Глава 2. Первая Битва при Форуме
Аудитория 307 встретила Анастасию Сергеевну тихим, деловым гудением. Парты, расставленные амфитеатром, были заполнены примерно наполовину. Адекватная половина группы – те, для кого учеба была не бременем, а возможностью. Они приветливо встретили ее взглядами, некоторые улыбнулись. Пахло свежей краской, древесной пылью от недавно отремонтированных подоконников (очередной «подарок» Демидова-старшего?) и легким волнением начала новой дисциплины.
— Доброе утро, – четко произнесла Настя, ставя папку на кафедру. Ее голос, чуть более низкий, чем можно было ожидать от ее хрупкой фигуры, легко заполнил помещение. — Меня зовут Анастасия Сергеевна Королева. В этом семестре мы с вами погрузимся в основы римского права – фундамент, на котором стоит вся современная юридическая мысль.
Она начала лекцию. Спокойно, уверенно, с глубоким знанием предмета. Говорила о Законах XII таблиц, о переходе от обычного права к писаным нормам, оmos maiorum– нравах предков, как источнике права. Большинство студентов внимательно слушали, делали пометки в ноутбуках и тетрадях. Время от времени кто-то задавал уточняющий вопрос – разумный, по делу. Настя отвечала, ловя этот момент взаимопонимания, профессионального интереса. Это былоеепространство. Пространство знания и уважения. Она чувствовала себя на своем месте.
Идиллия длилась минут двадцать. Потом дверь аудитории с грохотом распахнулась. Несколько опоздавших ввалились внутрь, словно не студенты, а участники шумной вечеринки, заглянувшие по ошибке. Их было человек пять.
Впереди шли две девушки. Их внешность кричала громче любого слова. Слишком короткие юбки, обтягивающие кофты с глубокими вырезами, яркий, почти театральный макияж. Они шли, громко перешептываясь и хихикая, явно перепутав профессию юриста с работой в ночном клубе или инстаграм-моделированием. Их взгляды скользнули по аудитории с преувеличенным скучающим видом.
Следом вошли трое парней. Двое – крепкие, с нарочито небрежными прическами и дорогими спортивными куртками, явно телохранители или просто «свита» по жизни. А между ними – Марк Демидов.
Он вошел не спеша, с той же развязной самоуверенностью, что и во дворе. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по Анастасии Сергеевне, задержался на секунду дольше, чем на остальных, и тут же перешел к поиску свободных мест. Его свита громко переговаривалась, стулья скрипели, падали рюкзаки.
— Простите за опоздание,молодаяпреподавательница, – бросил Марк через плечо, не глядя на Настю, растягивая слово «молодая» с явной издевкой. Он устроился на заднем ряду, откинувшись на спинку стула, закинув ногу на ногу. Его друзья глухо хихикнули. «Дорогу, видите ли, не знали. Этот ваш… Римский Форум… или что там?»
Настя замолчала. Весь класс замер. Она внимательно осмотрела вошедших. Взгляд ее скользнул по вызывающе одетым девушкам, потом по наглым парням, и наконец остановился на Марке. Она не стала повышать голос, но ее тишина была громче крика.
— Опоздание зафиксировано, – произнесла она ровным, ледяным тоном, глядя прямо на Марка. — Места свободные – позади. Прошу не мешать учебному процессу. Мы изучаем основы римского права, которые, несмотря на ваше сомнение, господин Демидов, являются не архаикой, а живым инструментом понимания современных правовых систем. От контрактного права до понятия собственности.
Марк усмехнулся, игриво вертя дорогую ручку. — Ох уж эти древние римляне… Какое нам, будущим практикующим юристам, до них дело? В суде цитатами из Юстиниана не отмажешься. Нужны связи, деньги, умениедоговариваться. — Он подчеркнул последнее слово, его взгляд скользнул по строгому жакету и собранным в тугой узел волосам Насти. — Или вы думаете, что ваши лекции о каких-то табличках научат нас этому? Выглядит… уныло.
В аудитории повисла напряженная тишина. Даже его свита затихла. Адекватная половина группы смотрела то на Настю, то на Марка, ожидая взрыва. Анастасия Сергеевна сделала глубокий вдох. Внутри все клокотало. Ее задели. Задели ее профессию, ее предмет, ее внешний вид. Но вступать в перепалку с наглым студентом на его уровне – значило опуститься. Она собрала всю свою волю.
— Римское право, господин Демидов, – начала она, и ее голос зазвучал с новой, стальной силой, – учит не цитировать, амыслить. Учит логике права, его структуре, его вечным принципам. И да, возможно, в вашем представлении юриспруденция – это лишь «договоренности» и связи. — Она сделала едва заметную паузу, и ее взгляд стал пронзительным, как лед. — Но позволю себе заметить, что настоящий профессионализм и уважение заслуживаются знанием, а не только именем отца или его кошельком. Не стоит всю жизнь прятаться за спиной родителя. Пора показать, чеготы самстоишь.
Она не повысила голос, но каждое слово било точно в цель. «И поверьте, битва по римскому праву обязательно наступит. В день экзамена. Где ваши связи и деньги могут оказаться бесполезны против знания текстов Гая или Ульпиана. И где даже самый влиятельный отец не сможет сдать за вас экзамен». Она чуть наклонилась вперед, опираясь на кафедру, ее глаза горели холодным огнем. — Экзамен – это поле боя, где каждый сражается сам. И я вам искренне советую начать готовиться. Уже сейчас.
Сначала в аудитории прокатился шквал хихиканья. Кто-то из «адекватных» не сдержался – слишком уж точным и дерзким был ответ, бьющий в самое больное место мажорной спеси. Но смех оборвался мгновенно, как по команде.
Марк Демидов изменился в лице. Вся его напускная расслабленность испарилась. Холодные серые глаза сузились, став похожими на лезвия. На скулах выступили резкие тени, челюсть сжалась так, что стали видны мышцы. Его самоуверенность сменилась ледяной, опасной яростью. Он медленно поднялся с места. В аудитории воцарилась гробовая тишина. Даже его свита замерла, чувствуя смену атмосферы.
Он не кричал. Он не метался. Он собрал свои вещи (дорогой кожаный портфель, телефон) с преувеличенной, медлительной точностью, ни на кого не глядя. Каждое его движение излучало сконцентрированную ненависть. Подойдя к двери, он остановился, обернулся. Его взгляд впился в Анастасию Сергеевну. Не в преподавателя. Внее. В женщину, которая посмела.
— Хорошо,Анастасия Сергеевна, – произнес он тихо, но так, что каждое слово было отчетливо слышно в мертвой тишине. Голос был низким, обволакивающим и ядовитым. — Запомним этот… урок. Очень по-римски. Жестоко и бессмысленно. — В его глазах горело обещание. Не угроза. Констатация факта. Война была объявлена.
Он резко толкнул дверь. Она с грохотом захлопнулась за ним, эхом отозвавшись в напряженной аудитории. Его друзья и девушки, растерявшись на секунду, поспешно схватили свои вещи и выбежали следом.
Анастасия Сергеевна стояла за кафедрой, абсолютно прямая. Ладони, спрятанные за спиной, дрожали. Сердце бешено колотилось. Она только что бросила вызов львенку из самого могущественного прайда в городе. И он принял его.
Она перевела взгляд на оставшихся студентов. Их лица были бледными, глаза – широко раскрытыми от шока и неловкости. Но в глазах некоторых – тех самых адекватных – она увидела не страх, а... уважение. Смутное, но настоящее. Они видели, как она не сломалась.
— Итак..., – Настя сделала усилие, чтобы ее голос звучал ровно, профессионально. Она снова взяла в руки конспект. — Как я уже говорила, Законы XII таблиц закрепили переход от устного обычая к писаной норме... Продолжим.
Она продолжила лекцию. Голос был твердым, но внутри все еще бушевало. Она выиграла первый раунд. Но прекрасно понимала: Марк Демидов не простит публичного унижения. Его уход был не поражением. Это было начало осады. И экзамен, о котором она говорила, внезапно стал казаться не просто академической датой, а личным полем битвы, где ставки были куда выше, чем оценка в зачетке.