Глава 11

Я уже однажды задала себе этот вопрос, но не нашла на него ответ.

Нет. Не могли. Потому что это невозможно.

Он не посещает Макдональдс, не ходит сам за продуктами в супермаркет эконом класса, не ездит в маршрутках. Потому что за эти годы, где я только не работала.

Всякое в жизни бывает. Попадаются люди, похожие друг на друга.

— Надь, ну ты чего загрустила?

— Да вот, из-за того, что чертята мои его довели. Он и наговорил гадостей.

Оля замолкает, подняв глаза к потолку — задумалась. Потом вдруг радостно вскрикивает!

— Идея!

— Что такое?

— Значит, говоришь, что молью и старой девой обозвал?

— Угу…

— Скоро он пожалеет о своих словах!

— То есть?

— Докажем гавнюку, что ошибся!

— Как?

Глаза Оли загораются непередаваемым азартом.

— Мы тебя преобразим… Так, что он офигеет! Будет локти кусать, слюной истекать, а потом ещё и на коленях за тобой ползать будет, вымаливая прощения. Вот только ты и глазом не моргнёшь в его сторону. Пусть знает, что он — не пуп земли.

— Ты что такое говоришь, — хлопаю ресницами, удивляясь.

— Дело говорю! Вот что. Мужики глазами любят и желудком — тебе на заметку. Ты просто обязана заняться собой и преобразиться до образа конфетки! Этот упырь лицемерный ещё пожалеет о своих словах. Сломаем ему мозг! Ну, ты готова?

Подруга выбрасывает вперёд ладонь, подзывая дать ей пять, но я медлю. Наверно просто потому, что боюсь перемен… Я уже привыкла жить в своём уютном, сером мире. Но сейчас эмоции меня настолько переполняют, что я теряю страх, и готова броситься в бой несмотря ни на что.

Мне тоже очень хочется, чтобы Титов пожалел. Чтобы спустился с небес на землю и осознал, что есть вещи, которые ему неподвластны. Чтобы подобрел и научился общаться с людьми вежливо. Чтобы родил в себе совесть и понял, что такое душевная боль.

— Побегает за тобой, а потом, гляди, на колени упадёт и предложение сделает!

Поперхнулась чаем, вылупившись на Олю.

— Ты на холоде перегуляла? Он же ненавидит меня после всего, что я с ним сделала.

— А вот и нет! Ненавидел, уже давно бы что-нибудь плохое с тобой сделал! Уволили бы, минимум. И плевать на компромат. Захотел — быстро бы его вычистил с твоего телефона. Мужчина он высокого уровня. От ненависти до любви! Кричу, потому что хочу! Бьёт, значит лю… Ой, это уже не то. Ха-ха!

— Ну ты даешь, — нелепо улыбаюсь.

Оле можно доверять, она точно никому болтать не будет. Мы как сестры. В ясли вместе, в школу. И вот по сей день общаемся. Только Оля часто по работе за границу ездит. Работает переводчиком и гидом. Так что я практически всё ей рассказала, что со мной приключилось за последние семь лет. Кроме того, с кем и зачем я на самом деле ночь провела. Стыдно о таком говорить. Даже, если бы она была моей сестрой.

— Будешь ворковать со своим Демоновичем, сводить с ума, дразнить, но близко не подпускать. Знаешь, как мужики от этого злятся? Особенно такие властные богатеи, которые думают, что весь мир у их ног вертится! Злятся, когда не могут получить то, что хотят… Мы тебе обалденный образ придумаем! — глаза подруги загорелись, она уже вступила в игру. — Ты будешь сочной вишенкой на самой верхушке дерева, до которого будет ну практически не дотянуться!

— Оляяя… — краснею и смущаюсь.

— Добиваться тебя будет, а ты близко не пускай. Отвечаю, вот это зрелище будет! Я уже представляю как он бесится и слюной истекает. Привык же, что любая перед ним по первому свисту в ноги падает и целует.

— Что-то я сомневаюсь.

— А вот я в тебя верю! Хитрость в ход, и ждёт тебя успех. Мальчишек своих на ноги поднимешь, будущее хорошее им устроишь. Я тебе в этом помогу.

— Стоп. Стоп. Стоп. Куда это тебя понесло?

Вот завелась, егоза прыткая. Тараторит без умолку. Узнаю Ольку! Всегда такой боевой была. Как танк напролом прёт, не видя преград, когда чем-то горит.

— Подожди. Ирина же…

— Ой, да мы эту каракатицу быстро сдвинем! Детей у них нет? Вот и отлично. А твоим пацанятам отец нужен, совсем они расслабились без твёрдой руки. Дальше хуже — подростковый возраст… Будем бороться, чую перспективы у нас отличные!

Боже. Ну Оля!

Остановись!

— Завтра выходной?

— Да. Целых два.

— Супер! Прям, судьба. Парней соседке оставишь, а нас ждут грандиозные планы. Сделаем из домоседки — конфетку.

— Оля… Ты правда, серьёзно? Я думала шутишь.

— Цыц! Думаешь у меня сердце не болит за тебя? Ты собралась одна до пенсии сидеть? А дальше что? Мужика тебе надо! Срочно! Если Титов на удочку не прыгнет, то другого подцепим. Кто знает, может даже ещё более крупную рыбёшку.

— Да никто с двумя детьми замуж не позовет, очнись!

— На свете нет ничего невозможного. Это все ерунда! И с тройней возьмут, если сумеешь себя подать, и многодетную с возом детей! И вообще, я же вижу, как ты смотришь на него. Вон, до сих пор палец на фото держишь, — спалила она меня.

Я руку от телефона отдёрнула, тряхнув ею в воздухе, будто обожглась.

— Ну нравится тебе твой злобный босс! Не отрицай!

Ладно. Расколола.

Я, если честно, сама в шоке от своих чувств.

Не понимаю, почему меня к нему тянет.

Он же кусок арктической глыбы!

Сноб. Тиран. Зазнайка.

Корона у нас выше звёзд.

Неужели это тот случай, когда сердцу не прикажешь?

— В общем, я всё сказала. Отказов не принимаю.

Ольга встаёт из-за стола, деловито подхватывает сумочку.

— Завтра в десять заеду за тобой и начнем наш марафон. Сначала салон красоты, спа, шопинг. Он что там про дресс-код говорил?

— Ничего не выйдет, — с грустью качаю головой. — Я сейчас на мели.

— Вот за это вообще не переживай! Я угощаю!

* * *

— Ну что, ты готова? — верещит от радости Оля, хлопнув в ладоши.

— Боже, я не готова, я так устала… — зеваю, пошатываясь на каблуках. — Это вся каторга на сегодня? Или мы только начали?

— Тихо! Давай уже, поворачивайся! И любуйся результатом…

Я, правда, так подзадралась, что мне уже было всё равно, что там со мной сотворили. И я не ожидала абсолютно никаких эмоций. Думала, как овощ посмотрю в отражение зеркала, скажу «спасибо» и поеду домой спать, но… я просто не поверила собственным глазам и вмиг очнулась!

Медленно поворачиваюсь лицом к зеркалу и забываю собственное имя.

— Мамочки!!!

— Ну, как тебе, Надя? Что скажешь?

Я что-то пытаюсь из себя выдавить, лихорадочно трогаю лицо, пышные локоны, ощупываю великолепную ткань чёрного платья, которое изумительно облегает мою фигуру, делая меня какой-то топ моделью.

— Я просто… я поражена! Я даже не знаю, что сказать…

Вот именно. Я плачу.

— Тихо, тихо, девочка! — Оля делает шаг вперёд, быстро меня обнимает. — Не надо слёзы лить, макияж потечет. Сегодня счастливый день! Сегодня твой день, детка! Ты неотразима.

Я всё еще не могу прийти в себя.

Оля — чудо!

Она, как и обещала, сделала из меня конфетку. Даже больше — превзошла все мои ожидания.

С утра до вечера мы трудились в поте лица, преображая мою внешность. Массажи, пилинг, косметические маски, мелирование, маникюр… и много чего другого! Я посетила три салона, но, перед этим, несколько модных магазинов.

Подруга помогла мне полностью поменять гардероб и собрала несколько наикрутейших луков на все случаи жизни. Особенно тщательное внимание уделила гардеробу для работы.

У Оли отменный вкус. Знать толк в моде и выглядит сногсшибательно — её хобби.

Как же сильно я ей благодарна! Верещу от радости!

Но, самое главное, мы успели посетить окулиста и заменить очки линзами. Я уже и забыла, как я выгляжу без очков…

Переживаю больше из-за того, что у детей случиться стресс. Они меня не узнают! Потому что я сама себя не признаю. И всё, что со мной происходит сейчас, мне кажется каким-то чудесным, сказочным сном.

— Это ещё не всё! Пойдем, выйдем на улицу, там тебя ждёт последний сюрприз.

Набросив на себя новое, утончённое пальто, я выхожу следом за Олей из салона красоты через служебный выход, цокая каблучками модных сапожек.

Ольга подводит меня к какой-то грязной, старой бочке, возле которой стоит канистра с бензином. Торжественным тоном заявляет:

— Сегодня день, когда настал конец Наде-простушке! Сегодня на свет родилась Надя-богиня!

Оля прямо передо мной совершает какой-то дикий ритуал. Она сгребает в кучу мою старую одежду, бросает её в бочку.

Слышится всплеск жидкости, чирк зажигалки. Мои вещи, которые я всё же любила, вспыхнули как салфетки, полностью сожранные огнём.

— На этом всё, — скромно отряхивает она руки. — Поздравляю! Сияй на здоровье всяким там Демоновичам на зло. И, поехали!

— Куда поехали?

— Как куда? В клуб! Отмечать твоё преображение.

— Оля…

— Не-а, даже и слушать ничего не хочу! — она закрывает уши руками, увеличивая тон голоса. — У меня, между прочим, два пригласительный в «Монарх» пропадает.

— «Монарх»?

— Именно. Ты не ослышалась.

— Это же один из самых пафосных и дорогих клубов города…

— Знакомый там администратором работает. За то, что я его семье классно тур организовала, вот и отблагодарил пригласительными. Их срок скоро истекает.

— Ладно! Уговорила! — воодушевленно восклицаю я. — Гулять, так гулять, раз уж начали.

Раз уж влезла во всё это, то надо идти до конца.

* * *

Мы прибываем в «Монарх» на такси и успешно проходим внутрь, предъявив пригласительные. Меня ослепляет яркими вспышками прожекторов, ряженых девиц и стильных мужчин.

У входа в клуб выстроился целый парад самых дорогих и навороченных тачек города. Голова начинает панически кружиться, напряжение нарастает, я ведь никогда не посещала такие места. Но я справлюсь. Новый имидж придаёт мне небывалую уверенность.

Не успела подойти к зданию, моментально почувствовала на себе любопытные взгляды прохожих, особенно мужчин, и у меня поднялась самооценка. Даже спину ровнее держу, чем обычно.

Оля, где ж ты раньше пропадала со своими улётными идеями? Я бы уже давно могла изменить свою жизнь к лучшему, мне кажется.

— Привет, красотки! — крикнул нам вслед незнакомый парень с дредами, но мы молча прошли мимо, хихикнув.

Оля тоже навела марафет. Наши платья были немного похоже фасоном, но Оля выбрала для своего наряда цвет «тёмная вишня». Сказала, что он опять вернулся в моду.

Входим в зал, здесь уже начинается самое интересное. Много людей! Интерьер ослепляет своей роскошью, а сам зал размером как два наших издательства.

Неожиданно кто-то хватает меня за руку. И снова очередной незнакомец игриво мне подмигивает.

— Ты классная, если что, я буду ждать тебя у барной стойки…

Делаем всего несколько шагов, и опять меня окликают.

— Эй, блондиночка в чёрном платье, дашь номерок?

— Ух, — шепчет Олька, — ты только глянь! Да ты сегодня главная звезда вечера! Я же тебе говорила, что круто будет. Мы сейчас всех здесь краль порвём, а в понедельник ты издательство своё порвёшь.

Я рассмеялась.

— Спасибо, мы подумаем. — Ответив настойчивому кавалеру, Оля утаскивает меня к столикам.

— А почему нет?

— Не, это не те кандидаты, которые нам нужны.

— Вообще, я не планирую сегодня ни с кем знакомиться, — предупреждаю подругу. Слишком много для меня всего за раз.

— Согласна. Просто оторвемся. Отдохнем. А там видно будет. Пойду возьму нам какие-нибудь напитки. Ты выглядишь взволнованной и зажатой. Они помогут тебе расслабиться.

Спустя время, мы болтаем, наслаждаясь музыкой, атмосферой этого роскошного заведения и ярким шоу на сцене. Потом Оля зовёт меня потанцевать, когда меня накрывает расслабляющим ощущением.

— Пошли, покажу, как нужно двигаться… Ты только расслабься и ни о чём не думай. Пусть тело само ловит ритм.

Протискиваемся сквозь толпу, ближе к сцене, и присоединяемся к веселью. На сцене сейчас зажигает современная, популярная группа. От музыки ребят зал рвёт в клочья!

Мне так всё здесь нравится, что я вхожу в кураж. Господи, и правда мне всего этого не хватало. Я словно начала новую жизнь. Ступила на белую полосу и начала жить, а не выживать. Не знала, что так бывает. Что танцы, общение с друзьями — это такой драйв! Расслабление для нервной системы. Раз в месяц себе такое точно можно позволить.

Оля показывает мне, как нужно двигаться, ну а я схватываю на лету. В принципе, ничего сложного. Главное бёдрами почаще покачивать и руками покручивать.

— Класс! Молодец, Надь! Шикарно двигаешься, — радуется за меня моя наставница. — Продолжай в том же духе, держи ритм и руками волосы не забывай атмосферно поправлять, а я сейчас вернусь. Извини, в уборную надо…

— Хорошо. Я буду здесь! — пытаюсь перекричать музыку.

Следующая композиция кипятит кровь в венах и со мной начинает твориться что-то странное, особенно когда по залу пускают дым и на сцену выходит новая группа.

Их музыка медленная, какая-то космическая. Подстраиваюсь под ритм и начинаю изящно извиваться, прикрыв глаза. В эту музыку невозможно не влюбиться… Песня такая красивая, что сводит с ума, погружая в транс.

Я с трёх лет танцами занималась, могла сесть на шпагат и даже сделать сальто. Потом бросила… Но гибкость частично осталась.

В какой-то момент не замечаю, как на мои бёдра ложатся чьи-то горячие ладони. Сжимают.

— М-м… Малышка, — шёпот, как бархат, ласкает ухо, — ты так сладко попкой виляешь. И такая красавица… Как тебя зовут?

Этот голос… он будто кажется мне знакомым.

Но мне так хорошо, что не хочется думать ни о чём дурном.

Точнее, о ком!

О человеке, из-за которого я горько плакала недавно.

Он ещё пожалеет о своих словах, когда однажды увидит меня с самым лучшим мужчиной этого города и попустится. Язык себе свой поганый откусит за свои гадкие слова!

На меня уже мужчин восемь обратило внимание, одарив комплиментами, так что никакое я не чучело! И уж тем более не старая дева.

Мне кажется, этот мужчина, тот, с помощью которого я утру нос Титову, прямо сейчас стоит за моей спиной и прижимается ко мне бёдрами, плавно покачиваясь в такт с моими движениями.

От него исходит мощная энергия!

У него на руках золотые часы, также я вижу края пиджака с золотыми запонками, в которых поблескивают, вероятно, бриллианты. Делаю вывод, что человек он явно небедный. А что, если он даже выше Титова стоит?

Его руки оживают и начинают бродить по моему телу, поглаживая его в самых чувственных местах…

Боже… Как приятно!

— Так что, сладкая кошечка, скажешь своё имя?

Мы продолжаем танцевать вместе, но я пока двигаюсь, прижимаясь к нему спиной. Становится жарковато! Как же это всё заводит…

Незнакомец теряет терпение. Он разворачивает меня к себе лицом, схватив за запястье, и… в меня будто лупит молния.

Ну нет.

Нет. Нет. Нет!

Ну как так?

Каааак?

Мерзавец! Негодяй! Крокодил напыщенный!

Он что меня преследует?

Да он просто издевается!

Я вижу перед собой наглую, но ошалевшую физиономию моего высокомерного, гадкого босса.

Тимура Владимировича Титова…