Глава 56
Лина
«Зяма пришёл на свидание с саженцем дерева, кирпичом и без презерватива, чтобы Рая знала — у него самые серьёзные намерения».
Просыпаюсь по щелчку, просто кто-то упорно долбит с ноги мою дверь. Первая мысль — испугаться, вторая — звонить в полицию, а следом в мой воспаленный мозг приходит осознание. Знакомый голос орет слишком громко:
— Сегодня солнце зашло за тучи…Сегодня волны бьют так больно. Зачем ты стучишь в мои барабаны? Зачем ты танцуешь под мои барабаны? Зачем ты бьешь меня по яйкам, по Лелику и Болику, и даже по Халку? Мне и так больно!! ОТКРОЙ.
Это же песня «Ямайка»? Что? Агеев? Подскочив, я резво несусь к двери, понимая, что таким ором мы поднимем весь дом. Мне кажется, мои соседи и так уже послушали, им хватит до конца жизни. Ноги заплетаются, а зрение продолжает плыть. Но кто-то не унимается, он такого слова попросту не знает.
— Какая боль, какая боль. Лина, открой! Победа все равно за мной!
Господи, он ужрался в слюни. Точно! Иначе такой бред нести было бы просто невозможно. Быстро провернув замок и отперев дверь, я вижу Агеева с подбитым глазом. В руках у него саженец, в прозрачном кульке — кирпич, и он не пьяный. Немного потасканный — да, но взгляд трезвый, в отличие от моего взора сейчас…Я по ходу сошла с ума. Сейчас Ал улыбается широко и открыто, внимательно рассматривая меня с ног до головы. Так тщательно, что я начинаю покрываться мурашками в тех местах, где «касается» его взор.
— Какого хрена ты творишь? — спрашиваю, но ответа четкого не получаю. Вместо этого Алан заходит в квартиру со всем джентльменским набором.
— Милая, я пришел.
— Это что? — указываю на дерево, а следом и на кирпич, аккуратно уложенный возле двери.
У меня руки леденеют сейчас от предчувствуя грядущего.
— Дерево я еще не посадил. Но это фикус Бенджамина. Посажу завтра, сегодня я не нашел горшок под него. Это — кирпич. Дом не построил, однако я начну в ближайшее время. У меня есть две квартиры, одна в столице, прошу заметить и сделать скидку в этой связи. Вот это, — он выуживает кучу листов из папки. — Анализы Альбины, она не беременна, но у нее хуйни какие-то, от которой писька чешется.
Мои глаза расширяются после каждого сказанного им слова все больше и больше. Что, простите?
Вздох паники, шока и облегчения настигают меня сразу, моментально, перманентно и так, что я часть слов не слышу — уши закладывает от бешеного сердцебиения. Не беременна. Стучит это набатом в ушах. Только от подобной новости можно получить дозу такого необходимого успокоения.
— Предвосхищая твои опасения на этот счет. Вот мои анализы. Тут на все возможные инфекции, ВИЧ, Сифилис и Гепатиты. Все существующие в мире. Подвижность сперматозоидов я не делал, но уверен, что у меня они марафонцы. Мой заработок в месяц варьируется от семи и до десяти тысяч долларов в плохие периоды и свыше пятнадцати в хорошие. Ну и самое главное: я пришел без презервативов. Роди мне сына и дочку, ведь я идеальный кандидат, — все это произносится так серьезно, что я поверить не могу в происходящее. У меня внутри все переворачивается.
Чувствуя, что волосы начинают медленно вставать дыбом, пытаюсь пошевелиться дабы скинуть наваждение, но конечности отказываются двигаться. Воздуха катастрофически не хватает, и я коротким перебежками жадно глотаю то, что удается захватить ртом. Трясет как припадочную.
— Вот. И еще.
Следом он достает черную бархатную коробочку, выуживает оттуда кольцо и становится на одно колено прямо в коридоре моей квартиры. По щекам начинаю катиться слезы, а внутренности поджигаются от открытого огня, что исходит от парня сейчас.
— Я пиздюк. Это аксиома, но я очень хочу научиться, как надо. Ты меня двигай, ладно? Только не бросай. Будешь моей женой?
Все, что до этого было в мое голове, резко выветривается одним потоком. Я слабо понимаю, что мне он только что сказал. Когда Ал повторяет еще раз, весь смысл плотно утрамбовывается в голове.
— Я хочу, чтобы ты стала моей женой как можно скорее. Но понимаю, что пока возможно лишь — невестой. Никуда спешить не будем, все как ты скажешь будет. Просто хочу быть уверенным, что ты правильно истолковываешь мои порывы. Я без тебя не смогу и не буду, вот и все. Можешь сейчас не говорить мне ответ, но просто надень его, пожалуйста. Чтобы все знали, что в твою сторону нельзя даже дышать, не то что смотреть.
Мой взгляд падает на кольцо. Конечно, оно дорогое, и это не то слово, это кричаще дорогое кольцо. Но меня оно волнует в последнюю очередь, ведь я стою и всматриваюсь в лицо Алана, чувствуя, как меня раздувает внутри абсолютное счастье. Больше всего на свете нежно трогает именного последняя часть длинной речи, от нее я получаю абсолютно все, что хотела.
— Я…я очень хочу быть твоей невестой.
Агеев подскакивает и сметает меня, нагло воруя соленный поцелуй, срывая его как срывают полевой цветок. Я осторожно касаюсь поврежденной и при этом заклеенной брови, следом — обнимаю так крепко, как только могу
Ощущая детский трепет и жгучее желание целовать Алана, я делаю то, что и хотела, понимая, что снова рискую и иду по краю. Но счастье быть на краю с ним для меня важнее всех страхов, ведь только здесь я живу. Полной грудью и так, как не жила никогда.
— Еще я очень счастливый пиздюк, очень везучий и у меня самая лучшая в мире невеста и будущая жена.
В его руках мне тепло, надежно. Немного шатает от шквального ветра непростого характера. Но притираться всегда больно — как ни крути.
— Ты переезжаешь ко мне, тут мне плохо дышится.
Это был бы не Алан, если бы последнее слово не было бы за ним. Усмехнувшись, я довольно прикрываю глаза, растекаясь патокой по широкой груди.
— Ты где глаз подбил, сбитый летчик? — любопытство пробирает до костей.
— За любимую воевал со всеми подряд. Довоевался.
Завуалировано отвечает мой мужчина.
На правду я и не рассчитывала, и что-то мне подсказывает: знать ее необязательно. Но верить — точно необходимо, иначе у нас просто не получится. Ему— мне, а мне — ему. По факту. Безусловно. Безукоризненно. Без «но» и «если».
Могла ли я поверить, что при смене места работы у меня поменяется вся жизнь? Могла ли я думать, что свяжусь с плохим мальчиком? Я, хорошая девочка. И он — мой студент. Тот еще пиздюк. Мой.
Не думала и не гадала…