11

На улице слишком жарко, чтобы напяливать на себя джинсы. Надеваю белый льняной сарафан, скрывающий мое ободранное колено. Его я связала в прошлом году и моим подписчицам он пришелся по вкусу. Спускаюсь к озеру, здороваясь по пути с местными жителями. Мысль о том, что мой банковский счет сегодня пополнится, внушает оптимизм, как бы нелепо это ни звучало. Максим сидит на той же лавочке, что и день назад. В его руке большой прозрачный стакан с газировкой, а другой с розовой жидкостью стоит рядом.

– Привет.

– Привет, Азалия. – Он протягивает мне стакан. – Это тебе. Клубничный сок со льдом.

– Спасибо, – забираю я и сажусь рядом. – Что сегодня?

Мой вопрос вызывает у него привлекательную улыбку.

– Помнишь, я говорил, что у Сары юбилей в субботу? – Я молча киваю. – Но мы уже пообещали твоим подругам, что сходим в кино и боулинг.

– И?

– Артем и Света подружились.

Мои губы поджимаются от раздражения. День полон дурацких событий.

– Встречаемся сегодня. Только мы пойдем не в кино. Оно будет завтра. Как и боулинг.

– Что? – таращусь я на него. – Подожди, я что-то запуталась. Мы кого собрались убеждать в наших отношениях? Твоих друзей и эту Олю, которую я видела всего один раз, или моих подруг?

– Дело вот в чем: Артем сообщил Свете, что в субботу у нас планы. Точнее, уже в пятницу, потому что мы уедем из города на выходные. И потому они перенесли наш поход в кино и боулинг на завтра. В четверг.

– Хорошо, – продолжительно киваю я, пытаясь разложить всё по полочкам. – А сегодня зачем встречаться?

– Затем, что твоя подруга Виолетта предложила всем вместе сыграть в…

Разумеется! Виолетта!

– …пейнтбол.

– В какой ещё пейнтбол? Зачем?

– Понятия не имею, но мне почему-то кажется, что она не очень-то и верит в нас с тобой.

Даже не замечаю, как уже выпиваю половину ледяного напитка.

– Почему так?

– Откуда мне знать? Сегодня она звонила моей маме и напрашивалась на кофе. А потом как бы вскользь упомянула о моем парне, который ей понравился.

Максим усмехается.

– Хотела, значит, выведать информацию о нас у твоей мамы.

– Хотела. Хорошо, что имени твоего не назвала. Мне приходится теперь лгать и маме с бабушкой!

– Что ты сказала?

– А что я могла сказать? Да, у меня кое-кто есть вроде бы, но пока я не хочу говорить ничего конкретного, потому что сама толком не уверена, чего хочу и прочую ерунду. Знаешь, что смешно и нелепо? – Смотрю на его выразительный профиль. Загорелая кожа светится на солнце, как золото. – Во всей этой истории нет твоей Оли. А ведь ради нее она и затевалась!

– Она не моя, – повторяет Максим в тысячный раз и опускает очки на переносицу. – И Оля тоже будет играть. Приедет с сестрой Артема. Насколько я понял, твоя подруга собирает большую компанию. Это на руку и тебе, и мне. Насколько я понял, ты хочешь, чтобы у нее не было сомнений относительно нас с тобой, верно?

– Как будто у меня есть выбор!

– Да, мы договорились никому не говорить правду. Но ты ведь можешь просто не встречаться с ней и вообще, почему ты обязана отчитываться за свою личную жизнь? Я хочу сказать, что мы можем никуда не ехать, Азалия.

– Там будет Оля!

– И что? На выходных тоже будет Оля. Я действительно не хотел, чтобы эта история хоть как-то усложняла твою жизнь. Но ты посмотри: твои подруги думают, что ты встречаешься со мной, а мама и бабушка радуются, что у тебя появился «кто-то». Мы договаривались, что врать ты будешь только в моем окружении, а теперь вынуждена и своих близких обманывать. Какой бы странной ты мне не казалась и как бы сильно я не хотел, чтобы всё это скорее закончилось, я не в восторге, что тебе приходится сейчас делать. Поэтому, если скажешь, что не хочешь ехать сегодня – не поедем.

Я даже теряюсь после этих слов. Просто смотрю на его спокойное выражение лица, не зная, что сказать в ответ.

– Азалия? Всё в порядке?

– Мм, да. – Прочищаю горло. Сок отвратительный. – Не получится. Нам нужно поехать.

– Я же говорю, что Оля будет с нами все выходные. Празднование дня рождения Сары пройдет в загородном клубе с вечера пятницы по воскресенье. У нас будет достаточно времени, чтобы продемонстрировать сюсюканья.

– Не в этом дело, – увожу я взгляд в сторону.

– А в чем?

Поворачиваю к нему голову. Максим снимает очки и кладет их между нами.

– Я не хочу, чтобы у Виолетты были сомнения.

– Насчет нас.

– Да, – киваю я. – Насчет нас.

– Почему?

– Я же тебя не спрашиваю, почему ты так сильно хочешь отделаться от этой Оли.

– Если спросишь, мне не сложно будет ответить, – улыбается Максим. – Она что, не такая уж и подруга тебе, да?

– Женская дружба – сложная конструкция. Она собирается из множества похожих друг на друга деталей, но со временем они портятся, гниют и ржавеют.

– Но основной костяк остается. – Я согласно киваю. – Ладно. Значит, едем, чтобы бросить пыль в глаза. Твоим подругам, – добавляет он.

– И твоей Оле, – напоминаю я.

– Азалия, – поднимает он широкую бровь. – Тебе хватит полчаса, чтобы собраться?

– Разумеется! Я же не на свидание иду! А так, подстрелить «любимую» подружку.

Максим усмехается, а мой взгляд успевает поймать белый острый клык, покусывающий широкую трубочку. Да уж, в профиль он ничего так.