Глава 19

— …да, в любом случае я впечатлен. Карина, а почему “Феникс”? В смысле, как вы пришли к желанию создать подобный фонд защиты?

Вопрос тоже очень важный для меня. Начнет вещать как по бумажке или все же нет?

До этого встреча с основательницей фонда проходила весьма гладко. Встретились мы в обед, в небольшом французском ресторане. Пока неофициально, просто чтобы поговорить и сделать первые выводы.

Тем более, ее мужа я пусть и не близко, но знаю.

— Как вы относитесь к пафосу, Тимофей?

Я впервые вижу женщину с таким взглядом. Такая нежная, хрупкая в белом трикотажном платье с высоким воротником, с убранными каштановыми волосами и…отчетливым животиком. Месяц примерно пятый. А взгляд…точно Карина Олеговна повидала кучу дерьма размером с Эверест.

— Смотря в каком контексте. — отвечаю задумчиво. — И главное не переборщить.

Вот сейчас и послушаем. Отодвигаю чашку с остатками кофе. Пятая чашка за день, я скоро икать от него начну.

— Никакой особой причины для создания фонда не было. В смысле я просто с восемнадцати лет знала, что создам место, где пострадавшие женщины всегда получат помощь.

— В смысле, просто проснулись и поняли это?

Ладно, не по бумажке заучила, уже хорошо.

Опять у нее странный взгляд. Кажется, теперь я понимаю, почему как-то на одном вечере я услышал от ее мужа, как он ласково отзывался о жене как о “Моя Ведьмочка”.

— Могу даже день, месяц и год назвать. Но думаю это уже лишняя информация. В любом случае, Тимофей, мой фонд это не игрушка избалованной женушки.

Ладно, такая мысль у меня тоже мелькала.

— Да какие уж тут игрушки, Карина. Алексей так рассказывал…а ему я доверяю, знаете ли.

— И, конечно же, поговорили с владельцами тех клиник, с которыми мы уже работаем. — улыбка у нее такая…светлая. Господину Холод повезло с женой.

Тут же перед мысленным взором появилось лицо Евы. Едва головой не затряс.

— Лично звонил. Давно знакомы с Алексеем?

— Почти десять лет. Да, кстати, Тимофей, вам привет от Даны и как всегда просит передать, что вы всегда можете рассчитывать на помощь ее семьи.

А вот теперь я туплю. Сижу и моргаю как сова. Наверное, вид слегка забавный, потому что Карина улыбается так, что кажется — еще немного и захихикает как девчонка.

— Или вы частенько новорожденных с мамами из огня спасаете?

Нет, я в курсе Даны Веселовой. Это ее сыну делал операцию в тот злополучный день. Его и ее тогда и прикрыл от разлетевшихся осколков.

Но Карина Холод каким местом относится к ней?

— Кажется, Тимофей, — мне кажется или в ее голосе едва уловимое ехидство, — у вас сегодня прямо день открытий?

— Нет, я в курсе, что мир тесен. Но да, вы меня…удивили.

— Дана — сестра моего мужа. Сами понимаете, когда один из моих близких друзей и моя родственница постоянно поют дифирамбы шикарному и несравненному Воронову Тимофею Сергеевичу…

— Шансов у меня просто не было. — киваю в ответ.

Ладно, встреча меня как минимум заинтересовала настолько, что про нее можно рассказать отцу и братьям. Да и семья Карины на весьма хорошем счету. Безопасники тоже не нарыли ничего нелицеприятного.

Интересно еще, что почему-то Карина чем-то напоминала Еву. Не поведением, нет. И не внешностью.

Да, встреча мне определенно понравилась.

И продолжает нравится ровно до того момента, пока я не получаю сообщение с неизвестного номера. Точнее — со скрытого. На автомате открываю, а там скрины экрана.

И вот такое чувство, что мозг отключается. Сижу как дебил и смотрю на буквы, а они в слова не складываются. Резко читать разучился и думать.

Так, стоп!

Какого черта изображаю охреневшего дебила? Ну прислал кто-то скрин сообщений между Евой и каким-то Костей. И что?

Туман от вспыхнувшей одномоментно ревности рассеивается. Я только головой качаю: ну нет, давайте будем думать спокойно и логично. С современными технологиями и программами чего только не сделаешь, так? Так.

Дальше…я свою жену знаю не так давно, но! Мы с ней уже переписывались, так что ее стиль примерно представляю. И тут пишет явно не она.

Что еще. Незнакомый номер…ну это понятно, кто ж себя подставлять будет. Еще, небось, и оформлен на кого-то левого.

Ну и главное…на хрена?! Допустим, возьму я телефон Евы и проверю, не найду там этих сообщений. Но даже если она их стерла. то все можно восстановить.

Так что, работал явно любитель.

Ну и самое главное. Почему-то Еве я верю. Совершенно тупое ощущение если подумать логически. Потому как у нас с ней что-то странное. Да, меня торкает прямо не по-детски, а вот ее отношение пока непонятное.

Зато точно знаю, что хрен ей, а не фиктивный брак на годик-другой.

Не любит — влюбится.

А то я, по ходу, уже.

* * *

— То есть у тебя сперли телефон, а ты решила устроить танцы?

Что-то не пойму я голос Тима. Вроде не злой, но какой-то непонятно задумчивый. Как у судьи, который размышляет: вынести обвинительный вердикт или пусть живет.

Но я точно не косячила. Потеря телефона — вещь неприятная, но не ужас, ужас.

— Ну проблема с телефоном решилась, а я слегка перенервничала поэтому решила потренироваться и расслабиться. — лучшее оружие — это нападение. — Так, Тимофей Сергеевич, что не так?! Ну да, телефон сперли, но зато я цела и невредима, хотя меня едва долбаные самокатчики не сбили. Походу они и телефон сперли, хотя плохо представляю как, потому что они меня едва коснулись. Может, я сама та еще лохушка и его где-то посеяла. В универе забыла или еще где. О, кстати! — я осторожно касаюсь точно окаменевшего мужского плеча под темной рубашкой. — Прикинь, меня второй раз спасает один и тот же чел. Он там где-то работает. Первый раз от сосульки в сторону дернул, сегодня — от самокатчиков.

Ой!

Я тормоз! Наверное, Тиму не слишком понравится, что не он выступил благородным рыцарем. Мужчины вроде к этому очень чувствительны.

Но муж опять удивляет.

— Надо же, какое совпадение! — тянет задумчиво.

— Сама в шоке! — признаюсь в ответ.

У нас с ним странные отношения. Вроде женаты, но мы пропустили конфетно-букетный период. Да и с супружеским долгом не сразу определились.

И вообще…кто говорит, что Тим может меня приревновать? Нет, я ревность не сильно переношу. Это показатель слабости. Но если только чуть-чуть, самую капельку.

Тим вдруг отмирает и берет меня за руку. Зачем-то сажает на диван, неподалеку от которого несет пост Кирюша. Ему скучно, он сегодня час стучал в зеркальце и разговаривал с ним, а теперь вот сидит и косит хитрым глазом в нашу сторону.

— Ева, знаешь, что я ненавижу больше всего?

— Разогревать рыбу в микроволновке?

— Юмор убираем в сторону.

Так, в кофе я ему не плевала это точно. Да и в принципе с утра все было более чем великолепно. Даже сейчас, несмотря на тревогу и усталость, низ живота приятно заныл.

— Ты как-то сказал, что не простишь вранья. — вспоминаю недавний разговор по душам.

— Точно. — голос у него по-прежнему непонятный. — Я надеюсь, что человек, который живет со мной в одном доме не будет мне врать в глаза?

Я сначала не понимаю о ком он.

А после…ощущение точно мне с размаху залепили пощечину. Даже перед глазами звездочки пляшут и в ушах звенит.

Человек, который живет со мной в одном доме. Так вот кто я для него. Не девушка, не человек, с которым я в отношениях, не женушка, как он иногда меня зовет.

Кажется, у меня глаза и нос слегка покраснели.

Очень хочется начать орать матом так, чтобы ушные раковины даже у Кирюши завернулись.

Ну да, как он там говорил: “секс полезен для здоровья”. Ну а ради него можно и лапши девушке на уши навешать.

А я то ему поверила! Он так говорил, что я ему нужна, что он обо мне постоянно думает!

— Ева…

Точно, надо же ему ответить что-то.

— Конечно, я не с-с-с-собираюсь тебе врать. — шипение само собой срывается с губ.

Он достает телефон, который вдруг коротко вибрирует у него в руках. Тим что-то просматривает и хмыкает.

— Как выглядит твой благородный спаситель?

— Блондин. — пожимаю плечами. — А что?

— Можно подробнее? — чего он к этому Косте прицепился?

— Пониже тебя, повыше меня, волосы, как сказала, светлые, морда холеная, смазливая, судя по прикидам, любит носить пальто. И парфюм у него мерзкий. — морщусь, вспоминая тяжелый сладкий запах. — Ну вот, вспомнила и аж затошнило, фу! Воронов, ну на кой хрен ты про него спрашиваешь?

Реально комок к горлу поднимается от одной только мысли.

Но следующая фраза заставляет забыть о неприятных ощущениях.

— Это он?

А на экране телефона мы с Костей. Еще и моменты выбрали такие подходящие: там, где он меня подхватывает. Выглядит точно мы обнимаемся и вот-вот начнем пожирать друг друга страстным поцелуем. О, и за столиком в кафе я широко улыбаюсь, точно чему-то радуюсь. Точно помню как выдавливала из себя вежливую улыбку.

— Он самый. — просматриваю все семь фоток. — Божечки-кошечки, я просто огонь! Тебе нравится? — возвращаю ему телефон и наслаждаюсь выражением лица Тима. А что, дорогой, думал я начну оправдываться? Так не за что.

— Интересная реакция.

— Нет, Тим, самая нормальная. Ты же у нас мужчина, который любит логику. Вот я тебе и объясняю, что неважно начну я оправдываться или нет. Знаешь почему?

— Почему же? — этот невлюбленный козлина усаживается поудобнее и подворачивает рукава рубашки. Ева, мы не будем думать о его руках, о том какие они сильные и загорелые, и что они вытворяют со мной.

Я сглатываю и собираюсь с мыслями. А то они опять пытаются уползти не туда, несмотря на обиду и ситуацию.

— Потому что я не вижу смысла оправдываться в том, чего не совершала, но в чем тебя кто-то пытается убедить. Но и равнодушно промолчать не могу в силу характера. Поржать тоже не тянет. Так что остается просто отметить то, как шикарно я вышла на фотках.

— А еще ты сегодня собиралась встретиться со своей подругой. Именно в этом кафе?

— Ага. Согласись, глупо устраивать обнимашки с любовничком рядом с подружкой?

— Ну так не очень, если она в курсе любовничка.

— В любом случае она нас не видела. — развожу руками. — Мы столкнулись у входа, а наш столик за колонной в зале, оттуда двери не видно.

Тим угукнул, а сам продолжает разглядывать меня. Вот о чем он сейчас думает? Сидит тут такой красивый и харизмой давит. Так и хочется кинуть чем-нибудь тяжелым.

— На самом деле я не думаю, что ты мне изменяешь.

Может, ему поклон с рукой отвесить. Типа, спасибо, барин, за доверие! Прямо чувствую как внутри бурлит злобное ехидство.

— Так в себе уверен?

— И это тоже. — Тим хмыкает. — Ты, Огонек, в двадцать три девственницей была, а теперь резко решила закрутить сразу с двумя? Маловероятно. Но даже если решила бы, явно не стала глупо палиться.

— Ты меня сейчас похвалил или обвинил?

— Сама решай. В любом случае это работа любителя. Скорее всего Костя тоже замешан в этом. Не переживай, попрошу безопасников найти на него информацию. Ну а дальше по цепочке дойдем до заказчика. Кажется, я даже знаю имя.

— Ты про бывшую что ли?

— А ты знаешь кого-нибудь еще, кому наш брак поперек горла?

Я честно задумываюсь, но никого не могу вспомнить. Нет, теоретически можно заподозрить И-и-и-и-игоря. Только вот дня три назад я видела его в ресторане с очень молоденькой девушкой, которая смотрела ему в рот и завороженно кивала. С трудом тогда поборола желание подойти к ней, потрясти за плечи и проорать в наивную мордашку: “Беги, дура, беги!”.

Но нет. Удержалась.

— Они стоят друг друга. — бурчу себе под нос.

— Чего?!

— Я просто думала про жениха, которого мне сватал папа. — ну вот зачем Тиму эта информация, но меня уже несет. — Он душный абьюзер, которому нужна бессловесная кукла. Теоретически он мог обидеться, но тогда действовал бы точно не так. А вообще я его видела три дня назад в “Орлане”, где мы с тобой ужинали. Он сидел там с девчонкой, мне стало ее жалко. Думала подойти к ней в туалете и рассказать какой этот Игорь мерзкий тип. А потом, пока сидела в кабинке, услышала разговор. В щелку увидела ту девицу. Она рассуждала, что попытается получить максимум от брака с Игорем. Потом там шли подробности про их интимную жизнь…можно я повторять не буду. Я просто тебе это говорю потому, что…м-м-м

Ну вот, заткнули поцелуем. Причем таким, что жаром обдают от затылка до макушек. Тим даже не притрагивается ко мне, просто целует, пробует мои губы на вкус, а у меня в голове мысли растворяются.

“Человек, с которым живу в одном доме”.

Да епт…ты то, гребучая мысль, какого черта не успела раствориться?!

Обидно! Почему целоваться с таким козлом настолько приятно? Я все же позволяю себе еще немного побалдеть, прежде чем кое-кто начинает запускать руки куда не следует.

Я же человек, с которым просто живут в одном доме. Ну так нечего лапать! Выворачиваюсь из объятий, хотя тело и мозг протестуют, они уже настроились. Внизу все ноет, требует продолжения. Блин, а зависимой от секса стать можно?

Хочется плюнуть на все и оседлать Тима прямо на этом вот диване. Плевать, что Кирюша будет комментировать.

Вместо этого отрываю себя от Тима практически с мясом. И резко вскакиваю, пока не передумала.

— Ева. — он хмурится. — Что такое?!

Дурак или притворяется? Да нет, похоже правда не понимает чего я тут взбрыкнула. И что ему сказать? Треснуть по лбу и сообщить, что нечего к “человеку, с которым в одном доме живешь” приставать? Еще я истеричкой себя не выставляла!

— ПМС! — рявкаю расстроенно и торопливо убегаю. А то не выдержу и сдамся, а потом буду себя терзать сомнениями. Понимаю, что для занятий сексом не обязательно быть влюбленными. Особенно мужчинам.

Так, стоп!

Я забегаю в ванную комнату, где торопливо запираюсь. В зеркале отражение смотрит на меня слегка диким взглядом. Тоже осознает откровение, ага.

Мда, хреновый случай, похоже у нас тут невзаимная любовь. Что делать то будем, Ева Александровна? Влипла ты по самые уши.

— Может, не влюбилась? — с надеждой смотрю в отражение. Оно вздыхает, как и я. В общем-то симптомы налицо, как говорится.

Легкий стук в дверь заставляет подпрыгнуть как зайца. Рукой задеваю аромасвечку, которая с грохотом падает на пол. К счастью, не разбивается.

— Может в тебя шоколадкой кинуть? — а этот еще и хохмит.

В себя чем-нибудь запусти. Тяжелым желательно.

— Ева! — да что ж такой упертый. — Ева, ты там в порядке?

Нет, у меня запор. А еще сердце трескается от боли. Скотина ты, Воронов!

— Нормально все. — выдавливаю из себя. — Уронила свечку. Ничего не разбилось. Ничего мне не надо, кроме личного пространства.

Фух, отстал. Не стал настаивать и проситься войти, чтобы утешить. Я вдруг понимаю, что пока разговаривала с муженьком через дверь, успела сползти по стеночке прямо на пол. Ноги подтянула к груди, обхватила их и уткнулась носом.

Так, пять минут потосковать можно. Тем более на душе реально как-то хреново от понимания, что ты вроде как замужем за классным мужчиной. Плевать, что характер частично не очень. Я тоже не милашка, будем честными.

Так вот, я замужем, мы занимаемся сексом, он мой первый мужчина, нам есть о чем поговорить, мы живем под одной крышей, нам даже молчать друг с другом комфортно. Темпераменты совпадают. Чувство юмора тоже.

Но я влюблена, а вот он, судя по-всему, нет. Не спрашивать же его в лоб. Да и зачем? Вряд ли влюбленный мужчина назовет свою женщину “человеком, с которым он живет в одном доме”.

Вытираю щеки и растерянно смотрю на свои руки. Так, а плакать я когда начала? И зачем? Неужели реально пмс? Так его на моих таблетках не бывает толком. А тут прямо то бешусь, то рыдать хочется.

Вот что любовь то с людьми творит.

И не хрена это не бабочки в животе. Почему никто не написал “Как разобраться в любви. Пособие для чайников”. Потому что ее нельзя описать? Потому что сама не знаешь как это будет.

Я прижимаю руку к губам. А те продолжают ползти к ушам. Да нафиг нам эти слезы! Мужчина не влюблен? Значит — влюбим!

Главное не расхохотаться как киношный злодей.

В спальню я захожу довольная, как обожравшийся гепард. Плана пока особо нет, но это не страшно. Завтра выходной, я созвонюсь с Лекси и вместе придумаем. Одна голова хорошо, а две — великолепно. Особенно если это мы с моей подруженькой.

— Лови!

Машинально вскидываю руки, чтобы схватить летящую в меня шоколадку. А за ней еще одну…и еще.

— Трех хватит? — Тимур, видимо, успел сгонять в душ, потому сидит на кровати в одном полотенце. Соблазняет, гад!

— Если я скажу нет, ты продолжишь меня ими обстреливать?

— Только предупреждаю, что снарядов у меня…дай проверю…осталось еще семь штук.

— Сожри и заработай прыщи на морде. — злобно отвечаю, не понимая, что меня бесит. Тим, похоже, тоже слегка офигел. Некоторое время просто наблюдает за тем как я сердито залезаю под одеяло, сердито заплетаю волосы, не менее сердито взбиваю подушку.

— Ты избила ее. — замечает Тим. — Походу реально ПМС. Интересно, обычно таблетки все же его сильно сглаживают, а ты выглядишь так, точно после подушки начнешь бить меня.

— Ну значит бойся меня! — бурчу, закутываясь в одеяло едва ли не по уши. Опять едва не плачу, хотя сама не знаю от чего. Все же задел он меня той фразочкой.

Обаятельный и внимательный гад! Вот как чувствует, что приставать сейчас ко мне не стоит. Просто дождался пока я улягусь, а потом р-р-раз и сгреб меня в охапку, прижал к себе. Да так, что не вырвешься.

Да и не хочется. Прикусываю губу от ощущения горячего сильного тела сзади. И этот чертов запах кедра и моря! Я ведь нашла его парфюм, понюхала и поняла, что на его коже он раскрывается идеально.

Ладно, Тим, шансов у тебя нет. Влюбишься как миленький, я тебе потом эту фразочку до-о-олго припоминать буду.