Глава 21

Она не боялась осуждения или презрения фрейлин, более того, с какой-то болезненной страстью ждала чего-то подобного. Чтобы убедиться в неправильности произошедшего, в том, что придворным не наплевать на ушедших, но получила только во сто крат усилившееся раболепие. Если раньше королева была важной, но все же привычной декорацией дворца, то теперь её одобрения искали и желали. Видимо, разошедшиеся среди знати слухи столь леденили души, что многие решили ещё раз подчеркнуть свою верность короне.

Отсутствие траура по молочной матери правительницы тоже о многом сказало заинтересованным, и сплетники рисковали заработать себе трудовую мозоль, строя предположения о такой немилости. О том, что имело место предательство, Совет решил не распространяться. Вот если бы подозрения подтвердились, и появилась возможность прижать королевскую чету, тогда слухи об этом мгновенно облетели бы столицу. А так получается, что короля с супругой оболгали те, кто клялся в вечной верности. Прискорбно, но если о каждом подобном случае извещать народ, население взбунтуется уже через полгода, требуя перебить всех, кто окружает правителей. Во избежание, так сказать.

Совет, как ни странно, выжил. Видимо, в короля Итара оказалась железная сила воли и неистощимое терпение. Но испытывать его на прочность советники больше не решались, потому, несмотря на некоторую нервозность подготовки визита правителя соседней державы, двор в целом производил впечатлением спокойствия и размеренности бытия. С Тамилой никто не заводил разговор о казненных, их имена вообще никем не упоминались, но боязливое любопытство во взглядах оставляло почти ощутимый липкий след на коже.

Отношения с мужем остались вполне теплыми и дружественными, но… За прошедшие девять дней он ни разу не пришел на её ложе. Поначалу, когда Тамила вечером не могла уснуть, давясь воздухом в попытках подавить сухие рыдания, супруг садился рядом, молча гладил по голове и укачивал, как ребенка, но ничего более интимного себе не позволял. Потом и вовсе ограничивался лишь пожеланием спокойной ночи и целомудренным поцелуем в лоб. Тамиле было нелегко признаться в этом даже самой себе, но ей не хватало и его объятий, и их разговоров, и звука его сонного дыхание в темноте. Но заговаривать об этом с мужем она не решалась, не разобравшись прежде с собственными мыслями и желаниями. Да и время было совершенно неподходящим, королева знала, что не увеселения и придворные красавицы виной тому, что её супруг приходит в свои покои поздно и совершенно измотанным.

Фрейлины же так старались проявить любовь и внимание к госпоже, но добились лишь усиления головной боли, отчего королева пребывала в дурном расположении духа, чем только сильнее тревожила дам и побуждала к новым свершениям в деле проявления верноподданических чувств. Поняв, что этот порочный круг придется как-то разрывать, Тамила пожелала переговорить с управляющим, чем вряд ли порадовала последнего. Столь частые встречи были не совсем привычным делом, потому на фоне последних событий заставляли почтенного лорда нервничать и отчаянно потеть. Даже заверения королевы, что у неё нет ни претензий, ни личных рекомендаций, слабо утешали.

— Я всецело доверяю вашему опыту, и лишь обязанности хозяйки дворца вынуждают проявлять любопытство, — Тамила прошла к столу, на который слуги с величайшим почтением возложили расходные книги. Обложки из темной тисненной кожи скрывали толстые недра, наполненные мелкими записями.

— Разумеется, ваше величество, — грузный господин склонился с удивительным проворством, никак не ожидаемый от человека столь внушительной комплекции. — Желаете, чтобы я привел пояснения?

— Нет, что вы. — В знак высочайшего благоволения королева дозволила ему поцеловать кончики её пальцев. — Я понимаю, сколько у вас забот, потому не могу позволить и дальше отнимать ваше драгоценное время.

Судя по взгляду, распорядителю больше хотелось бы остаться с госпожой, чтобы первым понять, если она останется чем-то недовольна, но игнорировать высказанный практически прямым текстом приказ, не мог.

— Если в том будет необходимость, вы можете вызвать меня в любую минуту, я буду счастлив разъяснить вам непонятные моменты.

Заверив, что так и сделает — и точно зная, что делать этого не станет, — Тамила одарила подданного ещё одной ласковой улыбкой, отчего того слегка перекосило, и тихо облегченно выдохнула, оставшись в одиночестве.

Как и советовал супруг, запираться в покоях она не стала, понимая, что не имеет на это права. Придворные должны видеть королеву привычно спокойной и, желательно, деятельной, чтобы не возникало ненужных сомнений и домыслом. Тем паче, что причин для них было великое множество, ни к чему давать повод выдумывать совсем уж небылицы. Потому между праздными развлечениями с фрейлинами и корпением над бумагами она без колебаний выбрала второе.

Кабинет, смежный с опочивальней, она давно превратила в личную лабораторию, потому для создания впечатления размеренной деятельности на благо государства он не подходил. Сопровождать супруга Тамила тоже не стала, опасаясь тем самым создать впечатление, что не доверяет мужу или — то гораздо хуже, — боится оставаться без его прямой поддержки.

Ещё в те времена, когда Тамилу обучали премудростям разных наук, для юной госпожи был выделен специальный кабинет в административной части дворца, которым она продолжала пользоваться и теперь. Он находился в некотором отдалении от того, который нынче занял Итар, и это даже к лучшему.

Королева прошлась по песочного цвета ковру, будто заново знакомясь с помещением. Чуть более темные, почти медового цвета панели с резным орнаментом закрывали стены от пола до потолка. Одним из преимуществ было то, что из кабинета вело сразу два тайных хода, о чем Тамила узнала ещё в детстве. Но злоупотреблять возможность сбежать от учителей никогда не стремилась. И потому, что была прилежной девочкой, довольно жадной к знаниям, и от понимания, что внезапные исчезновения юной королевы не пройдут незаметно, потому тайна этой комнаты очень быстро перестанет быть таковой.

Окна выходили на мощеный серым камнем двор, где как раз проходил ежедневная церемония развода караулов. Церемония красивая, но успевшая приестся, потому Тамила устроилась за массивным столом темного дерева, не без усилия открывая первую из книг. Распорядитель зря считал, что королева уже больше трех лет из не видела — доступ в хранилище у неё тоже был, потому время от времени она просматривала документацию.

И всё же согласование визита короля Сафара всего за месяц это небывалое событие. В этом она убедилась окончательно, когда сегодня изъявила желание в компании свиты прогуляться по дворцу. Царившее там оживление и даже некоторая суматоха были нормальным состоянием, учитывая важность предстоящего события, но… Если бы визит этот был настолько неожиданным для распорядителя, как для неё самой, вместо суматохи была бы плохо скрываемая паника.

Дело не в достаточном количестве припасов или спальных принадлежностей, как раз этого в кладовых было предостаточно, но в мерах безопасности. Перепроверка всех чар и защитных плетений от общей защиты дворца до тончайших магических вуалей, защищающих предметы искусства от действий неумелой горничной. Инспекция всех возможностей физического проникновения во дворец. Перепроверки источников воды… И даже не страх за жизнь и здоровье королевской четы был тому причиной, а снижение даже малейшей вероятности, что вред будет нанесен высочайшему гостю. Пока Сафар будет в Гарете, с него не должен упасть даже волос. Потому что нет более верного способа объявить войну, чем подвергнуть опасности Его королевское величество.

Масса с виду мелких, но важнейших процедур, предшествующих такому визиту, которые сейчас не проводились. Вдруг оказалось, что большая часть проверок подобных мер проводилась буквально в течение последних месяцев, потому требовалось лишь убедиться, что за это время в системе безопасности дворца не появилось новых лазеек.

Единственным разумным предположением было то, что Совет действительно готовился к встрече правителя, но не Сафара, а Райно. Того, кто по мнению царедворцев должен был стать мужем Тамилы. О северянах и их обычаях она знала куда меньше, чем следовало бы, но более точных данных добыть было неоткуда, и это раздражало. Врага нужно знать не только в лицо, но и разбираться в его традициях.

Зато королева была прекрасно осведомлена об Орисе и принятых там обычаях, потому начала быстро перелистывать страницы, внимательно просматривая каждую. Потребовать определенную книгу она не могла, чтобы не вызвать подозрений, потому пришлось довольствоваться главной, которая объединяла все хозяйственные записи, что существенно затрудняло поиски. К тому же она не совсем представляла, за какой период придется пересматривать расходники.

Дважды заглядывал распорядитель, чем заслужил несколько недовольный взгляд повелительницы, потому в третий раз досаждать вниманием не рискнул. Разве то прислал слугу с чаем и сладостями, за которые Тамила велела передать ему благодарность, но к принесенному не притронулась. Более того, голосом, в котором усталость тесно переплелись с раздражением, попросила впредь без веления самой королевы в кабинет не входить. Судя по скорости, с которой исчез слуга, едва не прищемивший себя дверью, среди обслуги слухи о произошедшем ходили ничуть не менее ужасные, чем среди фрейлин.

Искомое она нашла уже ближе к вечеру, когда глаза уже едва не слезились от мелких убористых записей, а спина начала болеть от длительной неподвижности. Тамила ощутила одновременно удовлетворение и разочарование. Значит, ей не показалось, и Совет встречу с Сафаром планировал много раньше, чем о том сообщили ей. Значит, они действительно предали свою королеву.

Насколько она знала распорядок мужа, сейчас Итар должен работать в своем кабинете, но открыто бежать сейчас к нему будет слишком подозрительно. Потому Тамила, неслышно подойдя к двери и немного послушав, прижавшись ухом к двери, выяснила, что в коридоре её терпеливо ожидают личные стражники и кто-то ещё. Кто именно, она не разобрала, но голос показался ей не знаком. Выяснять, кому захотелось погулять возле кабинета королевы, Тамила не стала, лишь аккуратно, стараясь не выдать себя малейшим шумом, заперла дверь и, прихватив уже поднадоевшую книгу, шагнула к одной из стен. Выстроив в нужной комбинации определенные кусочки вензелей на панелях, королева легко толкнула теплое дерево, открывая переход.

К кабинету Итара тоже вел один из коридоров, но сворачивать в него Тамила не стала — его невозможно открыть снаружи, только из самой комнаты. Эта мера предосторожности была оправданна, мало радости в том, чтобы рабочий кабинет короля мог оказаться доступен посторонним. Зато в одно из соседних помещений, где обычно проводил время секретарь монарха, выход был. Насколько она знала, сейчас его занимал лорд Эйдал, оставалось надеяться, что он сначала убедиться, что внеплановый визит ему нанесла королева, а не злоумышленник, прежде, чем бросит какое-нибудь смертоносное заклинание. Впрочем, радости от летящего кинжала не намного больше, но от него всё же легче увернуться.

Это и продемонстрировала Тамила, мгновенно отпрянув и с легким недоверием глядя на вибрирующее от силы броска лезвие, вонзившееся в пяди от её лица. Испугаться она не успела, зато этот пробел восполнил маг, заметно побледневший, когда понял, кого только что едва не убил. Он так резко вскочил из-за стола, что часть бумаг разлетелась по полу, смешавшись и перепутавшись.

На фоне темного камзола его лицо казалось совсем белым, и Тамила слегка забеспокоилась, решая, не пора ли бежать за нюхательной солью. Но обошлось.

— Ваше величество… Я же мог вас убить!

— Это было бы весьма прискорбно. — Тяжелая книга оттягивала руки, потому стоять в проеме тайного хода и дальше королева не стала, делая шаг в комнату. — К нашему общему счастью, колдуете вы несколько лучше, чем бросаете холодное оружие. Его величество здесь?

Судя по взгляду, лорду Эйдалу было, что сказать на это замечание, но чародей явным усилием воли сдержался.

— Да, он работает в своем кабинете. И всё же я бы нижайше просил впредь приходить более привычным способом, — поняв, что в адрес королевы это прозвучало несколько неучтиво, маг тут же добавил. — Мы не знаем, кому ещё известны все ходы, и вы подвергаете себя опасности, передвигаясь по дворцу таким образом.

— Поверьте, если бы я ввались к вам в сопровождении двух стражников, эффект был бы ещё более потрясающим. Но я понимаю ваше тревогу, потому постараюсь давать знать о своем приближении заранее.

Лорд только качнул головой, понимая, что упрямства королеве не занимать, а читать лекцию о необходимых мерах безопасности ему не положено. Но в памяти сделал зарубку поговорить об этом с венценосным братом, уж его-то она должна послушаться.

— Прошу вас, — коротко стукнув, маг распахнул дверь. — Ваше величество, к вам супруга.

Король оторвался от бумаг, которые как раз просматривал, и кивнул, отпуская чародея. Заговорил же, только когда они с Тамилой остались наедине:8bdc7d

— Вы выглядите встревоженно, что-то случилось?

— И да, и нет, — она, пройдя через весь кабинет, с усилием опустила огромный том на стол. Прибор для письма, звякнув, подпрыгнул и едва не перевернулся. Но залить чернилами документы не успел, перехваченный рукой короля. — Скажите, вам не кажется, что усилия по подготовке дворца к встрече короля Сафара несколько… — Когда Тамила чуть замешкалась, чтобы подобрать самое верное определение, король его тут же подсказал:

— … формальны?

— Именно.

— Да, но это не должно вас волновать, мои люди сами всё перепроверят так, чтобы это не бросалось в глаза.

Он встал, предлагая Тамиле сесть на его место, но та, нетерпеливо мотнув головой, отказалась:

— Я уверена, что вы приложите все силы, чтобы обеспечить безопасность, но сейчас имею в виду несколько иное. Меня не покидает ощущение, что вся эта показная суета имеет целью успокоить нас, не дав заподозрить, что встреча эта была назначена много раньше. Посмотрите.

Королева, открыв книгу, начала быстро перелистывать, пока не нашла нужную запись. Увидев, куда упирается её пальчик, Итар чуть приподнял брови в удивлении:

— Чем вас удивляет заказ сайташа? Блюда весьма специфическое, редко кому нравится, но это традиция… — Он тут же оборвал сам себя буквально на полуслове, уже более внимательно вглядываясь в строчки. — Вы ведь не переносите его, не так ли?

— Совершенно верно.

О том, что королева Гарета не просто не любит сыровяленое конское мясо, а физически не переносит даже его запах, Итар знал ещё в бытность советником короля Ориса. И если бы не тот факт, что мерзко пахнущее блюдо, слишком жесткое, чтобы прожевать, и слишком жилистое, чтобы отрезать, вообще мало кто любит, это стало бы ещё одним поводом потешаться над изнеженной принцесской, возомнившей себя равной правителю-мужчине.

— Более того, я приказала, чтобы этой гадости вообще не было во дворце. Но традиция наших народов, идущая ещё с тех времен, когда мы были едины, предполагает, что оно обязательно должно быть подано при встрече правителей.

Много веков назад из-за землетрясения старая столица единого государства, ныне разрушенная до основания, оказалась на несколько месяцев отрезана от остального мира. Горная гряда выросла буквально за несколько минут там, где пролегала дорога к Расхи, расположенной в паре часов езды. С другой же стороны разверзлась пропасть такой ширины и глубины, что преодолеть её не представлялось возможным. Маги через порталы вывели в безопасное место королевскую семью и придворных, но сделать то же с многими тысячами столичных горожан были не в силах. Как не могли и переносить продовольствие извне — чем больше вес того, что берешь с собой, тем менее точна была телепортация.

И только особым образом просоленная и высушенная конина, партию которой как раз приготовили для отправки на корабли, готовые отвезти её в северные гарнизоны, дали возможность выжить и дождаться, когда последствия оползней будут устранены. Они успели чудом, спустя ещё несколько дней произошли повторные обвалы и город оказался полностью разрушен, а на его месте поднялся один из отрогов Темного хребта.

— И этот заказ был сделан более полугода назад, когда…

Договорить он не успел, в недрах дворца что-то грохнуло, будто разом упал огромный поднос с посудой, тут же матовым свечением полыхнул защитный купол дворца, и от его мощи у Тамилы, ещё не полностью оправившейся от магического истощения, пошла носом кровь. Но сигналки не взвыли, а сам щит, на мгновение проявившись, тут же исчез.

— Это была не магия, — Итар усадил жену в кресло, прижимая платок к её лицу. — Чуть запрокиньте голову, сейчас остановится.

Она слегка кивнула, зная, что кровотечение вот-вот прекратиться, и едва сдержалась, чтобы не отмахнуться от платка, потому что в коридоре послышался шум, будто от множества бегущих ног.

— Эта комната одна из самых защищенных во дворце, оставайтесь здесь, я скоро вернусь.

Не дожидаясь ответа, король быстро вышел, и в кабинете стало тихо, будто внешние звуки оказались отрезаны. Бросаться следом Тамила не стала, несмотря на острую тревогу, к которой присоединилось беспокойство за мужа. Не могло ли это быть отвлекающим маневром, чтобы король покинул защищенное место? Но тут же отогнала эту мысль — Итар в течение дня постоянно бывает в разных концах дворцового комплекса и за его пределами, потому проще было бы подождать, сейчас же по тревоге поднят весь гарнизон придворной стражи и маги.

Она привела себя в порядок, тщательно спрятала испачканный платок и уже приготовилась дальше изучать расходную книгу в поисках новых интересных открытий, когда вернулся Итар.

Тамила, не отводя взгляда от его глаз, в которых плескались ярость и сочувствие одновременно, медленно поднялась, не замечая, кто открытая книга соскользнула с её рук и упала на пол:

— Кто?

— Ваш дядя. Мне жаль.