Глава 2

Одновременно со стуком входная дверь издала едва слышный шорох. Селена обернулась.

- Доброе утро, Трисмегист. Вы с прогулки? – рассеянно спросила она, занятая более тревожными мыслями. Потом сообразила, откуда он так рано, и тревожно сдвинула брови, безмолвно вопрошая.

- Доброе, леди Селена, - безмятежно улыбнулся старый эльф, снимая плащ и вешая его на спинку ближайшего стула. И поклонился сразу всем: - Доброе утро.

Удивление Трисмегист скрыл – заметила хозяйка Тёплой Норы, которая сама выдохнула с облегчением, зная, кого он навещал. Но, кажется, учёный эльф заинтересовался причиной странного сборища, да ещё с самого утра. В кабинете присутствовали не только Джарри и братство – в том числе и Коннор, забившийся в самый угол, – что значило, он снова «младший». Здесь же сидели Колр, Бернар и недавно прощённый и вновь допущенный к совещаниям Тёплой Норы храмовник Ильм, а также деревенский маг Ривер.

- Случилось что-то, о чём я не знаю? – деликатно спросил Трисмегист.

- Случилось, - с небольшим раздражением ответила Селена. – Но для начала я бы хотела узнать от тех, кто знает здешнее положение дел: откуда в пригороде появилось столько доморощенных некромантов и некромагов?

- Рано утром приехал Перт, - вполголоса объяснил-таки Джарри Трисмегисту, - сказал, что идея со школой-интернатом не оправдала себя, потому что пригородная гильдия некромантов буквально терроризирует их школьников. Даже помощь Чистильщиков пропадает втуне.

- Поэтому меня интересует, откуда столько некромантов появилось, - сухо повторила Селена. – Пригород всегда был пустым. Прятались в нём и от машин, и от одичавших оборотней. И вдруг выясняется, что в нём полно магов определённой специальности. И не из Старого города. Не профессионалов. Но, тем не менее, довольно сильных и опасных. Кто объяснит мне – откуда они взялись и почему им нужны дети?

- Попробую объяснить я? – спокойно спросил маг Ривер. И кивнул, улыбнувшись Селене. – Всё просто. До сих пор в развалинах пригорода прячутся призраки тех, кто погиб в войну с магическими машинами. Специальность некромантов и некромагов сейчас очень сильно востребована, потому что родные погибших хотят либо похоронить своих родственников, либо упокоить их. Профессиональные некроманты и некромаги – я имею в виду магов Старого города, – берут за свои услуги огромные деньги. Эти же, доморощенные, берут гроши, поскольку знают: работы им хватит на несколько лет вперёд. Отсюда… Все некроманты и некромаги сбились в эту гильдию дилетантов и свой кусок хлеба пытаются защитить организованно, хотя они, по своей сути, стихийны.

- Но откуда они знают своё ремесло?

- Старики учат тех, у кого есть дар. Учат немногому – основам, которые знают сами. Ученики обучаются далее самостоятельно, пока проводят практические ритуалы по просьбе родственников погибших. Так в пригороде появилась гильдия нищих некромантов, у которых есть оплачиваемая работа.

- А дети?! – воскликнула Селена, сжимая руки. – При чём тут дети? Зачем они им нужны?!

- Дети – часть работы некромантов, - пожал плечами Ривер. – Чтобы вызвать призрака, чаще всего нужен предмет, связанный с погибшим человеком или оборотнем. Только дети могут за таким предметом пролезть в развалинах по таким ходам, куда не решится влезть взрослый некромант.

- Но это опасно! Опасно для детей!

- Зато сытно, - с горечью сказал Рамон, Чистильщик, которого Трисмегист сразу не заметил. – Городской совет продолжает всё своё внимание уделять городу – тем его сторонам, которые сильно пострадали в войне. И то, что в пригороде полно бездомных ребятишек, пока никого не волнует.

- Они используют только человеческих детей? – с тревогой уточнила Селена. – Или берут и оборотней?

Её поняли: обернувшийся малыш-оборотень легко проникнет в любую дыру. Но ведь в зданиях, покинутых жильцами, а потому обветшавших, опасно. Такой дом может обрушиться в любой момент. Прецеденты были.

- Нет, оборотней не берут, - ответил Ривер. – Нужны дети с магическими способностями. Даже самыми маленькими – на уровне магического видения. Только они увидят нужный предмет, от которого идут пространственные линии, подсказывающие, кому принадлежал тот или иной предмет.

- И сколько человек набрали в ученики некромаги Перта?

- На подготовительном курсе их около восемнадцати-пятнадцати, кажется, - сказал Чистильщик. – Все, естественно, разновозрастные. Кое-кого отсеяли – не самых талантливых. Морганит сказал – остались отобранные. Сильные. Давно работавшие с опытными магами пригорода.

Селена помолчала, раздумывая. Главный вопрос боялась задать. Но была вынуждена, потому что этот вопрос – начало к следующему действию. Сглотнула, мельком взглянув на Коннора – он не успел отвести хмурый взгляд, и она к собственному страху добавила злость. И поэтому перестала тянуть.

- Что будет со школой-интернатом?

Вот тут Рамон ссутулился, и Селена ещё больше заподозрила, что намечается нечто подлое. Чёрт… Или она так привыкла от некромагов-храмовников ждать подлянки, что не сомневается, что та будет?

- Пока дети не являются учениками храма, вне его стен некромаги не могут предъявлять свои требования к ним, - тихо сказал Ильм. – Они уже расспрашивали детей, хотят ли те в храм. Ответом было полное неприятие.

Селена внимательно посмотрела на Белостенного.

- Ха… Когда это некромаги соблюдали даже собственные правила? Ну… Предположим. И что дальше? – довольно агрессивно вопросила она, почему-то глядя на храмовника Белостенного. И внезапно поняла: - Что-о?.. Они хотят?! – Она просто задохнулась, не договорив. Присутствующие раздосадованно опустили головы, хотя в этом деле не были виноватыми. – Вы хотите сказать, что детей просто-напросто оставляют в пригороде? Детей, которые несколько месяцев обучались в школе-интернате и привыкли к нормальной жизни?! А теперь их милостиво отпускают в ту же бездомность?!

- Есть кое-что похуже того, что их отпускают, - тихо сказал Ильм. – Они за эти месяцы многому обучены, их магия упорядочена, ведь теперь они целенаправленно умеют набирать некромагическую силу.

- И… что? – холодея от будущих слов Белостенного, спросила Селена.

- Гильдеры, некроманты и некромаги пригородной гильдии, тоже окрепли. И какой-то старый маг – не из Старого города, научил их… - Ильм поморщился. – Научил их старинному обряду, известному ещё с начала тёмных веков, – снимать с детей магическую силу, чтобы поднять собственную.

В гостевом кабинете застыла такая тишина, что Селене показалось – все слышат, как суматошно бьётся её сердце. Но даже она уловила в словах Ильма недосказанность.

- И… что? – снова, но медленней спросила она. – Чем это грозит детям? Подростки просто потеряют магию. Или я чего-то недопоняла?

- Магическая сила во многом поддерживается здоровьем, - задумчиво сказал Трисмегист. – Больной маг – плохая сила. Здоровый маг – сила крепкая. Как говорят в вашем мире, Селена: в здоровом теле – здоровый дух. Умеющий снимать магию – по сути, людоед. Или убийца. Он оставляет… выпотрошенного человека умирать. – А помолчав, бесстрастно добавил: - Любопытно было бы… встретиться с этим старым магом.

- А мне сейчас было бы любопытно встретиться с Пертом, - сквозь зубы сказала Селена, чувствуя, что вот-вот взорвётся.

- Перт не виноват, - вмешался Ильм. – Как храмовник, создавший школу-интернат, он сделал всё, чтобы подростки остались в живых. Он предложил им убежище в храме – они отказались.

- Хотите сказать – виновата я, что предложила ему эту идею?! – не выдержав, рявкнула-таки Селена – и осеклась. – Ох ты-ы… А не потому ли Перт уходит из пригорода, что надеется: подростки волей-неволей уйдут с ним? В его вотчину – в храм некромагов, где он становится полноценным мастером для них? Потому что иного выхода у них нет?.. То есть он их загнал в угол?! Впрочем, всё это голословно. Пока. Не буду говорить напраслину. Вопрос остаётся один: что делать со школой-интернатом? Неужели городские власти не заинтересованы уберечь сирот из этой школы от тех шакалов, которые могут на них наброситься?

- А при чём тут вы? – удивился Ильм. – Почему вас-то так волнует судьба этих подростков?

Селена посмотрела на него внезапно спокойная – как она себя ощущала, а потом ласково сказала:

- Ильм, мы только недавно смирились с тем, что вас заново приняли в наше маленькое сообщество. Честно скажу: лучше бы кто-то другой задал этот вопрос… А ещё… Ильм, что бы вы сделали, если бы подростки вашего храма внезапно стали уязвимыми, как выразился достопочтенный Трисмегист, для магов-людоедов?

Ильм приподнял брови, явно считая данный вопрос глупым. Но ответить не успел.

- Хотя что это я спрашиваю? – недобро взглянула на него хозяйка Тёплой Норы. – Помнится, когда вампиры создавали свою армию, вы были готовы рисковать даже своей свободой, спасая детишек, которые сбежали от них.

- Но там были дети моего храма! – взорвался Белостенный.

Селена открыла было рот ответить, что его нынешняя семейная во время войны не делала различий между своей дочерью, эльфом, и детьми оборотней. Но промолчала. Эгоизм эльфов слишком хорошо знаком. Ильм просто не поймёт этого сравнения. Как не поймёт известной в её мире фразы: «Мы в ответе за тех, кого приручили». Но всё же не удержалась от напоминания:

- Да, там были ваши дети. Но спасали-то их мои! Которые их даже в лицо не знали!

Белостенный отвернулся. Удовлетворённая маленькой местью: хоть чуть-чуть, но пристыдила! – Селена снова оглядела присутствующих.

- Рамон, каков состав тамошних подростков?

- Обычные люди – большинство. Есть среди них два мальчика-вампира. Девочка с признаками дальнего родства с эльфами.

- Стихийные боги… - прошептал Бернар. Он был так потрясён услышанным, что машинально оглянулся на Ильма, а тот раздражённо отвернулся от старика-целителя.

- Времени мало, поэтому коротко: когда некромаги хотят уйти в свой храм и оставить детей на произвол судьбы? – жёстко спросила Селена.

- Думаю – дня три-четыре в запасе есть. Некромаги всегда были щепетильны со временем – их работа заканчивается в выходные, - пожал плечами Рамон. – Во всяком случае, когда сегодня я у них был – младшие преподаватели всё ещё оставались там.

Обернувшись к Джарри, Селена чуть не разревелась от счастья: семейный мгновенно понял её, потому что неуверенно сказал:

- Дом, соседний с домом Колра?

Чёрный дракон тоже сразу понял, о чём идёт речь. Он кивнул.

- Да, дом подходящий, чтобы вмес-стить в него, на второй этаж, примерно двадцать кроватей. Он двух-хэтажный и дос-статочно прос-сторен.

- Девочку-эльфа в Тёплую Нору! – категорично сказал Бернар.

- Вы ненормальные! – вынес вердикт Белостенный, на что чёрный дракон медленно ухмыльнулся своей фирменной ухмылочкой, а старик-эльф грозно сопнул на храмовника.

- Положа руку на сердце, Ильм, ответьте: а некромаги нормальные?! – вскинулась Селена. – Вы – нормальный?! Бросать детей на произвол судьбы! Я бы, может, даже поняла вас, храмовников, если бы не одна особенность: у вас есть возможность помочь им! Не далее как три дня назад, я видела, что вы отобрали у нашей кошки Тиграши пойманную ею птицу. Жива ли птица?

- Жива, - буркнул Белостенный.

- Продолжать не буду – вы и так меня поняли, - отрезала Селена и оглянулась на Рамона. – Мы приедем за детьми на нескольких машинах. Вы предоставите нам свои, если вдруг наших не хватит?

- Конечно. Я узнаю, кто будет дежурить в эти дни, и договорюсь с Чистильщиками, кто из них будет вести машины, а кто – сопровождать детей. Когда вы объявите день переезда?

Селена снова вопросительно взглянула на Джарри.

- Завтра мне надо будет съездить в город, - сказал семейный. – Так что сегодня мы оценим состояние того дома, оборудуем его всем необходимым – и завтра я скажу вам, когда мы можем поехать в ту школу-интернат. У нас есть четыре дня до выходных.

- Мы с вами, - насторожённо (вдруг откажут!) сказал Мирт, который из-за состояния Коннора верховодил братством. Быстро скосился на Коннора-младшего, забившегося в угол, и снова взглянул на Селену, словно намекая: мы – без Коннора.

- Куда без вас, - легко улыбнулся Джарри.

Коннор, втихаря что-то черкавший в небольшой записной книжке, поднял глаза на присутствовавших, будто выясняя, почему все замолчали, и снова уткнулся в записи. Книжку, очень миниатюрную, ему сделали по настоянию Селены: каждый листочек – на десяток коротких строк. Зачем? Всё просто: «уходил» Коннор-старший – «появившийся» младший читал оставленную ему информацию и узнавал, что произошло за время его, младшего, «отсутствия». То же – ответно. Как только информация становилась незлободневной, устаревшей, листки вырывались, а потом книжка и вовсе выбрасывалась с заменой на новую. Книжки для Коннора делал Мика. Едва мальчишка-вампир услышал об идее, он мгновенно её воплотил с помощью металлической пружинки, о которой рассказала Селена, вспомнив конструкцию блокнотов в своём мире. Коннор-младший сначала фыркнул, потом привык. А старший только вздохнул и поблагодарил Мику.

Селена заметила, что после ответа Джарри взрослые тоже взглянули на Коннора. Кто-то с сожалением, кто-то с ехидством. Да, были и такие, кому нравилось вынужденное затворничество «потерявшегося» мальчишки-некроманта.

Не обратив внимания на пристальный взгляд собравшихся, Коннор-младший посмотрел на Селену и вежливо сказал:

- Я могу идти?

Странно, но Селене в этом вопросе почудилось продолжение: «Я ведь ничего не значу сейчас. Зачем мне надо было вообще приходить сюда…» Упрямо склонённая голова – сумрачные серые глаза скрылись под отросшими прядями тёмных волос: Коннор-младший не любил стричься – Джарри подозревал опять-таки, что он просто не любит быть зависимым от чужих рук. Даже в таком простом деле, как стрижка… Вспомнив Ладу, недавнюю закадычную подружку Коннора, которая боялась даже подойти к Коннору-младшему, а потому остерегалась подходить и к старшему, пока не позовёт, Селена только вздохнула.

- Иди, - кивнул Мирт.

С привычно напряжённым лицом, словно боясь, что его обсмеют за что-нибудь, Коннор встал и бочком, стараясь выглядеть незаметным, пошёл к двери. Только бросил взгляд на опоздавшего Трисмегиста, и старый эльф-бродяга кивнул ему.

После того как дверь закрылась, Селена чуть раздражённо обобщила:

- Итак, сначала в нашем доме завтрак, затем мы провожаем школьников в пригород и идём осматривать дом для воспитанников некромагов. Затем Джарри едет в город – за всем тем, что необходимо будет прикупить для этого дома, а Рамон узнаёт среди своих, кто сможет поехать с нами в школу-интернат в назначенное время. Я всё перечислила? Ничего не забыла?

- Всё, - подтвердил Бернар, с лица которого не уходила тревога с того момента, как он узнал про девочку – возможного эльфа.

- Тогда расходимся, - велела она, кивая на дверь.

Никто прекословить не стал. Вставали, уходили – всё молча, видимо продолжая обдумывать будущие события. Ильм, например, перед выходом глянул на неё исподлобья. Селена попыталась догадаться, в чём дело. И хмыкнула от предполагаемой догадки: ему не нравилось, что в закрытой деревне появится целая группа подростков, месяцы назад бывших бездомными. Порядка в деревне не будет – с точки зрения храмовника. Ну и фиг с тобой – решила она. А ждущему её у двери Джарри вполголоса пожаловалась:

- Я в последнее время стала страшно грубой – чувствую это, знаю это, но ничего не могу с собой поделать!

- Ничего страшного, - утешил её семейный. – Всё по делу.

- В том-то и дело, что по делу, - проворчала она, удерживая дверь закрытой и приникая к его сильному плечу. – Я как бандитская атаманша! Постоянно всеми командую и рявкаю на всех. Сама уже устала от такой себя. И всё из-за… Коннора.

- Перетерпи, - в который раз попросил Джарри. – Однажды всё закончится, и он станет тем, кто помнит обе части своей жизни. И тогда всем станет легче.

- А пока он успешно заставил многих держаться от него на расстоянии, - вновь вздохнула Селена.

Джарри обнял её и усмехнулся.

- Зато малышня бегает к нему – к любому. Он хоть и не играет с ними, но разговаривает… Если бы он ещё со Стеном… - теперь уже вздохнул семейный.

- С тех пор, как он узнал, что Стен – брат, обходит его стороной только так… - сумрачно начала Селена и насупилась: эту тему они не впервые обсуждают. – Ладно, проехали. Пошли. Нас ждёт Колр – осмотреть тот дом. Удивляюсь, почему он не возражает, ведь он тоже любит тишину и покой.

- Ну, во-первых, он и сам воспитывает двоих приёмышей, - напомнил Джарри, открывая дверь. – Во-вторых, он прекрасно понимает, как будет влиять соседство с драконом на малолетних некромагов, привыкших к бездомной вольнице…

- Не такие уж они малолетние, - пробормотала Селена, но больше размышлять вслух не стала. Некогда. Пора завтракать. Начнут без неё, но не хотелось бы, чтобы дети видели, что она слишком расстроенная, а потому игнорирует столовую...

… Завтрак проходил более или менее привычно. Коннор-старший «не появился», поэтому младший подсел к столу бывших малолетних бандитов, где давно привыкли к его столь странному и непостоянному перемещению.

В негромком говоре Селена, невольно следившая не столько за всеми едоками, сколько за ним, заметила, что Ирма сидит за столом необычно притихшая и, кажется, даже задумчивая, что ей, вообще-то, совсем не свойственно. Даже Коннор-младший обратил внимание, потому что склонился к ней (волчишка сидела рядом) и, наверное, спросил, что случилось. Та отрицательно покачала головой, а потом коротко проговорила что-то, на что Коннор-младший кивнул и снова уставился в тарелку.

Взглянув на стол братства, где четверо оставшихся обычно вполголоса переговаривались между собой, Селена вздохнула: если младшие, Колин и Мика, придвинув стулья для тихого диалога, вовсю обсуждали что-то – возможно, предстоящее переселение некромагов-подростков из пригорода в деревню, то старшие, Хельми и Мирт, молча и забыв о завтраке, смотрели на стол Ирмы.

Ирма уже давно выросла, чтобы начать посещать пригородную школу, да и сама рвалась туда, где, по рассказам своих же школьников из Тёплой Норы, было очень интересно и многолюдно (это сколько ж друзей можно завести!!). Но Асдис и Викар не пускали её – как выяснилось, у волчишки серьёзные проблемы с чтением. Если Ирма читала вслух – всё проходило нормально, она могла и пересказать текст, и ответить на вопросы по нему, что требовалось от неё в школе. Но стоило ей прочитать текст про себя, как она внезапно впадала в ступор – не понимая ни слова! Хуже того. Выяснилась такая проблема с пространственным мышлением, что она видит, например, слово «вверх», но воспринимает его как «вниз»! А если учесть, что математику в пригородной школе дети учат даже в начальных классах, читая задачи про себя, то Ирма вставала перед фактом, что будет до конца вынуждена обучаться на домашней основе. Под присмотром тех же Викара и Асдис.

Берилл тоже не прошёл вступительного школьного экзамена. Оказалось, что он тушевался в незнакомом месте до такой степени, что мог сползти под парту и, перебираясь из-под одной парты до другой – сбежать из кабинета, а потом и из школы. Вердикт ему вынесли: «Не социализирован!» По советам учителей, Александрит и так и этак уговаривал младшего брата хотя бы просто сидеть на уроках, привыкая к новым лицам и новым помещениям. Увы. Дальше пяти минут на уроке у Берилла начиналась самая настоящая паника. Если же его пытались остановить, он дрался. Учитывая, что мальчишка-вампир ходил в младшую группу чёрного дракона, схватываться с ним в спарринге после первой же стычки никто из класса не хотел. Селена решила оставить его на домашнем обучении, хотя предложила Александриту проверять брата каждый учебный год, приводя Берилла в класс и оставляя его там на пару минут. Может, повзрослев, мальчишка-вампир сумеет преодолеть странный страх и усидит урочный час на месте?

Однажды ей в голову пришла бредовая идея: а что будет с поведением Берилла, посади его в один класс с Ирмой? Увы… Общих классов для оборотней и вампиров в пригородной школе нет. И не будет.

Вади, кажется, тоже придётся оставить в деревенской школе до конца обучения: у него осталась привычка: чуть что – сразу убегать и прятаться. А если перенервничает, так и разговаривать не может, несмотря на все усилия Бернара и Трисмегиста, несмотря на старинное наречие оборотней. Впрочем, нет. Наречие-то помогает, но кто поможет Вади услышать вдали от деревни? Разве что договориться с учителями, чтобы они вовремя произносили странные тягучие слова, случись что с Вади.

А вот двойняшки Тармо и Вилл готовы пойти в школу на следующий учебный год – и Ирма завидует им до слёз… Впрочем, скучно Ирме и Бериллу всё равно не будет: на домашнем обучении остаются не только они…

Додумав до этого мгновения, Селена замерла: а подростки-некромаги? Их-то взрослые некромаги обучали школьным наукам?.. Если только начали… Бездомными же до недавних пор были. Сколько ж проблем с их появлением в деревне начнётся… Хотя что могут бывшие бездомные детишки против обученных и сплочённых пятидесяти воспитанников Тёплой Норы? Не считая детей деревенских магов. Не считая совершенно необыкновенных взрослых. В любом случае, Селена именно на поддержку своих ребят и взрослых очень надеялась.

Если бы ещё Коннор обрёл себя как цельную личность!..

Внезапно она уловила движение за столом Ирмы и бандитов. Волчишка дёрнула Коннора-младшего за рукав, после чего ткнула пальцем в Вади. А тот, сутулясь, будто прячась от враждебных глаз, торопливо что-то зашептал единственному почти взрослому подростку за их столом, поблёскивая зеленью глаз. И при том ещё кивал, будто убеждая Коннора-младшего в своих словах. Но, когда мальчишка-оборотень закончил рассказ, Коннор равнодушно пожал плечами: «Мне-то что?» Тогда Ирма с каким-то превосходством сказала что-то ему и первой вышла из-за стола.

За опустевшим от малолетних бандитов столом совершенно спокойный (слова Ирмы явно не смутили его) Коннор-младший вынул блокнотик и быстро что-то записал в него. Затем сунул его обратно и принялся неспешно допивать свою порцию компота… То есть, что бы ему интересного ни сказали, он сам этим не заинтересовался? Но думает, что должен знать Коннор-старший?

Селена бы всё отдала, чтобы узнать, что же такого важного сообщили Вади и Ирма Коннору-младшему, что он счёл необходимым новость записать. Впрочем, эта запись, вполне возможно, могла содержать всего лишь расписание сегодняшнего дня, когда Коннор мог пойти на пейнтбольное поле, чтобы покататься на скейтах вместе с Ирмой и её бандой. Хоть это ему сейчас доступно из всех спортивных развлечений. Коннор-то старший, часто, придя в себя, тут же бежал на учебное поле чёрного дракона, моментально чувствуя, что его спортивная форма ощутимо ослабела. Хотя бы потренироваться!.. Подраться-то ему теперь не удавалось: ребята побаивались схватываться с ним в полную силу: а вдруг в самый неподходящий момент «проснётся» Коннор-младший? Этот – увы, драться не умел. Абсолютно.

Последние дети выбежали с завтрака и помчались по своим комнатам – собираться в школу. Селена напомнила дежурным, чтобы они помогли Лайле, девочке-троллю, не только собрать посуду, но и сбегали бы в подвал за овощами. Лайла тоже бегает в деревенскую школу. Но не из-за проблем с поведением. Круглощёкая и смешливая девочка и в самом деле оказалась, как и её старший по кухне, Кам, неспособной к обучению выше третьего класса – по здешним нормам. Даже Асдис, загоревшаяся идеей Селены пробить необучаемость подростков-троллей, опустила руки. Зато рисовала Лайла и пела с огромным удовольствием. Голосок, конечно, был совсем тонюсенький, чисто подростковый – сплошной фальцет к тому же. Но Селена надеялась-таки найти ещё какой-нибудь талант у девочки, чтобы та не чувствовала себя изгоем в обществе.

… Наконец, Селена вышла из кухни, прошла столовую и очутилась в гостиной. Как будто специально в нужный момент.

Из тамбура появилась Аманда, оставлявшая в Тёплой Норе на время рабочего дня приёмную дочку – драконишку Люцию.

Коннор стоял в двух шагах от двери в столовую.

Не успела Аманда переступить порог из тамбура, как Люция вскинулась и со всех ног бросилась к Коннору. Он в этот момент, кажется, решил наконец, куда ему надо пойти, и сделал буквально три шага – поневоле навстречу девочке-дракону. И увидел. И понял, что Люция сейчас либо врежется в него, либо он поднимет её, как поднимал порой девочку-дракончика в воздух её старший брат Эрно. Впрочем, ему, Коннору, думать не пришлось. Люция мчалась именно для того, чтобы подпрыгнуть. И прыгнула – руки вверх. Так что Коннору пришлось только подхватить девочку под мышки – и по инерции её разгона взметнуть к потолку! Ахнуть никто не успел: Люция одновременно со взлётом распахнула свои крылья, но не для того, чтобы как это бывало, укрыть ими Коннора или то существо, к которому прыгнула на руки. Нет, она резко выбросила их будто из странного, высокого чувства – радости? Счастья?.. Они коснулись потолка кончиками – без смертоносных боевых когтей, мягко, словно девочка-дракон давно мечтала прикоснуться к потолку.

Коннор-младший с трудом держал на вытянутых руках дракончика (тяжёленькая всё-таки!), но держал, с изумлением вглядываясь в лицо Люции, которая смотрела на него вынужденно сверху и смеясь.

Когда его руки дрогнули (застывшие поначалу, невольные зрители инстинктивно подались к нему – помочь, если что), Люция чуть ли не с треском сложила крылья и затем полностью убрала их, чтобы мгновением позже повелительно пискнуть. Судя по всему, Коннор понял этот писк без слов и осторожно поставил её на пол подрагивающими от усилия руками. Остолбеневшая от происходящего Селена ещё подумала: не будь у него накаченных рук Коннора-старшего, он бы точно уронил девочку-дракончика.

Поставленная на ноги, Люция, как ни в чём не бывало, побежала в детский уголок гостиной, где обычно дожидалась, когда малышню выведут погулять.

А немногочисленные зрители, озадаченные (что это было? Предсказание? Или просто выражение дружелюбия?), посмотрели сначала ей вслед, а потом – на Коннора-младшего. На Коннора, впрочем, надо было смотреть раньше: пока все глазели вслед Люции, он, явно обескураженный (Люция к нему, младшему, никогда не подходила раньше), сбежал на второй этаж. Внимания к своей персоне он не любил. Это не старший, который бы остался в гостиной и посмеялся бы над тем, что, мол, ещё выдумала Люция.

А что выдумала Люция?

Сбитая с толку Селена внезапно горячо пожелала, чтобы Люция таким образом предсказала «возвращение» настоящего Коннора!

Она оглядела немногочисленных ребят и взрослых, бывших при этом эпизоде в гостиной, и увидела на их лицах ту же надежду. И… затолкала подальше промелькнувшее опасение, что «вернувшийся» Коннор-старший может сегодня пренебречь привычными для него ограничениями и попытаться-таки взлететь на дельтаплане!.. Мало ли что предсказала Люция!..

Досадливо мотнула головой. Хватит! Что бы ни произошло, оно произойдёт! А ей пока есть чем и без этого заняться.

И Селена решительно выпроводила на улицу всех подряд, передавая младших в руки подошедшей Асдис, а сама, завидев ждущего её Джарри, поспешила к пустому дому, который вот-вот займут восемнадцать подростков-некромагов. Оглянулась и невольно улыбнулась: даже отсюда, с деревенской улицы, видно было, как уезжают последние машины со школьниками к речке, а далее – по привычному маршруту к пригороду.