Глава 7

Так день за днем мы узнавали о себе что-то новое и постепенно погружались в учебу. Предметов было много, но все такие интересные, что мы рвались к знаниям, забывая порой есть и спать. Впрочем, после первой суматошной недели, когда нас коротко знакомили со всеми предметами, которые преподавались в Академии Изумруд, расписание разделилось по факультетам и специализациям. В чем-то стало проще.

Общие предметы по-прежнему читались в больших аудиториях, а вот специализации велись в небольших уютных кабинетах на пять-десять человек. В этих группах преподаватели не просто делились знаниями – они шлифовали наши способности, словно грани того самого изумруда.

Утро начиналось с медитации. Меня научили видеть крохотную искру собственной магии и еще раз объяснили разницу между магом и ведьмой.

Маги оперировали внутренней силой. Их источники порой горели, как огромные костры, и в магическом зрении факультет боевиков на утреннем построении выглядел как шеренга костров разной величины.

Ведьмы собственных сил имели мало – искру, иногда две или три. Но с помощью этих искр мы управляли силами природы. Поэтому на медитации ведьмы не только очищали свой разум, расслаблялись и концентрировались, но и привыкали к новому звучанию мира вокруг.

После завтрака шли лекции, а после обеда – практические занятия. Причем декан умудрялась так виртуозно составлять расписание, что утром мы записывали значение рун, а после обеда выцарапывали их на дереве или камне. Утром слушали лекцию по анатомии, а после обеда шли в лазарет изучать лежащих там больных и воздействие на них исцеляющей магии. В общем, свободное время у нас появлялось только после ужина, да и то уходило на подготовку к семинарам и практическим работам.

Тем не менее в Академии мне нравилось почти все.

Вернее, нравилось бы все, если бы не… зельеварение!

Айлира с первого занятия стала любимицей преподавательницы зельеварения. Она буквально влюбилась в этот предмет, днями и ночами готова была сидеть в лаборатории, готовя очередное заковыристое зелье. Даже в выходные моя соседка по комнате практически не вылезала из учебной лаборатории. Договорившись с магистром Агенорой, Айлира наладила производство своих кремов, шампуней, специального мыла, лосьонов и прочих косметических штучек.

Обычно первокурсников без присмотра в лабораторию не пускали, но болотная ведьма доказала свою компетентность и получила разрешение. А потом сумела договориться с мистрис Рогнедой о поставке ингредиентов в обмен на свои зелья. Поэтому результаты ее трудов шли в лавку, но кое-что Айлира продавала нашим же однокурсницам. На одном только зелье от веснушек она заработала себе на зимний плащ! А распродав большую партию зелья для блеска волос, купила себе зимние сапоги!

Мои успехи были не столь впечатляющими. С легкой руки магистра Клиффорда меня записали на все курсы и факультативы для обережников, мастеров щитов и защитных амулетов. Это мне нравилось, и я делала успехи в этих дисциплинах. Смежными считались вышивка, плетение, каллиграфия, руны, симвотипия, рисование, резьба по дереву и камню, а также ювелирное дело. Они, как ни странно, тоже шли у меня хорошо. Но вот зельеварение! Обязательный предмет для лекарей, ведьм и травников!

Я перебила кучу пробирок. Рассыпала гору редких ингредиентов. Сожгла два котелка. Опрокинула горелку. Сломала полдюжины лопаток, ложек и веселок. Но так и не научилась варить простейшее зелье от простуды, которое необходимо было для зачета.

Айлира вздыхала и по двадцать раз объясняла мне каждое действие. Я рыдала и просто не понимала – как? Ну как я столько лет проработала в таверне, выполняя раз за разом последовательность действий, и ни разу не нарушила рецепт! А здесь не могу лечебный чаек заварить! Ну ерунда же! Как так?

А между тем время зачетов приближалось. Первокурсники не сдавали экзамены, но в обязательном порядке сдавали зачеты или контрольные по всем изучаемым дисциплинам. Я довольно легко сдавала теорию – память у меня была хорошая, конспекты я старательно писала, да и магистры умели преподнести материал так, что и захочешь – не забудешь. А вот практика…

На бытовой магии нужно было просто согреть воду. «Бытовуху» у нас вела мистрис Ройс, молодая симпатичная ведьма-аспирантка, еще не забывшая курс, который изучала сама. А вот принимать зачет неожиданно прибыл сам магистр Санелиус! Декан, ненавидящий ведьм!

Мы ежились, стоя в коридоре, и готовы были бросать жребий – кому идти первым, но всех неожиданно отодвинула Айлира. Она явилась на зачет с корзинкой из таверны и невозмутимо объявила, что идет первая. Ее провожали в аудиторию, как героиню.

– Адептка, прошу, продемонстрируйте свои умения! – услышали мы из-за двери, а потом магистр Санелиус поставил полог тишины, и мы остались трястись за дверью.

Айлиры не было долго. Мы уже все извелись. А когда дверь наконец распахнулась, я не поверила своему обонянию! В аудитории пахло чаем! Вкусным и редким травяным чаем! А еще печеньем! Магистр Санелиус, строго нахмурив брови, смотрел на меня, и я решительно шагнула внутрь. Меня разбирало любопытство. Корзинка из «Маг и башмак»? Чай? Сдержанное лицо Айлиры и запись «зачет» в ведомости перед магистром!

– Итак, ваша очередь, адептка, подогрейте воду! – бытовик мрачно кивнул на большую керамическую чашку.

Я сосредоточилась и аккуратно нагрела чашку – ровно так, как мы с Айлирой делали в комнате, когда хотели перекусить и выпить чая. Постепенно от воды поднялся парок, а потом она закипела.

– Зачет! – ровным тоном сказал бытовик, и я быстро попрощалась и вышла.

Все вместе не заняло и пяти минут! Так что же Айлира делала в аудитории почти полчаса?

С этим вопросом я и пристала к подруге, как только нашла ее в комнате. Но болотная ведьма просто пожала плечами и заявила, что она грела воду. И только.