Глава 4

«Сейчас»

Сейчас я тебя расчленю и поеду домой засыпать под спакушки?

Выползла из-под одеяла и начала мерить комнату маленькими шажками. Сжимая в руке телефон, поняла, что на одном из поворотов домой потеряла единственную крупицу мозга. Потому что первой мыслью, подобно вспышке в голове, была не боязнь того, что он может оказаться серийным маньяком, а первой моей мыслью был вопрос: оставаться в трусах или…?

…Принять витаминки для мозга! Что-то мне подсказывало, что его пора спасать и спасать как можно быстрее. Мозг, разумеется.

На цыпочках подошла к маминой комнате, желая спросить совета, но не стала тревожить её сон. К тому же, если я ее разбужу и расскажу всё как есть, то для начала мне придётся выслушать сотню подколов и уже потом понадеяться на хоть какой-то совет.

Вернулась в свою комнату. Нервно покусала кончики пальцев и пришла к решению. Монета. Мне нужна монета. Брошу жребий. От этого никому не будет плохо. А самое главное — решение найдется не тогда, когда монета ляжет одной из сторон на моей ладони, а в момент, когда она еще будет в воздухе и я буду мысленно молиться о том, чтобы она легла той стороной, которую я на самом деле хочу видеть.

Подбросила. Да, я хочу с ним встретиться.

Идиотка! Обо мне будут писать некрологи, над которыми все будут смеяться и говорить: «Вот, дура! Попёрлась она в бабкиных трусах на свидание к секси-деду! Вот он её этими трусами и придушил».

Ладно! Была не была!

Разблокировала телефон и ловкими движениями пальцев набрала ответ:

«5 минут»

«Жду»

Тут же пришло мне сообщение.

Бросила телефон на кровать. Открыла шкаф, не думая схватила любимые обтягивающие джинсы и простой белый пуловер. Влажные после душа волосы решила оставить распущенными, чтобы он могли высохнуть и не были завтра похожи на сосульки. Черная кожаная куртка, черные ботинки и я готова к свиданию таким образом, чтобы Игорю сразу было понятно, что я для него не старалась, а это значит, что на первом свидании ко мне лучше не приставать.

Хотя… о чём это я?! Его аура, одно его нахождение рядом, когда я едва могу собрать мысли воедино, уже можно считать сексуальной атакой.

Создавая как можно меньше шума, закрыла за собой дверь квартиры и мягкими шагами спустилась вниз. Вдохнула полной грудью, прежде чем открыть тяжелую подъездную дверь и выйти в ночную осеннюю прохладу.

Оцепенела.

У дома оказалось совсем темно. Даже спутница-луна не светила, спрятавшись за черными тучами.

Сжала в руке телефон и посмотрела по сторонам. В метрах тридцать от меня «моргнули» фары и загорелись приглушенным светом.

Он невероятен! Даже его машина со стороны напоминала затаившегося хищника, в которую я готова добровольно забраться.

Сдерживая дурацкую улыбку, направилась к нему.

Игорь поспешил выйти из машины, обойти ее и открыть передо мной пассажирскую дверцу.

— Спасибо, — произнесла я вполголоса и устроилась на пассажирском сиденье.

Дверь мягко закрылась, и я проследила за тем, как Игорь обошел машину и сел за руль.

— Я был уверен, что ты испугаешься, — произнес он, глядя мне в глаза.

— А я и испугалась, — призналась я честно и, прикусив нижнюю губу, опустила взгляд не в силах выдержать то, с какой жадностью он на меня смотрит.

— Но всё же пришла, — кончиками пальцев поддел мой подбородок и заставил посмотреть ему в глаза, которые снова заволокло синим пламенем, когда я рефлекторно прикусила нижнюю губу, стараясь укротить неловкость. Мягко коснулся губы подушечкой пальцев и плавно нажал, высвобождая её из плена зубов. — Мне нравится эта твоя привычка. Особенно, когда видно, что ты кусаешь её неосознанно.

— Дурацкая привычка, — попыталась я оправдаться и снова прикусила нижнюю губу и рассмеялась. — Видишь?

— Забавная, — улыбнулся он, чуть сощурив глаза. Немного подался вперед и, поглаживая мой подбородок, спросил. — А если я обзаведусь такой же привычкой, ты будешь против?

— Нет. С чего бы? — всплеснула я рукой. — Это же твоя…

Договорить я не успела. Забыла, как дышать. Весь воздух вышибло из лёгких, когда Игорь резко подался вперед, приблизился к лицу и захватил зубами мою нижнюю губу. Мягко потянул на себя и сразу отпустил из цепкого плена.

Отстранился и, хищно улыбнувшись, спросил:

— Моя?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Губа! — выпучила глаза и вжалась спиной в дверцу. — Я говорила о твоей губе, которая на твоём лице!

Ох, нифига себе! Я так растерялась, что даже не сразу сообразила оттолкнуть его. Не мешало бы еще и пощечину влепить, чтобы впредь думал, прежде чем бросаться на девушку с поцелуями.

Хотя, он даже не поцеловал меня, а укусил. Точно — зверь. Дикий, необузданный и жутко манящий.

— А мне твои губы больше приглянулись. Сладкие, — сказал он просто, и машина тронулась места.

Снова к щекам прилил жар. Стало до жути некомфортно рядом с ним. Не потому что он мне вдруг стал противен после внезапно-сексуального укуса, а потому, что теперь я с замиранием сердца ждала, что еще он может сотворить, чтобы быть к этому готовой.

Внутреннее предвкушение и понимание того, что вечер только начался, транслировали в мыслях такие образы, о которых ни одна приличная дама думать не смеет.

Сегодня я стану плохой девочкой. Только на один вечер. Только с ним.

— Ты голодная? — спросил Игорь.

— Я… — задумалась. Щеки всё ещё пылали. — Я мороженое хочу.

— Тебе жарко? — взглянул он на меня так, что теперь мне действительно стало жарко.

— Да, — коротко кивнула и едва успела себя остановить от того, чтобы вновь прикусить губу.

Игорь заметил. Легкая улыбка с приподнятым уголком губ появилась лишь на мгновение, но этого мгновения оказалось вполне достаточно для того, чтобы я успела понять, что он подмечает каждую деталь, каждую мою малейшую реакцию на его слова и действия. Он, словно собирает улики моей на него реакции, чтобы потом использовать их против меня.

Или в мою пользу?

Машина остановилась у крыльца ресторана, мимо которого я почти каждый день проезжала на трамвае.

— Серьёзно? — вскинула я брови. — Мы ради мороженого пойдем в ресторан?

— Если хочешь, то можем пойти, — предложил Игорь и повернулся ко мне корпусом. — Если не хочешь, я могу позвонить и нам вынесут самое вкусное мороженое, какое у них только есть.

— Зачем столько сложностей, если можно просто подъехать к любому магазину и купить там мороженое?

— Ты хочешь мороженое или просто замороженную сладкую воду? — спросил он с нажимом.

— Хорошо, звони, — сдалась я быстро, понимая, что спорить с ним, смысла нет.

— Умная девочка, — улыбнулся он одобрительно и в его руке каким-то магическим образом появился телефон. Быстро найдя нужный номер, он приложил телефон к уху и, глядя мне в глаза, отрывисто произнес. — Две порции мороженого на парковку у главного входа, — повисла пауза, в трубке что-то ответили. Черты лица Игоря ожесточились. — Захаров — моя фамилия. Еще вопросы?

Голос в трубке стал громче и писклявей, но разобрать, что он там говорил у меня так и не вышло.

Словно оборвав поток комариного писка из своего телефона, Игорь сбросил вызов и отложил телефон на приборную панель.

— Что? В магазин поедем? — спросила я, придя к выводу, что ему отказали в такой вольности, как мороженое навынос.

— Зачем? — взглянул он мне в глаза.

— Тебе же отказали?

— Мне? — его бровь резко дернулась вверх. — Мне не отказывают, Диана.

Моё имя в его исполнении звучало очень необычно, словно с иностранным акцентом. Словно он пробовал каждую букву на вкус, старательно касаясь каждой из них языком.

— А, ясно, — растерянно опустила взгляд и потёрла ладони об колени. Какой-то очень наглый таракан в моей голове требовал, чтобы я немного быканула. — Хотя, что-то я сомневаюсь, что тебе не отказывают. Наверняка есть люди, для которых твоя фамилия не является весомым аргументом для того, чтобы выполнять любой твой приказ.

Взглянула в его глаза со всей имеющейся во мне дерзостью и тут же захотела откусить самой себе язык, который, каким-то образом, отключился от мозга.

— Давай, поиграем в одну игру, — хмыкнул Игорь.

— Игру? — по спине пробежал холодок.

— Игру, — кивнул мужчина и приблизился своим лицом к моему. — Сегодня, когда я верну тебя домой, попробуй отказать мне в поцелуе.

Он становился всё ближе и ближе. Я чувствовала на губах его горячее дыхание и им же задыхалась.

— Больше похоже на шантаж, а не на игру, — посмотрела ему прямо в глаза и не показала ни капли страха или смущения из-за его непрошенной близости.

— Поверь мне, — прохрипел он в самые губы, вызывая дрожь. — Я знаю, как получить то, что желаю, не используя шантаж.

— Разве игра эффективней шантажа? — бросила быстрый взгляд на его губы и вернула внимание к глазам.

Холод с огнём.

— Игра — отличный инструмент, чтобы узнать друг друга поближе. И я уже вижу, что ты хочешь проиграть.

Еще буквально пару сантиметров и я точно проиграю в этой игре, в которой получу приз, только если откажу в поцелуе, который так близок и так… желанен.

Чёрт! Я для него как открытая книга с огромными кричащими буквами. Ему даже приглядываться не приходится, чтобы прочитать всё то, что я так старательно пытаюсь скрыть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вот только он совершил одну ошибку, решив, что я смогу спокойно проиграть.

— Тогда постарайся сегодня сильно не плакать, когда проиграешь, — выгнула бровь и в этот раз моя дерзость не померкла от его проницательного взгляда.

— Ты забыла добавить «бе-бе-бе», — иронично произнес он и отдалился.

— Это я скажу тебе сразу после твоего проигрыша, — не осталась я в долгу.

— Не думаю, — ответил Игорь и на его губах появилась максимально обольстительная улыбка.

Когда там уже мороженое принесут? Мне очень жарко!

Стекло рядом со мной поползло вниз. Ночная прохлада пробежалась по салону и коснулась горящей кожи, остужая тело и освежая мысли.

— Ваш заказ, Игорь Ренатович, — щуплый паренек в черной рубашке и белом фартуке держал в руках серебристый поднос, на котором стояли две креманки, заполненные мороженым.

Пока Игорь доставал из бумажника купюры, не желая пялиться на него, взяла обе креманки с подноса, на который тут же упали несколько внушительных купюр.

— Спасибо, — сказала я пареньку.

Стекло медленно поползло вверх и только когда оно остановилось в конечной точке, официант забежал обратно в ресторан.

— На набережную? — спросил Игорь, выворачивая руль с парковки.

— Видимо, да, — издала я смешок. Взглянула на мороженое в своих руках и чуть не захлебнулась слюной от одного его вида. — И как такое произведение искусства можно просто съесть?

— Я знаю несколько способов его применения, но сегодня мы его съедим классически, — не глядя на меня, сказал Игорь, и я захотела обмазаться этим мороженым, чтобы перестать краснеть.

За один вечер этот мужчина испортил меня так сильно, что мозг научился сам рисовать образы, о которых, если сказать вслух, можно со стыда сгореть.

— Приехали, — резюмировал Игорь и заглушил двигатель. Протянула ему креманку, но он остановил меня движением руки. — Секунду.

Сказав это, он снял с себя пальто и закинул его на заднее сиденье. Следом туда же полетел пиджак. И мужчина остался в одной лишь белой рубашке и темных брюках. Расстегнул пуговицы на рукавах и закатал их до локтя. Чуть выпуклая паутинка вен под загорелой кожей, цепляла взгляд. Часы блеснули в свете фонаря, а я как завороженная смотрела на запястья, которые не обхватить одной рукой, и на длинные пальцы, которыми он так умело и ловко расстегивал пуговицы на рукавах.

— Можно я тоже куртку сниму? — спросила робко, понимая, что в ней мне будет неудобно смотреть на мужчину, который почти стриптиз мне сейчас устроил.

— Раздевайся, — сказал он буднично, а я на секунду подавилась воздухом.

— Держи, — прочистила горло и передала ему креманки.

Не столь ловко и сексуально, как это сделал он, сняла с себя куртку и тоже отбросила ее на задние сиденья. И ровно в эту же секунду пожалела о том, что осталась без куртки. Лифчика под белым пуловером не оказалось. Но идти на попятную и надевать куртку обратно, было бы глупо. Поэтому, изобразив покер-фэйс, приняла из его руки мороженое и, не дожидаясь церемоний, поддела большую порцию тонкой ложечкой, которую изначально посчитала украшением.

— Ммм! — только и смогла я выдавить, когда мороженое растаяло на языке, обволакивая его сладостью, смешанной с солью.

— Вкусно? — спросил Игорь, внимательно следя за моей реакцией.

— Угу! — закивала я активно и поддела еще ложечку, отправив сладость в рот. — Это лучшее, что я ела в своей жизни!

— Я рад.

— А эти креманки нужно потом помыть и вернуть в ресторан?

— Ты серьёзно? — рассмеялся Игорь.

— А что? — вскинула я брови. — Вдруг тому официантику влетит за то, что он профукал дорогую посуду из еще более дорогого ресторана.

— Ты невероятна, — покачал он головой, продолжая смеяться. — Хорошо, я завтра сам помою и верну эту посуду. Теперь мне до чесотки захотелось увидеть реакцию того официантика.

— Думаю, он будет благодарен, — захватила губами ложечку и облизала ее.

Бросила взгляд на Игоря и вновь его отвела, когда она посмотрел в ответ.

— Спрашивай, — произнес он просто.

— Сколько тебе лет? — выпалила я раньше, чем мозг успел подумать о том, что вопрос не совсем корректный.

— Сорок три, — ответил он без заминки.

Мой парень старше моей мамы на два года. Она меня убьёт…

— А мне девятнадцать, — произнесла я раньше, чем он успел сам задать этот вопрос.

— Это видно, — его взгляд медленно прошелся по моим ногам, поднялся к груди и, наконец, поднялся к лицу.

— Привет, — превратила своё смущение в шутку.

— Привет, — ответил он чуть хриплым голосом и зачерпнул ложечкой мороженое, отправив его себе в рот.

— У тебя там какие-то красные ягодки. У меня таких нет! — возмутилась я, чуть подавшись вперед.

— Могу поделиться, — Игорь зачерпнул еще мороженого, прихватив крупную красную ягоду. Протянула руку, чтобы принять ложечку, но мужчина медленно покачал головой. — Открывай ротик.

— Летит самолётик? — сыронизировала я и, всё же, подалась вперед, чуть приоткрыв рот. Ложечка с желанным содержимым едва коснулась губ и отдалилась. — Эй! — возмущенно заглянула ему в глаза и сильнее подалась вперед, пытаясь поймать ртом ложечку со сладостью.

Чем сильнее я тянулась к ложечке, тем ближе он подводил ее к своему лицу, а именно — к губам.

Не на ту напал!

— А если в лоб? — занесла свою ложечку для удара, когда до его губ оставалось сантиметров десять.

— Стерва, — произнес он беззлобно и, всё же, вложил мне мороженое в рот.

Языка коснулась холодная сладость, смешанная с легкой ягодной кислинкой и мягкой карамелью.

— Ммм! Я в раю, — зажмурилась, смакуя вкус.

— Еще один такой стон, — проговорил он мне в самые губы. — и ты проиграешь раньше, чем мы доедем до твоего дома.

Помни, Диана: ты решила сегодня быть плохой девочкой.

— Еще одна угроза и я угоню твою тачку, — ничуть не отдалилась от него, глядя с тем же вызовом в светлые глаза.

— Хочешь прокатиться?

— Я не умею водить. Моя угроза состоит в том, что я могу ее разбить сразу после старта.

— Я научу тебя.

— Разбивать твою машину? — бросила взгляд на его губы и облизала свою ложечку.

— Водить.

— А получится?

— Я хороший учитель, — уверенно ответил Игорь и без слов велел мне распахнуть губы, чтобы дать мне новую порцию кисло-сладкого мороженого.

— Хорошо. Если тебе не жалко машину и наши жизни, то я готова поучиться, — кивнула я. — Но сразу предупреждаю: я очень плохая ученица.

— Именно этого я и хочу, — от его глубокого голоса мне снова стало жарко. — Плохая девочка в моих руках — слаще любого мороженого.