Глава 18

Дорога в клинику показалась бесконечно долгой и мучительной. Мира ни о чем другом думать не могла, кроме как о том, что должна сбежать, просто обязана. Зотова предпочла вообще игнорировать, пару раз он пытался заговорить, но натыкался на молчание и полный ненависти взгляд дочери.

— В общем, — заговорил в третий раз, когда въехали на парковку, — начнем с обследований. Прежде чем что-либо делать, надо удостовериться, что процедуры не навредят здоровью.

— Процедуры? — не выдержала. — Убийство моего ребенка называешь процедурой? — а глаза потемнели от жгучей ярости. — С этого момента я каждый день буду желать тебе только одного, чтобы ты сдох, — и покинула авто.

На что Зотов стиснул зубы, но ничего не ответил. Глупая девчонка, глупая и совсем еще наивная. Вдруг раздался звонок сотового.

— Тебе чего? — ответил немедленно. — Я же просил не беспокоить, меня сегодня не будет. Звонки переводи на Егорова, а встречи раскидай по другим дням.

— «Я помню, Демьян Леонидович, — раздался голос секретаря, — но тут ситуация, требующая вашего непосредственного внимания»

— И?

— «В приемную поступил звонок. Некто представился Риком Войтовым и попросил о встрече. В Вайнер-граде»

— Войтов?! — аж выпрямился. — Что-то еще сказал?

— «Да. Сказал, что намерен вернуть её. И пойдет на все»

— Вот сучонок…

— «Мне предупредить охрану на объектах?»

— Предупреди, пусть просто наблюдают. И когда он желает встретиться?

— «Послезавтра»

— Ладно. Жди моего звонка. И смотри, без самодеятельности. Поняла?

— «Да, Демьян Леонидович»

Вот же собака… нашел. И явно идет по следу. В Мир-град, к счастью, дорога ему закрыта, но за пределами города эта шавка может наделать шуму. Миру хочет вернуть… ну-ну… скорее пулю словит в башку.

Из машины вышел в крайне задумчивом состоянии, затем посмотрел на дочь. Нет, больше он ее никому не отдаст. Мира достойна лучшей жизни… среди себе подобных. Будет еще и любовь, и прочие радости.

— Идем, — подошел к ней.

— С матерью ты себя так же вел?

— Я любил твою мать, пока она с катушек не съехала и не ударилась в бега.

— Любил? Принуждение, навязывание своей воли — это, по-твоему, любовь? Она ведь из-за тебя связалась с конченым подонком, из-за тебя уехала в Север-град, потому что ты полностью извратил ее понимание любви. А я успела познать настоящее чувство, неиспорченное такими как ты. Так вот знай, любовь — она другая, совсем другая.

— Ну да… для тебя это добровольное рабство, самопожертвование. Я уже понял.

— Зря надеешься, что время исправит твои ошибки. Не исправит.

— Нас ждут…

Что ж… сразу ее на аборт не потащат, уже хорошо.

В клинике приняли быстро, как и оформили. По словам доктора на все про все им потребуется неделя, а на сегодня назначили перечень анализов и УЗИ. Само собой, за молчание Зотов заплатил сверх положенного, ибо о таком сотрудники госпиталя обязаны сообщать в соответствующие органы незамедлительно. Мир-град — город без оборотней и этим все сказано.

Мире предоставили палату, где было все для комфортного пребывания, даже индивидуальное меню имелось.

— Располагайся, — Зотов внес ее сумку. — Я попросил, чтобы пару часов тебя не беспокоили, дали освоиться. А потом…

Но бедняжка не дослушала, убежала в ванную, ибо снова тошнота подкатила.

— Ладно, — и поспешил выйти. Разговаривать с ним все равно не захочет.

Тут как раз и доктор подсуетился:

— Демьян Леонидович, скажите, а ваша дочь согласна на аборт? — отвел Зотова в сторонку. — Просто, мы хотели бы обойтись без лишней суеты. Сами понимаете, одно дело, когда осведомлены пять человек, другое, когда вся клиника.

— Моя дочь сделает так, как я скажу. Этого достаточно? И еще, я хочу получать все результаты исследований по мере готовности. Сделали, получили, мне отправили. Угу?

— Да, безусловно.

— Чудно. И без согласования со мной никаких лишних процедур не совершать. Мирославе и так нелегко, поэтому постарайтесь, чтобы она как можно меньше нервничала.

— Можем проколоть успокоительное.

— Я разве попросил накачивать дочь препаратами? — а глаза недобро потемнели.

— Нет, конечно нет. Но если у девушки длительный стресс, то ей не помешает…

— Кажется, мы друг друга не услышали, — заложил руки за спину. — Кроме витаминов Мира ничего не должна получать. А что касательно ее морального состояния, то вы должны проявить внимание и дружелюбие, помимо профессионализма. Так понятнее?

— Да, — сразу расплылся улыбкой.

— Полагаю, заявленная вами сумма включает в себя перечисленное. И отдельно доплачивать за лояльное отношение не потребуется.

— Ну, что вы…

— Тогда до связи.

Зотов покинул клинику с тяжелым сердцем. Но пора подумать о насущном. Зверь объявился и с этим срочно нужно что-то делать. В идеале убрать бы его. Нет пса — нет проблем. Пожалуй, так и поступит, но чтобы не спугнуть эту ошибку природы, придется согласиться на встречу.

— Соня, — набрал помощницу, — организуй мне билет до Вайнер-града. На завтра.

— «Хорошо, Демьян Леонидович»

Мира в это время сидела на кровати, бедняжку все еще мутило, голова покруживалась, во рту стоял мерзкий металлический привкус. Два часа ее, видите ли, не будут беспокоить. Какая забота! С другой стороны, целых два часа, за которые можно попробовать сбежать.

Но тут в палату вошла медсестра.

— Добрый день, — расплылась наимилейшей улыбкой, — вам что-нибудь нужно?

— Где мой отец?

— Не могу знать, но он оставил охрану. Можете спросить у них.

— Охрану? У платы?

— Да.

— Прекрасно. И да, я не хочу ждать два часа. Можете брать свои анализы и прочее.

— Хорошо, как пожелаете. Тогда к вам сейчас придет сестра из процедурного. Возьмет кровь. Потом сделаем УЗИ.

— И все в палате?

— Конечно.

Н-да, Зотов подготовился основательно. И кордон у дверей выставил, и услуги заказал с «доставкой на дом». Остается разве что из окна прыгать. Значит, прыгнет, но живой в руки этим тварям в белых халатах не дастся. В конце концов, сколько можно издеваться над ней?

А спустя полчаса в палату пожаловал доктор с переносным аппаратом УЗИ. Мужчина установил технику на специальном столике, подключил.

— Прошу, ложитесь, — указал Мире на супертехнологичную койку.

— Я могу посмотреть? — кивнула на экран.

— Не думаю, что вам стоит…, - но она перебила.

— Мне лучше знать. Прошу, разверните ко мне экран.

— Хорошо, — нехотя выполнил просьбу, после чего смазал Мире живот гелем и приступил к исследованию.

Скоро черный монитор раскрасился оттенками серого.

— Где ребенок? — уставилась на доктора. — Ничего не могу разобрать. Сплошные пятна, точки.

— Вот, — щелкнул на паузу, после чего навел курсор на два неярких пятна овальной формы. — Видите два бобовидных образования. Это эмбрионы.

— Два? — а сердце екнуло, глаза тотчас наполнились слезами. Два малыша! Рик говорил, что у волков и тройня не редкость. Уму непостижимо, двое!

— Да, два генетически больных эмбриона.

— Что значит генетически больных?

— Значит, несущие ген оборотня. Сами посмотрите, — указал на какие-то отростки, — это хвосты. У человеческого зародыша хвост значительно короче, у оборотней в эмбриональной стадии составляет половину размера тела, — притом вид у доктора был такой, будто он рассуждает не о детях, а о каких-то монстрах-паразитах.

— И какой срок?

— Опять же, детеныши волков развиваются быстрее. Так что, сейчас у вас где-то восемь недель плюс минус неделя. Один месяц идет за два.

— Я поняла.

— Не переживайте, мы поможем вам быстро и без риска для здоровья справиться с этой проблемой.

- Моей благодарности нет предела, — процедила сквозь зубы. — Вы закончили?

— Да, — вытер салфеткой живот, затем сложил все датчики в чемоданчик. — Отдыхайте. Сегодня вас больше не побеспокоят.

И удалился.

— Урод, — прошептала чуть слышно, — помогут они мне справиться с проблемой. Себе помогите, твари проклятые.

А душа рвалась на части. Она носит малышей Рика. Может быть мальчиков, может, девочек, а может там и мальчик, и девочка. И в угоду кому-то должна лишиться их? Нет в этом мире справедливости, просто нет.

Мира накрыла ладонями живот, закрыла глаза.

— Пожалуйста, — представила перед собой любимого Волкаса, — найди нас. Спаси нас…

Рик же в этот самый миг проснулся в холодном поту. Тогда поднялся, осмотрелся. Он все еще в поезде, за оком ночь, затем глянул на телефон. Одно голосовое сообщение! И немедленно включил на прослушивание.

— «Войтов, так понимаю, — зазвучал мужской голос. — В общем, слушай. Я согласен с тобой встретиться. Буду ждать завтра в восемь вечера в спортивном комплексе «Альтар». Не опаздывай, боец»

— Согласен, — отбросил телефон и уставился в окно. — Это главное…

Шансы, что Зотов согласится вернуть Миру минимальные, но он попытается. Иначе, какой из него боец? Кулаками и ногами размахивать — большого ума не надо, боец тот, кто сражается за свое по жизни. Так всегда говорила мать, а она была самым настоящим бойцом, но, увы, система может сломать кого угодно.

Тут снова вспомнился сон, вернее даже не сон — ощущения во время оного. Без Миры душа выгорает, волк так и вовсе с ума сходит. Его маленькая Лиска сейчас одна, пусть и при живом отце, но все равно одна, зверь это чувствует.

А Мира по-прежнему сидела в палате. Один раз попыталась ее покинуть, но схлестнувшись с охраной, которая на любой предлог отвечала «не положено», вернулась обратно. К тому времени в отделении погасили основное освещение, пациентов готовили ко сну.

— Вам что-нибудь нужно? — на пороге возникла медсестра. — Может быть, желаете перекусить перед сном?

— Да, пожалуй, — выпалила.

— Хорошо, ужин желаете из столовой или по индивидуальному меню?

— Из столовой.

— Угу. Ожидайте.

И только когда она ушла, Мира начала соображать. Видимо инстинкты вперед головы сработали. Что ж… Если в своей шкуре отсюда не уйти, то, может, в чужой попробовать? А если не выйдет? Да плевать уже, выйдет или нет. Тогда подскочила, сбегала в ванную, где открыла воду.

Спустя пять минут сестра вернулась с подносом в руках.

— Ваш ужин, — составила тарелки на столик. — Что-то еще?

— Ой, знаете, пошла сейчас руки помыть, а там как ливанет из-под раковины.

— Да? — и девушка устремилась в ванную.

Мира же быстро схватила поднос, обмотала полотенцем и встала у двери.

— Возможно, просто кран забыли закрыть? — донесся голос медсестры.

Однако стоило ей показаться, как последовал довольный мощный удар. Правда, Мира успела подхватить бесчувственное тело медсестры, после чего доволокла ее до койки. Раздевала быстро, без конца поглядывая на дверь и молясь, чтобы никто не вошел. Скоро на кровати лежала медсестра в пижаме пациентки, тогда как Мира облачилась в бледно-розовую униформу.

— Вот так, — перевернула девушку на бок и накрыла одеялом, — сон тебе пойдет на пользу.

К счастью, в кармане нашарила одноразовую маску с перчатками, а чтобы не вызвать подозрений, выудила из-под кровати утку. Но перед самой дверью задержалась, надо было успокоить дрожь в теле, восстановить дыхание. И продышавшись, вышла в коридор. Охрана сидела на лавке напротив.

— Что-то не так? — один из амбалов обратил взор на утку.

— Все хорошо, — постаралась выглядеть расслабленной.

— Угу, — кивнул и вернулся к просмотру спортивной передачи на телефоне.

А Мира поторопилась к ближайшему выходу. Безусловно, по лестнице куда безопаснее, да и камер там не должно быть.

Но камеры были, хоть и не везде, как и курящий медперсонал через каждый пролет. Мира же спускалась уверенным размеренным шагом, кивала якобы коллегам. Спустившись на первый этаж, чуть снова не поддалась панике, ибо народа там было прилично, особенно работников, однако внимания на нее никто не обратил.

Здание покинула через служебный выход, а прежде заглянула в подсобное помещение, где взяла первую попавшуюся одежду — джинсы да куртку. Переоделась уже на улице, вернее втиснулась в джинсы, что характерно, мужские. Теперь главное, уйти как можно дальше отсюда.

Хватились пропавшей пациентки лишь утром, когда медсестра пришла в себя и выбежала к охране, а те немедленно связались с Зотовым.

— Твою мать, — процедил Демьян и чуть не раздробил сотовый. — Ну, мерзавка… Короче, — снова поднес телефон к уху, — ищите ее. Далеко уйти не должна. А как найдете, сообщите, — и бросил телефон на стол, после чего посмотрел в иллюминатор.

Вот надо было ей вздумать бежать именно сейчас. Засранка неугомонная!

— Господин Зотов, — к нему подошла стюардесса, — через пару минут идем на снижение, пристегнитесь, пожалуйста.

— А можно я в своем самолете сам буду решать, что и когда мне делать? — уставился на нее горящим взглядом.

— Прошу прощения, — склонила голову.

— То-то же. Все, иди, давай. Не до тебя.

Через полчаса Демьян уже ехал в направлении спортивного комплекса «Альтар». Ох, как же сейчас руки чесались вломить кому-нибудь, но ничего, скоро состоится встреча с этим псом недоделанным, вот уж он оторвется. А то думал, дочь его заклеймил, в койку затащил, и все с рук сойдет? Или еще лучше, молча, вернут рабыню для дальнейшего пользования? Либо этот волк совсем с отбитой башкой, либо смертник, не иначе.

Но Мира… Кстати, да. И набрал ее лечащего врача.

— Алло. Это Зотов. Так понимаю, вы прошляпили мою дочь.

— «Демьян Леонидович, мы клиника, а не тюрьма. К нам приходят лечиться по доброй воле. Так что…»

— Ясно. Мне не надо рассказывать, кто к вам и зачем ходит. Вы успели провести какие-то обследования?

— «Да. Взяли кое-какие анализы и провели УЗИ»

— И?

— «По анализам все чисто, а обследование показало двойню. Срок около двух месяцев. При осмотре также никаких проблем не выявлено»

— Хорошо.

— «Всего доброго, — процедил доктор и скорее отключился»

Двойня… н-да… два щенка от волка. От волка, которого он сегодня закатает в асфальт.

В Альтаре жизнь как всегда кипела. Все-таки в Вайнер-граде этот комплекс был единственным крупным и хорошо оснащенным. Однако основную массу посещающих составляли как раз волки. Боевые искусства, хоккей — это исключительно их виды спорта, в общем, они везде, где есть борьба, требующая проявления силы. И если раньше Зотов относился к волкам более или менее терпимо, то после истории с Мирой возникло стойкое желание плюнуть на все, да разорвать контракты, пусть выродки дальше ковыряются в своем дерьме.

У входа в здание его встретила администратор, что характерно, тоже волчица, вернее, смешанная.

— Демьян Леонидовик, добрый день, — расплылась улыбкой, — а нас даже не предупредили, что вы приедете.

— И не должны были, — зыркнул на девушку весьма недобро. — Я к себе.

— Вам что-нибудь принести? Кофе? Чай?

— Ничего не нужно. Единственно, ко мне скоро пожалует знакомый. Рик Войтов. Как только появится, сообщите.

— Так, он уже здесь.

— Что? — брови тотчас сошлись у переносицы. — Ладно, значит, направьте охрану к моему кабинету. Где он?

— В зале. Господин Войтов прибыл два часа назад. Звезды подобного уровня у нас редкие гости, мы ему предложили разместиться в зоне отдыха, но он отказался. Предпочел посетить зал, посмотреть на спортсменов. Вы ведь хотите с ним обсудить возможное сотрудничество? — а глаза аж вспыхнули надеждой.

— Чего? Какое еще сотрудничество? — и направился к лифту.

Зотов поднялся на второй этаж, отыскал зал для бокса, где не так давно его стараниями установили ринг в натуральную величину. Сейчас на ринге боролись два юных спортсмена, а у окна в нескольких метрах стоял двухметровый гигант, от вида коего Демьян даже подрастерялся. И вот эта махина мучила его дочь?!

— Войтов? — Демьян в сопровождении шести охранников подошел к волку.

— Да, рад знакомству, — но руки не подал, и так было ясно, не пожмет.

— Не могу ответить взаимностью. Предлагаю обсудить все вопросы у меня в кабинете.

— Только за.

Шли, молча. Зотов все размышлял, как правильнее поступить. Здесь его трогать нельзя, во-первых, собратьев вокруг тьма, во-вторых, Войтов боец высокого уровня, сразу пойдет молва. Значит, надо выманить туда, где подальше и потише.

Все вошли в просторный кабинет, четыре охранника остались у двери, а двое так и держались хозяина. Рик в свою очередь не только видел, но и ощущал напряжение, потому готовился к самому худшему.

— Итак, — Зотов опустился на диван, следом указал Войтову на соседний, — поговорим.

— Поговорим, — тоже сел.

— Скажи-ка мне, как долго Мира была с тобой?

— Два месяца.

— Как она попала к тебе?

— Мой бывший босс — владелец клуба в Север-граде, выкупил ее у отчима и выставил как приз победителю поединка. Я победил.

На что Зотов чуть зубами не заскрипел. Вот же зверье драное.

— И? Что дальше?

— Я забрал Миру, она жила со мной.

— Угу, и клеймо поставил, и в постель потом затащил, и вот это, — вытащил из кармана сложенную пополам обложку журнала, — глумился, развлекался от души.

— Там, откуда я родом, существуют свои правила и законы, приходилось им следовать, иначе Миру бы забрали и отправили на невольничий рынок.

— Но ты мог ее и отпустить.

— Мог, — сложил руки в замок, — но не отпустил.

— Почему? — изобразил непонимание.

— Потому что полюбил. Мы намеревались перебраться в один из городов наподобие этого. Но, — криво усмехнулся, — не успели. И я пришел просить вас, вернуть мне ее.

— Забавно, забавно, — закивал, — но, видишь ли, я возвращать свою дочь тому, кто держал ее при себе рабыней, не хочу. Правила, законы, все это вторично. Есть одно самое главное — ты мог ее отпустить и все же не отпустил.

— Тогда у нас проблема, — глаза Рика засияли желтым светом.

— Поумерь свой пыл, боец. Ты на чужой территории, так что, веди себя по-человечески, а не как привык.

И Зотов поднялся, прошел к своему столу, глянул на газету, что лежала на краю. Убить его, конечно, можно, но уж больно легко тогда отделается.

— Если настолько сильно любишь, — заговорил спустя минут пять, — дерись за нее. Здесь, на ринге. Выстоишь против моих бойцов, я подумаю о твоей просьбе, — усмехнулся. — Посмотрим, каков Зверь в действии, так ли велик, как о нем говорят, — и посмотрел на Рика. — Согласен?

— Согласен, — ответил, не думая.

— Очень хорошо. Разве что будет один нюанс. Бой состоится по вашим волчьим правилам. Надеюсь, понимаешь, о чем я?

— Понимаю.

— Что ж, ты один против пяти моих лучших из лучших и деретесь до звука гонга, а после оного до смерти, если встанешь. А не встанешь, уйдешь и про Миру забудешь.

— Договорились.

— Ладно, — хлопнул в ладоши, — в таком случае иди в раздевалку, готовься. И да, мои люди тебя проводят, чтобы не заблудился ненароком, — после чего кивнул охране у двери.

Когда Рик покинул кабинет, Зотов вызвал главного по безопасности. Тот явился незамедлительно.

— Слушай меня, — Демьян уставился на здоровяка в униформе, — перекрой доступ к рингу, там скоро состоится закрытый бой. Будут только мои бойцы и твоя охрана. Все, больше никого.

— Понял, — кивнул и поспешил на выход.

И в этот момент раздался звонок сотового.

— Как вовремя, — процедил сквозь зубы. — Да, слушаю, — поднес телефон к уху. — Очень хорошо. Где-где была? На вокзале? Ясно. Нет, пока не везите, дождитесь моего звонка.

Все одно к одному. Но хотя бы беглянка нашлась. Затем глянул на часы, от Вайнера до Мир-града два часа лету, по идее, должен успеть вернуться до темноты. А вот клинику для Миры придется искать другую, устроила она там переполох.

А Рик в сопровождении охранников спустился в раздевалку, где под чутким надзором переоделся. Своё взять не позволили, выдали «казенное» — перчатки, капу, бинты, даже обувь.

Понимал ли он безвыходность своего положения? Конечно, понимал. Зотов всем видом показал насколько сильно его желание убить волка. Наверно, окажись он на месте этого человека, вел бы себя так же, вернее, поступил бы еще проще — просто-напросто оторвал башку осмелившемуся дотронуться до дочери. Что ж, если суждено сегодня сдохнуть, значит сдохнет. Помнится, тренер раньше часто говорил: «Ты, Войтов, отмороженный на всю голову и если уйдешь когда с ринга, то только вперед ногами». Пожалуй, старик был прав. От судьбы не спрячешься… Все ж двадцать лет на ринге.

Когда вернулся в зал для бокса, не обнаружил там никого, кроме людей Зотова, охраны и бойцов. Действительно, насчитал пять бравых волков, готовых, на что угодно ради хозяйской похвалы. Н-да, будь то Гарика или Зотов, правила одни — беспринципность и бабки решают все.

В этот момент над рингом включились прожекторы, тогда как вокруг, наоборот, стало темнее. Видимо Демьян хочет шоу. А раз хочет, грех не дать. Рик стукнул кулаками друг о друга, размял шею и устремился вперед. Бойцы тоже направились к рингу. Все единовременно перелезли через канаты, рассредоточились по углам. Последним подошел Зотов, он поднялся по ступеням, облокотился на канат и воззрился на Рика:

— Бой будет честным, — произнес с улыбкой, — никаких запрещенных ударов или приемов. Так что, у тебя вполне реальные шансы уйти отсюда живым.

Но Рик предпочел ничего не отвечать.

И Зотов кивнул своим бойцам, которые тут же окружили Войтова. Выглядели волки прилично, всего скорее подготовку прошли хорошую и дерутся на уровне. Что говорить, даже сосунок Долохов и тот противник не самый слабый.

Для начала на Рика пошли двое, тогда как трое остались на местах, желая изучить соперника. Но и Войтов не терял бдительности, внимательно наблюдал за движениями волков, за их привычками. Один был точно левшой, второй слегка прихрамывал на правую ногу, а третий чаще защищал живот, на котором еще не сошел синяк. Оставшиеся двое пока никак себя не проявляли, потому и судить об их слабых местах не приходилось.

Зотов тем временем сидел на лавке в нескольких метрах от ринга.

А газеты не врут, Войтов действительно профессионал, двигается так, как никто из здешних бойцов не двигается и удары наносит невероятно точные. От начала поединка не прошло и трех минут, как один из нападающих уже два раза успел отдохнуть на настиле. Но у его волков задание четкое — вымотать Зверя, а уж потом идти в атаку. Пусть Войтов думает, что перед ним кучка уличных бойцов.

Происходящее на ринге меж тем набирало обороты. Два других волка проявили активность, они тоже изучили Войтова — заметили, как он закрывает ребра и левое бедро.

Спустя три раунда Рик начал уставать, причиной тому стали недавние переломы, но что еще хуже, в глазах задвоилось. А пятеро верных псов Зотова все наступали и наступали. Увы, скоро случилось первое падение. Один из бойцов с вертушки ударил по голове, из-за чего Войтов рухнул на колени, а второй тут же зарядил коленом в спину, повалив Рика на лопатки. В этот момент раздался звук гонга, но Войтов быстро поднялся.

Так продолжалось еще два раунда. То Рик оказывался на полу, то поочередно соперники, трое из которых получили серьезные рассечения, а четвертый — мощный удар по больной голени, потому уже откровенно подпрыгивал, не имея возможности нормально встать на ногу.

И в какой-то момент Зверь не заметил противника, который нанес сокрушительный удар в голову, отчего перед глазами все слилось, а в ушах появился шум. Дальше последовало еще несколько ударов — по ребрам, бедру и наконец, в грудь, из-за чего случилось то, что однажды с Гинесом — спазм легких, а мгновением позже изо рта хлынула кровь. Рик лежал на спине, пространство все еще плясало, как и звуки слились в единый непонятный гомон. Однако звук гонга расслышать смог.

Надо встать. Надо во что бы то ни стало встать, иначе все зря. Иначе он пустое место, жалкий пес, недостойный и всеми побитый. А Мира? Кем она его запомнит? Трусом, который спасовал, который позволил загнать себя в угол. Войтов с трудом повернул голову в сторону Зотова, как раз и зрение более или менее пришло в норму. Отец миры сидел на лавке и с кем-то говорил по телефону, но смотреть продолжал на ринг. Он тоже ждал. Ждал действий своего врага. Встанет или предпочтет остаться не у дел?

А времени не так-то и много осталось. Время — единственный враг, оно слишком быстро бежит, когда не надо или, наоборот, тянется.

И Зверь кое-как перевернулся на бок, откашлялся сгустками крови, после чего предпринял попытку встать. Получилось только с третьего раза, из-за ноги, ту в который раз сломали. Однако стоило подняться, как один из соперников снова нанес удар, снова в голову, отчего Рик опять оказался на полу. Вдруг рядом раздался голос:

— Может, хватит? — у канатов стоял Зотов. — Ты уже всем всё доказал, пожалей свою шкуру. И проигрыш твой не выглядит позором, отнюдь. Я ведь что думал, — облокотился на край настила, — я хотел тебя убить. Но смотрю, ты не зря ел свой хлеб долгие годы. Ты настоящий боец, каким многим из здешних никогда не стать. И я готов тебя отпустить. Уходи. Давай…

— Я пришел, — произнес сиплым голосом, ибо дышать получалось с большим трудом, — ради Миры. Чтобы… её вернуть, а не… — сплюнул кровь, — мастерство свое… доказывать.

— Пойми, Мире место среди людей. Она найдет своего мужчину, родит от него и познает женское счастье. А ты… ты волк, зверь. Да и потом, что за жизнь ее ждет рядом с тобой?

— Обычная… жизнь. Как у всех…

— Увы, но нет. Волки должны жить с волками, а люди с людьми. Так что, заканчивай уже геройствовать и иди.

Тогда Рик выпустил зверя. Глаза его зажглись, когти с клыками повылезали, раз не может драться в облике человека, будет в облике полузверя. Пусть волк бьется на инстинктах, это последнее, что он может сделать — быть самим собой.

На сие зрелище Зотов покачал головой, после вернулся на лавку и набрал кого-то по телефону.

А Рик смог подняться. Сознательное сейчас ушло на второй план, и зверь взял контроль над разумом человека, да и над телом тоже.12727c

— Псих, — процедил сквозь зубы Зотов, когда убрал сотовый в карман, — безбашенный псих, — затем подозвал начальника охраны, — когда мои его вырубят, — кивнул на Рика, — не трогайте, пусть остается здесь.

— Хорошо, — кивнул.

Охрана меж тем во все глаза следила за боем, каждый из здесь присутствующих знал, кто такой Зверь. Что говорить, местные тренеры частенько приводят в пример Войтова своим спортсменам. Эта машина не знает пощады ни себе, ни соперникам.

Рик все-таки извернулся и серией стремительных ударов отправил двоих бойцов в нокаут, одного так и вовсе вынес с ринга. Но три оставшихся не стали больше ждать — выпустили зверя. Всем уже было плевать на время, на полученные травмы, важно было одно — любой ценой одержать верх. Кровь к тому моменту залила настил, то и дело с ринга доносился звериный рык. Гиганты падали и снова вставали.

— Пора с ним кончать, — прорычал один из бойцов, после чего произвел захват соперника за шею, а второй нанес удар сначала в грудь, потом в голову.

Зотов аж поморщился, глядя на то, как Войтов рухнул на пол. После наступила тишина и темнота, Рик отключился. А волки хотели было довести дело до конца, но Демьян остановил их.

— Все, хватит, — подошел к рингу, — вы свою работу сделали. Идите.

На что те сразу вернулись в привычное состояние и по возможности быстро покинули зал, забрав с собой поверженных соратников.

— М-да, — кивнул Демьян, — хорош, пес… поваляйся часок другой, тебе полезно.

Неизвестно сколько прошло времени, ибо Войтов в который раз погрузился во мрак, сменяющийся всполохами образов и видений. Сейчас он видел мать. Она пришла с работы и как всегда встала у плиты, не могла допустить, чтобы ее волчонок лег спать голодным. Рик сел за стол, уставился ей в спину.

— О, явился, — покосилась на сына, — и опять с фингалом. Кто на этот раз?

— Даже не помню, — посмотрел на свои руки, на детские руки, — я скучаю по тебе.

— А чего скучаешь? Я вроде тут, рядом. Твоя Серая Гризелла никуда не денется, всегда будет вот здесь, — похлопала себя по груди. — Так, от кого наполучал люлей, признавайся.

— От местной своры.

— За девчонку, небось, дрались?

— Угу, за нее.

— Тогда, считай, за правое дело. А ты чего расселся? — развернулась к нему. — Иди, давай…

— Куда?

— Иди, иди… и знай, Гризелла рядом, — усмехнулась, — бдит.

— Рик?! — раздалось откуда-то. — Рик?!

И голос до чего знакомый, от него аж сердце зашлось.

— О, — мать покачала головой, — не зря наваляли, вон, пришла тебя жалеть принцесса.

Войтов тогда поднялся, подошел к входной двери, а стоило открыть, как в глаза ударил яркий свет.

— Рик! — оказывается, его кто-то смачно лупит по щекам и трясет. — Очнись, собачий сын!

Когда свет рассеялся, Войтов увидел того, кто сейчас сидел рядом. Кто рыдал, а параллельно отвешивал ему оплеухи.

— Лиска, — произнес то ли вслух, то ли нет… — и ты туда же, — перехватил ее руку.

А она еще сильнее разрыдалась, после чего бухнулась ему на грудь.

— Поздравляю, — прошептала сквозь слезы, — у тебя скоро будут волчата.

— Трое? — кое-как усмехнулся.

— Обойдешься. Двое.

— Для начала пойдет, — прижал ее к себе.