54

Элла

После отправки сообщения маме прошло меньше суток, а с меня уже сошло семь потов. Я подчистила все хвосты: удалила видео, очистила корзину и метку сообщения в папке отправленных, но все равно боюсь. Если только она получила это письмо и постарается мне помочь — возможно я буду спасена. Записала видео для журналистов и для полиции, быть может у мамы получится найти тех, кто не пляшет под дудку мистера Вайса. Хотела сказать в видео, что я беременна, но испугалась за Лешу.

Если Вайс убьет меня — Ледника эта новость уничтожит. Он уже терял любимую женщину и детей, я не хочу, чтобы он пережил это снова и вновь корил себя, винил в случившемся.

Наверное, я слишком надеюсь на помощь мамы и это письмо на самом деле никогда не будет прочитано.

— Элла, что теперь будет? — спрашивает Селеста, когда мы вечером, с разрешения Вайса, сидим в ее комнате и делаем домашнее задание от учительницы.

— Я не знаю, — пожимаю плечами я и провожу рукой по волосам девочки. — Не переживай, с тобой точно все будет хорошо.

— А с тобой?

— Не знаю, — вновь повторяю я и отвожу взгляд.

Из коридора и библиотеки доносится какой-то странный шум. Он приближается и я узнаю разъяренный голос мистера Вайса. Внутри все холодеет и я резко разворачиваюсь к двери, когда она распахивается. Первое, что я вижу — это мой доктор. Второе — Стейси Вайс, раскрасневшийся, с обезумевшим взглядом.

Он знает…

Теперь он все знает и мне крышка.

Селеста встает рядом со мной и испуганно прижимается ко мне, вцепившись в руку.

— Пап, не надо, — шепчет она. Ребенок уже знает этот взгляд, она, вероятно, уже неоднократно видела его и знает, что за ним последует. — Пап, пожалуйста, не бей…

Несмотря на взбешенный взгляд и частое загнанное дыхание, мужчина проходит в комнату, не говоря ни слова, и останавливается напротив меня.

— Какой срок? — спрашивает он, явно обращаясь к врачу.

— Пять недель, мистер Вайс, — сбивчиво бурчит доктор.

— Прекрасно, организуйте мисс Стивенс медикаментозный аборт, — безэмоционально произносит Стейси. — У вас ведь есть все необходимое? — он не сводит взгляда с моих глаз, а я уже смотрю на него сквозь густую пелену слез.

— Да… Как скажете, — неуверенно кивает доктор и приоткрыв дверь, выходит наружу. — Идите за мной, мисс!

Отступаю на шаг назад и перестаю дышать. Мое сердце будто бы остановилось и время замерло.

— Я никуда не пойду, — качаю головой я, испуганно глядя на Вайса.

— Элла, ты хочешь, чтобы твои друзья пострадали? — злобно оскалившись, он достает из кармана телефон. — Один мой звонок и кого-нибудь из них не станет… А чем дольше ты будешь сопротивляться, тем больше людей из-за тебя погибнет.

— Оставьте меня в покое, найдите себе другую игрушку! — чуть ли не кричу я, продолжая отступать назад, но мужчина приближается вновь.

Настолько страшно, как сейчас, мне еще никогда не было. На счету каждая секунда, а я не знаю как мне сейчас бороться за свою жизнь. Не только свою…

Мужчина переводит свой взор на Селесту, отчаянно цепляющуюся за мою руку. Усмехается каким-то своим мыслям и разблокирует телефон, отчего мое сердце пускается вскачь.

— Мистер Вайс, у нас проблемы! — забегает в комнату запыхавшийся служащий охраны. — Вокруг особняка сотни журналистов и полиция! У полиции есть разрешение на штурм и обыск здания на предмет заложников! Мы не имеем права на отказ…

— Что вы несете? — фыркает Вайс.

— Загляните в новостную сводку, мистер Вайс, — говорит охранник и, получив срочный вызов по рации, чуть ли не бегом уходит прочь.

Стейси опускает взгляд и что-то долго читает в телефоне. Как только слышу свой голос из динамика телефона, рассказывающий о насильном удержании меня в особняке мистера Стейси Вайса, немного облегченно выдыхаю. Мама получила и прочитала мое письмо.

— Маленькая паскудная дрянь, я тебя придушу! — резко отбрасывает мобильник в сторону мужчина и, схватив меня за воротник, припечатывает к стене. Больно ударяюсь затылком, аж до звездочек перед глазами.

— Не надо! — слышу детский крик. Селеста пытается оттолкнуть отца от меня.

Хватка на моем воротнике исчезает, до моего слуха доносится звук удара и громкий всхлип. В груди мгновенно яркой вспышкой разгорается гнев и я, пользуясь заминкой Вайса, со всей силы бью ему коленом промеж ног, но не успеваю завершить комбинацию оглушающим ударом по голове, потому как мужчина хватает меня за горло. Сдавливает сонную артерию и я чувствую, как начинаю терять себя, как мутнеет мое сознание. Впиваюсь ногтями в его руку, стараюсь оттолкнуть, но не хватает сил.

Леша был прав, когда говорил что все бестолку и меня попросту задавят весом…

Из коридора доносятся выстрелы и крики, мне даже кажется что я слышу знакомый голос, зовущий меня по имени. Уже находясь на грани сознания я чувствую, как руки с моей шеи исчезают, а Вайса кто-то валит на пол. В попытках отдышаться и сфокусировать зрение, я вижу перед собой Ледника с пистолетом в руке, он что-то говорит Вайсу, наступив ему на горло ногой. Его лицо искажено злобой и отвращением, а палец дрожит возле курка. Окончательно меня приводит в чувства истерический плач Селесты, забившеся в угол комнаты. В голове резко щелкает и я хватаю Лешу за руку, хрипло повторяя:

— Здесь ребенок, не надо! Здесь ребенок!

Чувствую, как напряжены его мышцы, как он из последних сил заставляет себя сдержаться, но все же жмет на курок. Звук выстрела разрезает воздух, после чего по комнате разносится вой Стейси Вайса, схватившегося за раненое плечо. Ледник опускает руку с пистолетом и поворачивается ко мне, обеспокоенно осматривая мое лицо.

— Ты не ранена? — спрашивает он и я мотаю головой.

— Леша, — прижимаюсь к нему, вдыхая любимый запах. — Скажи, что это не сон, пожалуйста… Скажи, что не сон, — всхлипываю я.

— Не сон, Золушка, более чем реальность!