Глава 17
С момента, как ребята братства привезли тощего, костлявого оборотня, до момента, когда бледный после несостоявшегося убийства Ивар вышел из столовой, Селена пережила столько, что сейчас все её мысли свелись к одному: счастье, что ребята дома, даже если прогуливают школу! Счастье, что сегодня в Тёплой Норе рядом не только ясельники, но и старшие, подростки – главные её помощники!
На Ивара, словно ничего из ряда вон выходящего не произошло, она даже сумела шикнуть, подгоняя его на второй этаж. Со слов Коннора она знала, что мальчик-некромаг теперь некоторое время может не думать о том, что свой сон надо контролировать. И пошла следом за ним только затем, чтобы удостовериться: он действительно ляжет спать, как и его соседи по комнате... Какое там – ложиться! Он просто рухнул на постель! И замер с закрытыми глазами. Риган, не заметивший Селены на пороге комнаты, так удивился, что спрыгнул со своей кровати и поковылял к мальчику-некромагу. Оборотни-двойняшки и Берилл, слегка обалдевшие, остались на местах, глазея на спящего Ивара. Ещё бы! О его нездоровом бодрствовании знали все!..
Присев перед мальчиком-некромагом на несколько секунд, мальчик-дракон обернулся и недоверчиво прошептал друзьям:
- С-спит!..
И увидел Селену. Шутливо изобразил панику, вытаращив на неё свои смешливые глазёнки, и бросился снова к себе. Берилл немедленно натянул на голову одеяло и только блестел из постельной «норы» глазищами, выжидая, что будет дальше. Вилл и Тармо бросились накидывать на себя одеяло, забыв, что сидели на одной кровати. Когда дошло, кинулись друг к дружке, чтобы одеяла хватило на обоих… В общем, все попрятались по одеяльным норкам.
Нервы на пределе. Поэтому Селена только беззвучно прыснула со смеху. Пришлось обойти комнату Ригана и каждому бывшему ясельнику поправить одеяло и кривобокие подушки.
Прежде чем подойти к Ивару, она оглянулась и прошептала:
- Риган, он точно спит?
- Точно! – высунулся из своей норки мальчик-дракон. – Он даже не закрылс-ся, а обычно вокруг него такая с-сильная защита!
Мгновения Селена смотрела на Ригана, не понимая, что именно важное он сказал. А потом принялась суматошно сдирать с запястья браслет, блокирующий Коннора: «Быстро в комнату Ригана!»
Наверное, Коннор шёл на мансарду, потому что на её зов он влетел в комнату немедленно. Взгляд на спящего мальчика-некромага – и, сообразив, в чём дело, Коннор быстро сел на пол у его кровати, спиной к ней, но так, чтобы свисающая рука Ивара касалась его плеча. И закрыл глаза.
Полностью вылезший из-под одеяла Риган, как и остальные бывшие ясельники, открыл рот на странную картину. Правда, мальчик-дракон «видел» лучше своих друзей. Селена заметила, как быстро двигаются его раскосые глазки, явно следя за сновидческими событиями в личном пространстве объединённых двоих. Так что вскоре мальчик-дракон кивнул самому себе, поняв, что происходит, и снова лёг.
На цыпочках, едва дыша, она покинула комнату Ригана. Дверь закрыла очень плотно, чтобы из коридора никто резким звуком не помешал Коннору узнавать как собственное прошлое – пусть и в отдельных событиях, так и жизнь Ивара.
В коридоре её ждали мальчишки братства. Она кивнула им на лестницу и в их сопровождении спустилась в гостевой кабинет. При виде оборотня Малачи, крепко спящего в мягком кресле, только усмехнулась, всё ещё переживая недавние, слишком острые события. Ребята же похлопали на него изумлёнными глазами, а потом тихонько расселись по привычным местам…
Колр задумчиво глянул на них разок и снова уставился на трёх эльфов.
Те вполголоса, но активно обсуждали способы исцеления старой травмы Малачи… Мальчишек словно и не заметили.
Зато при виде Селены, прошедшей вперёд и севшей на краешек кресла, словно собиралась немедленно кинуться с места, случись что, замолчали. Она деловито, интуитивно понимая происходящее на втором этаже, объяснила:
- Ивар пытался убить Малачи, выпустив на него чёрные корни. Как выяснилось, после этого действия у мальчика есть несколько минут, когда он остаётся без защиты друидов. Коннор наверху. Слушает и подсматривает сны Ивара.
Колр вздрогнул, но снова осел на кресле – и она догадалась, что ему, внутренне азартному и время от времени любопытному, тоже хотелось посмотреть на мальчика-некромага в беззащитном состоянии. Вот только её слова о нескольких минутах… Мальчишки переглянулись и посветлели лицами. Кажется, внезапным вызовом Коннора к Ивару она слегка напугала их. Сейчас – успокоились. Поначалу. Пока не заговорил Трисмегист. Уставившись в пространство перед собой, словно считывая с невидимой книги, он забормотал:
- Так это корни создают вокруг него защиту?..
- В книгах эльфийских первомагов!.. – ахнул Понцерус. – Некоторые травники-целители успешно применяли такую защиту! Тёмные друиды и это перевернули во зло?! Корни теперь не защита, а оружие?! Или одновременно…
- Но защита Ивара имеет его личный ключ: в ней – его имя в устах Коннора, - уже задумчивей покачал головой Трисмегист. – То есть теперь мы можем предполагать примерную методику внедрения корней и их основные функции. Вопрос в том, как снять её, если в ней задействован личный элемент. Не усложнит ли он ритуал снятия…
Видимо, потревоженный негромкими разговорами, Малачи заворочался в кресле, вздыхая и постанывая во сне. Колр с досадой махнул на него рукой, точно оборотень сказал что-то не то, и Малачи снова погрузился в глубокий сон. Селена заметила, как с завистью покосился на чёрного дракона Хельми. Юный дракон тоже мечтает об умении мановением руки повелевать слабейшими? Или ему понравилось, как быстро сообразил Колр, что делать в такой ситуации?
Открылась дверь. Коннор пропустил отца вперёд, затем пошёл следом. Наверное, встретились в тамбуре…
Джарри одним взглядом оценил, кто где и как сидит, и сразу пошёл к Селене. Та, сидевшая на краешке кресла, чуть сдвинулась набок. Нисколько не сомневаясь, семейный сел в то же кресло основательно, а потом прислонил к себе Селену. Посидев немного в его руках, как в уютном теплом гнёздышке, Селена прислушалась к себе: стало гораздо легче. Тот ледяной панцирь, что она ощущала, после того как увидела атаку чёрных корней, начал медленно подтаивать.
А тут ещё Коннор покрутил головой, выискивая, куда сесть… Мирт, глядя на него, вдруг улыбнулся, хотя мальчишка-некромант на него не смотрел, сворачивая к родителям. Он уселся на подлокотнике и тут же взял Селену за руку… Всё та же детская привычка – успокоиться, ощущая тепло Селениной ладони… Правда, сейчас это успокоение шло не сразу – судя по тому, как жёстко мальчишка-некромант держал её ладонь, причём не замечая этого. Обычно-то он предпочитал держать её расслабленно.
Селена, не отрываясь, смотрела ему в лицо. Рот брезгливо перекошен. Что Коннор увидел в снах Ивара?
- Коннор, не тяни, - попросила она. – Ты прекрасно знаешь, чего мы ждём.
- Ничего особенного, - хмуро ответил старший сын. – Ивар идёт по мёртвому лесу. Там дождь. Ему холодно.
- Один? – Трисмегист всем телом подался вперёд, как мальчишке-некромагу. – Он один идёт по мёртвому лесу?
- Нет. За его спиной идёт взрослый друид. – Коннор договорил, а потом резко поднял голову, чтобы заглянуть в глаза старого эльфа-бродяги. Брезгливость пропала с мальчишеского лица, которое вновь обострилось от напряжения. – Вы что-то нашли?
- Кажется, мы знаем, как освободить мальчика от заклятия чёрных корней, - сказал Понцерус. - Ты видел его сон, когда он без защиты. Дождь, мёртвый лес, позади идущий друид. Всё это вместе – части ритуального сна. Символика его такова: взрослый друид всегда будет за спиной мальчика. Пока живы чёрные корни. Осталось решить лишь одну проблему: будет ли его имя, которое ты должен произнести, помехой этому ритуалу – или оно ещё один ключ к уничтожению друидского заклятия.
- Мы с Понцерусом рассмотрим возможность ритуала со всех сторон, - добавил Трисмегист, вставая. – Было бы, конечно, замечательно досмотреть все сны Ивара до конца, ибо они могут содержать и другие символические части ритуала. Но и той крохи, что сообщила леди Селена только что, нам пока хватает для поисков нужной книги о лесных друидах.
И оба учёных эльфов чуть не бегом удалились в домик Трисмегиста.
Глядя на закрытую ими дверь, Коннор прикусил губу. Слишком сильно… Подтёр кровь рукавом. Потом, не оглядываясь, спросил:
- Значит, память возвращать необязательно?
- Всё зависит от твоего желания, - ответил Джарри.
В гостевом кабинете стало тихо.
Коннор сжал ладонь Селены так, что она еле терпела.
- Если бы только от желаний… Мне ведь так никто твёрдо и не ответил, что будет, когда память о прошлом вернётся. Если честно, было бы гораздо легче, если бы моя память была стёрта в лаборатории. Я так думал много лет. Да. Мне хочется вспомнить родителей и Ивара. Вспомнить ту часть, как мне кажется, счастливой жизни, какая была у меня до войны. Но… Что будет, если мне вернут память о том времени, но я забуду всё, что было, когда я переступил порог лаборатории и услышал за спиной выстрелы – вампиры хотели уничтожить Трисмегиста? Единственного, кто знал, что со мной...
В паузе, пока он сглатывал, кто-то шумно и прерывисто вздохнул, а потом шёпотом охнул, что получилось слишком громко. Мика… Мирт, сидевший рядом с ним, привычно положил на его голову ладонь – успокоить. Потому как мальчишка-вампир с трудом удерживался от плача…
- Получается, мне надо вспомнить троих – родителей и Ивара. Но потенциально забыть десятки других существ… - задумчиво продолжал Коннор, уставившись в пол. – И… кем я буду тогда? Тем самым, кто только-только попал в лабораторию Трисмегиста? Как-то странно – думать, что в моём теле окажусь я – десятилетний…
- Но теперь у тебя есть выбор, - тревожно напомнила Селена.
- А как сказать об этом выборе Ивару?
И все снова замолчали.
Посопев немного, поднялся Бернар. Эльф-целитель взглянул на Джарри и как-то смущённо попросил:
- Джарри, помогите мне перевести этого оборотня в учебку, на второй этаж.
Селена быстро встала, сообразив, что смущает Бернара: просить о помощи в гостевом кабинете можно только Джарри, а он уселся так, что его ещё и из семьи надо вытащить… Коннор неохотно убрал пальцы с её руки, и она украдкой размяла их.
Прежде чем Джарри шагнул к Малачи, Бернар поверх его головы вдруг сказал:
- Коннор, говорят, если память пробуждать постепенно, раз за разом давая ей какие-то факты из прошлого, она возвращается безо всяких потерь настоящего. Ты просто не прерывай поиски самого себя. Не будь так заинтересованы Иваром и его состоянием Трисмегист с его другом Понцерусом, они бы сказали тебе то же самое. У тебя есть два предмета из прошлого – переведи их пространство на себя, пусть линии этих предметов найдут в тебе свои же оборванные линии. Пусть эти предметы станут первыми маленькими ключиками к тому множеству замков на тебе, которые прячут от тебя события прошлого. И знай ещё одно: ты встретил ту девушку, которая тебя узнала. Может, сейчас ты ничего не чувствуешь, но в неизвестном будущем она тоже станет частью пробуждения. Твоей памяти. – И добавил, обращаясь к Джарри: - Спасибо. Мне одному трудно было бы справиться с пациентом.
Держа под руки сонного Малачи, Джарри и Бернар вышли из гостевого кабинета.
Ещё немного посидев на подлокотнике, Коннор оглянулся на опустевшее без Джарри место и сел рядом с Селеной. Посмотрел на друзей, на Колра.
- Поговорим о пейнтболе? – неуверенно предложил он.
- Нет. Закончим с-с твоей памятью, - отозвался чёрный дракон. – Законы благородс-ства требуют, чтобы ты рассказал Ивару о ритуале и о с-собственной памяти.
- Это его обидит, - прошептал мальчишка-некромант.
- Он будет обижен больш-ше, ес-сли с-с него с-снимут заклятие, и он узнает, что ты в нём, в с-снятии, не учас-ствовал. От него и так многое и час-сто с-скрывали, - добавил Колр. – Лучш-ше ему вс-сё узнать не пос-сле ритуала, а перед ним.
- Я буду рядом, когда ты с ним поговоришь, - пообещала Селена.
- Браслетов не надевай, - велел насморочным голосом Мика.
Чёрный дракон встал и, выходя, напомнил:
- После «тихого часа» жду вас на поле.
- Ты-то чего переживаешь? – хмуро спросил мальчишка-некромант Мику.
- Мы все переживаем, - вместо Мики ответил Колин. – Ты нас напугал. А вдруг ты нас не узнаешь, после того как память вернётся?
- Познакомимся заново… - прошептал Мирт, слабо улыбаясь.
- Маш-шинка и камень с-с с-собой? – спросил Хельми и встал. – С-скоро закончится «тих-хий час-с». Мне кажется, с-стоит с-сходить на второй этаж, проверить, с-спит ли Ивар. И на разговор приглас-сить его с-сюда.
- Я сбегаю, - предложил Колин и поспешно выскочил из гостевого кабинета.
Селена следила, как ребята осторожно общаются с Коннором, и втихаря радовалась, что у него такие друзья… Через минуту она встала и спокойно сказала:
- Мне пора по делам в Тёплой Норе. Мой старший сын и его друзья справятся сами с задумкой объяснить всё Ивару?
- Нет, - внезапно ответил Коннор. – Я хочу, чтобы ты была рядом, когда я объясняю ему, почему я не буду участвовать в ритуале освобождения от чёрных корней! – И уже не так энергично, а гораздо тише сказал: - Мама Селена, пожалуйста…
- А это не будет давлением на Ивара? – встревоженно спросил Мирт. – Нас так много, а он один!.. Может, наоборот, выйти нам?
- Нет, вы братья. Говорить буду только я, - твёрдо сказал Коннор и вскинулся, когда дверь кабинета снова открылась.
Чуть исподлобья поглядывая на всех, вошёл Ивар. Ещё больше насупился, увидев Коннора в одном кресле с Селеной. Она даже подосадовала на себя, что не сообразила отсесть от старшего сына. Вот уж точно – давление! Поэтому, запоздав, всё же встала и отошла к окну, словно бы проследить за теми, кто начинает просыпаться и бежать на улицу… Обернулась, услышав голос Коннора:
- Ивар, надо поговорить.
- Ну, говори, - чуть свысока ответил мальчик-некромаг.
Селена с изумлением отметила, что Ивар сел, как ни странно, в кресло, которое после ухода взрослых занимал Мика. Потому что плохо растущий Мика почти с него ростом, а Ивару так комфортней?
- Наши старшие нашли способ освободить тебя от чёрных корней.
Коннор проговорил и замолчал… Мальчик с некоторым недоумением смотрел на него, явно ожидая продолжения. И вдруг напрягся, приподняв плечи.
- Ты… не вернёшь себе память? Не ты освободишь меня?
- Есть опасение, что вернувшаяся память сделает меня беспамятным на военные годы. – Видимо, Коннор почувствовал, что от волнения выразился слишком вычурно, а потом неловко попытался сгладить: - Я могу забыть всё, что помнил после аварии.
- Не ты освободишь меня… - прошептал Ивар, уже отчётливо обозлённый.
Коннор резко выпрямился в кресле.
- Ты хочешь, чтобы я освободил тебя?
- Конечно, хочу!
- А если я тебя не узнаю?! – сорвался на крик мальчишка-некромант. – Ты вырос! Посмотрись в зеркало! Похож ли ты на того девятилетнего мальчика, каким был?! А если я верну себе память, но снова не узнаю тебя, выросшего?! И одновременно не узнаю никого из тех, кого знал после аварии! Что тогда?! Ты-то получишь свободу от чёрных корней! А что получу я?! Незнакомых мне людей, которые будут твердить мне, что знакомы?! Почти шесть лет, которые пропадут?!
- Но ведь память может просто вернуться! – отчаянно закричал и Ивар.
Коннор взглянул на него и отвёл взгляд.
- А ты… - тихо сказал он. – Ты можешь подождать, когда та память вернётся? Ведь это легче… Ты пройдёшь через ритуал уничтожения корней. Я постепенно верну себе память и буду знать, что со мной рядом мой брат.
Ивар быстро встал и вышел.
Селена метнулась следом.
- Ивар, подожди!
Она догнала его у лестницы и схватила за плечо, останавливая. Он не вырывался, потому что сразу повернулся к ней с надеждой:
- Он передумал? Он будет участвовать в ритуале?
То, что она придумала, чтобы утешить его, сразу показалось тусклым и глупым. Но Селена всё-таки попыталась:
- Ивар, а ведь Коннор уже начал участвовать в этом ритуале.
- Как?
- Это началось, когда ты узнал его!
Он опустил глаза и поморщился.
- Нет… Это другое…
И побежал наверх, в комнату Ригана. А Селена стояла, едва дыша, потому что перед глазами – его лицо. Лицо человека, который решился на что-то трудное и который готов это трудное выполнить во что бы то ни стало. Что же он задумал?
Мысленно остановившись на странной загадке, она некоторое время никак не могла определиться, что делать дальше. Идти – говорить братству, что Ивар что-то задумал? А если он ничего не задумывал? «Господи… С Вереском легче было!» - в сердцах пришла она к выводу.
В гостевой кабинет не вернулась. Дети просыпались, и надо было быть рядом с ними, требовавшими внимания уже одним своим присутствием. Они скатывались по лестнице – кто в детский уголок, кто – во двор. И оказалось, что она не зря осталась на первом этаже. Спустя минуты Ивар тоже спустился в гостиную.
Не один. За него цеплялась Айна, которая озабоченно что-то рассказывала ему, то и дело поднимая к нему лицо с удивлёнными глазами. Самая спокойная и незаметная девочка, как обнаружилось чуть позже, не сама держала его за руку. Ивар держал её – и крепко. Они вместе зашли в детский уголок и сели вместе на один из детских диванчиков. Ивар внимательно слушал девочку, время от времени задавая вопросы. Один раз (Селена наблюдала исподтишка, делая вид, что занята самыми младшими двойняшками-оборотнями) Айна хотела спрыгнуть с диванчика и затрясла рукой, за которую держал её Ивар, явно желая, чтобы мальчик-некромаг отпустил её. Но он склонился к ней и что-то взволнованно сказал, и Айна покачала головой, явно на что-то соглашаясь. Потом они так и сидели, пока всех не позвали на пейнтбольное поле.
И во дворе Селена старалась не выпускать из вида Ивара с Айной. Очень удивилась, что Ивар помог девочке не только надеть жилет участника пейнтбольных игр, но и сам принялся его застёгивать. Вокруг неё самой тоже толпилось немало ребятишек. Она рассеянно отловила взглядом Стена. Тот сосредоточенно изучал пейнтбольный маркер, который ему дала подержать Анитра… Его же увидел Риган. И вот тут у Селены снова проснулся нервный смех: оглянувшись с беспокойством на Ивара, мальчик-дракон быстро сказал что-то Стену и потянул его в сторону Селены. Изумлённая Анитра взяла свой маркер, который ей ткнул в руки Стен, прежде чем уйти.
На выходе со двора Айна нечаянно оказалась рядом с Селеной, которая вела Стена и Ригана к зрительским скамьям. И хозяйка Тёплой Норы не выдержала.
- Айна, о чём вы так здорово болтали с Иваром? – ласково спросила она, присматриваясь к мальчику-некромагу, который шёл неподалёку, разговаривая с Бериллом и Ирмой.
- Он спрашивал, как я появилась в Тёплой Норе. А я ему рассказала ещё и про Фаркаса, - доверчиво ответила Айна.
- Он так и не захотел играть?
- Ивар сказал, что у него вот здесь болит, - объяснила девочка, показывая на область сердца – так сначала показалось испугавшейся Селене.
Но, приглядевшись, она сообразила, что Айна показывает на лёгкие. Что ж… Малышка, может, и не поняла, что имел в виду Ивар. Но Селена прочувствовала ту боль, которую Ивар наверняка испытывал после отражённой Коннором атаки чёрных корней. Уголки-то губ в трещинах, а что внутри?.. Её передёрнуло. Хорошо, что Айна убежала и не видела, как хозяйка Тёплой Норы отреагировала на её объяснение… Но почему именно Айна? Селена догадывалась, в чём дело. Коннор узнал имя девочки, пока она спала. И потому Ивар ощущает нечто близкое к Айне... Сказать ли мальчику-некромагу, что Коннор уже знает его настоящее имя? Или пока не стоит? Ведь за историей с именем надо будет рассказать, как Коннор узнал про него.
А как откликнется мальчик на сообщение о том, что братство следило за ним, как Коннор ездил с отцом в Архивы, неизвестно…
«Мама Селена…»
Она оглянулась на крыльцо. Коннор стоял там вместе с братьями. Посмотрел мельком и снова отвернулся – да не просто так, а потому, что Ринд, кажется, попросила посмотреть, что с её маркером. Во всяком случае, Коннор взял протянутое ему пейнтбольное оружие и начал его рассматривать. Так что Селена спокойно подошла к ребятам и кивнула Ринд.
- Заедает, - объяснила девочка-оборотень, кивая на маркер.
- Где Минна?
Ринд улыбнулась, словно кошка, откушавшая сметаны, и радостно сказала:
- Приходила Каиса и взяла корзину с её младшенькими. Минна сегодня тренируется в нашей команде, а Вик – в команде Анитры. О, спасибо, Коннор!
Девочка-оборотень схватила отданный ей маркер и помчалась к своей команде.
- Я не знаю, как будут проходить игры, - вполголоса сказал Коннор, когда Селена встала рядом, но чуть боком, оглядывая энергично шевелившийся двор. – Но на всякий случай хочу предупредить: после тренировок мы уезжаем в пригород.
Спрашивать, кто «мы», Селена не стала. И так ясно. А вот другое…
- Как объяснить Ивару? – деловито спросила она. И уточнила: - Если спросит?
Он переглянулся с Хельми и Миртом, криво ухмыльнулся.
- У нас есть замечательная отмазка – дом Агаты. Мы едем проверить его, как обычно, на сохранность.
- Как долго вы будете?
- Думаю – вернёмся быстро.
- Ничего не хочешь рассказать мне? Я ведь тоже беспокоюсь, - вздохнула она.
- Мы едем за вещами Малачи, - ответил Мирт. – Дело в том, что среди его вещей находится сумка Ивара. А мы собираемся всё-таки постепенно снимать памятный блок Коннора. И очень надеемся, что там есть какие-нибудь вещи, которые когда-то принадлежали именно Коннору.
- Откуда вы знаете о сумке?
- Малачи напрямую не говорил, но пару раз были моменты, когда он как-то странно откликался на наши вопросы.
Коннор помедлил немного, глядя в толпу. Селена прошла по его взгляду: всё ещё стоявший с Бериллом Ивар что-то говорил ему, только как-то странно – будто стараясь скрытно посмотреть на Коннора, но боясь, что его движение могут заметить.
- Спасибо, что сказал, - кивнула Селена и направилась к мальчишкам. – Ну что, Ивар, думаешь поучаствовать в этой игре? – Она сама почувствовала, как глупо выглядит её вопрос к мальчику-некромагу, но больше ничего не могла придумать, а подойти почему-то очень хотелось.
- Нет, не буду, - покачал головой Ивар и вдруг повернулся к ней полностью. – А можно, я сяду не там, где вчера взрослые сидели, а на скамейку, куда выбывающие садятся? Там ведь и запасные игроки сидеть будут – мне Берилл сказал.
Пожав плечами, она разрешила. А потом сидела напротив и всё понять не могла, почему он так сосредоточенно смотрит на пейнтбольное поле…
Поняла во время второго этапа тренировок, когда группа младших «сражалась» против старших подростков. В первые же минуты привычно выбыли младшие игроки и тут же подсели к Ивару, который вроде как обрадовался им и начал горячо о чём-то говорить. Недолго – уже зная, что младшие предпочитают не разговаривать, а орать свои вопилки-кричалки.
И – началось. За визгом, ритмичными воплями Селена не сразу разглядела, что творится на скамьях выбывших, а заодно и на поле. Увлёкшись ситуацией на поле, она лишь изредка кидала взгляд на Ивара, видела, что он хлопает в ладоши, добавляя вдохновляющего шума в крики одобрения, и успокаивалась, пока…
Ирма мчалась по полю, привычно страхуемая своими защитниками Бериллом и Вади. Отличный снайпер, она успевала выводить из игры более взрослого противника так, что тот не успевал понимать, что происходит, хоть и остерегался вездесущей троицы. Коннор кинулся за высокий валун, спасаясь от «красочного» выстрела из маркера волчишки. Мирт приготовился выбить Ирму с поля…
Испуганно закричали только со зрительских скамей, потому что со скамьи выбывших следили только за Ирмой и «болели» только за неё.
Коннор вдруг резко растерял свою ловкость и изворотливость: то ли оступился, то ли ещё что – но его внезапно и сильно буквально ударило об острый край валуна. Всем телом. И головой. Даже волчишка поразилась, остановившись. Правда, её защитники немедленно сбросили своего снайпера в ров, закрытый маскировочной сеткой, да и сами туда попрыгали.
Колр, следивший за игрой, поднял руку, останавливая матч.
Ничего не понимающая Селена увидела, как старший сын закрыл ладонями голову. Издалека она не могла разглядеть, но ей показалось… Показалось, что между пальцами Коннора течёт кровь! Неосознанно она повернулась взглянуть на Ивара. Он сидел среди весело орущей малышни и улыбался.
- Это нечес-стно, - возмущённо сказали рядом.
Она обернулась к Ригану, который сидел со Стеном.
- Что… Что нечестно?
- Ивар пос-слал ветер! На тренировках поле от зрителей не защищено! – всё так же возмущённо чуть не кричал мальчик-дракон. – Вс-се наш-ши знают, что нельзя ис-спользовать магию! А он ис-спользовал! Это он сбил Коннора с-с ног!
- Что сделал?! – не поверил Бернар, сидевший на всех играх со своей сумкой. И тут же поднялся, чтобы немедленно пойти на помощь Коннору.
Ошеломлённая Селена не могла оставить Стена с Риганом, а потому вновь взглянула на мальчика-некромага. Тот надменно наблюдал, как Колр, подошедший к Коннору, заставил его поднять голову, чтобы осмотреть ушиб.
Потом Ивар, судя по всему, почуял посторонний взгляд на себе. И поискал, кто смотрит. Наткнулся на Селену – чисто машинально (она это видела!) улыбнулся ей, а потом неожиданно низко опустил голову. По выражению её лица понял, что она знает?..
Из этого положения снова исподлобья взглянул на Коннора. Тот шёл к зрительским трибунам – навстречу Бернару, приложив к лицу кусок чистой тряпки, видимо выданной ему Ладой – кем ещё. И поймал взгляд Ивара. В следующий момент Ивар выпрямился, напрямую уставившись на мальчишку-некроманта: тот кивнул ему как ни в чём не бывало. Видимо, мальчик-некромаг решил поначалу, что Коннор не заметил, кто устроил ему предательскую «подножку». Но мальчишка-некромант ухмыльнулся ему и показал сначала большой палец, которым затем резко ткнул вниз. И отвернулся. Понимай, мол, как хочешь… И вскоре Селена «любовалась» ошарашенными глазами Ивара, одновременно с тревогой думая: что же будет дальше, если мальчик-некромаг, по сути, объявил Коннору войну?