

Неужели Каин решил нашу проблему таким способом?

Мамочки…Кто он вообще такой?

— А вы где были всю эту неделю? — не унимается соседка.

— Да так…Неважно, в общем, — отвечаю уклончиво, всё ещё не придя в себя после таких новостей.

Юля подается вперед и с горящими глазами выпаливает:

— Это отец Яси помог, да?

Опять вздрагиваю, как пугливый заяц. По спине стекает холодный пот. Шумно сглатываю, потеряв дар речи.

Откуда Юля знает?! Я никогда ей не говорила, кто отец ребёнка…И уж точно не давала повода думать, что мы как-то общаемся. Тем более, я видела Каина один-единственный раз три года назад…

— С чего ты взяла? — улыбаюсь, стараясь казаться как можно более беззаботной.

— Ну, я же знаю, что у тебя больше никого нет, кроме Юрки. Значит, отец ребёнка наконец-то нарисовался и включился. И хорошо! А то делать — вместе делали, а ты уже вон третий год дочь, можно сказать, одна поднимаешь. А где Юрка, кстати?

Неопределенно пожимаю плечами. Мне бы и самой узнать, чтобы поставить между нами точку и перестать вздрагивать от каждого шороха в подъезде.

— Погоди, — медленно проговаривает Юля, — он что, так ещё домой и не вернулся?

— В смысле?

— Ну, где-то дней семь — десять назад, точно не помню, он куда-то торопился, мы ещё в дверях подъезда столкнулись. И больше я Юру не видела….

В квартире становится подозрительно тихо.

Слишком тихо.

Меня накрывает дурное предчувствие.

Я не успеваю ничего переварить, как раздается звонок в дверь.

— Господи! — подпрыгиваю на месте, хватаясь за сердце.

Сначала меня посещает шальная мысль вообще не открывать дверь. Но требовательный звонок повторяется, и я плетусь в коридор.

И снова в глазок никого не видно, и я приоткрываю щель, предусмотрительно накинув цепочку.

Однако дверь резко дергают с той стороны, цепочка рвется. И в квартиру без какого-либо приглашения вваливаются два головореза.

— Вы кто? — голос срывается. Дыхание спирает, сердце разгоняется до скорости болида. — Что вы тут делаете? Убирайтесь, я сейчас полицию вызову!

Мужчины переглядываются. Один из них усмехается. Нехорошо так, хищно оглядывает мою фигуру.

— Тихо-тихо, спокойно, красавица. Ты нам должок вернешь, и мы свалим.