Глава 15: В КАБИНЕТЕ ДИРЕКТОРА
- Анжелик Красновская, пройдите, пожалуйста, в кабинет директора.
Дернувшись, я испуганно подняла голову и уставилась на короб громкоговорителя в углу зала библиотеки. К директору? Меня? Неужели все-таки о нас с Ником стало известно? Но почему? Я ведь выполнила требование этой гадюки Самойловой! Со вчера общаюсь с Козлевичем так, как будто он и в самом деле мой бойфренд! Но если не она, то кто? И почему сейчас? Мы ведь даже не виделись с Ником с тех пор, как приехали из города!
А вдруг это полиция – начнет сейчас меня допрашивать меня как свидетеля тройного убийства?!
Все больше и больше паникуя, я собрала вещи, вернула книгу библиотекарше, и чуть ни бегом вылетела из зала. Кинулась к лифту – благо нога уже совсем не болела – и только там заставила себя немного успокоиться. Самойлова не станет меня закладывать просто так, из вредности. Не для того она заплатила столько денег за все это шапито.
Кроме нее, никто не знает про нас с Ником. Уж точно не Ксюха – соседка все еще пребывала в той стадии наивности, когда даже не предполагаешь, что учитель может завести шашни с ученицей, как бы сильно она ни была в него влюблена.
Мало ли по какой причине меня вызывают к доктору Моррисону. А может… О, Боже, наверняка дома что-то случилось! И снова меня с головой накрыла паника. Уже на совершенно не сгибающихся ногах я выбежала из лифта на последнем, шестом этаже.
А может, это все как-то связано с компроматом?..
Рисуя в голове самые ужасные сценарии, я побежала по коридору, остановилась, выдохнула, и с колотящимся сердцем постучалась в массивную дверь директорского кабинета.
- Войдите, - раздался из интеркома тягучий голос, который я узнала бы даже во сне.
Ах ты!.. Набрав в грудь воздуха, я ввалилась в предбанник, решительно пересекла его и зло дернула на себя внутреннюю дверь, готовая выплеснуть всю свою обиду на того, кто заставил меня так разнервничаться. В самом деле, что за дебильные шутки? Зачем вызывать меня в кабинет директора?! Своего не хватает? Я открыла было рот – наброситься на этого «шутника» с обвинениями… да так и застыла, с глубоко отвисшей челюстью.
В расстёгнутой чуть ли не до пояса рубашке и светлых холщовых брюках, Ник вальяжно развалился в директорском кресле, взирая на меня поверх устроенных на столе ботинок.
- Ну, здравствуйте, мисс Красновская… Проходите, присаживайтесь.
Сглотнув слюну, я испуганно огляделась, ожидая, что сейчас из какого-нибудь угла выскочит наш многоуважаемый директор. И вдруг вспомнила – а ведь он уехал! Я сама видела его отъезжающую машину из окна библиотеки. И секретарши уже ушли – в приемной-то никого не было!
А с момента отъезда директора и до самого утра фактическим главой колледжа становился Ник. Ну, то есть… доктор Кронвиль.
- Ну что же вы застыли, мисс Красновская? Надеюсь, вы не нарушили мой запрет? – спустив ноги на пол, сидящий передо мной мужчина облокотился на стол и оглядел меня с ног до головы профессионально-ректорским взглядом.
Тело среагировало быстрее мозгов – кровь вскипела и бросилась мне в щеки, в висках отчаянно застучало… Будто в тумане, я нащупала за спиной дверной замок. Тихонько, одной рукой щелкнула им и встала, обхватив себя руками – унять мурашки, что обсыпали вдруг мои голые руки.
- Что вы, господин ректор… Как я могла вас ослушаться?
Я ведь действительно хорошо себя вела. Между страхами за его свободу, угрозами Самойловой и омерзительной перепиской с Козлевичем было как-то… не до сессий мастурбации. Снам, конечно, не прикажешь… но и там я подсознательно старалась проснуться ДО точки невозврата. В чем была причина такого безропотного повиновения, я могла только догадываться. Это было сродни его приказу выбросить сигареты. Как бы он догадался? Однако же, я их выбросила.
Пока я размышляла над своим необъяснимым поведением, Ник встал из-за стола и медленно приблизился, обходя меня кругом, словно грациозный, опасный хищник. Я чувствовала жар, исходящий от его тела, его возбуждение… его запах… Боже, этот запах… Я не могла поверить, что спала с ним в одной постели, и даже и не подумала про секс…
Остановившись у меня за меня спиной, он вдруг сунул руку мне под волосы, сжал там в кулак и потянул, заставляя меня шагнуть назад и прижаться к его телу... почувствовать его, разделить с ним его тепло…
- Что ж… Давайте проверим, насколько вы были… послушны, мисс Красновская. Постарайтесь не двигаться.
И повел руками вниз – по моим вздрагивающим плечам, по рукам в колючих мурашках, цепляя бретельки топа и лифчика, утягивая их за собой, обнажая грудь с мгновенно затвердевшими сосками. В одно мгновение я осталась голая по пояс, с одеждой и бельем, спущенными до самой талии. В кабинете директора. Голая по пояс. Не в силах поверить в это словосочетание, я не знала, чего мне хочется больше – чем-нибудь прикрыться и бежать отсюда или…
Горячие ладони вдруг накрыли мою грудь, и я задохнулась, откидывая назад голову… Совершенно не в состоянии «не двигаться», подняла руки и обняла его, заставляя нагнуться ниже – ко мне. На мгновение помедлив, Ник наклонился и набросился на мою шею с такими голодными поцелуями, будто только об этом и думал все эти два долгих дня.
Интересно, кто из нас больше страдал от воздержания? – неотчетливо подумалось мне. Отстранившись, он закрыл мой рот ладонью, раздвигая губы и просовывая внутрь пальцы – указательный, затем большой.
- Оближи…
Я послушно облизала, слегка покусывая за подушечки… Прерывисто дыша мне в волосы, он поднес к моим губам вторую руку, и я повторила свои действия, на этот раз основательнее – всасывая его длинные пальцы почти полностью.
- Зачем?.. - спросила я, как только он освободил мой рот... и не закончила вопроса, резко втянув воздух - вновь спустившись к моей груди, он принялся обводить влажными пальцами мне соски – то широкими кругами, то сужаясь, задевая вершинки...
- Сколько вам лет, мисс Красновская? – неожиданный вопрос, произнесенный в самое ухо, заставил меня задрожать от эффекта чего-либо, произнесенного в самое ухо. Только спустя пару секунд я сообразила, что он реально о чем-то спросил.
- Что?..
- Вы слышали… - будто привлекая внимание, он куснул меня за мочку уха... Мои колени внезапно превратились в желе и ему пришлось подхватить меня за пояс.
- В-восемнадцать… - слабо ответила я, думая лишь о том, как бы удержаться в вертикальном положении и не свалиться на пол мокрой, скулящей тряпочкой. Внизу живота уже закрутилась горячая спираль, в нетерпении ожидая того самого, нужного, правильного прикосновения…
- Восемнадцать… - задумчиво повторил Ник, одним только голосом посылая в мои бедра волны напряженной дрожи. – Да… думаю, будет довольно легко выяснить, сдержали ли вы свое обещание…
Отпустив мою грудь, он позволил мне опереться о себя и нырнул руками ниже, под одежду, собранную вокруг бедер, а потом и под джинсы – не утруждая себя даже расстегнуть на них молнию. Я замерла, втянув, насколько было возможным, мышцы живота – давая его рукам как можно больше доступа и ожидая, что вот сейчас он вновь примется мучить и изводить меня…
Но в этот раз мне не пришлось долго ждать.
Отодвинув кружево трусиков, он без промедления протиснулся под них ладонью. Погладил поверх лобка, потом вдруг схватил и потянул меня за отросшие за неделю волоски.
- Какая прелесть…
Я покраснела.
- Я как раз собиралась побрить… Ты же не предупредил…
- Мне нравится… - перебил он меня, и вдруг, раздвинув совершенно мокрые складочки, скользнул пальцем туда – в горячее, ноющее пространство между ними…
- Аххх… - от неожиданности я дернулась, подаваясь бедрами вперед… Колени сами по себе разошлись в стороны – бесстыдно и безвольно…
- Пожалуйста… я хочу… хочу… там…
Если бы я сама знала, как хочу и чего хочу.
Но он знал. Легкими, дразнящими движениями он поводил вокруг клитора, спускаясь все ниже и ниже, надавливая все сильнее… А потом мягко потер какую-то точку, в самом низу – у вздрагивающего, жаждущего отверстия. Жаркой истомой отозвалось все мое тело, до самых кончиков пальцев… Загудело, стянуло все внутри в предвкушении разрядки…
- Уже скоро, - прошептал он мне в шею. И, медленно, все теми же круговыми поглаживаниями, погрузил палец в меня. Глубоко… очень глубоко. Туда, где его еще не было.
Я физически чувствовала, как стенки влагалища сокращаются в ответ на долгожданное вторжение. Вероятно, тоже ощутив эту реакцию, Ник пробормотал что-то невнятно-одобрительное… Потом медленно вынул палец, покружил им у самого входа, легонько потирая все ту же волшебную точку… и вдруг быстро и сильно толкнул обратно, одновременно сжимая на моей промежности ладонь...
И этого оказалось достаточно. Захлебнувшись стоном, я выгнулась в его объятьях... схватила рукой его за волосы... и обмякла обессиленно, непременно осев бы на пол, если бы он не держал меня…
- Вот так… Умница… хорошо… правда ведь, хорошо?..
Хорошо, соглашалась я… очень хорошо… особенно там, внутри, где его палец все еще оставался во мне – мягкими, круговыми движениями продлевая наслаждение...
- Что ж… – сквозь оглушительный пульс в ушах донесся до меня его голос, и было слышно, что он пытается говорить насмешливо, однако ему вовсе не до смеха. – Мой приказ вы явно выполнили, мисс Красновская…
Почти бесчувственную, Ник поднял и уложил меня на спину на директорский стол. Уже не пытаясь выглядеть беспристрастным, быстро стянул джинсы и трусики, оставив футболку с лифчиком болтаться на уровне пояса. Вытащил из кармана презерватив, расстегнул молнию на собственных брюках и высвободил напрягшуюся до предела эрекцию…
Все еще бессильно вздрагивая – я позволила ему придвинуть мои бедра к краю стола и прижать их руками к столешнице, максимально раздвигая и раскрывая меня перед собой, жадно разглядывая… Будто дразня самого себя, он поводил членом снаружи складок... Не выдержав, толкнулся... и замер, прикусив от напряжения губу, глядя на меня из-под полузакрытых век.
- Тесная… Все еще тесная…
Я чуствовала, как он дрожит - во мне и снаружи, всем своим красивым, длинным телом. Будто боится дать себе волю, показать то первобытное, что скопилось под маской хладнокровия и чопорности. И я знала, как выпустить этого зверя. Найдя в себе силы, я приподнялась на локте, погладила его по хорошо выбритой щеке и попросила.
- Ник...
- Что?..
- Трахни меня...
И саму в пот кинуло... Он же почти зарычал, зажмурился, пытаясь из последних сил сдержаться... и, наконец, задвигался - глубокими, медленными, хорошо просчитанными толчками.
Слишком медленными… слишком просчитанными.
- Сильнее… - сорвалось с моих губ.
О, да… Сильнее… и быстрее… и… Господи, что я говорю…
Он послушался, одновременно массируя большим пальцем у меня между ног, втирая в клитор влагу от недавнего оргазма... приближая еще один – скорый по следам первого.
- Так?
- Так… Хорошо… совсем хорошо… - я почти плакала.
- Ты обманула меня… - хрипло сказал вдруг он, не останавливая ритма тяжелых, глубоких толчков. – Ты… маленькая… подлая… лгунья.
И акцентировал каждое свое слово, впечатывая меня в стол, заставляя давиться протяжными, громкими стонами – все громче и громче, почти срываясь на крик...
- Что?..
Довольно трудно разговаривать, когда все мысли выбиваются из головы крепким мужским достоинством, причем довольно большого размера. Но я осилила этот короткий вопрос.
- Компромат… - произнес он, и черные глаза его на мгновение ушли под веки – от испуга мои мышцы сократились и плотно сжали его изнутри.
О, Боже… Он узнал… узнал.
- О чем… ты говоришь?..
Не останавливаясь ни на секунду, Ник наклонился и обхватил губами сосок на моей левой груди, горячо перекатывая его языком из стороны в сторону… лишая меня способности вообще что-либо понимать. Отпустил… Подышал на измученную, твердую горошину и ответил, приподнявшись – прерывистым, хриплым шепотом.
- Память в телефоне… она пустая. Не сломанная… Просто новая. Я проверил.
- Я… я не…
Переместив мои ноги себе на плечи, он поменял угол проникновения, внезапно оказавшись совсем глубоко.
О, господи… Он ведь специально все это затеял... И как теперь врать, когда в голове ватный кисель, а от каждого его движения хочется кричать в голос?
- Говори… где телефон… говори!
Он вдруг остановился и перестал двигаться. Совсем.
- Пожалуйста… ну, пожалуйста… - заныла я, пытаясь схватить руками его бедра. Эх, ногами бы… но не зря он их себе на плечи закинул.
- Где… твой… телефон? - повторил он, скалясь от напряжения, но все еще не двигаясь.
- Пожалуйста, Ник… Я скажу… пожалуйста… я так не могу, не могу больше…
Наверное, у меня был очень несчастный вид, потому что он внезапно отстранился, покинул мое тело, перевернул на живот и пинком раздвинул мои ноги в стороны. Снова вошел – резко и сильно… И уже не сдерживаясь, задвигался сильными, глубокими толчками, крепко сжимая мои бедра… заставляя принимать все, что готов был дать мне, и только это… Лишая возможности отодвинуться, или наоборот податься ему навстречу… Лишая воли… Трахал меня зло и почти больно, будто мстил…
Или наказывал.
Лишь только сформировавшись, мысль эта буквально взорвала меня. Безудержный взрыв наслаждения сотряс все мое тело до самых кончиков пальцев. Всхлипнув, я поцеловала руку, упертую в столешницу у самого моего лица... И это стало и для него последней каплей. С вымученным, хриплым стоном он ворвался в мое тело один последний раз и замер, пульсируя глубоко во мне и прижимая рукой мою спину...
***
- Прости… - взмокшая и дрожащая, я вцепилась в его руку, с твердым намерением никуда его не отпустить.
Он не шевелился и не отвечал, лишь дышал тяжело мне в затылок. Потом все же отстранился, легко сбросив с себя мою руку. Покинул мое тело, куда-то ушел, вернувшись через пару секунд.
- Я не знала, что делать… - пролепетала я в стол, все еще не двигаясь. - Не знала, что со мной будет и…
- И потому решила, что видео, на котором человек, который спас тебе жизнь, занимается сексом с другой женщиной, тебе еще… пригодится? – предположил он таким презрительно-холодным тоном, будто эти последние полчаса мне приснились.
Я зажмурилась. Он прав. Как это ни печально, он прав. Такого не прощают.
- Вставай.
Я помотала головой. Как только я встану, все закончится. А пока я тут… Может, моя поза наведет его на мысль, что можно просто как-нибудь… отшлепать меня, что ли… или даже отстегать? И на этом все?
Будто прочитав мои мысли, Ник погладил меня по попе.
- Какой обзор… - насмешливо прокомментировал он.
Ну же, давай – мысленно взмолилась я. Скосила глаза – вон и ремень в наличии. Широкий, кожаный, без сомнения дорогущий. Еще и застегнуть его не успел.
Но он не торопился, продолжая поглаживать меня по ягодице тыльной стороной ладони.
- Я ведь тебя уже бросал… - задумчиво произнес он, будто удивляясь самому себе. – Знал, что это ни к чему не приведет… что ты не в состоянии стать той женщиной, которая нужна мне. Той, кому я смогу доверять…
- А ты накажи меня, - не выдержав, попросила я, моментально заливаясь краской. И почувствовала, как в ответ на мои слова пальцы его дернулись.
- Много чести… - тут же убирая руку, Ник усмехнулся и потянул меня за плечо, заставляя встать. И вдруг замер, будто какая-то идея пришла ему в голову. И толкнул обратно – на стол. e761c3
Неужели сработало? В ожидании боли я зажмурилась. Но не услышала ни шороха снимаемого ремня, ни других похожих звуков…
– Я накажу тебя, - сообщил мне Ник после короткой паузы, во время которой я гадала, что происходит. – Только не так, как тебе хочется.
- А как? – я обернулась и увидела, как он застегивается и оправляется. Потом наклонился ко мне, облокотившись о стол. Прожег незнакомым, шальным взглядом.
- Я оставлю тебя здесь – в этом кабинете, в этой самой позе. С голой задницей, открытой для любого, кто вздумает зайти. И пока я не разрешу тебе встать, ты не сдвинешься с этого места.
Что?! Он ненормальный? Я дернулась испуганно, убирая под тело руки, ожидая, что, как фокусник, он снова вытащит откуда-нибудь наручники – приковать меня к столу… но он все так же смотрел на меня, будто ждал чего-то.
И я поняла. Опустив голову, я легла на стол поудобнее, закрыла глаза и вздохнула, пытаясь успокоиться.
- Хорошо. Я буду лежать здесь и не сдвинусь с этого места.
И он ушел, оставив меня одну – прислушиваться к тишине и темноте директорского кабинета.