Глава 5

— А если я случайно поцарапаю твою машину, мне не придется отрабатывать долг натурой? — спросила я смело, но тут смутилась под пристальным взглядом.

— Это предложение? — выгнул он бровь и уголок губ дернулся в ироничной ухмылке.

— Это вопрос.

Только не краснеть, Диана! Только не краснеть!

— Я уже говорил, что шантаж не в моих правилах. К тому же, уверен, чтобы насладиться твоей натурой, мне нужно будет выбрать более изощренный путь.

— Ох! — только и смогла я выдохнуть, выпучив глаза.

— Ну, так что? — чуть подался он вперед. — Передумала? Испугалась?

— Я? Испугалась? — смело открыла пассажирскую дверь, вышла в прохладную ночь близ набережной. Обошла машину и открыла водительскую дверь. — Выходи.

— Ты решила вождение начать с угона? — Игорь даже не дернулся и не попытался освободить для меня сиденье.

— Для начала, я решила занять водительское место, — склонилась в салон. — А то вот эта круглая штучка, — положила руку на руль. — Есть только с этой стороны.

— Садись.

— Эм… — скептически оглядела его ноги. — Может, ты для начала сядешь на моё место?

— Я останусь на своём месте, а вот ты можешь занять место на моих коленях.

— И во всех автошколах так учат вождению?

— Только в моей. И только тебя.

— Угу, понятно, — выпрямилась рядом с машиной, понимая, что на колени к нему я не сяду. Мы знакомы не больше часа и так сразу прыгать на мало знакомого мужчину, пусть даже не секса ради, я не готова.

Да и воспитание не позволяет.

— Я так и думал, — протянул он разочаровано.

— Что? — вновь наклонилась и заглянула в салон, из которого на меня скучающе смотрели светлые глаза. — О чем ты так и думал?

— Ты испугалась.

— Я? — ткнула себе пальцем в грудь.

— Ты, — выдохнул Игорь и стряхнул с ноги невидимую пыль и буднично добавил. — Не стоило ждать большой решительности от маленькой девочки.

Ну, это он зря…

Выпрямилась. Стиснула челюсти, вобрала в легкие побольше воздуха и решительно, почти прыгнула, ему на колени.

— А так девочка достаточно решительная? — спросила, устраиваясь на его коленях максимально удобно.

Подальше от руля, поближе к паху.

Ох…

— Неожиданно решительная, — его дыхание коснулось затылка и потерялось в распущенных волосах. Теплая рука нежно обхватила талию и прижала меня ближе к крепкому корпусу. — Закроем для начала дверь и немного уединимся.

Свободной рукой Игорь тихо закрыл дверь и я почувствовала как сиденье немного отъехало назад, оставляя мне больше пространства для маневра.

— С чего начнем? — спросила я, чувствуя волнение каждой клеточкой кожи, когда он так близко.

— Начнем с удобной позы, — проговорил Игорь и аккуратно убрал с одного моего плеча пряди волос.

— Обязательно всё говорить с таким неоднозначным подтекстом? — спросила, провально делая вид, что не чувствую волнения от столь провокационной близости.

— Никакого подтекста, — его щетина слегка коснулась обнаженного плеча. — Всё исключительно по делу.

Класс! У меня еще и пуловер с одного плеча сполз. Всё больше становится похоже, что подтексты тут раздаю я.

— Справа — педаль газа, — на правое бедро легла широкая ладонь и немного нажала. — Слева — педаль тормоза, — на левое бедро легла вторая ладонь с легким нажимом.

— А это руль, — проговорила я, чуть нервно усмехнувшись. — А это рычаг переключения передач, — по очереди касалась того, что называю.

— Если ты не прекратишь на мне ёрзать, то появится еще один рычаг, — его глубокий тихий голос обволакивал и будоражил. До покалывания кончиков пальцев разносился электрическим разрядом по телу.

Замерла, не зная, как теперь начать двигаться так, чтобы это не выглядело как флирт с моей стороны для поднятия «рычага».

Но шевелиться-то надо, тем более, что «рычаг» совершенно точно не дремлет под моим задом.

— Так, кхм, — откашлялась, маскируя севший от неловкости голос. — С чего начать?

— Начать… — Игорь подался чуть вперед и почти вжал меня в руль. Нажал кнопку на панели и машина тихо замурчала. — Прочувствуй двигатель.

Я не могу прочувствовать еще и двигатель, когда я чувствую, что рецепторы моего инструктора, явно, настроены не на вождение.

— Как? — всё же нашла в себе силы, чтобы спросить. — Как его прочувствовать?

— Коснись педали газа и плавно нажми, — произнес он вкрадчиво. Широкая ладонь сместилась на колено и слегка надавила. Двигатель взревел. — Не так резко, Диана.

— Угу, — выдохнула я и сосредоточилась на нажатии педали газа. — А мы в реку не уедем, если я нажму еще сильнее?

— Нет, не уедем, — произнес он тихо и обнаженную кожу плеча вновь задела щетина. — Я планирую, чтобы сегодня ты намокла иначе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ох, черт! Это уже не просто инструктор по вождению, это уже секс-инструктор какой-то…

— Кхм, что ж… — вцепилась обеими руками в руль. — Когда поедем?

— Сейчас, — ответил Игорь и дёрнул рычаг переключения передач. — Плавно жми на газ.

— Хорошо, — выдохнула волнительно, и по миллиметру, чувствуя малейшие изменения в звучании двигателя, давила на педаль. Машина тронулась — я испугалась.

— Спокойно, — сильные руки Игоря удерживали меня за талию — Спокойно, малышка. Не бойся. Я контролирую. Отпускай машину.

Сделав глубокий вдох и на секунду зажмурив глаза, коснулась педали и машина плавно тронулась с места.

— Так. Хорошо, — Игорь одобрительно погладил большими пальцами талию. — Теперь аккуратно выруливай вправо. Нам нужно выехать с парковки.

— Так? — я боялась моргать и дышать. В моих руках был монстр, управление которым мне доверили, ни разу не усомнившись в том, что я справлюсь.

— Умница, — полушепот у самого уха. — Теперь выравнивай.

Еще одно едва заметное движение руля и мы оказались на прямой дороге. Ни одной машины ни сзади, ни спереди.

Будь я умелой гонщицей, то сейчас вдавила бы газ в пол и под разрывающие басы рок-песни, ринулась с места, разрезать воздух ночного города, но так как я за рулем машины впервые, то я не могу себе позволить ничего, кроме волнения и страха перед дорожным полотном.

— Смелее, — подобно змею-искусителю Игорь толкал меня на необдуманный шаг: управлять его машиной так, как посчитаю нужным.

— Только потом не говори, что я тебя не предупреждала о том, что я плохая ученица, — снова сжимаю руль и привожу машину в движение, теперь уже привычным нажатием ноги.

Очень медленно трогаемся с места, но и этого мне хватает для того, чтобы кровь начала шуметь в ушах от адреналина.

— Еще смелее, — колена правой ноги касается сильная рука и слегка надавливает.

Машина рвет с места, а я вжимаюсь спиной в широкую грудь мужчины.

— Вау! — выдыхаю я.

Мимо мелькают фонари набережной. Беглый взгляд на приборную панель показывает, что мы едем со скоростью всего семьдесят километров в час, но по моим ощущениям — все двести.

— Через сто метров поверни направо, — вещает мой личный навигатор.

— Хорошо. А как?

С опаской смотрю по сторонам. Ладони вспотели. Одно дело — ехать по прямой, слегка надавив на газ, а другое — поворачивать.

— Сбавь скорость и заходи плавно в поворот. Не дрифтуй, — тихая насмешка с таящимся в ней уколом.

— А так хотелось, — не остаюсь я в долгу и специально ёрзаю на нём.

Игорь шумно вдыхает носом и руки на моей талии каменеют.

— Я знаю, что делаешь, — говорит он опасно тихо.

И мой зад, в самом прямо смысле, чувствует опасность возрастающего возбуждения мужчины.

— Поворачиваю направо, — отвечаю я буднично и вхожу в поворот, стараясь не пищать от восторга, когда у меня это получается, на мой взгляд, безупречно.

— Набирай скорость, — короткий приказ.

— Я боюсь.

— Улица пустая. Смелее, — руки на талии приходят в движение и мягко поглаживают, то спускаясь ниже, то поднимаясь. — Давай, Диана.

Ох, чёрт! Как тут можно сосредоточиться на одной только дороге?

Машина набирает скорость. Сердце отбивает бешеный ритм.

Руки на талии хозяйничают, мешая сосредоточиться на езде, но останавливать их совсем не хочется.

Коктейль из жгучего адреналина и сладкого желания приятно пьянит.

— Мой кренделёк, — вырывается из меня, когда мы проезжаем мимо здания кондитерской.

— Что? — спрашивает Игорь глухо.

— Я работаю там, — отвечаю расплывчато и прибавляю скорость. — О, черт!

— Что? — напрягся подо мной мужчина.

— ДПС! — шиплю я, на грани отпустить руль и выпрыгнуть из машины. — Надо остановиться!

Проблесковые маячки оживают. Взмах полосатой палочки, которая принадлежит далеко не волшебнику, подобен плётке, удар которой мне грозит прямо сейчас.

— Прижмись ко мне, — коротко командует Игорь, и я тут же повинуюсь.

Прижимаюсь спиной к широкой груди и убираю руки с руля, а ногу с педали, словно обеспечивая себе алиби.

Это не я, меня заставили.

Машина рвёт с места, оглушая ревом двигателя сотрудника ДПС, которого мы бессовестно оставляем позади.

— Ты что творишь?! — шиплю я, всё больше вжимаясь в крепкое, сильное тело.

— Балуюсь, — просто отвечает Игорь и меня сильнее вдавливает в его грудь на одном из поворотов.

Я забываю как дышать и моргать.

Ногтями вцепляюсь в ноги Игоря и молюсь только о том, чтобы в нас не начали стрелять.

— Не бойся, — произносит он тихо, и касается мочки уха губами.

Тело охватывает иная дрожь, совершенно не связанная с погоней.

Тепло близости мужского тела совершенно выбивает из колеи. Думать о страхе не получается, когда я чувствую прикосновение его губ к обнаженному плечу.

Мы мчим по ночному городу, уходя от погони, а я не могу думать ни о чем другом, кроме того, что невесомые поцелуи опускаются все ниже. Дыхание становится тяжелым, шумным. Руководствуясь каким-то шестым, неосознанным чувством, отклоняю голову и предоставляю мужчине больше обнаженной кожи.

Его близость пьянит и лишает рассудка. Хочется поддаться. Стать глиной в его руках, из которой, уверена, он может сделать что угодно и это, без сомнений, будет прекрасно.

Словно прочитав мои внутренние метания, Игорь обхватывает меня одной рукой за талию и прижимает сильнее к себе. Из невесомых, поцелуи превращаются в требовательные, жадные.

Кожа горит там, где он оставляет свой голодный след, а мне хочется, чтобы пламя только разрасталось.

Каждое его прикосновение находит отклик и растекается горячей лавой по всему телу.

Непроизвольно сжимаю колени, когда острые зубы впиваются в мочку уха и слегка тянут. Облизываю пересохшие губы и совершаю плавные, круговые движение бёдрами. Не знаю, зачем, но тело настойчиво требует, чтобы я не сидела неподвижно.

Я знаю, что Игорь возбужден.

Трудно игнорировать каменный стояк, который упирается мне в зад и готов порвать ширинку его брюк, а затем и меня.

— Одно твоё слово, Диана, — толкает меня во грех мой искуситель. На секунду прикрываю глаза, когда он трется щетиной о плечо и слегка прикусывает его. — Одно слово.

Едва нахожу в себе силы, чтобы собрать крупицы сознания и дать связный ответ.

— Домой, — выдыхаю я.

— Что? — спрашивает Игорь, словно в дурмане, продолжая целовать шею.

Погони за нами уже нет. Мы затерялись среди дворов.

— Отвези меня домой, — говорят мои губ, в то время как тело требует абсолютно другого развития сюжета.

— Уверена? — даёт он мне шанс одуматься.

— Да, — вру я и пытаюсь немного отстраниться от него, но рука на талии каменеет и снова вжимает меня в мощное мужское тело.

— Хорошо, выдыхает мне в ухо. — Сегодня я сделаю по-твоему.

Облегченно прикрываю глаза и вжимаюсь ему в грудь, чувствуя, как синхронно-бешено бьются наши сердца.

Мы почти дошли до высшей точки возбуждения и ударили по тормозам.

Поворот за поворотом приближались к моей улице, пока не остановились у подъезда нужного дома.

Двигатель заглушен. В салоне авто тишина. Никто не торопится говорить или двигаться.

Никто не торопится…

Игорь всё еще удерживает меня рукой за талию. Не сильно, но крепко.

Вторая рука соскальзывает с руля и ложится на колено. Уверенным поглаживанием поднимается выше по бедру и исчезает под пуловером. Тёплая ладонь касается обнаженной кожи и посылает россыпь мурашек.

Рука, удерживающая меня, смещается на горло и слегка сдавливает, безмолвно приказывая откинуть голову ему на плечо.

Повинуюсь.

Жесткая щетина неожиданно приятно ласкает кожу, а влажные поцелуи лишают последних крупиц рассудка.

Закрываю глаза, кусаю губы и едва сдерживаю стон, когда его палец, словно случайно, задевает набухший сосок.

Сильнее стискиваю бедра и борюсь с внутренним желанием потрогать себя между ног. Вместо этого цепляюсь за руль обеими руками, словно он спасительная соломинка, которая не позволит мне затонуть в пучине похотливого желания.

— Мне пора, — выдыхаю, вместо того, что бы сказать «не останавливайся».

— Что? — спрашивает Игорь хриплым голосом, но поцелуи не останавливает.

Его ладонь требовательно захватывает мою грудь и это отрезвляет.

— Мне пора, — повторяю я и с трудом отрываюсь от его горячего тела.

Хватаюсь за ручку двери и почти выпадаю из машины в успокаивающую прохладу ночи. Чтобы Игорь не вышел следом, закрываю перед ним дверь. Перевожу дыхание и обхожу машину, чтобы уйти.

Останавливаюсь. Бросаю взгляд на тонированное лобовое стекло. Ничего не вижу, но точно знаю, что Игорь внимательно следит за каждым моим движением. Видит каждое мое сомнение и наслаждается им.

Подхожу к пассажирской двери, открываю ее и склоняюсь в салон, упираясь ладонями в сиденье.

— Передумала? — легкая улыбка на красивых губах снова разжигает кровь.

— Кое-что забыла, — подаюсь вперед, тянусь к его губам и, когда до прикосновения остаются считанные миллиметры, шепчу. — Куртку.

Хватаю с заднего сиденья свою куртку и почти отпрыгиваю от машины, захлопнув дверь. Не оборачиваясь вхожу в подъезд и, словно боясь, что за мной погоня, бегу по ступенькам до самой квартиры.

У двери останавливаюсь, чтобы перевести дыхание и зайти домой максимально тихо и незаметно. Телефон в кармане куртки издает короткую вибрацию. Кровь снова закипает. Щёки предательски краснеют.

С замиранием сердца достаю телефон и вижу на экране одно короткое слово:

«Сучка»

Не в силах сдержать дурацкую улыбку, прикусываю нижнюю губу и почти подпрыгиваю на месте.

Есть! Я его сделала!

На секунду задумавшись, набираю ответ, который обещала ему после оглашения условий его странной игры.

«бе-бе-бе»

И он не заставляет себя долго ждать.

«Я еще займусь тобой»

Прислоняюсь спиной к двери квартиры и набираю ответ, который сама от себя не ожидала.

«Именно этого я и хочу…»

Что ж, Игорь, ты сам предложил поиграть, а я азартный игрок.

Громкий звук, который я не ожидала услышать в своей комнате раньше, чем прозвенит будильник, был подобен выстрелу.

Стремительно села в своей постели, да так быстро, что едва с нее не свалилась.

— Юху! — мамин возглас немного вернул с шокированных небес на землю.

Проморгалась и пригляделась к маме, которая гордо стояла посреди моей комнаты в старом спортивном костюме, который когда-то тоже принадлежал мне. В руках мама держала бутылку шампанского, а на лице сияющую улыбку.

— Мам, ты чего? — уставилась на нее во все глаза.

— Я слышала, как ты ночью прошуршала в накрахмаленных трусишках на свидание, — поиграла она бровями и наполнила бокал шампанским. — Ну, как он? Горяч? У вас уже было? Я уже могу заказывать внуков?

— Ма-ам! — отчаянно спряталась с головой под одеялом и зажмурила глаза, как делала в детстве, чтобы меня не нашли.

— Я хочу всё знать, — не отставала неутомимая женщина и уже в следующую секунду нырнула ко мне под одеяло, закинув на меня ногу. — Моя дочь впервые сходила на свидание, а я не узнаю подробностей?! Выкладывай, иначе тебе грозит щекотка холодными руками.

Для большей угрозы мама коснулась моих ребер, и я взвизгнула от того, насколько у нее не просто холодные, а ледяные руки.

— Ничего у нас с ним не было! — барахталась я под одеялом, пытаясь найти выход.

— Совсем ничего? Даже поцелуя?

— Даже поцелуя, — выбралась я из-под одеяла.

— Ему пять лет, что ли? Или он воображаемый? — не унималась мама.

— Он старше меня и это наше первое свидание. Зачем торопить события?

— Сильно старше? А то, может, поцеловать тебя ему помешала вставная челюсть? — мама ступила на свою любимую язвительную почву и теперь ее не остановит даже поезд.

Говорить ей о том, что мой потенциальный парень старше не только меня, но и её — самоубийству подобно. Если она об этом узнает прямо сейчас, то уже к вечеру я буду нырять с головой в океан ее ядовитых шуточек по этому поводу.

— Не сильно, но старше, — сказала я неопределенно. — Может, он джентльмен, который не хочет торопиться и совать девушке в рот свой язык на первом же свидании?

— То, что старше — это замечательно, — одобрительно кивнула мама. — Сопляки твоего возраста столько ошибок делают и даже не догоняют степень их возможных последствий.

— Да ладно тебе, мам, — отмахнулась я. — Подумаешь, залетела.

— Что? — вскочила она. — Уже? Ты же только сегодня ночью бегала или до этого успела?

— Я про тебя, вообще-то, — едва сдерживала смех, глядя в округлившиеся глаза родительницы. — Ты же залетела мной, когда студенткой была.

— Не пугай так мать! — ткнула она меня в плечо кулаком. — Я эти грабли всю жизнь старательно с твоего пути убираю, чтобы хоть ты на них не отплясывала.

— Шампусик-то пить будем или нет? — напомнила ей о шипучке в бокале.

— Конечно, будем! — фыркнула мама. — Когда я еще обмою первое свидание дочери, если не сейчас?

— Ничего, что ты спаиваешь дочь с семи утра?

— Мы никому не скажем, что алкашки, — игриво улыбнулась мама и подтолкнула меня плечом, когда я встала рядом с ней у кровати. — Ну, рассказывай.

— Что? — вскинула я брови.

— Какой он? Красивый? Сексуальный? Или круче, чем просто сексуальный?

— Это как?

— Восхитрахательный, — мечтательно выдохнула мама и отпила шампанского.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Фу! — поморщилась я. — Тебе не кажется, что к вопросам сексуального воспитания нужно подходить несколько иначе?

— А то ты не знаешь, что там и как всё устроено, — иронично произнесла она и возвела глаза к потолку. — Сейчас такая просвещенная молодежь, что любой двенадцатилетний шкет уже может давать лекции по теме сексуального воспитания. Это я и моё поколение в твои годы старательно обходили капустные поля, чтобы не найти там ребенка раньше, чем закончат институт.

— Это ж на каком таком поле ты гуляла, что меня нашла?

— На ромашковом или арбузном. Точно не помню. Помню, что задницу покусали комары.

— Тяжко же я тебе далась.

— Не то слово, — нарочито устало выкатила мама глаза. — Ну, так что?

— Что?

— Какой он? Я его знаю?

— Красивый, сильный, умный и… опасный, наверное, — задумалась я, глядя как пузырьки газа поднимаются со дна бокала.

— Опасный? — насторожилась мама. — Ты под дулом пистолета на свидание ходила?

— Нет, — покачала головой. — Просто, в нем есть нечто такое, что притягивает и пугает одновременно?

— Грудь больше твоей? — подкинула она вариант, плохо пряча улыбку за стеклом бокала.

— Так! Всё! Я тебе больше ничего рассказывать не буду, — осушила бокал одним большим глотком и поморщилась. — Как его добровольно пьют, вообще?

— Ну, Динуся! — заканючила мама, идя за мной следом в душ. — Ну, расскажи еще! Старая женщина хочет подробностей.

— Не-а, — я была непреклонна и, крутанувшись на пятках в ванной комнате, закрыла перед ней дверь.

— А давай познакомим наших женихов? — поступило неожиданное предложение из-за двери.

— Женихов? — приоткрыла дверь и уставилась на маму во все глаза. — Ты когда успела найти себе жениха и возвести в ранг жениха того, с кем я только вчера первый раз на свидание сходила?

— Я в твои женихи записываю каждого симпатичного прохожего.

— Фу! Я такая ветреная, — нарочито поморщилась я. — А кого ты в свои женихи записала?

— Вот придешь ко мне на работу, и я тебя с ним познакомлю, — загадочно ответила мама и кокетливо толкнула дверь бедрами, почти попав мне ею по носу.

— Через недельку-другую приду, — задумчиво ответила и крикнула в уходящую спину. — А мне его папой сразу называть или выждать чутка?

— Отстань, — пропела мама и скрылась за поворотом в кухне.

Снова закрыла дверь ванной комнаты и подошла к зеркалу, висящему над раковиной. Под взлохмаченной шапкой каштановых волос карие глаза так и светились внутренним огнем, который невозможно скрыть. Невозможно смыть с лица эту дурацкую полуулыбочку, за которой скрываются совсем не детские фантазии.

Плечо и шея до сих пор ощущали его поцелуи. Кожа горела огнем и эгоистично требовала продолжения, как наркоман нуждается в дозе.

Одно воспоминание о его глазах с таящейся в них похотью, и я снова покрываюсь румянцем. Низ живота наливается сладкой тяжестью, намекая на то, что такая реакция — меньшее, что возможно рядом с таким мужчиной, как Игорь.

Рассказывать маме в мельчайших подробностях о том, кто такой Игорь и что он из себя представляет, — ошибка.

Если она, почти ничего не зная о нем, смогла обсмеять, то страшно представить, что будет, когда она узнает о нем больше или же, вообще, увидит воочию.

Да и знакомить Игоря с мамой еще очень рано. Мы друг с другом-то толком не познакомились, а я уже думаю о том, как их познакомить и не сгореть со стыда, пока мама будет точить об него скрытые коготочки своего сарказма.