Глава 2

Только покидаю женский туалет, как слышу голос своих телохранителей Дмитрия и Алексея. Чёрт. Как они меня так быстро нашли?

Вжалась в стену, в панике озираясь по сторонам. Куда бежать? Где прятаться?

За спиной нащупала ручку двери. Нажала и ввалилась в помещение, с паникой слыша, что голоса стремительно приближаются. Закрыла дверь и лбом прижилась к деревянной поверхности, зажмурившись и молясь всем богам, чтобы они прошли мимо. И не заметили эту дверь. Голоса отдалились, а с меня будто пудовую тяжесть сняли. Хвала небесам!

Выдохнула и тут же напряглась каждой мышцей своего тела. За спиной кто-то стоял. Практически вплотную. Дышал едва слышно, но этого было достаточно, чтобы шевелить волосы на затылке.

— Не далеко убежала, — тихий смешок, а затем сильное тело вжимает меня в дверь, не давая возможности обернуться, чтобы посмотреть на мужчину. — Сама ко мне пришла, девочка, — шёпот на ухо.

Меня прошибает от макушки до пят, когда шершавая горячая ладонь, покрытая мозолям, ложится на бедро. Туда, где заканчивается резинка чёрных чулок. Большой палец выводит узоры на нежной коже. Ловит мурашки, которыми покрылось всё тело. И судя по дыханию мужчины, которое учащается, ему нравится моя реакция на его близкое присутствие.

Я кое-как поднимаю руки, завожу за голову и кладу их на шею мужчине. Из-за чего чуть прогибаюсь в пояснице. Отчего контакт наших разгоряченных тел становится ещё теснее. Откровеннее. Провокационнее.

Пальцы приятно покалывает от прикосновения к коротким и колючим волоскам на чужом затылке. Рука мужчины, которая как-то незаметно оказалась на моём животе, смяла ткань платья. Ещё сильнее вжала меня в напряжённое тело позади.

— Что вы делаете? — слабым голосом спрашиваю я, когда мужчина приподнимает меня вверх по своему телу и приоткрытыми губами прижимается к шее.

Я превратилась в желе. В безвольную куклу. Хочет мое тело, пусть берёт.

Потому что я сама этого желаю. Страстно. До помутнения рассудка.

— Как же ты… — вдруг сиплым голосом говорит мужчина, носом утыкаясь в местечко за ухом и шумно втягивая воздух. Он меня нюхает, вдруг прошибает мыслью. Обнюхивает, как кот. Как огромный опасный кот. Трется носом. Дышит шумно. Разве что не урчит.

И от этих действий внизу моего живота будто шарик горячий лопнул. Огненные змейки расползись по телу. Сосредоточились на затылке. И в том месте, где нос мужчины прижимался у тонкой коже.

— Имя, — приказной тон, несмотря на хрипотцу.

— Что? — мой мозг не в состоянии понять, о чем он говорит.

— Твоё имя, — повторяет, разворачивая к себе лицом.

Теперь спиной я чувствую деревянную дверь, а губы опаляет горячее дыхание мужчины. В полутьме помещения не могу увидеть выражение его глаз. Слабый свет настольной лампы только подчеркивает разворот широких плеч и высокие скулы, которых я, как завороженная касаюсь пальчиками. Чёрт. Не может он быть настоящим. Такие только на обложках журналах красуются. На экранах. Такие не обращают внимание на глупых и сопливых девчонок вроде меня.

— Имя, девочка, — повторяет, ладонями накрывая спину.

— Эля, — вру я, быстро облизывая губы.

И в следующее мгновение твердые губы накрывают мой рот. Я выдыхаю взволнованно в этот поцелуй. Сейчас, когда никого нет, я полностью теряюсь в своих чувствах. Меня влечёт к этому мужчине, пора это признать. Очень сильно влечёт. Тянет. И тело реагирует на каждое прикосновение. На каждый взгляд. Даже небрежный.

Неумело пытаюсь повторять движения языка мужчины. Сама языком проскальзываю в его рот. И неумело прикусываю его нижнюю губу. Чувствую, как мужчина странно вздрогнул. Одна ладонь нырнула мне в волосы и сжала пряди на затылке. Вроде сильно, но не причиняя боли.

Я осмелела. Оплела ногами крепкий торс. Прижалась вплотную к мужчине, чтобы чувствовать стук сердца грудью. Пальчиками массировала затылок. Целовала в ответ так же жадно, зажмурив глаза, теряясь в удовольствии.

Мужчина куда-то двинулся, не выпуская меня из кольца рук. Я была настолько увлечена изучением его лица губами, что мне было совершенно всё равно, куда и зачем он меня несёт. Главное, чтобы не выпускал из рук. Только не сейчас.

Что-то холодное коснулось спины. Я вздрогнула. Оторвалась от изучения скул губами и поняла, что лежу на диване, который стоит в дальнем углу кабинета в небольшой нише.

А дальше было сладкое безумие. Шорох одежды, мужское нетерпеливое рычание, когда платье не желало сниматься, треск ткани, когда терпение лопнуло, тихий вскрик боли и ласковые, будто извиняющиеся поцелуи на лице. И ни единого слова. Только загнанное дыхание на двоих. Только редкие тихие стоны, которые срываются с моих губ. И его взгляд, в котором больше нет корки льда.

Там странная благодарность и что-то ещё. Что-то, чего я хочу коснуться, почувствовать, разгадать, пальчиками касаясь его лица. Его острых скул.

После того, как окружающий мир исчез в вихре безграничного удовольствия, я разлепила свинцовые веки уже лёжа на широкой груди мужчины. Его ладонь лежала на моей пояснице. Полностью её накрывая.

Этот мужчина огромный. Везде. А я выгляжу крохотной девчонкой в его руках. Ведь две его ладони в состоянии обхватить меня за талию.

— Откуда это? — голос вязкий, тягучий, с искорками пережитого удовольствия.

Пальцы мужчины обводят чёрные синяки, которые оставили жесткие пальцы моего отчима. Я с недовольным лицом встретила какую-то важную шишку. И до этого момента ткань платья надёжно скрывала синяки.

— Упала, — вру я, не отрывая лица от его шеи.

Тут безумно вкусно пахнет. Слабый аромат мужского парфюма и запах мужчины. Даже лёгкий запах пота мне кажется невероятно привлекательным. Ну, совсем кукуха поехала. Уже от запаха пота завожусь. И готова втягивать его ещё и ещё.

— Не лги мне, — садится вместе со мной, придерживая за поясницу. — Кто это сделал?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Никто, — волшебство момента нарушено. — Я упала.

Я сползаю с его мощных бёдер, скинув удерживающие меня руки. Мужчина наблюдает с безразличным видом за тем, как я дрожащими руками натягиваю платье и пытаюсь застегнуть молнию дрожащими пальцами.

Встаёт и, не стесняясь своей наготы, помогает застегнуть молнию. А я ловлю в зеркале наше отражение. Растрепанная темноволосая девушка с опухшими от голодных и жадных поцелуев губами и мощного обнаженного мужчину, который возвышается на две головы, если не больше. Огромный. Мощный. Невероятно сексуальный. И мой на эту ночь. Только мой.

И от этого кружится голова.

Разворачиваюсь в его руках и сама тянусь за поцелуем. Но мужчина не спешит наклоняться. Рассматривает моё лицо, только потом склоняется и мягко проводит языком по припухшим губам.

В этот момент в дверь постучали, и мужчина, натянув штаны на голое тело, пошел открывать. В пылу страсти я даже не заметила, как мужчина закрыл дверь в кабинет. Даже не слышала щелчка замка.

— Демьян Романович, там двое парней из прокуратуры, просят показать записи видеокамер за сегодняшний вечер.

Вот чёрт! Я влипла по уши! Надо бежать. И как можно скорее.

Демьян, как оказалось зовут моё ночное приключение, нахмурился и кивнул молодому парню в чёрной одежде и с кобурой на поясе. Он что-то ответил, но я уже не слышала, выскользнула из кабинета, пока Демьян Романович наклонился за рубашкой.

— Извините, — обратилась к молодой девушке, которая шла мне навстречу. — Могу я вызвать такси с вашего телефона, а то я потеряла свой.

Свой смартфон я оставила в огромном зале, где праздновали мой день рождения, полагаясь на то, что без него меня не найдут. Но и без телефона меня смогли отыскать в этом клубе.

Вызвав такси, вышла на улицу с чёрного входа, прячась в темноте, чтобы невозможно было засечь на камерах.

На улице прохладно, и я пританцовываю на месте, чтобы согреться. Такси никак не едет, а я начинаю нервничать всё больше и больше.

Испуганный крик вырывается из груди, когда на плечи опускается хранящий чужое тепло пиджак. Разворачиваюсь, готовая драться до последнего. Сегодня я не поеду домой по собственной воле.

Но вижу перед собой суровое и даже злое лицо Демьяна.

Руки спрятаны в карманы штанов. Смотрит исподлобья. Сканирует взглядом. И, кажется даже, что проникает в мою голову. Считывает каждую мысль.

Делает стремительный шаг вперед, обвивает рукой талию, приподнимает над землёй и с невозмутимым видом движется в сторону чёрного джипа. Такого же огромного, как и его хозяин.

Усаживает на переднее пассажирское сиденье, захлопывает дверь с моей стороны и садится на место водителя, заводя этого зверя.

— Куда мы? — спрашиваю через пять минут молчания.

Да и не могла я говорить, откровенно любуясь профилем этого молчаливого и загадочного мужчины. Меня влекло это в нём. Его сила. Его властность. Его молчаливость.

Ответа не последовало. Только мозолистая ладонь накрыла выглянувшую из разреза платья ногу. Провела от колена до бедра и сжала пальцы. Я охнула от знакомой волны, которая прокатилась по телу. И уловила довольную улыбку на лице Демьяна. Мимолетную. Которая тут же скрылась за маской безразличия.

Я прищурилась. Да вы не так холоден, как хотите показаться, Демьян Романович. Машина остановилась во дворе, как раз в тот миг, когда я переплела свои пальцы с пальцами мужчины и поднесла его руку ко рту, мягко целуя выступившие вены. Демьян перевёл на меня потемневший взгляд. Лизнула, не отрывая взгляда от его лица. О да. Крылья носа дрогнули, а по жёстким губам прошёл язык. Так-то. Твой внутренний зверь не утолил свой голод.

Если сходить с ума, то до конца!

Скинула с ног туфли, сняла пиджак и, задрав платье, перелезла на колени к мужчине, благо места в машине было достаточно для манёвров. Уселась на бёдрах удобнее. И улыбнулась широко, поймав удивленный взгляд Демьяна. Его правая бровь взлетела вверх, а у меня всё внутри сдалось от этого жеста. Он был настолько… сексуальным. Соблазнительным. И каким-то родным.

Пальцами провела по каждой брови. А потом поочерёдно прижалась губами.

Молчит. Дышит чуть быстрее. И руки сжимает на бёдрах сильнее. Но всё равно с осторожностью. Чтобы не оставить уродливых синяков.

Когда я торопливо начинаю дергать пуговицы на его рубашке, Демьян перехватывает ладошки и твёрдо говорит:

— Не здесь.

Я разочарованно стону. Пытаюсь дотянуться до его тела, но мужчина держит крепко. Открывает дверь и выходит вместе со мной на улицу, предварительно наткнув на плечи пиджак. Несёт в сторону дома, в прохладный подъезд, вверх по лестнице на пятый этаж. И даже дыхание не сбивается. Будто не несёт почти пятьдесят килограммов. Будто я вовсе ничего не вешу. И всю дорогу смотрит. Смотрит так, что я замираю и двигаться боюсь. Вдруг кажется. Вдруг мерещится.

Входная дверь закрывается за нами. И я понимаю, что добровольно попала в клетку к опасному хищнику.

Это какое-то безумие. Сладкое безумие. Этот невероятный мужчина вновь вознес меня на вершину удовольствия. Заставил сломать ногти о его спину. Сорвать голос от громких криков.

Лежу на широкой груди и пальчиками изучаю каждый шрам на теле Демьяна. Целую самый длинный на груди, явно ножевое ранение. А мне вдруг страшно стало. Такой ужас накрыл. А что если бы попали в сердце? Что если бы его не стало?

Начинаю покрывать поцелуями широкую грудь. Каждый шрам. Втягивать его запах. Ловлю каждое мгновение рядом с ним. Наслаждаюсь последними минутами, которые проведу в его объятиях.

— Кто? — снова жёсткость в голосе, а пальцы обводят синяки на руках.

— Не важно, Дёма, — целую его в губы, чтобы отвлечь. Мужчина опрокидывает меня на спину, сцепляя мои руки над головой. Вжимая меня весом своего тела в кровать. Приятной тяжестью. Восхитительной. И необходимой.

— Кто? — отвлечь его не получилось.

— Никто, — упрямо поджимаю губы и отворачиваюсь. Не собираюсь я ему жаловаться на своего отчима. Ведь знаю, что мы больше никогда с ним не встретимся.

Мужчина рыкает зло, кулаком ударяет в стену над кроватью и резко лишает меня тепла своего тела. Встаёт с кровати и покидает комнату. Поднимаюсь следом и, накинув рубашку мужчины на плечи, иду за ним следом. Замираю в проёме. Демьян отжимается, а я вновь, любуясь перекатывающимися под кожей мышцами. Схожу с ума от желания собрать капельки пота губами. Восхитительный мужчина. Просто невероятный.

— Демьян, — зову тихо, плечом опираясь на косяк и любуясь им, — ударилась я.

Не отвечает. Только быстрее начинает отжиматься.

— Отец за руку схватил, — выдыхаю я правду.

Мужчина поднимается с пола и подходит ко мне. Снимает с плеча свою рубашку и горячими пальцами в ласке проводит по каждому синяку. Склоняется и ртом прижимается к плечу. Подхватывает на руки, на ходу избавляя от рубашки, и несёт обратно в комнату. В этот раз он медленно поцелуями покрывает всё моё тело. Не даёт мне возможности коснуться его, удерживая рукой мои запястья. Доводя меня до исступления.

Делаю вид, что заснула. Затихаю и не шевелюсь, пока не слышу, что мужчина засыпает, тихо похрапывая. И под его уютный храп, я сама начинаю проваливаться в сон.

Щипаю себя за руку. Открываю глаза и с нежностью смотрю ему в лицо. С предельной осторожностью перекладываю его руку на кровать.

— Спасибо за эту ночь, — шепчу тихо, губами прижавшись к его губам в последний раз. — Прощай.

Надеваю платье, которое мужчина окончательно порвал в порыве страсти, и сверху накидываю пиджак. Покидаю квартиру, стараясь не разреветься. Нельзя, Милена. Нельзя поддаваться чувствам.

На улице уже светает и идёт снег. А у меня туфли, платье лёгкое и пиджак мужской, который особо не согревает. А на улице февраль месяц.

— Девушка, у Вас всё в порядке? — обращается ко мне милая девушка в забавной шапке. — Я могу Вам чем-то помочь?

— Я… — не могу подобрать слов.

— Вам ведь холодно, — девушка садится на корточки рядом со мной.

— А вы случайно не знаете, где квартиру можно снять? — стуча зубами, спрашиваю я. — Приехала из другого города на свадьбу к сестре, а после праздника вернулась домой и оказалось, что ключи посеяла. И телефон. А сестра с мужем уже улетели в другую страну, — сочиняю на ходу. Даже не знаю куда мне идти.

— У бабушки квартира пустует. Могу сдать на несколько дней. Мне как раз деньги нужны. Ты же номер карты своей знаешь? Переведешь мне.

— У меня только наличка, — приподнимаю свою сумочку, которую не выпускала из рук ни на минуту. Там паспорт и накопленные мной деньги. — А можешь такси вызвать, а то я попу отморожу, — улыбаюсь я.

— Я на машине. Подкину тебя, — девушка радостно потирает руки, предвкушая выгодную сделку.

Через полчаса я уже расположилась в квартире, отдав девушке тридцать тысяч рублей и отправившись в ванную комнату. Только отогрелась и вышла, как тут же заорала во всю глотку, увидев отчима, сидящего на диване в зале и потягивающего чай из чашки.

— Ну, здравствуй, любимая доченька. Нагулялась?