Глава 9

Я ждал разной реакции. Плевка в лицо, возмущений, попыток кокетничать. Но никак не того, что женушка вдруг начнет ощупывать мою голову с таким видом, точно ищет что-то. Аж губу прикусила, что меня внезапно взволновало, хотя, казалось бы, ситуация не та.

И пальцы приятные. Я аж едва не застонал от блаженства, когда ее пальцы взъерошили волосы.

Пришел в себя, слабак!

— Вшей ищешь? — поинтересовался, стараясь не думать о том, как она обалденно пахнет персиками и черной смородиной с привкусом чистоты.

Разглядывал ее в упор, в то время как она скользила взглядом синих глазищ по моему лицу и волосам. Так, что у нее там на уме?

— Странно, — протянула эта зараза, — я была уверена, что у тебя дырка в черепе.

Так, это что-то новенькое.

— Я здоров, дорогая. — ответил слегка иронично, а мысленно добавил: “В отличие от тебя”.

— Хм, — Ева зачем-то постучала мне по макушке костяшками пальцев. — Эх, я была уверена, что у тебя где-то дырка в башке, через которую утекли мозги. — прошипела вдруг злобно, впиваясь пальцами мне в волосы, но не больно. — Это ты предложил “женитьбу на одну ночь”! А теперь еще и с моим папочкой что-то там перетерли, а меня уже поставили перед фактом! Я вам что, скотина, которую можно продать на ярмарке тому, кто больше заплатит?!

Забавно, что я не разозлился. Точнее как…разозлился, но как-то весело что ли. И где-то глубоко внутри кольнуло от этого “скотина, которую можно продать”. Да уж, ее отец…странный. Я в курсе, что многие обеспеченные семьи стараются породнится между собой, так что договорные браки не редкость. Но для меня это…странно. Единственный раз, когда я вплотную приблизился к браку, было не по договору, а по любви.

— Ты сама искала фиктивного мужа, чтобы папочка отстал от тебя. — проговорил осторожно, понимая, что она в любой момент дернет меня за волосы. — Ну так вот он я. А ругал тебя только за то, что ты не думаешь о последствиях. Предлагаю мирный договор. Изображаем любящую пару при всех, живем в одном доме, я прикрываю тебя от других женишков. — сделал пальцами кавычки в воздухе. — Ну а ты покажешь моей бывшей, что ей нечего ловить. И всем другим охотницам до моей персоны.

Ева все же выпустила мои волосы из хватки, отчего дышать стало легче. Но взгляд оставался злющим, как у ведьмы.

— А почему нельзя было поговорить со мной и отцом одновременно? Я могу, мать вашу, хоть что-то выбирать в личной жизни, а?! Да я замуж за тебя выскочила с мыслью, что не увижу больше! Это было мое решение!

— И мы его немного отредактировали. — кивнул в ответ. — Я не сильно в восторге от брака, но реально рассматриваю его как неплохой союз с выгодой для обеих сторон. Твой отец все твердил про какого-то Игоря, которого сватал тебе и вы практически назначили свадьбу. Сказал, что тот сильно недоволен.

Фу, Тим, быть таким! Но судя по тому как Ева дернула носом и поморщилась, неизвестный Игорь и правда бесил ее больше меня. Это хорошо! Приятно осознавать, что кто-то может бесит больше чем ты.

Но по поведению Ева совсем девчонка. Сколько ей? Двадцать три вроде бы. Ну да, порывистость налицо, как и взрывной характер. Вон сидит и глазами сверкает как дикая кошка.

— То есть, — протянула она медленно, явно о чем-то раздумывая. — Если мы разведемся, то папочка меня все равно куда-то пристроит? И сбежать второй раз не даст?

— Это мы не обсуждали, но я развода не дам.

— Даже если я себя буду очень мерзко вести? — наклонила она голову к плечу.

Я зачем-то опять уставился на ее губы. Ничем не подколотые, нежные даже на вид. Сглотнул, прогоняя воспоминания о том поцелуе в капелле. Даже сейчас вдоль позвоночника точно молнией шибануло.

— Я тоже могу вести крайне мерзко, так что расслабься, ничем не удивишь.

— Не понимаю. — она скрестила руки на груди, явно показывая, что не собирается смягчаться. — То аферисткой обзываешь, а потом пьешь с моим папочкой и заявляешь, что развод не дашь. Что случилось?

Мне досталась в жены ведьма какая-то. Не удивлюсь если завтра проснусь покрытым коростой с ног до головы после ее мысленных проклятий. Вон она даже губами беззвучно пошевелила. Может, заклинание читает.

— Мы оба решили, что такой союз — отличное решение многих проблем. Твой отец перестанет нервничать, мои родители прекратят подсовывать девиц на выданье, моя бывшая исчезнет с горизонта.

— А я? — вдруг спросила Ева с горечью. — А я где вот в этом всем?

Теперь в глазищах плескалась злость пополам с чем-то, что обжигало как самая едкая кислота. Доставала до самого сердца и еще глубже.

Я замолчал, точно получил удар под дых. Разговор явно свернул куда-то не туда. Впервые с момента встречи с женушкой стало откровенно не по себе.

Сука, я был уверен, что все разложил ей четко: выгоды, безопасность, спокойствие родителей. А она взяла и почти нокаутировала одним вопросом.

— Ты просто расслабишься и будешь заниматься, чем хочешь. Ну и поработаешь на меня переводчиком. — я потер переносицу, понимая, что у самого уже крыша едет из-за всего этого. — Попытаешься сбежать? Даже твой первый побег находился под контролем отца. Ты хотела брак, ты его получила. Так в чем же дело?

Нет, она определенно прожжет во мне дырку. Настолько ледяной и одновременно обжигающий взгляд мне еще встречать не приходилось. Вот уж свалилась на мою голову!

— Я хотела на своих условиях. — прошипела эта дикая кошка. — Брак на время, стать самостоятельной, выйти из-под присмотра, делать ошибки самой и учиться на них! А вы! Знаешь, — усмехнулась вдруг она, — я могу перестать есть. И пить. Лечь и не вставать. Что тогда делать будете?

А ведь она может, промелькнуло в голове. Хотя…

Наверное, именно в этот момент и совершил ошибку. Ведь знал, что эмоциям лучше не поддаваться. Это редко когда хорошо заканчивается. И все равно не удержался. Потому что просто представил, как эта идиотка решает воплотить свою угрозу в жизнь.

Сам не понял как схватил ее за плечи и сжал, стараясь не начать трясти. Она не так давно башкой ударилась.

— Никогда, — процедил сквозь зубы, понимая, что и ее, и меня трясет, — никогда не смей угрожать таким образом, поняла? Я врач, так что есть и пить ты будешь. Только способ не понравится, поняла меня? Выброси эту дурь из головы!

Она дернулась, но нет, не собирался выпускать ее. Постарался только не сжимать слишком сильно, чтобы не причинить боль. Зато глазища у этой заразы извергали драконье пламя.

— Никогда не угрожай! — повторил почти рыком.

Твою мать, нормальная женщина уже бы давно дала заднюю. А эта еще и подбородок вскинула, всем своим видом сообщая: не слушала, не слушаю и не буду слушать.

Кажется, крышечку у меня все же покосило. Потому что с чего вдруг мой мозг отключился, а сам я дернулся вперед. Сминая ее губы своими. Резко, с яростью. Не столько поцелуй, сколько попытка заставить ее замолчать, прекратить говорить глупости.

Но стоило почувствовать ее губы — такие теплые и мягкие — как весь гнев превратился в огонь, прожигающий до костей.

А затем мне ответили…укусом. Я взвыл, как идиот, отшатнулся, понимая, что зараза прокусила мне губу. Сердце грохотало, точно только что пробежал марафон.

Мы смотрели друг на друга — я, тяжело дыша, и она, со сверкающими глазами.

Огненная ведьма…Огонь…Огонек, чтоб ее!

Дверь в палату скрипнула. Вытирая выступившую кровь, я услышал веселый голос племяшки:

— Ой, вы уже детей делаете?

* * *

Я всегда знала, что выйду замуж только по любви. Да, да, да, в курсе, что в нашем кругу чаще всего причиной свадьбы является не любовь, а деньги, но хотелось верить в чудо.

И вот, пожалуйста! Я замужем за сыном основатели Альтера Медика! Божечки-кошечки, ну почему из многомиллионного Вегаса я выбрала его?! Синеглазого брюнетистого козла!

Хорошо еще Милана вовремя появилась. Я к детям равнодушна, но сейчас готова была ее расцеловать. Девочка буквально спасла меня от самой себя.

Да, он целуется просто сокрушительно. Опыт у меня не такой уж большой. Ладно, по сути я целовалась с тремя парнями: в детском саду, на выпускном и когда отмечали “экватор” в университете.

А нет, вру. Еще в Вегасе, в капелле.

Но это не считается!

Этот придурок тут же меня выпустил еще и отодвинулся, как от прокаженной. И рыкнул, отчего едва не поседела:

— Милана! Стучаться надо!

— Не ори на ребенка! — погрозила ему пальцем племянница, пока я переводила дух и пыталась осознать, что произошло.

— Ребенок, марш отсюда, иначе отлуплю по жопе!

— Неправда! Ты противник физического насилия. — тут же сообщили ему с проказливым видом. — Ой, дядя Тим, у тебя кровь на губе!

Я молча протянула ему один из бумажных платков. Нечего ребенка пугать! Хотя Милана, судя по-всему, не из пугливых.

— Прикусил. — сообщил ей Тимофей, послушно прикладывая платок к ранке. Взгляд, устремленный на меня, не обещал ничего хорошего. Да ты бессмертный что ли или просто сохранился перед тем, как со мной так разговаривать? Приход Миланы обстановочку то может и разрядил, но внутри продолжали бушевать ярость пополам с возмущением и обидой.

Меня опять не приняли в расчет. Опять мужчины порешали все сами, а “глупую девчонку” просто поставили перед фактом. Типа ты давай крыльями то в золотой клетке не маши, а то повредишь их.

А на хрена мне крылья, если летать нельзя?

— Милана, — попросил тем временем синеглазый скот Тимофей, — а позови, пожалуйста, медсестру с поста. Давай, давай, ногами передвигай.

Девочка исчезла, проскользнув мимо заглянувшего в палату Ильи.

— О, все живы. — сделал он удивленное лицо. — А я думал, Тимофей, что она тебе уже лицо обглодала.

— Пыталась. — продемонстрировали ему окровавленный платок. Илья присвистнул и моментально стал серьезным.

— Чего не поделили? Мать моя женщина, мелочь, ты ему по губе что ли врезала? А, нет, укусила! Все нормально?

— Мне сказали, что папа контролировал мой побег. — сообщила слегка осипшим от обиды голосом. — Илья, это правда?

По тому как взгляд дяди меняется с тревожного на слегка виноватый все становится ясно. То есть, все это время папочка не звонил только потому, что знал где я и чем занимаюсь.

— Предатель!

— Мелочь! — тут же возмутился Илья. — Ты не охренела часом?

— Ой, не кричите! — за его спиной возникла высокая и очень крепкая медсестра со строгим взглядом из-под очков. — Тимофей, Сергеевич, мне тут Миланка сказала, что вы просили подойти.

Илья отошел в сторону, бросив на меня еще один возмущенный взгляд. Но я лишь показала ему язык в ответ. Вот ведь…знал, что отец в курсе где я и что делаю, сам небось рассказывал. От возмущения прямо хоть ногами начинай топать, как маленький ребенок.

— Нина Матвеевна, Соколову оставляем до утра, все счета по ней на мою почту.

— Конечно, Тимофей Сергеевич. — она метнула на меня любопытный взгляд, но, конечно, комментировать ничего не стала. — Тогда утром ее сразу осмотрят, как доктор придет.

— Не надо. — оборвал ее Тимофей. — Сам свою жену осмотрю. — еще и в глаза при этом мне смотрит. Я подумала и ему тоже показала язык. Сидевшая внутри меня маленькая злобная Ева мысленно ему уже печень выгрызла.

Такой же как мой отец! Напористый, надменный индюк, мечтающий о воинствующем патриархате!

Любопытство медсестры прямо таки зашкаливало, но она удержалась от расспросов, просто кивнула. И сказала, что вернется чуть позже, с какими-то таблетками.

— Племяшка. — Илья опять заглянул в кабинет. — Я поехал, отвезу тут одну еба…странненькую девушку в общагу, а сам спать. Про твой больничный сам скажу, ты давай отдыхай.

— До свидания, Ева. — только и успела выговорить Даша, перед тем как дядя ее уволок едва ли не за шиворот, продолжая что-то тихо выговаривать. Судя по невозмутимому лицу Дарьи, она его даже не слушала.

— Ева, — да что ж такое то, я сегодня безумно популярна, вот и папа до сих пор тут. Раздраженный, с телефоном возле уха, но смотрит на меня.

— Ева, не переживай, — сам смотрит на Тимофея, — договор насчет вашего брака будут проверять лучшие юристы.

— С моей стороны тоже. — парировал муженек, которому все сильнее хотелось дать по лбу. Да тут самый нормальный человек — это десятилетняя девочка. Стоит вон, смотрит на всех с таким видом, точно они дураки. Поймала мой взгляд и громко проговорила:

— Ничего, Ева, дядя Тим просто выглядит страшным, а на самом деле он добрый.

— Милана, мы тоже поехали домой, — сообщил “добрый дядя Тим”, закончив провожать взглядом моего отца и теперь глядя на меня. — Еве надо поспать, а завтра я сюда вернусь, как только тебя в школу закину. — и, уже обращаясь ко мне, — Завтра пообщаемся.

Звучит так, точно он меня расчленит завтра. Я стиснула зубы, чтобы не сказать лишнее. Просто кивнула и откинулась на подушки с видом утомленной принцессы.

— Голова болит?

Я еще раз кивнула и закрыла глаза, намекая, что все могут быть свободны. Удивительно, но Тимофей даже спорить и нудеть не стал. Просто вышел, прихватив остальных. Дверь в палату мягко закрылась, отсекая коридорные звуки.

Я продолжала притворяться спящей, хотя сна не было ни в одном глазу. Мозг кишел мыслями, даже пальцы слегка подрагивали от перевозбуждения.

Но я лишь повернулась на бок и продолжила дышать мерно и глубоко, как человек, который старается поскорее заснуть.

Тимофей думает, я как послушная собачка буду тут до утра?

Наивный!

* * *

Я опасалась, что ближе к двенадцати Лекси уже спит. Но у нее вроде сейчас пар не было, а лишь дипломные консультации и периодические практики.

Но нет, подруга ответила почти сразу, стоило отправить ей сообщение.

“Ты бы еще в три ночи написала насчет этого, Ева. Где ты? Адрес диктуй, я тебе ключи вынесу, когда такси приедет. Уверена, что не хочешь у нас с Артемом переночевать? Почему я не должна никому говорить где ты?”

Я прямо как наяву слышала укоризненный голос правильной Лекси. Она ненавидела врать Артему, с которым уже жила вместе пару месяцев. А три дня назад, как мне сообщила подруга, еще и заявление в ЗАГС подали.

Я тоже не люблю врать. Но иногда приходиться.

“Потому что мой муж объявился, но я не хочу с ним общаться. Он понравился папе и дяде, которые на его стороне. Все козлы!”

“Я догадываюсь, что ты расстроена и плохо соображаешь. Но твой дядя мой как бы дипломный руководитель и близкий друг Артема. Если эти двое захотят меня расколоть, то учти, что надолго меня не хватит”.

Я почесала кончик носа, раздумывая говорить ли правду. Ладно, Лекси меня поймет.

“Я не говорю, что собираюсь прятаться. Просто хочу поставить всех на место. Так что можешь и Артему рассказать, если уж совсем припрет”.

Ответ лишний раз убедил меня в том, что Лекси — лучшая и самая понимающая подруга.

“Адрес скинь”, — и, спустя пять минут и одно отправленное сообщение:

“Это клиника. Ева, что случилось?! Ты как?! Почему ты в частном госпитале?!”

“Тройню родила”, — не удержалась от ехидного ответа, подождала минуту и написала уже нормально:

“Просто стукнулась головой, сюда привезли, чтобы проверить все ли в порядке. Сотряса нет, клиника принадлежит мужу, я хочу побыстрее отсюда свалить, пока тут тихо”.

А сама тем временем обшаривала палату в поисках одежды. Но нет, пусто. Я стиснула кулаки, замерев посреди помещения. А что если Тимофей специально ее спрятал, чтобы я не убежала?

В смысле он думает, что меня смутит такая мелочь как отсутствие шубки и сапог?

Едва мне пришло сообщение, что такси ждет у центрального входа, как я выскользнула в коридор. Бесшумно пронеслась мимо пустого поста, спряталась за угол от прошедшей медсестры, едва не задев какую-то тележку. Потом короткими перебежками, понимая, что все это явно видно на камерах. Но вокруг пока все было тихо. Возможно, пока не заметили.

Впереди, у самого входа, сидели охранник и дежурный администратор. Мимо них никак не проскользнешь. Тут пришлось нацепить на лицо побольше наглости, а к уху приложить телефон.

И голос, голос погромче.

— Да, дорогой, — пошла прямо к двери, не глядя на сотрудников, — да, я вижу, что машина подъехала. — кинула быстрый взгляд на приподнявшегося охранника, — Это Тимофей Сергеевич приехал. — сообщаю быстро.

Так, пока он там в шоке надо удирать. Я буквально залетела в машину и рявкнула

— Поехали!

Водитель, к счастью, оказался догадливым. Сразу взял с места, так что мы быстро выехали за территорию клиники. А я еще некоторое время оглядывалась назад. Нет, погони точно не опасалась, но все равно так…тревожно.

— Отопление прибавить? — вдруг спросил водитель. — Вы чего-то не по погоде оделись. — добавил деланно — равнодушно.

Да сама знаю, что зимней ночью в минусовую погоду я крайне странно выгляжу в легкой больничной одежде.

— Пришлось бежать, — подумала и добавила, — от мужа. Он врач и изменил мне. С моей медсестрой. Пока я тут лежу!

Надеюсь, Тимофей Козлинович, ты сейчас икаешь.

Спустя пару минут водитель уже преисполнился ко мне сочувствия и даже советовал куда обратиться насчет развода. И сам рассказал историю о том, как жена ему изменила и прочее. Так что, когда мы подъехали к подъезду, возле которого нас встречала Лекси, у меня голова уже начала пухнуть от обилие совершенно лишней информации.

— Спасибо! — я обняла подругу. — Деньги скину, как только смогу, а то все осталось в сумке, даже зарядка. Телефон скоро сядет!

— Ой, заткнись и езжай уже. — Лекси легонько двинула меня кулаком в плечо. — Но лучше тебе остаться тут. Вдруг плохо станет?

— Не станет. Я в порядке, говорю же. Не стала бы тебя подставлять. Все, завтра позвоню!

Только в квартире Лекси уже смогла почувствовать себя почти расслабленно. Подруга сказала, что тут осталась кое-какая ее одежда, которую пока перевезти руки не дошли. Ну и по мелочи всякое. Так что приняла душ, переоделась в длинную футболку с надписью “Это мужская футболка, которую я ношу” и юркнула под плед.

Вот теперь можно поспать и набраться сил.

Если уж я замужем, то заставлю муженька считаться со мной.