Глава 18
Пристальный взгляд Ивара Коннор ощутил на себе, когда начался второй этап тренировок. Сначала он думал, что мальчик-некромаг приглядывается к его игре. Потом… Потом стало не до посторонних взглядов. Первую площадку пейнтбольного поля прошли быстро, несмотря на то что в бой вступила весьма изобретательная троица Ирмы.
Уворачиваясь от выстрела волчишки, а заодно перетягивая внимание малолетних бандитов на себя, Коннор прыгнул к ближайшему валуну из тех, что принёс на поле чёрный дракон. Валун стоял словно в довольно большой чаше: для устойчивости его вкопали в небольшую яму и слегка обсыпали песком. Чтобы быстрей забежать за валун, можно было слегка проехаться – влететь за него, скользя по слегка примёрзшему песчаному скату, благо подошвы ботинок позволяли.
Коннор и поехал, собираясь в последние секунды оттолкнуться от громадного камня и в следующий миг шагнуть за него, уже понимая, что Ирма его не достанет.
Мощный порыв ледяного ветра, словно пропущенный тренировочный снаряд, ударил его по спине!.. Мальчишку-некроманта так жёстко впечатало в каменную стену, что он не успел поднять руку для защиты.
Впечатало так, что в первую очередь потемнело в глазах от боли: врезался скулой и виском. Быстро отвернувшись от валуна, он почувствовал, что не только содрал кожу – в неё, в кровоточащую, впились мелкие камешки и песчинки… Услышал крик Колра, останавливающего игру, – и новая ледяная волна по спине: успел ли надеть браслеты?! Выдохнул. Успел. Ребята и Селена не прочувствуют его боли…
Первым приблизился чёрный дракон, страшно недовольный, что пришлось остановить игру. Грубовато велел показать рану и скомандовал найти Бернара. Второй примчалась Лада – со страхом в глазах.
- Не трогай руками! У меня чистый платок! Приложи к лицу и иди к Бернару – он уже идёт к тебе от зрителей! Идти можешь? Помочь?
Легко сообразить, что она видела, откуда прилетела подлянка (как злилась на мелкую пакость Селена). Коннор благодарно кивнул Ладе: «Ничего, я сам» и побрёл к зрительским трибунам. Он бы продолжил игру сразу, хотя левая сторона лица пылала так, словно он щекой приложился не к камню, а к раскалённому металлу. Но, во-первых, не хотел пугать Селену и тех, кто на поле и вне его, своим внешним видом. Во-вторых, его распирало от потрясения: Ивар – сделал это?! Отомстил?..
Он оглянулся на скамейки выбывших и сразу наткнулся на взгляд Ивара. Внутри поднялось что-то глухое и внезапно весёлое, и Коннор ответил ему кивком, а потом… Хулиганство и странное впечатление свободы заставило его вспомнить старинный жест, хоть он и сомневался, поймёт ли его значение мальчик-некромаг: он поднял большой палец, а затем опустил его к земле. И отвернулся.
С Бернаром он должен был встретиться перед первой скамьёй на своём пути. Так что эльф-целитель не подошёл к нему на сближение, а поставил на эту скамейку свою котомку со снадобьями на первый случай.
- Стой! – скомандовал Бернар. – Подними голову, чтобы я видел свою щеку. – А через минуту с жалостью сказал: - Придётся потерпеть, пока я вынимаю мусор из кожи.
- А как же заклинание отторжения? – напомнил Коннор, шипя сквозь зубы, едва старый целитель принялся за чистку, одновременно обеззараживая рану.
- Время, Коннор, время на него нужно, а я так полагаю, что ты бы хотел и дальше участвовать в игре, - проворчал Бернар и уже потише спросил: - За что тебя этот мальчик-некромаг? Неужели только за то, что ты отказался рисковать памятью?
- Похоже, что так, - пробормотал Коннор, поневоле глядя на старика эльфа свысока. – А откуда вы знаете, что это был Ивар?
- Риган увидел.
Риган всегда сидел на зрительских рядах, рядом с Селеной. И Селена знает…
Больше вопросов мальчишка-некромант не задавал. Пока ему чистили ободранную кожу на лице, он лишь задумался, почему Ивар сумел его достать. Ведь поле защищено от магии. Потом сообразил: поле защищено от обычной магии. А сила тёмных друидов иная.
После того как рана была обработана, Коннор самостоятельно замаскировал её состояние иллюзией (обезболивающее заклинание он прочитал раньше – и оно начинало действовать) и побежал на третью площадку пейнтбольного поля доигрывать последний этап… До конца тренировок он старался не оказаться спиной к Ивару, впервые чувствуя себя беспомощным. Это странное чувство не только сбивало с толку, но и не давало играть в полную силу. Промелькнуло даже сожаление, что на поле нельзя использовать магию. Тогда бы он защитился.
И только под конец игры к нему «постучался» Мирт: «Коннор, играй нормально! Риган и Трисмегист держат щит перед Иваром!» Он оглянулся: мальчик-некромаг сидел перед поблёскивающим (для Коннора) полупризрачным кругом, на который озадаченно щурился, но явно не видел. Просто ощущал, что есть нечто и очень близко…
Третья тренировка прошла спокойно. Обычная игра. Но Коннор еле дождался, когда она закончится. И сразу пошёл собираться в поездку. Причём сразу не понял, что постоянно обходит Ивара, не желая с ним встречаться.
Зато мальчик-некромаг очень хотел его увидеть.
- Ты прячешься, что ли, от меня? – независимо спросил он, неожиданно появившись в проёме мансардной двери.
- Прячусь, - подтвердил он, продолжая прикидывать, что ещё понадобится в путешествии до вечера. – А что?
- Испугался, да? – пренебрежительно спросил Ивар. И уже с большим любопытством спросил: – А что значит вон тот жест, что ты мне показал?
- Готов убить тебя, как только будет время, - вместо Коннора отозвался Мирт. Он-то, всегда упорядоченный, уже был готов к походу.
- Из-за того ветра? – ухмыльнулся Ивар.
Коннор мягко повернулся к нему лицом. Улыбнулся так, что ухмылка мгновенно слетала с лица мальчика-некромага.
- Нет. Не из-за ветра.
- А… почему?
- Потому что не хочу, чтобы у меня был брат – подлец. – Он выждал, когда его слова дойдут до понимания Ивара, и добавил: - Я не хочу, чтобы у меня был брат, к которому нельзя поворачиваться спиной. До сих пор у меня были братья, которым я доверял. Теперь появился кое-кто, кто пытается быть моим братом, но кому я не доверяю. Поэтому мне хочется, чтобы ты умер. Потому что иначе умру я.
В полутёмной от серых октябрьских сумерек комнате стало тихо-тихо… Коннор ждал. Спросит Ивар – не спросит, почему Коннор может умереть?.. Братья сидели, затаившись – так, словно в комнате, кроме них двоих, больше никого не было…
- Почему… - выдавил Ивар. – Почему ты умрёшь?
- От обиды, что у меня такой брат, - не сразу и бесстрастно ответил Коннор. И уже в спину уходящему мальчику-некромагу спокойно сказал: - Завтра я получу свою память. И сумею избавить тебя от чёрных корней.
- Откуда?! – дёрнулся назад, в комнату, Ивар. – Откуда ты знаешь, что корни?..
Но Коннор только молча смотрел на него, и мальчик-некромаг быстро ушёл в коридор, с треском хлопнув дверью.
- Жестоко, - тихо сказал Мирт. – Может, ты зря с ним так? Может, он не думал…
- Он старше Мики и Колина, - напомнил мальчишка-некромант. – Но они никогда не били мне в спину. Не наносили удара, когда я этого не ожидал. Такое трудно простить.
- Ты в с-самом деле реш-шился? – Юный дракон смотрел очень серьёзно.
- Ривер только что сказал, что он и Трисмегист придумали ритуал, основанный на моей крови и предметах, которые «знали» меня довоенного. Той машинки и камня хватит. Я устал от всего связанного с Иваром. Пусть я забуду всё, что было в этой жизни… Но у меня останутся мои братья. – Он слабо улыбнулся мальчишкам. - Я буду слышать вас и видеть ваши сны. Вы напомните мне о главном. О том, что я ваш брат. Мне кажется, в том возрасте я знал многое о магии. Я увижу наши линии, которые нас объединяют. И не буду чувствовать себя… одиноким.
- Потерять пять лет… - прошептал Мика.
- Забудь. Может, ещё и не потеряю… Сейчас у нас есть конкретная цель – съездить в пригород, в приют, и найти вещи Малачи, а среди них сумку Ивара.
- И всё-таки… - медленно сказал Колин. – Коннор, тебе не страшно?
Он не стал оборачиваться, чтобы взглянуть на мальчишку-оборотня, только ссутулился, а потом пожал плечами.
- Страшно. Но это… опыт. И когда-то пришлось бы его пройти. Ивару страшней. Мы не знаем, что будет с ним дальше. Пока он справляется с корнями. Но помалкивает о том, что знает про них. И собирается уйти. Насколько я понимаю, он знает, что будет с ним, если заклятие чёрных корней останется с ним. Может, поэтому он так злится на меня, что я единственный, кто может помочь ему, но не хочет.
- Но ведь он знает, что Трисмегист может обойтись и без твоей памяти!.. – не выдержал Мирт.
- Селена бы сказала, что это психология, - вздохнул Коннор и улыбнулся. – Да ладно вам! В конце концов, что произойдёт, если память откажет мне? Меня не выбросят на улицу к Ночным Убийцам. Я останусь сыном Джарри и Селены. И вашим братом. Хорош задерживать отъезд в пригород. Поболтать можно и по дороге.
Почти не замеченные из-за подступающего вечера, они сели в машину – Коннор за рулём. В гробовом молчании проехали по деревне, выехали на луговину и двинулись к мосту через речку. Мальчишка-некромант сидел насупленный. Как прервать гнетущее молчание – не знал, но начинал злиться всё больше… Вскоре поднялись на дорогу, ведущую к пригороду, и, тут, наконец, Мика вдруг не сказал:
- Кончай головы нам морочить, Коннор! Ты же сам нам сказал о словах Трисмегиста! Чем больше найдётся вещей, связанных с определённым временем, тем быстрей ты всё вспомнишь сам! Так вот… Если после ритуала ты забудешь всё: и Тёплую Нору, и нас, и всех остальных – Тёплая-то Нора никуда не денется! И ты никуда не денешься – всё вспомнишь, потому что вокруг будет всё наше, а значит – твоё!
- Я и забыл об этом! – удивлённо сказал Хельми.
А Колин выдохнул с таким облегчённым подвывом, что братья расхохотались. А когда устали от хохота, Мирт вытер мокрые от слёз глаза и мечтательно сказал:
- А ведь это здорово! Мы снова можем думать о будущем так же легко, как раньше! Не надо нервничать, что завтра всё будто провалится куда-то непостижимо. Коннор, ты рядом – и это… - Он попытался найти какое-то слово, а потом, смеясь, махнул рукой.
Машина мчалась к мосту, когда Хельми внезапно сказал:
- Коннор, а ты уверен, что Ивар вс-сё понял? Из того, что ты только что с-сказал ему на манс-сарде?
- Теперь я тебя не понял, - удивился мальчишка-некромант.
- А я сообразил, - задумчиво сказал Мирт. – Чтобы Гарден меня понимал, первые два года мне пришлось объяснять ему многое так, как будто он совсем малыш. Как Селена сказала бы – на пальцах. И то – Гарден меня не всегда понимал.
- Сравнил, - сердито пробормотал Коннор. – Гардена – с Иваром.
- Хельми прав, - вступил Мика. – Коннор, не обижайся, но, по-моему, ты общаешься с Иваром как с равным всем в Тёплой Норе… ну это, по интеллекту или по… ну, я не знаю, как сказать!
- Вот-вот! – подхватил и Колин. – Я так иногда с Ирмой разговариваю. Она на меня, как на дурачка, смотрит и говорит: «Хватит выпендриваться! Я тебе не твои братья или учителя, чтобы со мной так говорить!» И я понимаю, что она не понимает меня.
- Так. Теперь и я чувствую себя дураком, - спокойно сказал Коннор. – Объясните же мне на пальцах, что именно не так в моих разговорах с Иваром.
- Мы же не знаем, чему учили его тёмные друиды, - ответил Мирт, вздыхая. – А вдруг его одноклассники… ой, соученики… с ним пытались тоже вот так – бить в спину друг друга, а тёмные друиды поощряли это, потому что развивали жестокость? Ты говоришь – подлость. А если у них там такая вот подлость считалась нормой? И потому Ивар считает то, что сделал… - мальчишка-эльф замолчал, замялся, видимо не зная, как отчётливей высказать мысль.
- Догонялки! – решил Мика. – Ты ему подлянку, и он – тебе.
- Думаете, он посчитал мой отказ с памятью за подлость? – изумился Коннор.
- С-с его с-стороны – да, это твоя подлос-сть, - твёрдо сказал Хельми. – Предс-ставь с-себе человека, который нес-сколько лет ис-стово ждёт, когда ты появиш-шься и избавиш-шь его от заклятия чёрных корней! Ты появляеш-шься, с-спас-сение близко – и раз! А с-спас-сти-то ты его не можеш-шь. Разочарование… И очень с-сильное. Как удар под дых-х…
Все замолчали, думая о своём. Пару раз Коннор чуть не выдал собственное состояние, хорошо, что блокирующие браслеты надел, как и ребята, как всегда бывало, когда хотели подумать о своём, не мешая остальным. А состояние было… Эту пару раз он просто-напросто с трудом удержался, чтобы не вздрогнуть. Слова Хельми напомнили о прошедшей ночи, когда Ивар во тьме подземелья выл и рыдал: «Почему ты не сдох в аварии вместе со своими родителями?! Лучше бы я сдох на том камне!» Коннор услышал этот отчаянный плач так явственно, что передёрнул плечами, а потом долго не мог отделаться от эха Иваровых проклятий, пока Мика не спросил:
- А к Чистильщикам не заедем?
- Зачем?
- Мы не спросили разрешения у Малачи. Ну, можно ли взять его вещи. А тут можно быстренько заехать к Рамону и предупредить его насчёт Малачи, что он остался пока в деревне. Ну и сказать, что едем за его вещами. И тогда все будут думать, что у нас других мыслей – например, о чужой сумке, – и нет.
Поскольку все расслабили браслеты, едва заговорил Мика, то все же сразу услышали едва слышный смешок (если так можно сказать о мысленном смешке) Хельми.
- Что смешного? – обиделся мальчишка-вампир.
- Вс-сегда думал, что тебя больш-ше интерес-сует мех-ханика, но из тебя бы выш-шел неплох-хой политик. Мирт, может, возьмёмс-ся за его обучение? У Мики не очень х-хорошо с-с ис-сторией, а ему пригодитс-ся. Глядиш-шь, войдёт в один из кругов городс-ского правительс-ства.
- Ха! – горделиво сказал Мика. – Вон как я! Только я не понял: мы заедем?
- Заедем, - согласился Коннор. – Мысль хорошая, да и подъезжаем уже… Что-то необычное… - вдруг медленно произнёс он, вглядываясь в плохо освещённую улицу. И секунды спустя остановил машину, не доехав.
Мальчишки немедленно развернулись к своим окнам, буквально прилипнув к ним. А потом сгрудились ближе к кабинке Коннора, где он сидел с Хельми.
- Что там? – заволновался Мика.
- Вокруг торца дома не горят фонари, - немного удивлённо сказал Коннор, усиленно всматриваясь в слишком тёмное место, которое всегда ранее было ярко освещено: ведь Чистильщики всегда являлись главной помощью в пригороде. А значит, дверь в подвал на торце всегда чётко виднелась в свете трёх фонарей.
И внезапно сам выключил фары.
- Ты что? – испугался Колин. – А вдруг выскочит кто-то – и…
- Включай магическое зрение, - ровно посоветовал мальчишка-некромант, пытливо всматриваясь вперёд. – И тише, пожалуйста…
- А я не вижу так… - шёпотом проворчал Мика.
- Вы двое остаётесь в машине, - шёпотом скомандовал Коннор, освобождаясь от куртки и проверяя наличие личного оружия в поножах и наручах. – Хельми? Мирт?
- С тобой, - прошелестел Мирт, снимая куртку, которая могла помешать в драке.
- С-с тобой… - выдохнул Хельми, быстро чертя в пространстве перед собой пентаграмму на отслеживание течений неблагоприятной магии поблизости.
Три тени, плотней обычной поздневечерней, выскользнули из машины и медленно, перебежками из тьмы во тьму добежали до входа в штаб Чистильщиков.
«Дойду до двери – позову», - предупредил Коннор, не оглядываясь.
«Ждём», - ответил Мирт.
Усилив уже имеющееся на себе заклинание отвода глаз кратким заклятием невидимости (в полную силу применять не следует: слишком много сил забирает), мальчишка-некромант всё той же тенью отделился от своих братьев и бесшумно зашагал к двери в подвал Чистильщиков. На улице здесь всегда было довольно пустынно по вечерам. Всё-таки край пригорода. Так что безлюдности Коннор не удивлялся. Но тьма…
Сосредоточив всё внимание на двери, он как-то не подумал, что надо бы смотреть ещё и под ноги. Поэтому, когда ударился обо что-то мягкое, застыл на месте, резко «бросив» все ощущения вниз, а потом почти упал на колени, быстро обшаривая лежащего у ног человека. Нашёл шею и прижал пальцы, ошеломлённый: что происходит?!
Через минуту – он ещё не успел ни разглядеть лежащего, ни понять, что происходит, – рядом очутились Мирт и Хельми.
«Кто это?!» - с требовательным испугом спросил Мирт.
Вместо Коннора отозвался Хельми, который резко шагнул в сторону:
«Здесь Эван!»
«Второй?! Он жив?! - ахнул мальчишка-эльф, поспешно выворачивая карманы тёплой рубашки, набитые взятыми в дорогу снадобьями. – Коннор, что с ними?!»
«Хельми, тащи Эвана к этому! Сделайте вокруг них сильнейшую защиту от некромагических воздействий! Я за машиной!»
И встревоженный Коннор кинулся к машине, где оставались младшие, которых он даже не подумал защитить, поскольку не подозревал, что в пригороде может происходить нечто абсолютно нелогичное и ужасающее. Сообразил по дороге предупредить:
«Мика! Колин! Ложитесь на пол машины! Быстро!»
Забывшись, он так рвал дверную ручку на себя, что забыл её просто повернуть чуть в сторону, как она обычно открывалась. Вне себя от страха за младших он чуть не сломал её, дёргая и оглядываясь, пока дверь не открылась сама.
- Ты! Зачем ломать?! – возмутился Мика с пола. – Сказал бы открыть – мы б сразу открыли. Что там у вас?!
- Так, машину я защитил, - чуть не задыхаясь от пережитого за младших страха, проговорил Коннор, продолжая осматриваться и прислушиваться. – Мика за руль. Включи фары и веди машину к двери подвала. Медленно.
- Почему – медленно? – не преминул поинтересоваться мальчишка-вампир.
- Я буду отслеживать всех, кто захочет нас остановить. Колин, следишь за улицей впереди, чтобы не наехать на наших. Они сторожат раненых. Мика, как только увидишь, что свет падает на них, едешь мимо, чтобы они были в темноте.
- Ух ты… - прошептал подсевший к Мике Колин, мгновенно переключаясь на усиленное магическое зрение и приникая к ветровому окну: в кабине свет не включили.
Больше Коннору вопросов не задавали: знали, что такое отслеживание, когда магу приходится реагировать на любое раздражение пространства – со всех сторон.
Медлительные секунды прошли без происшествий. Когда машина доехала до Мирта с Хельми, старшие немедленно втащили в машину двоих Чистильщиков, один из которых точно оказался Эваном, и уложили на пол. Младшим объяснили, как действовать, чтобы состояние Чистильщиков не менялось: на теле у каждого из них не было настоящих ран – обоих коснулось некромагическое заклинание «дыхание смерти». Затем Хельми погрузил обоих в пентаграмму, стабилизирующую физическое состояние на одном уровне. И только позже, убедившись, что двоим Чистильщикам ухудшение не грозит, укрепили защиту машины так, чтобы она пропала из пространства улицы, а значит – и с глаз тех наблюдателей, которые могли бы здесь быть.
Не глядя на старших братьев, Коннор осторожно приблизился к подвальной двери. Та была полуоткрыта, но внутри царила та же темнота.
«По бокам», - коротко велел Коннор и, дождавшись, когда Хельми и Мирт спрячутся по обе стороны от двери, распахнул дверь до конца – и немедленно вбросил в широкий коридор поток яркого магического света. Коридор был пуст.
Мальчишка-некромант быстро зашагал по нему, заглядывая во все комнатушки, где только встречалась открытая дверь. Пройдя половину коридора, еле различая за собой шаги Мирта и Хельми, он встал на месте и поднял руку, останавливая старших братьев. И прислушался, отпуская все свои магические силы и распространяя их по всем помещениям замкнутого подвального пространства. И бросился бегом вперёд – почти до самого конца коридора. Ребята – за ним. Он ворвался в предпоследнюю комнатушку и, бросив магический огонь на стены, чуть не упал перед лежащей на полу темноволосой женщиной невысокого росточка. Маг Чистильщиков!
- Ванда! Ванда! Ты меня слышишь? Что тут у вас произошло?
Они общими усилиями переложили женщину на скамью. Благо сиденье было широким, Коннор сел сбоку и сразу принялся выводить из Ванды некромагические следы того же заклинания «дыхание смерти». Ванда – неплохой маг, сумела отбить основное «дыхание», но – увы, не настолько хороший, чтобы суметь избавиться от его последствий.
Через пять минут женщина, сипя и отплёвываясь после рвоты, сумела усидеть на скамье, прислонённая к стене.
- Сможешь объяснить, что тут у вас? – повторил Коннор, с тревогой глядя на неё.
- Приезжали некромаги, - прохрипела Ванда, и Мирт подал ей питьё со своими снадобьями, успев подогреть его. – На двух машинах. Рамон вышел спросить, что им надо. Они сказали, что ищут места в пригороде, где больше всего собирается бездомной молодёжи и детей. Рамон сказал, что без разрешения властей он не имеет права давать такую информацию.
- Это правда? – с недоумением спросил Хельми.
- Нет, неправда, - покачала головой Ванда и с жадностью снова отпила из стакана Миртово питьё. – Просто они разговаривали с Рамоном так, словно владели городом. Он понял, что они будут напирать, и сослался на городское правительство. Они сказали, что правительство им не указ…
- Где Рамон? – резко спросил Коннор.
- Они увезли его с собой, - сморщилась Ванда от плача. – Ведь он лучше всех знает пригород, а потому они будут выдирать из него сведения и без его ведома. Боги, хоть бы он остался разумным!
- Когда это было?
- На улице ещё светло было. Сумерки только-только… - Ванда от бессилия расплакалась, но Коннор положил ладонь ей на голову, вкачивая силы и успокоение.
- Ванда, на улице Эван и ещё один Чистильщик. Я выну из них некромагические силы «дыхания смерти». Ты сумеешь сама привести их в сознание?
Женщина-маг сжала кулаки и решительно встала.
- Где они?
Через полчаса двое Чистильщиков лежали в комнатушке, указанной Вандой. Женщина-маг убедила Мирта, что у неё в подвале есть и свои снадобья, что лучше бы он оставил их для Рамона, которому сейчас хуже всех. Обнадёженный Коннор стремительно велел своим снова садиться в машину и готовиться к драке. Ванда вышла их проводить.
- Ванда, среди некромагов был вампир – высокий такой, широкоплечий?
- Ты знаешь Морганита?!
- Значит, был, - тяжело сказал Коннор. – Ну, Перт… Нашёл кому доверить…
И вскоре машина рванула по дороге, идущей параллельно пригородной реке. Как Хельми, так и Коннор чётко видел следы, оставленные машинами некромагов.
- Коннор, судя по разговору с Вандой, ты понимаешь, что случилось? – осторожно поинтересовался Мирт.
- Селена предложила Перту не искать детей с даром к некромагии в семьях, потому что оттуда приходится брать их силой, - хмуро ответил мальчишка-некромант. – Она напомнила ему, что в пригороде много бездомных детей-сирот, и привела в пример Ивара. И предложила создать приют прямо здесь, в пригороде, для таких детей. И теперь я не понимаю одного: Перт знает, что задумал Морганит, – или он сам послал его на охоту за такими детьми?
- Хм… - оскалился Мика. – Судя по всему, ночка нам предстоит весёленькая, ага? Интересно, сколько некромагов с собой взял Морганит? Сумеем с ними справиться?
- Лишь бы Рамон в живых остался, - тревожно заметил Колин.
- Когда доедем до некромагов, - суховато сказал Коннор, - Мика и Колин остаются в машине. Вам ясно?
- Куда ясней, - вздохнул мальчишка-вампир. – Только вы там поаккуратней, ладно?
- Что значит, по-твоему, – поаккуратней? – с любопытством спросил Мирт.
- Сначала найдите Рамона, а потом можете делать, что хотите! – заявил Мика. – Слышали, что Ванда сказала? Она боится не за жизнь, а за разум Рамона.
- Две машины, - задумчиво сказал Хельми. – Если такие, как наша… А если такие, как та, в которой приехал Перт?
- Будем рассчитывать на десять-двенадцать существ, - спокойно объявил Коннор. – Так, следы некромагов становятся ярче. Они недалеко.
- Коннор, думаешь, стоит с ними вообще говорить? – встревожился Мирт. – Может, попробовать парочку заклинаний из тех древних, что мы использовали в мёртвом лесу? С применением серой магии?
- У них Рамон, - отозвался мальчишка-некромант. – А ещё, возможно, они уже кого-то успели поймать. Мика, ты что?
- Вы сами сказали, что я политик, - пробурчал мальчишка-вампир. – Вот и думаю, что делать. Коннор, ты думаешь, Перта здесь нет?
- Перт хорошо известен в городе, всё-таки глава храма в Старом городе, а Ванда сказала только о Морганите.
- Ты можешь отследить Морганита и нейтрализовать только его? Он же наверняка взял с собой только старших учеников! А что они без него могут?
- Мальчик-то – политик-интриган, как я и с-сказал, - мурлыкнул Хельми. – Ос-станавливай маш-шину, Мика. Коннор, вс-ставай на дорогу, мы с Миртом поможем тебе с-с определением Морганита в прос-странс-стве.
Старшие насторожённо вышли на ночную уже дорогу – Коннор впереди. Он выпрямился и поначалу отследил вообще группу некромагов, благо источающая ими мертвенная магия виднелась наиболее ярко, когда они все вместе. Определившись, он сказал, не оглядываясь на ребят:
- Они тоже остановились. Пора.
Мирт и Хельми подошли к нему и положили ладони на плечи. Горячечное тепло, приправленное усиливающей магией, втекало в его тело (он усмехнулся) вместе с позабытой мыслью Хельми: «И как мы-то не додумались? Надо же – Мика…»
«Всё просто, - ответил Коннор. – Он же мыслит в одном тоне с нами. Учится».
От юного дракона пахнуло тёплом понимания.
Коннор сосредоточился. Сначала невидимые для его глаза фигуры впереди были однородными, на «одно лицо». Затем он начал вычленять более яркую фигуру, которая светилась мощной мертвенной магией. Когда мальчишка-некромант удостоверился, что нашёл Морганита, он на всякий случай украдкой проверил его на личные линии, хотя это было чревато: храмовник-вампир мог легко отследить чужие линии внимания. Но Морганит был слишком занят тем делом, которое помешало ему «оглянуться». Или не посчитал нужным остерегаться чего-либо в пригороде, высокомерно считая, что здесь он самый сильный и даже могущественный.
- Цель вижу…
- Добавить с-силы?
- Нет.
На свои руки Коннор не смотрел. Они будто сами поднялись – указателем вперёд. Он вытянул пальцы так, что они образовали дуло, а потом слегка раздвинул ладони. Морганит оказался внутри пальцев. Облизав пересохшие от напряжения губы (дышал ртом, словно боялся, что кто-то услышит его дыхание), Коннор приготовился. Фигура Морганита не двигалась… Ладони резко хлопнули, будто прихлопывая попавшуюся муху.
Коннор медленно опустил руки, не сводя взгляда с рухнувших мертвенных огней, которые постепенно гасли.