Глава 15

— Т-Тимур… В-Владимирович! Вы что… Вы что такое говорите? У вас всё в порядке…

С головой.

Какой ещё первый раз?! Какой отец двойняшек?!

Опять вырываюсь, а он опять меня хватает, усиливая хватку, чуть ли не до синяков. Ручищами бесстыжими в бёдра впивается, резко дёргает на себя, припечатывая к монолитному торсу.

Из груди вылетает тихий вздох…

Мир не милостиво кружится, а я вместе с ним, будто меня скинули с самолёта без парашюта.

Титов сейчас такой горячий и желанный.

И чертовски вредный.

А ещё немножечко ненормальный!

Что за глупости он несет?

Тимур встряхивает головой, как будто пытается вынырнуть из дурмана. Часто моргает. Поднимает голову. Наши взгляды сталкиваются. И вдруг я понимаю, что его глаза выглядят заплывшими.

Перегулял…

И запашок немного тому подтверждение.

Вот же ш!

Сама пытаюсь перевести дух и отдышаться.

С мыслями собраться, в себя прийти, понять, что вообще происходит?

Как мы оказались в одной кровати?!

Что вообще Титов здесь делает?

Это что, дурацкий розыгрыш какой-то?

Вдруг меня осенило.

Я сначала побелела, а потом раскраснелась.

— Ну, что ты молчишь? — тон голоса Демоновича приобретает опасные нотки.

Правая рука Тимура оживает, мягко опустившись на мою спину.

Я все мысли в голове теряю от ощущения того, что его горячие пальцы касаются моей кожи, скользят вверх, двигаясь к затылку, оставляя после себя тёплую дорожку, от которой волнами рассыпаются жгучие мурашки.

— Как вы здесь оказались?

— Не помню. Проснулся, от того, что к моему бедру нагло жалась чья-то румяная попка.

Я опять раскраснелась.

— А до этого решил приехать на мероприятие. Партнёр из Китая встречу отменил, так что я решил устроить небольшой отпуск в горах. И вот, я здесь. В холле отеля встретился с бывшими одноклассниками, и они потащили меня в бар. Дальше уже ничего не помню…

Всё ясно.

Есть люди, которым пить точно нельзя!

Титов — наглядный пример.

А может он просто врёт?

— Зачем ты залезла ко мне в кровать, Надя? — пальцы достигают затылка. Хватают. Сжимают горсть волос в крепкий кулак. — В какие игры ты со мной играешь? Что-то нехорошее задумала? Месть? Где скрытая камера? Давай сюда свой телефон!

Это ложь!

Да он сам меня сюда затащил, через своего дружка Сарбаева.

Я поняла! У них заговор! Добычу будут делить пополам, или как?

— В смысле залезла? Да что вы всё кричите?!

— Это мой номер, Надежда.

— Что? Ваш? — ошарашенно хлопаю глазами, оглядываясь по сторонам.

Во дела…

И правда, я не вижу своего чемодана, который оставила возле трюмо в углу. Я точно помню, что оставляла его там! Похоже, я перепутала номера и вошла в соседний. Они же идентичны внешне. Та же мебель, те же обои, даже бельё постельное одинакового цвета и запаха.

— Да. И мы провели здесь ночь… — ледяные глаза порочно потемнели, Тимур коварно улыбнулся. — Мне понравилось. Ты хороша! Огонь!

Шлёп.

По комнате эхом раздался звонкий шлепок.

Я залепила Титову пощёчину.

— Я всё поняла! Ну вы и мерзавец! Ненавижу вас! Демон! Чудовище! Еще и психопат!

Схватившись за покрасневшую щеку, босс зашипел и ослабил хватку. Я быстро воспользовалась шансом, выкрутилась из цепкого захвата.

Со слезами на глазах, начинаю подхватывать с пола свою одежду, впопыхах одеваюсь.

Он опять сделал мне больно! Я всё поняла. Наконец, разум стал трезвым и я смогла проанализировать ситуацию.

Кофе…

Тот дурацкий кофе, который мне его дружок подсунул!

Который, между прочим, оказался вовсе и не врагом.

Так вот почему я ничего не помню и меня подкосила чудовищная слабость!

Всё это было специально подстроено.

Так ловко, что я даже предположить не могла.

И Ирины рядом нет.

Титов добился того, чего хотел.

Меня.

Как же ловко они всё придумали, чисто профессионалы и подонки высшего уровня, к тому же.

Ресницы стали влажными, в груди невыносимо заныло. Я поняла, что мною бессовестно воспользовались. Тимур достиг своей цели. Он затащил меня в постель подлым способом и разбил мне сердце…

* * *

Голова кипит, глаза жжёт от слёз. Но я не буду плакать! Раз уж так вышло, должна уйти с высоко поднятой головой.

Некоторые моменты всё же расходятся с логикой, быть может так просто совпало?

Или нет…

Титов может врать!

Играет роль недотроги, мол он перебрал вчера с друзьями и вырубился, ничего не помня.

На самом деле врёт!

С Сарбаевым великое, гнусное дело замутили!

Наверно дело дошло до того, что Титов ему заплатил. Та как я бы точно отказалась выпить кофе с Титовым, после его грубого тона в последнюю нашу встречу.

Он же тот ещё койот коварный. Я вспомнила, как он меня на дачу к себе в снегопад затащил, окончательно поняла, что ему нельзя верить.

Нахал. Гад. Бабник с придурью!

Психопат с циклотимией[1]!

Тимура Владимировича Титова нужно обходить на расстоянии пушечного выстрела порядочной, скромной, одинокой женщине. Для него, такие как я, лакомые курочки, которых он лопает на раз-два, ощипывая пёрышки.

В любом случае, Тимур хотел использовать меня как девку на один раз, его цель достигнута. И мне от этого очень больно, но что я уже могу сделать? Время не отмотать назад, как кассетную плёнку. Выход один — отпустить и отомстить.

А как отомстить?

Это я позже придумаю.

— Надя! А что с близнецами? — пытается встать на ноги, но его шатает. Тимур опять валится на кровать.

— Лечится вам надо! — следующее слово почти одними губами произношу, расправляя складки на платье. — Ненавижу…

Позади слышится стон — Титов кряхтит как старый дед, пытаясь встать на ноги. Массирует пальцами виски.

— Отец моих сыновей умер! Всё остальное вам точно приснилось!

— Проклятье… Кажется ты права, — так и сидит на краю кровати вопросительным знаком, схватившись за голову. — Выходит, и правда сон приснился, представляешь? Но такой реальный, что я даже растерялся и поверил в него, как если бы это случилось в реальной жизни. А вообще бред, да. Если бы мы с тобой встретились несколько лет назад, я бы тебя точно запомнил. Но мы же никогда не встречались…

Не могу найти свою вторую туфлю…

В панике прыгаю по комнате на одной на ноге.

Да где же она!

А бредни Титова слушаю через слово.

Голова сейчас болит о другом — я могу не успеть закончить все дела к мероприятию. И оно будет сорвано!

Теперь Тимур начинает вообще в голос смеяться:

— Ну и сон, с ума сойти! Ты, я… провёл с тобой жаркую ночь семь лет назад, а потом ты родила от меня двух шкодников с моими глазами и все эти годы от меня их скрывала.

— Хватит! Перестаньте!

Теряю терпение. Бросаю в него его же брюками, которые подхватываю с пола.

Бум!

Глухой звук.

Титов увернуться не успевает, получает пряжкой в темечко.

— Ашшш! Может хватит меня уже мутузить, Надяяяя!

— Мало вам! Определённо мало, за то, что вы со мной сделали! Если не уйметесь, я скорую вызову, скажу, что у вас белая горячка! Мой вам совет — никогда больше не ходите в бар! Вы опасны для общества! Кто знает, что в следующий раз случится. Вдруг кого-нибудь убьёте.

Пьянчуга чёртов!

Если бы не телефон, который затрезвонил в моей сумочке, честное слово! Ещё бы гаду врезала. Только уже кулаком. Может протрезвеет и перестанет чепуху нести.

Хватаю телефон в руки — как мука белею. На экране высвечивается имя: «Ирина…»

— Ало!

Стараюсь не заикаться, вести себя естественно и спокойно, но в горле пересыхает, а лицо пылает огнём.

Если Титов опять что-то брякнет на заднем плане, клянусь, получит туфлёй по лбу.

Она ни в коем случае не должна узнать, что мы сейчас вместе!

Надеюсь, Ирина только села в такси и собирается покинуть зону аэропорта.

— Я уже в отеле! — обламывает она меня деловым голосом. — Только что приехала!

НЕТ!

— Я скоро буду, проспала немного…

— Жду тебя в холле! Нужно провести контрольную проверку перед началом презентации. Я через пять минут спущусь в зал. Тимур вечером позвонил, сказал, что тоже приедет. Он остановился в триста двадцать шестом номере, сейчас к нему загляну и вернусь.

Боже, нет!

Оборачиваюсь назад, глядя на Титова, а он… Твою ж налево! Что придурок творит?!!!

Он уже стоит на своих двоих, невозмутимо смотрит на меня сквозь растрёпанную чёлку, упавшую на глаза, и… лёгким движением мускулистых рук скидывает с себя трусы.

* * *

Вскрикнув и зажмурив глаза, я мчусь к выходу из номера. По пути сшибаю мизинец о ножку стола и чуть не поскальзываюсь на ламинате, улетая навстречу полу.

— Ненормальный!

Дрожу и горю то ли от ярости, то ли от смущения. Нет! От всего разом!

Тимур Владимирович — это что-то с чем-то.

— Я просто иду в душ… — бубнит он, хлопая дверью ванной.

Вот и что это было?

Решил в очередной раз поиздеваться, чтобы меня трухнуло.

Мельком я успела увидеть ехидную улыбку, заигравшую на полных, соблазнительных губах мужчины.

Что ж, кое кто напрашивается на удвоенную порцию мести.

Дергаю ручку, выскакиваю в холл, бегу в свой триста двадцать пятый номер. Едва успеваю туда заскочить, и мягко прикрыть дверь, как раздаётся цокот каблуков, а потом приторное щебетание:

— Тимур, ты здесь?

Затем дверь соседнего номера хлопает и на этаже воцаряется тишина.

Навливаюсь спиной, на прохладную поверхность, испуская блаженный выдох.

Фух… Пронесло.

Я была на волоске от позора и скандала.

Посмотрела вперёд, в зеркало, встроенное в шкаф-купе, такая красная, как рак, и лоб в испарине, даже волосы влажные, немного растрёпанные.

Если бы Ирина увидела меня в таком виде — презентации конец. Контракт разорван, я выставлена ни с чем на улицу, а рукопись отправлена в мусорное ведро.

Ирина уже перевела полмиллиона аванса на лечение сестры. После Нового года, мы планируем поехать в Израиль в реабилитационный центр. Врачи сказали, что шансы, что Танечка будет вновь ходить, есть.

Поэтому Ирина не должна знать, что у нас с Тимуром что-то было…

Разозлится, моим планом и мечтам конец.

А может и не было!

Я ничего вообще не помню.

Титов вот бубнит, будто было.

Не исключено, что ему могло показаться, или сон фантастический приснился.

Я уже настроилась на то, что у нас всё будет хорошо. Появился лучик надежды. Я так упорно работала над книгой все эти дни, что засыпала на ходу. Истощена, выжата. Разве всё это было зря?

Так, Надя, вдох и выдох…

Всё будет хорошо!

Нужно успокоиться и направить все свои переживания в другое русло.

Сейчас главное — это литературный вечер. От того, как я его проведу, зависит моё будущее.

Резко вздрагиваю, отскакивая от двери, потому что слышу стук и вновь знакомый голос:

— Надя, ты здесь?!

— Да, да!

— Выходишь?

— Пять минут, — пулей лечу в ванную, чтобы смыть с себя ужас вчерашней ночи. У меня катастрофически мало времени! И боже, как же мне стыдно! Хотя я не виновата…

— Жду тебя в зале, — звук отдаляющихся шагов.

Быстро привожу себя в порядок, сменив одежду. Умываюсь, наношу лёгкий макияж, надеваю простое трикотажное платье — серого цвета, с фактурными косами, длиной ниже колен. Благодарю себя за то, что положила запасные туфли, думая, что новые могут натирать.

Выхожу из номера, спускаясь на лифте в ослепительный холл, в котором уже во всю кипит жизнь, по сравнению со вчерашним днём. Волнение стало максимальным.

— Вот ты где! Иди сюда! — махнула мне рукой Ирина из дверей кафешки. — Ну привет! Как настроение?

— Привет, — щёки горят, я смотрю на неё и думаю о Тимуре, как он обнимал меня сзади, а его горячий шёпот разливался по обнажённой коже мелкими мурашками. — Всё нормально.

Ирина прищурилась. Внутри всё ёкнуло! Будто видела меня насквозь, мысли читала и знала, какую тайну я от неё скрываю!

— Что ж, пойдём, поговорим. Обсудим важные детали вечера.

Выдыхаю.

Не догадалась, вроде.

Следую за девушкой, минуя двери кафе.

— Пошли, к тому укромному столику, возле окна. Только сначала, будь добра, подойти к барной стойке и закажи нам кофе.

— Хорошо.

За барной стойкой меня приветствует Карина, работница отеля, с которой мы успели немного познакомится.

— Доброе утро! Сделай пожалуйста нам два латте.

— Конечно, Надь.

Пока девушка суетится у кофемашины, оборачиваюсь, глядя на госпожу Титову. Ирина устроила любование своим отражением в зеркальце. На ней сегодня красное трикотажное платье и красные сапожки. Даже сумочка красная. Мужчины, сидевшие в кофейне, разумеется, дружно бросили на неё заинтересованные взгляды.

С тех пор, как мы виделись с ней семь лет назад, она поразительно изменилась. Стала настоящей светской львицей. Роскошной и ухоженной женщиной вамп.

— Держи.

Передо мной опустился серебряный поднос с двумя ароматными чашками. Тянусь в сумочку за картой, случайно из неё выпадает баночка с таблетками для бодрости. Надо принять парочку, сегодня меня ожидает сложный день.

Открываю её, как вдруг слышу резковатый голос Карины:

— Стой! Ты что делаешь?!

— Нужно принять таблетку, — жму плечами.

— Дай-ка сюда! — Карина выхватывает у меня из рук баночку, рассматривая упаковку.

— Там всё на корейском написано… Импортные.

— Ты что, выброси их! — возмущается она. — Особенно ещё с кофе пить собралась! Обратный эффект будет! Будешь овощем варёным по кровати кататься, глаза не продерёшь!

— Правда?

— Я часто на сутках пашу, деньги очень нужны, а где силы взять? В интернете реклама вылезла этих таблеток, я и купила. Еле-еле успела до кровати доползти, мне казалось по мне всю ночь каток ездил!