Глава 3

— Я думала, что слова про томатный сок были плохой шуткой, — морщилась Вилка, пытаясь перекричать музыку.

— Шутка вышла из-под контроля, — развела руками и отпила еще немного томатного сока, отчего подруга начала бледнеть.

Ей такой напиток оказался совсем не всласть, особенно после почти двух часов танцев с перерывами на этот не самый приятный напиток.

Зато полезный.

— Можно я, хотя бы, вина красного возьму? Один бокал, — показала она указательный палец и состроила глазки.

— Только один бокал. Я не хочу потом снимать тебя с барной стойки.

— Я и такое делала?

— Дважды, — ответил за меня бармен и подмигнул мне.

Улыбнулась ему в ответ, вспомнив, как он однажды, желая мне помочь снять Вилку со стойки, насыпал ей в трусы льда. Иначе эту звезду кордебалета в коротком платье было не остановить.

Вилка благополучно пропустила все намеки бармена и поиграла для меня бровками, намекая на то, что этот самый бармен ко мне подкатывает. Если бы моя подруга была чуть внимательнее, то заметила бы, что у него весьма тесные отношения с одной из официанток, с которой он иногда позволяет себе мимолетный поцелуй между делом.

— Я отойду на пару минут, — коснулась моего плеча Вилка.

— Что-то случилось? — спросила я обеспокоено.

— Твой томатный сок просится наружу, — сыронизировала она и спрыгнула с барного стула. — Не скучай. Я быстро.

— Только не потеряйся, а то ты умеешь.

— Я же обещала, что сегодня буду хорошей девочкой.

— Ага, минут двадцать.

Вилка ловкими движениями бёдер исчезла в толпе танцующих. Со скучающим видом оглядела всех собравшихся и не увидела ничего для себя интересного. Кто-то вяло танцевал, кто-то лениво потягивал напитки из своих бокалов. И всё это под оглушающие биты, от которых хотелось забиться в дальний угол и понадеяться, что они не обернуться сотрясение головного мозга, который требовал тишины, а не вот этого вот всего.

Вилкино «на пару минут» переросло в пятнадцатиминутку. В момент, когда я уже намеревалась пойти за ней в женский туалет, она выросла на горизонте в компании двух рослых парней.

Охранники клуба? Она успела что-то натворить в туалете и сейчас нас вышвырнут как котят?

— Ди, знакомься, — глаза подруги сияли нездоровым огоньком. — Это наши новые друзья. Дима и Слава.

— Угу, привет, — кивнула я им и потянула Вилку к себе за локоть. Прошипела ей в самое ухо, — Ты зачем их приволокла к нам?

— Они классные! — радостно вещала подруга.

— Ты что-то приняла, что ли? — нахмурилась я, понимая, что она выглядит слишком веселой для человека, который еще даже ничего не выпил, кроме томатного сока.

— Нет! — собралась она сразу в кучу. — Я же обещала тебе, что ничего кроме бокала вина не буду брать в рот и в руки.

— Я могу предложить кое-что в рот, кроме вина, — вклинился между нами доморощенный джентльмен, имя которого, если не ошибаюсь, Слава.

Подруга рассмеялась так, словно сейчас этот шкаф в кожаной куртке сказал самую смешную шутку века.

Нахмурилась еще сильнее, вглядываясь в лицо Вилки. Никаких признаков алкогольного опьянения не наблюдалось, но такое веселье на ровно месте не могло не вызвать подозрений.

— Ты чего такая серьёзная? — приобнял меня за талию второй из парней: Дима, кажется. — Расслабься. Все свои.

— Я знать вас не знаю, свои, — холодно посмотрела ему в глаза и убрала его руку со своей талии.

— А суровая у тебя подруга, пробасил шкаф Вилке. — Имя как у принцессы, а характер как у дальнобойщика.

— И удар ноги как у кенгуру, так что не советую начинать со мной знакомство без включенного борзометра.

— Ди, ты чего? — положила ладонь на моё плечо Вилка. — Они же просто шутят. Нормальные парни.

— Это с тобой что? — вгляделась в ее лицо еще раз и даже посвятила фонариком своего телефона, чтобы убедиться в том, что с ней что-то не то. — Ты что-то приняла.

— Я… — растерялась подруга, и стало видно, как по ее лбу побежали капельки пота.

— Вы что ей дали? — обернулась на парней, в лицах которых не было ни капли паники или, хотя бы, раскаяния.

— Да не ссы ты. Она немного хапнула лишнего с голодухи. Скоро отпустит. Можем и тебя угостить, если хочешь? — ловким движением руки он выудил из кармана маленький прозрачный пакетик с несколькими таблетками. Снова приобнял меня за талию и в этот раз мне пришлось выкручивать ему пальцы, чтобы он тысячу раз подумал, прежде, чем сделать это снова.

— Я вызываю полицию, — попыталась набрать номер, но Вилка меня опередила. — Ты, что делаешь?

— Она умная девочка, — хищно улыбнулся второй парень. — Знает, что бывает со стукачами. Да, Виола.

— Не обращайте на нее внимание, — фальшиво улыбнулась Вилка. — Она просто зануда и ничего никому не скажет.

Зануда? Я?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Проводи меня в туалет, — вяло произнесла подруга. Если бы не ее бледный внешний вид и неустойчивой вертикальное положение, то я бы бросила ее здесь, не обернувшись. — Мальчики, мы скоро вернемся, — пропела она громилам и схватилась за мой локоть, практически повиснув на нем.

Протащила ее через толпу танцующих прямо к женскому туалету. Почти зашвырнула в кабинку и, собрав ее волосы на макушке, громко скомандовала:

— Блюй!

— Не могу, — ответила Вилка глухо.

— Глотать всякую дрянь можешь, значит, и выблевать ее в состоянии! — сжала волосы в кулак сильнее и почти макнула ее в унитаз. — Пальцы в рот и выворачивайся, пока остальное желудок не впитал!

Вяло, но она сделала, как я просила. Из унитаза последовали не самые приятные звуки, отчего меня тоже чуть не стошнило. Спрятала нос в сгибе локтя и молчаливо ждала, когда содержимое Вилкиного желудка окажется в унитазе полностью.

— Я всё, — вяло пробубнила девушка. — Больше ничего нет.

— Дура! — вспылила я и помогла ей встать. Смыла весь срам в унитазе и помогла подруге добраться до раковины. Включила холодную воду и не заморачиваясь о ее макияже, снова и снова плескала ледяные потоки ей в лицо. — Ты же обещала мне, что перестанешь баловаться этой дрянью.

— Я с марта ничего не пробовала, Ди. Честно, — всхлипывала она. — Полгода даже обезболивающие не принимала.

— А что сегодня случилось? — гнев внутри меня закипал лишь сильнее. — Таблеточки сильно красивые попались?

— Я просто хотела убедиться, что мне теперь всё равно на всё это, — промямлила она, задыхаясь от воды, которой я не переставала умывать ей лицо.

— Убедилась? Понравилось?

— Я больше не буду, — прохныкала она.

— Я больше не верю, — отошла в сторону и обтерла руки бумажными полотенцами. — Где твой телефон?

— В клатче.

Открыла ее красный клатч, достала из него ее мобильник и заметила точно такой же пакетик с таблетками, который мне предлагал один из тех шкафов.

— Больше не будешь? — потрясла пакетиком перед её лицом и, не дождавшись ответа, смыла его в унитаз.

Приложила ее средний палец к телефону для разблокировки и полезла к телефонную книгу.

— Что ты собралась делать? — затравленно спросила Вилка.

— Отцу твоему позвоню, — призналась я честно.

— Ты его даже не знаешь.

— Зато он знает тебя и знает, что с тобой сделать, и в какую лечебницу отправить при необходимости.

Нажала на строку с именем «Папа». Гудок, второй, третий и, наконец…

— Да? — сухо, отрывисто.

— Вашей дочери подмешали наркотики. Не могли бы вы ее забрать из клуба?

— Какой клуб? — спросил он тем же сухим тоном.

— Индиго. Женский туалет.

— Ясно, — бесцветно ответил голос и звонок был сброшен.

— Он же меня убьёт, — заныла подруга, сев на пол.

— Тебя скорее убьют наркотики, чем родной отец.

— Ты его не знаешь.

— Ты мне уже говорила.

Примерно минут через тридцать в женский туалет вошел высокий мужчина в сером деловом костюме. Вилка бросила не него безразличный взгляд и снова уронила голову на колени.

— Явился, блин, — брякнула она.

— Вы звонили? — спросил у меня мужчина, глядя суровым взглядом карих глаз.

— Да, — кивнула я коротко и помогла подруге встать на ноги, чтобы передать ее отцу. — Мы промыли ей желудок, но лучше ей пока не становится.

— Понял, — нахмурился он и подхватил Вилку на руки.

Ослабшей рукой она обняла его за шею и едва держала глаза открытыми. Всучила ему клатч и проследила за тем, чтобы он бережно вынес ее из женского туалета.

Следом не пошла. Я всё еще была зла на подругу за ее вранье и слабость. Она божилась и клялась еще полгода назад, что с таблетками покончено, но, видимо, я слишком много от нее ждала.

Промокнула раскрасневшиеся щеки холодной водой. Поправила прическу. Каштановые волосы были собраны в подобие небрежного пучка на макушке. Черное платье казалось тесным после пережитого напряжения. Хотелось все с себя скинуть и просто завалиться в свою постель и ни о чем не думать. Даже о том незнакомце из авто…

Вышла из туалета и быстрыми шагами, почти толкая танцующих, пробралась к выходу. Стараясь не думать о том, что попала в поле зрения тех двух лбов, схватила своё пальто и выбежала на улицу. Окольными путями добралась до автобусной остановки и стала прискакивать с места на место, надеясь на то, что автобус окажется быстрее той опасности, которую для меня могут представлять те два парня, если решат последовать за мной.

Больше пяти минут простояла на остановке, но ни автобуса, ни парней не было видно ни в одном из направлений. Взглянула в сотый раз на экран телефона. Почти полночь. Последний автобус должен подъехать с минуты на минуту, если верить расписанию, что висит под крышей остановки.

Мимо, почти беззвучно проехала машина. Черная. Хищная. Волоски на затылке пришли в движение, когда она, проехав несколько метров мимо меня, вдруг затормозила.

Не на шутку испугалась, когда машина начала давать задний ход, приближаясь ко мне.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Движимая страхом, на трясущихся ногах забежала за остановку и притаилась. Надеясь на то, что водитель возвращался по своим делам и ему вовсе не интересна я, не дышала. Старалась, вообще не думать о том, что в той машине могут быть те два громилы со специфическими таблеточками.

Сердце замерло в груди. В ушах шумела кровь гонимая адреналином.

Дверь авто едва слышно открылась и закрылась.

Тишина.

Нет, шаги. Уверенные, неторопливые шаги. Снова тишина.

Зажмурилась, чтобы было как в детстве: если я кого-то не вижу, то это значит, что и меня не видят. На всякий случай приготовилась бежать или драться сумочкой. Всё, что угодно, лишь бы выбраться из этой передряги живой и почти невредимой.

— Попалась, — произнёс глубокий мужской голос, заставивший моё сердце ломать грудную клетку.

В тусклом свете, падающем от фонаря у дороги, стоял тот, кого я ожидала встретить сегодня меньше всего.

Мой трамвайный незнакомец. Секси, чтоб его, дед…

— Вы меня напугали, — выдохнула я, чувствуя как сердце было готово выскочить из горла и упасть ему в ладони.

Уголок красивых губ дрогнул в легкой улыбке.

— Мне уйти, чтобы ты закончила? — указал он взглядом куда-то вниз.

Недоуменно проследила за его взглядом и залилась багрянцем от кончиков пальцев ног до самой лохматой макушки.

Прямо на том месте, на котором я стояла, асфальт был, довольно-таки, мокрым и отражал желтый свет фонаря. Еще и моё положение на полусогнутых ногах, с которого я собиралась пуститься в бег, в случае опасности, дискредитировало меня так, что я хотела провалиться прямо на этом мокром месте.

— Это не то… — затрясла головой и на цыпочках отошла от лужицы. — Я ничего такого не делала… Просто тут… там…

— Я не осуждаю, — с виду он казался серьёзным, но каким-то шестым чувством я понимала, что он едва держится от того, чтобы не рассмеяться в голос и тем самым смутить меня ещё сильнее.

Молодец, Диана! Компанейская девчонка! И подруге даст проблеваться, и от гопников сбежит на раз-два и за остановкой запросто поссыт. Лучше девчонки во всем мире не найдёшь!

— Но это, правда, не я! — возмущенно вскинула брови и вышла на свет фонаря, встав рядом с мужчиной.

Боже! Какие у него глаза! Спокойствие чистейшего неба смешано с буйством бесконечного океана. Тихого океана, который обманчиво безмятежен.

— Верю, — кивнул он коротко. — Если бы эта лужа была твоя, то ты бы сейчас в панике натягивала трусы. Или ты без них? — чуть повёл он бровью и взгляд стал острее.

Ох! Ничего себе!

Возможно ли покраснеть вторым слоем?

— В трусах! — выпалила я, тем самым убив отличную почву для дальнейшего флирта.

Дура.

— Не скажу, что я этому рад, — его губ снова коснулась легкая улыбка, подобная едва заметному штриху умелого художника, который одной линией способен выразить самую тончайшую эмоцию.

Третий слой багрянца пополз по щекам. Смотреть ему в глаза была… жарко. Да. Я чувствовала необъяснимый жар во всем теле, словно что-то горит изнутри и требует освобождения. Даже дышать ровно казалось необъяснимо трудно, словно весь мир замер здесь, рядом со мной, и ловит малейшие сигналы моего тела.

Он значительно старше меня и, вероятно, уже давно прожжен всеми тонкостями флирта и моё смущение лишь вызывает у него насмешку. За мной забавно наблюдать, но не факт, что столь живой интерес продлится долго.

Думаю, ему было бы гораздо интереснее, если бы прямо сейчас напротив него стояла столь же прожженная в амурных делах женщина, которая держала бы руке мундштук и отстреливалась от каждого его тонкого подкола не глядя.

Но перед ним стою я и едва нахожу себе места, боясь даже посмотреть ему выше линии губ.

Радует, что он высокий, и то обстоятельство, что я не смотрю ему в глаза, можно сбросить на то, что у меня клинит шею смотреть вверх.

— Замёрзла? — спрашивает мужчина и снимает с себя черное пальто.

Бросила взгляд на руки и поняла, что я всеми силами, до побелевших пальцев, сжимаю в сумочку.

— Нет, это я… — замолкаю, когда мне на плечи ложится приятная тяжесть его пальто. В одно мгновение меня окутывает теплом и его запахом. Настоящим стойким, сильным запахом мужчины. Я не сильна в том, чтобы различать тончайшие нотки и ароматов и с полувдоха понять, что от него пахнет сандалом или древесными нотками, но я точно могу сказать, что этот запах я теперь узнаю из миллионов других. Даже в самой многолюдной толпе я смогу узнать, что это он.

— Тебя подвезти? — спросил он, нависая надо мной.

Пришлось вскинуть подбородок, чтобы посмотреть ему в глаза, потому что пялиться на подбородок было уже неприлично.

— А это не опасно? Для меня? — спросила аккуратно.

— Первый раз постараюсь держать себя в руках, — ответил мужчина и аккуратным движением кончиком пальцев коснулся моей нижней губы. Едва уловимо провел по контуру и вернул руку в карман брюк. — Волос, — пояснил он, видя замешательство в моих глазах.

— Это вы уже держали себя в руках или еще нет? — прикусила губу, которая теперь горела после его невесомого прикосновения.

— Ты. Обращайся ко мне на «ты». Игорь, — протянул он ладонь.

— Диана, — ответила я и вложила свою руку ему в ладонь.

Мягкое пожатие и я захотела остаться жить в теплом плене его руки. Было настолько идеально и уютно, что совсем не хотелось его отпускать.

Словно почувствовав моё внутреннее блаженство, Игорь не спешил отпускать моей руки, а наоборот, обхватил еще и второй теплой ладонью мои заледенелые пальцы.

— Ну, так что? — спросил он вполголоса и поднёс наши сплетенные руки к своим губам. — Едем?

— Куда?…

Вопрос утонул где-то в глубине сознания, когда его губы коснулись моих пальцев, а проницательный взгляд бездонных глаз сосредоточился на лице.

— Пойдём в машину, — это не было просьбой. Он не спрашивал, хочу ли я поехать с ним, он просто повёл меня за руку к своей машине. Открыл передо мной дверцу и помог устроиться на сидении, учтиво подтолкнув своё пальто мне под зад.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Дверь закрылась, и внутри меня всё затрепетало. Отчего-то в голове зажевало пластинку со словами: «забирай меня скорей, увози за сто морей, и целуй меня… везде…»

Диана, откуда столько пошлости в твоей голове? Возьми себя в руки!

Водительская дверца открылась и Игорь сел за руль. Окинул меня задумчивым взглядом и протянул ко мне руку.

Что там? Опять волос?

Рука прошла мимо моего лица, прямо к ремню безопасности в стороне от головы. Бестолковой, паникёрной головы.

Поджала губы и мысленно себя отматерила. Слегка повернулась к мужчине и коснулась кончика его носа своим.

Паника и трепет вновь меня оглушили. Я словно слышала шум собственной крови, которую гоняло бешено бьющееся сердце.

— Застрял, — пояснил Игорь, но я его уже не слышала, полностью сосредоточившись на том, как его горячее дыхание касается моих губ.

Боже! Это всего лишь дыхание. А что будет, если он коснется меня губами.

Новый прилив краски к моим щекам.

Легкая ухмылка на его губах, которая словно говорила мне о том, что знает каждую мою греховную мысль и… ему это нравится. Он подобен хищнику, который умело играет своей жертвой, создавая видимость её свободы, но при этом полностью контролирует каждый взмах ресниц.

— Так-то лучше, — сказал он, когда пристегнул меня к сиденью.

— Угу, — выдавила и перевела дыхание.

Машина тронулась с места, а я поняла, что без лишних вопросов поехала с мужчиной, которого и не знаю почти.

Отчаянная я девчонка!

— Автобус? — прозвучал вопрос в тишине салона.

— Что? — взглянула на его профиль.

— Ты ждала автобус?

— Да. Трамваи тут не ездят.

— Жаль. Я начал к ним привыкать. И что ты здесь делала?

— Ждала автобус.

— За остановкой?

— Так получилось. И та лужа не моя.

— И на тебе есть трусы, — констатировал он невесело.

Наверное, мне нельзя вступать в диалог со взрослым мужчиной, так как я заведомо в нем проиграла.

Во избежание дальнейшего смущения, которое может закончиться для меня потерей сознания, если я снова покраснею, сообщила ему свой адрес, и до самого подъезда постаралась быть тише воды, ниже травы.

Иногда ощущала на себе его взгляд и ерзала на сидении, боясь посмотреть в ответ.

Не так я представляла себе нашу первую встречу, но именно так я представляла его: таким холодным, подобно айсбергу, но со скрытым пламенем внутри.

Машина медленно остановилась у подъезда.

Замерла на месте, не зная, что ему нужно сказать, чтобы эта встреча не стала для нас последней.

— Спасибо, что подвезли, — нервно улыбнулась и, наконец, набралась смелости поднять на него взгляд.

— Подвёз, — напомнил он о том, что мы совсем недавно отбросили официоз.

— Да, подвёз, — закивала я активно. — Спасибо.

В полумраке салона авто его еще совсем недавно голубые глаза казались синими. Тёмными, глубокими, изучающими каждую черточку моего лица.

Чёрт! Разве можно столь интимно смотреть на малознакомую девушку?

Опустила взгляд и уставилась на сумочку в своих руках. Точно! Я знаю, как сделать так, чтобы он захотел встретиться со мной вновь.

Расстегнула замок сумочки и выудила с ее дна блокнот, который всюду носила с собой. Протянула ему в руки, заставив посмотреть на меня с легким замешательством.

— Что это?

— Визитка, — нашлась я с ответом и для большей загадочности поспешила отстегнуть ремень безопасности и выпасть из салона, чтобы грациозной ланью пройти до подъезда и ни разу не обернуться.

Закрыла за собой увесистую подъездную дверь и прижалась к ней спиной. безумное сердце колотило в груди. На губах растянулась дурацкая улыбочка от понимания того, что он сейчас листает тот здоровенный блокнот.

На цыпочках, почти танцую, вошла в квартиру. Мама уже спала. Пришлось максимально тихо и быстро скинуть с себя всю одежду, принять душ и забраться под одеяло, сжимая в руке телефон.

Снова и снова прокручивала в голове нашу странную встречу. Именно сейчас, лёжа под надежным прикрытием одеяла, я поняла, что всё прошло идеально. Не так, как я мечтала своей розовой извилиной, но именно так как могло быть только с ним.

Странно, загадочно и неоднозначно.

И, без сомнений, хотелось повторить…

Телефон в руке коротко завибрировал. Сообщение от неизвестного номера.

Провела пальцем по экрану и открыла смс.

«Впечатляющая визитка, Диана»

Сердце ухнуло в пропасть и взлетело к небесам.

Приложила целительный телефон ко лбу и постаралась не порвать лицо от идиотской улыбочки, от которой уже сводило скулы.

Снова короткая вибрация, бьющая в самую голову.

«Встретимся?» — гласило новое смс от него.

Задумалась. Поочередно покусала губы.

«Когда?» — набрала робко.

Ответа сразу не последовало. Испугалась тому, что он мог во мне разочароваться, решив, что я ветреная малолетка, которая готова прыгать на первого встречного дядю на красивой машине.

Телефон вновь ожил. Разблокировала. В груди похолодело от одного единственного слова:

«Сейчас».