БОНУС

— Вов, будь другом, Стасю перехвати! Я капец как зашиваюсь, ничего не успеваю!

Владимир Скворцов невольно улыбнулся, слушая голос подруги через динамики.

— Скидывай адрес, Раднуля, — ответил Вовчик. — Нет, мен не сложно. Заберу, отвезу. Но у меня, однако, вопрос: где твой благоверный?

— Ой, Вов, при встрече расскажу, — отмахнулась Радмила.

— Опять на работе?

— Не угадал, — фыркнула подруга, — помчался в травмпукнт.

— Не говори, что ты ему проломила череп! Но если вдруг нужно алиби, Радмила Алексеевна, могу дать показания, что был с тобой. И тебя не посадят, — предложил Скворцов, а когда Рада не поддержала шутку, спросил серьезно: — Что стряслось? Все живы?

— Левчик впихнул в нос батарейку от пульта, проводил эксперименты. Влас повез его в больницу, — буркнула Рада и тут же, повысив голос, выкрикнула: — Девочки, живо одеваться! Или никто никуда не поедет!

Вовчик прислушался к шуму, льющемуся из динамиков. Звонкие голоса близняшек наперебой спорили, кто какое платье наденет. Причем Скворцов точно знал, что у девочек должны быть абсолютно одинаковые наряды. Но эти две мелкие фурии-трехлетки спорили всегда и по любой мелочи.

— Давай я перехвачу Стасю, а потом и кого-то из девчонок? — предложил Владимир, прикидывая, что времени до торжественного ужина еще валом.

— Родители обещали забрать сразу двоих, — ответила Рада. — Они уже где-то рядом. Так что, спасибо, Вов. Ты главное Стасю забери. Она там с огромным тортом. Представляешь, нас «кинули» с доставкой. Теперь нужно самим забрать.

— Я понял, — кивнул Скворцов, — скидывай адреса.

Рада прервала звонок, Владимир вернул прежний трек и на светофоре проверил чат. Подруга уже скинула адреса. И Скворцов рванул за сестрой Власа Тарасовича.

По первому адресу находился салон красоты. Вовчик отыскал свободное место на парковке и потянулся к экрану телефона, чтобы набрать номер Стаси.

Да так и завис.

На крыльце заведения, по ту сторону стеклянной двери, стояла девушка.

Красивая девушка, с длинными темно-каштановыми волосами, в облегающем коротком платье, на каблуках катастрофической высоты и с сумочкой в руке.

Хотя, темно-каштановые волосы должны быть длинными. Еще вчера вечером они таковыми и были. А сейчас на голове у девушки — каре. Или как там оно называется? Но что-то едва доходящее до плеч.

Скворцов дал себе ровно две минуты. Молодой мужчина не понимал, что его бесило больше: новая стрижка Стаси, длина ее юбки, или степень прозрачности наряда.

Решив, что бесит его все и сразу, Вовчик вышел из машины.

Хлопнул дверью так, что привлек внимание девушку.

Стася уже тоже шагнула на улицу. И Вовчик отхватил очередную порцию ярости.

Мимо салона проходила кучка пацанов-подростков. Кто-то из них заметил Тихоновскую, одобрительно свистнул.

— Что за песня, пацаны!

Вовчик уловил слегка смущенную улыбку на лице Стаси. Девчонке нравилась реакция со стороны пацанов. Хоть мелкие, но мужики ведь.

— Эй, красотка, айда с нами! — продолжал цеплять парень, а когда Стася торопливо зашагала мимо, преградил путь. — Не нравлюсь я тебе? Зато ты мне очень понравилась.

— Ребята, дайте пройти, — чуть громче попросила Стася, а Вовчки уже приблизился так, что девушка увидела и его: — Ой, Владимир? А я уже такси вызвала.

— Отменяй, — мотнул головой Скворцов и перевел тяжелый взгляд на гопников. — Пацаны, девушку пропустите.

— Иначе что? — двое уже просекли накал обстановки. Интереса к Насте у них не наблюдалось, зато подраться их тянуло.

Владимира тоже. Очень тянуло почесать кулаки. Иначе ведь сорвется на девчонке, наговорит ей гадостей. А этого хотелось меньше всего.

— Стась, иди в машину, — резко скомандовал Скворцов.

— Ой, твоя что ль? Дашь погонять? — нахально усмехнулся самый наглый и борзый. И судя по взгляду, имел ввиду он девушку, а не автомобиль.

— Настя, — с нажимом повторил свою просьбу-приказ Вовчик.

Хорошо, девчонка спорить не стала. Хотя у нее всегда и на все было собственное мнение.

Владимир даже удивился, не услышав возражений. Ведь с тех пор, как она повзрослела, спорила с ним постоянно.

Вообще Скворцову казалось, что девчонка намеренно задирает его.

Но его все устраивало. Нравились их словесные перепалки. Нравилось наблюдать за выражением триумфа на хорошеньком личике, когда она выходила победителем в их небольшой ссоре.

И Вовчик порой ловил себя на мысли, что поддается. Иногда проиграв, выигрываешь гораздо больше.

— Я сейчас полицию вызову, — уже из машины, опустив стекло, выкрикнула Стася. — Регистратор пишет запись! Ясно вам?

— Стась, можешь просто помолчать?! — рыкнул Скворцов, оглянувшись на девчонку.

Зря отвернулся. Ему тут же прилетело в челюсть.

— Ну еб…! — пробормотал Владимир и ответил.

Драться парень умел. Регулярно занимался самбо, не профи, но любитель со стажем. К тому же гопники могли взять разве что количеством. Четверо на одного. Но Вовчик был гораздо выше, шире, и, судя по всему, быстрее.

Двое сразу же стекли по стеночке салона на тротуар. Третьего Вовчик отоварил с разворота ногой. А последнего, самого борзого «кавалера» оставил на десерт.

— Тебе не говорили, что не стоит лезть к чужим девчонкам?

— Слышь, мужик, да мы ж пошутили! — начал уламывать пацан.

— Раньше нужно было думать, — оскалился Владимир.

— Вов! Да оставь ты его! — звонкий голосок сломал все планы.

Кажется, Стася всхлипывала. По крайней мере, голос дрожал.

Скворцов обернулся. Подмигнул Насте, давая понять, что все в порядке и под контролем.

— Осторожно! — выкрикнула Стася и дернулась вперед, собираясь выскочить из машины.

Бок обожгло огнем. Владимир тряхнул головой.

Пацан, который секунду назад еще пытался договориться, уже садистки улыбался.

Вова прижал руку к кровавому пятну на рубашке.

— Ах ты ж сука! — шикнул Скворцов, выбил нож из руки подонка.

На адреналине Вовчик достал противника, впечатал кулак пацану в нос. Тот рухнул на землю.

— Вова! — голос Стаси звучал пронзительно, оглушая, заставляя мозг работать.

— Не паникуй, девочка, — шикнул он и дошел до машины. — До свадьбы заживет.

Вовчик тряхнул головой, сел за руль. Перед глазами все кружилось, а личико Стаси, почему-то, казалось бледными и размытым.

— Я скорую вызвала, — всхлипывала Настя. — Господи, Скворцов! Ну зачем ты полез?! Уехали бы спокойно и все.

— Нормально? То есть я еще и виноват?! — возмутился парень.

— А кто еще? — шмыгала носом Стася. — Учти, если ты умрешь, я тебя убью!

— Понял, не дурак, — скривился Владимир.

***

Владимир с трудом приподнял тяжелые веки. Проморгался.

Мужчина даже не удивился, увидев темно-каштановую макушку на постели.

Сам Скворцов лежал в этой же постели. И все было бы шикарно, окажись он с Анастасией в одной горизонтальной плоскости. Но нет, Стася сидела, устроив голову на одеяле, и спала. А Вова медленно приходил в себя.

Вспоминать долго не пришлось. Странно, но Вовчик все прекрасно помнил. И то, как «Скорая помощь» доставила его в ближайшую больницу, и то, что Стася была с ним все это время. Ее огромные, полные слез глаза помнил.

И фразу, брошенную девушкой в приемных покоях больницы.

Кем она приходится пострадавшему? Стася, не моргнув, ответила: Владимир друг семьи.

Вот так. Просто друг. Никаких, млять, иллюзий.

Умом Владимир все прекрасно понимал. Он познакомился с семьей Тихоновских почти шесть лет назад. Стал вхож в круг друзей Власа Тарасовича. Более того, он крестный одной из близняшек — Ириды.

Так что, все вполне логично. Для Анастасии Тихоновской Владимир друг. Она ему доверяет. Волнуется за него. Иначе бы не провела ночь, сидя у его постели.

Вовчик вздохнул. Любоваться девчонкой хорошо, но сложно. Она только делает первые шаги во взрослую жизнь. А Скворцов уже признал, пусть и только самому себе, насколько серьезны его чувства к этой молодой и яркой девушке.

За минуту, глядя на Стасю и прокручивая в голове разные сценарии, Владимира осенило мыслью.

Что будет, если он отпустит Настю сейчас? Вообще отпустит?

Она очень красивая, яркая девушка. Вовчик бывал на кафре, где учился, где преподавал Влас, где сейчас учится Настя. И собственными глазами видел, как на девочку смотрят молодые пацаны. Не ровен час, как подкатят, уведут, совратят. И ведь Стасе может кто-то из этих хамло-мажоров понравиться.

И ведь влюбится еще, не дай бог!

Нет, надо это дело прекращать. Отпустить? Ну сейчас, ага! У Вовчика иные планы. И потом, как сказали врачи, Скворцов в рубашке родился. Лезвие ножа прошло в нескольких миллиметрах от жизненно важных органов. Значит, у Вселенной на Вовку есть определенные планы. Все произошло не случайно. И ранение, и вся такая красивая Стася, и мысли Скворцова, и его чувства, которые ударили по башке полгода назад. Нет, планы Вселенной нужно осуществлять.

Владимир задумался. В принципе, чем еще заниматься после операции, под капельницами, без возможности встать и свалить из палаты.

Да и куда идти, если Анастасия сейчас здесь, рядом с ним?

Вот Вовчик и любовался хорошеньким личиком, пока его хозяйка спала и не подозревала о том, что в эту секунду меняется ее судьба.

Двери палаты осторожно распахнулись. Владимир мысленно выругался. Понятно, что Настя не могла поступить иначе, наверняка именно она позвонила его родителями.

Чета Скворцовых вошла в комнату. Мать всхлипывала, прижимала носовой платок ко рту. Отец хмурился.

Вовчик любил своих родителей. И отношения с ними были весьма теплыми. Однако Скворцов предпочитал, чтобы в его жизнь не лезли. И, судя по колючему взгляду на темно-каштановый затылок, именно это сейчас планирует сделать мама.

— Владимир, ну как же так?! — вздохнула матушка.

— Мам, не сгущай краски, все в порядке, — скривился Владимир и попытался сесть повыше.

— Анастасия? Спасибо тебе, дальше мы сами присмотрим, — голос матери изменился, ледяной, не терпящий споров. Матушка последние пятнадцать лет занимает должность директора гимназии, и раздавать указания умеет.

— Нет, мам, Настя останется, — прищурился Владимир.

— Да, да, конечно, я пойду, — закивала Стася, подскочила со стула, принялась искать свою сумочку.

Скворцов и сказать ничего толком не успел, как малышка уже стояла в дверях палаты.

— Скорейшего выздоровления! — выпалила Тихоновская, взглянув на Владимира.

И свинтила.

Вовчик от досады стиснул челюсть. Ну какого, блин, хрена?!

Родители восприняли его эмоции по-своему.

— Врача пригласить? — предложил отец.

— Больно? — участливо спросила матушка и присела на стул, где еще минуту назад сидела Стася.

— Мам, я просил ее остаться! — пробормотал Скворцов.

— Кого? Тихоновскую? А ничего, что это из-за нее ты оказался прикован к койке?! — возмутилась мать нарочито громко. Наверняка, Настя из коридора все прекрасно слышала. Либо убежала, сверкая пятками.

— Бред! Настя не виновата, — возразил Вовчик.

— Знаешь, сын, — хмурился отец, — я и не узнал эту девочку.

— Вот-вот! — цокнула мать языком. — Вырядилась, как… Юбка эта чрезмерно короткая, прозрачная, все белье напоказ! Мне вообще кажется, что хулиганы ее близкие знакомые.

— Чушь не неси, мам, — покачал головой Скворцов.

— Это не чушь, Владимир! — строгим тоном продолжила матушка. — Я понимаю, ты дружишь с Тихоновскими. Но Анастасия? Либо у нее нет вкуса, либо она слишком легкомысленна в выборе одежды. Да и выглядит вульгарно.

— Прекрати! — процедил Вовчик.

Молодой мужчина откинулся на подушки. Прикрыл глаза. Сил спорить с родителями не было. Оставалось надеяться, что скоро они уйдут.

Положение спас хирург, лечащий Вовчика. Войдя в палату, прозрачно намекнул, что время посещений закончилось.

— Сынок, ты пиши, что нужно привезти! А мы завтра придем тебя проведать, — пообещала мама.

Владимир кивнул. Привозить ему ничего не нужно. Да и ключей от его квартиры у родителей нет. Они есть у Власа. А поскольку сам Тихоновский занятой человек, Вовчик попросит об одолжении одну знакомую девушку. К тому же, кто-то ведь должен кормить кота, живущего у Владимира.

***

Она не должна была соглашаться. Не стоило. Определенно — нет.

Но зачем-то согласилась. И наутро поехала по знакомому адресу.

Стася ни в чем не винила родителей Скворцова. Они все говорили верно. Где Владимир, и где она?

Владимир Владимирович Скворцов успешный адвокат, наследник не менее преуспевающей фирмы, юрист в четвертом поколении. Да и вообще… Скворцов идеальный. И как бы Стася ни старалась допрыгнуть до его уровня, не выйдет.

Все, что ей оставалось: задирать его, спорить с ним при каждом удобном случае. Иногда казалось, что у нее это в крови — выискивать недостатки Скворцова. Однако до сих пор Анастасия Тихоновская ничего и близко отрицательного в этом мужчине не нашла.

Нет, один недостаток все же был. Скворцов не замечал ее. Вернее, замечал. Но видел в ней лишь младшую сестренку друзей.

И это бесило. Стася всеми силами пыталась привлечь внимание Владимира. Но все ее попытки терпели фиаско.

А сейчас случилась очередная катастрофа. Из-за Стаси Скворцов попал в больницу.

Так что, его родители полностью правы. Ей нужно держаться подальше от Вовы.

Вот привезет ему вещи в больницу и будет держаться подальше.

Ключи Насте отдал старший брат. Сам Скворцов прислал в мессенджер список, что именно привезти, где именно эти вещи найти и чем кормить кота.

О том, что у мужчины есть домашний питомец, Стася знала давно. Собственноручно притащила котенка, вытащив пищащий комочек из-под колес машины во дворе. Девушка хотела оставить котенка, даже имя ему подобрала. Но на семейном совете было решено передать животинку Владимиру, поскольку выживание крохотного котенка в непосредственной близости с двумя мелкими ураганами-близняшками было под вопросом.

Вова с радостью взял кота к себе. Периодически присылал фото питомца, который из крохи за полгода вырос в приличного кота по кличке Кефир.

И да, Стася успела привыкнуть к белоснежному пушистику. Даже поставила на заставку в телефоне снимок Кефира. И по чистому совпадению на том же фото был и Скворцов. Случайно, разумеется. А незачем присылать селфи с таким симпотягой, как Кефир!

Стася провернула ключ в замке, открыла двери в квартиру.

В коридоре прямо у порога ее уже ждал Кефир, преданно заглядывая в глаза и громко мяукая.

— Привет, радость моя! — ласково заговорила девушка, подхватила котенка на руки, понесла на кухню. — Голодный, да? Сейчас я тебя покормлю.

Кот громко урчал и прижимался мордочкой к плечу Стаси. И как его оставить голодным и бросить на произвол судьбы?

Потому Стася решила, что обязательно приедет еще. Да и вообще, будет приезжать дважды в день, утром и вечером, пока Скворцова не выпишут.

Накормив кота, собрав необходимые вещи, Стася вышла из квартиры.

Осталось самое трудное: нужно привезти сумку Владимиру, сделать вид, будто она не слышала ни слова из беседы Вовы с родителями и уехать.

Все оказалось гораздо проще. Во время приезда Стаси Скворцов спал. Девушка тихонько оставила сумку на стуле у постели и вышла.

Можно сказать, что вышла очень вовремя. Спускаясь по лестнице с третьего этажа на первый, Стася едва не столкнулась с матерью Владимира. Заметила, как женщина поднималась вверх по лестнице, а потому торопливо спряталась, свернув в арку на втором этаже. Дождалась, пока Скворцова пройдет мимо, а после спустилась.

Уже на улице телефон Стаси завибрировал. Вздохнув, девушка ответила на вызов.

— Ты куда сбежала?! — без намека на приветствие выдал Скворцов.

— В смысле? Я накормила кота, привезла сумку. Что не так? — возмутилась Стася.

Владимир не ответил. Девушка напряженно слушала. Кажется, к Скворцову пришли посетители. Голос матери Владимира Стася хорошо разобрала.

— Все так, Стась. Спасибо. И за Кефира тоже.

Скворцов сбросил вызов. Стася вздохнула. Так, ладно. В конце концов, ей не сложно присмотреть за котенком. К тому же, квартира Владимира располагалась в центре, неподалеку от университета, не нужно мчаться на другой конец города, чтобы проведать Кефира.

***

Тихоновская не знала, когда выпишут Владимира. Радмила сказала, что случай сложный, потому врачи не торопятся выпускать пациента.

Влас вообще молчал насчет Скворцова. Стася как-то случайно услышала в офисе разговор брата с Егором о том, что полиция нашла и задержала тех самых хулиганов.

Ну хоть об этом можно не волноваться.

За неделю девушка привыкла к определенному графику, утром и вечером навещала кота, кормила его, вычесывала, играла. Стабильно проводила около часа в доме Скворцова. Здоровалась в подъезде с приятной бабушкой-соседкой слева и со старичком-соседом справа. Как-то помогала старушке донести пакеты до квартиры. Словом, Стася исправно следила за квартирой и питомцем, скучающем без хозяина.

Впрочем, и Тихоновская скучала, правда, не собиралась в этом признаваться.

В один из вечерних визитов на телефон Стаси вновь поступил звонок.

— Стась? Привет! Не отвлекаю? — заговорил Владимир. Голос звучал гораздо бодрее, чем в последний их разговор. Девушка жадно ловила каждую фразу, произнесенную глубоким мужским баритоном. Поняла, что зависла и молчит, лишь когда Скворцов чуть громче произнес: — Насть? Можешь говорить? Ты где?

— Да, слушаю, — обронила девушка.

— Отлично, — вздохнул Скворцов, — я скину список. Сможешь привезти еще кое-что? Если не сложно, конечно.

— Смогу, — согласилась Тихоновская.

— Спасибо, — поблагодарил парень, — Насть, …

— Что? — уточнила Стася, когда пауза затянулась.

— Ничего, — вновь вздохнул Скворцов, — буду ждать.

Стася посмотрела на умолкший телефон. Звонок прервался. И словно печаль поселилась в сердце. Ну и ладно. И плевать!

***

Стася собрала сумку, вычесала кота, оставила сухой корм и чистой воды в миске.

Пора уезжать. А вещи Владимиру она отнесет утром. Просто оставит внизу, попросит медсестру передать в нужную палату.

Да, так и сделает.

Тихоновская подхватила свой рюкзак, сумку для Скворцова, погладила кота и провернула ключ в замке.

Выйти в подъезд не успела. На пороге стояла мама Владимира.

— Добрый вечер, Светлана Игоревна, — осторожно поздоровалась девушка.

Женщина настойчиво шагнула в квартиру, тесня и Стасю глубже. Та растерялась.

— Ты чего здесь делаешь?! — прищурилась Скворцова.

— Вова просил привезти ему вещи, — опешила девушка.

— Вещи? Ему ничего не нужно! Все есть! Я каждый день все ему привожу! — возразила Светлана Игоревна.

— Выходит, что-то все-таки нужно, — пожала плечом Стася.

— Опять врешь? Знаю я таких, как ты! — продолжала подозрительно смотреть на Стасю женщина. — С виду милые сиротки, а на самом деле себе на уме. Выворачивай сумки! Живо! Думала, обнести квартиру, пока хозяин в больнице? По твоей, между прочим, милости!

— Вы все выдумываете! — покачала головой Стася, без страха глядя на женщину, против крупной, дородной дамы Стася чувствовала себя Дюймовочкой. — Владимир просил, я выполняю.

— Живо возвращай, что украла! Пока я полицию не вызвала! — пригрозила Скворцова.

— Я ничего не крала!

— Ага! А ключи? Откуда у тебя ключи от квартиры моего сына?

— Он сам их мне передал.

— Ложь! Мне он сказал, что запасных нет! Так, все, — нетерпеливо рявкнула женщина и дернула рюкзак Стаси, — показывай! Живо!

Тихоновская решила, что спорить с этой женщиной бесполезно. Терпеливо ждала, пока Скворцова перетрясет содержимое ее рюкзака.

— Аккуратнее с ноутбуком, — процедила Стася, глядя, как Скворцова вытряхивает вещи на пол, просто перевернув рюкзак.

— Это Владимира ноутбук! Я у него такой видела! — поджала губы Светлана Игоревна, подбоченилась, пригрозила пальцем. — Допрыгалась? Я вызываю участкового!

— Ноутбук мой. Ваш сын просил привезти ему чистую одежду и кормить кота.

— Какого еще кота?! У Вовы нет никакого…, — начала Скварцова и громко чихнула. — Вот же … мерзость! Убить меня решила?

Женщина вновь чихнула, еще и еще. Стася лишь вскинула брови, наблюдая за Светланой Игоревной. Странная она, кстати. Впрочем, с матушкой Владимира Стася прежде близко не общалась.

Кефир удивленно взирал на все происходящее со стороны, предпочитал не выбираться из своего укрытия. Кот любил прятаться на верхней полке стеллажа в коридоре, прямо над головой Светланы Игоревны.

— Алло? Полиция? Меня хотят убить, да! А моего сына ограбили! Прямо сейчас грабят! Выезжайте скорее! — лепетала, словно задыхаясь, женщина.

— У вас аллергия на шерсть? — уточнила Тихоновская.

— Стой там, чтобы я тебя видела! — ткнула в нее пальцем женщина.

Стася лишь пожала плечом и присела на пол. Где-то во всей этой куче ее вещей есть небольшая косметичка с таблетками. И, кажется, внутри был блистер с антигистаминными.

***

— Владимир! Я тебе говорила! Предупреждала! Как в воду глядела! — странным, чужим голосом выкрикивала мать.

Вовчик не понимал, что происходит.

— Мам? Ты чего? Что случилось?! — забеспокоился мужчина.

— Эта паршивка тебя ограбила! Ну ничего, посидит в кутузке, признается! — успокаивала матушка.

Скворцов тряхнул головой.

Та-а-ак!

— Живо подробности! — рявкнул парень и медленно сел в постели.

***

— Твоя карманница, Скворцов?

— Говорю же, недоразумение, — хмурился Владимир, — моя. И вовсе не карманница.

Ситуация вышла не просто некрасивой, а стремной. Матушка, мать ее за ногу! Ее бы активность, да в мирное русло!

Но с родней Вовчик разберется позже. Сейчас главное вытащить Настю из участка без огласки, скандалов и прочего. Такие эпизоды будущему юристу не нужны.

Скворцову еще предстоит отчитаться перед Власом, каким таким образом его младшая сестренка оказалась в участке.

А Стася молодец. Документов при ней не оказалось, имени своего не называла. Пока бы установили личность, прошли бы сутки, двое. Хорошо, мать не додумалась продиктовать участковому фамилию и имя Насти прежде, чем врачи скорой увезли ее с собой. Ну или просто не успела.

Анастасия смотрела на Вовчика волком. Сидеть по ту сторону решетки — так себе удовольствие. Еще и невиновной.

В полном молчании Скворцов вывел девушку из здания полицейского участка. Двинулся к машине такси, которое уже успел вызвать. Понял, что Стася идет в противоположном направлении.

— Насть! — позвал Скворцов. — Ты куда?

— Домой! — не оглядываясь ответила девушка, но тут же притормозила, обернулась, яростно взглянула на собеседника. — Сам корми своего кота! Ясно?! И матушку свою угомони! Я не воровка! Я никогда ничего чужого не брала! Никогда!

Владимир видел, как вся дерзость, бравада, смелость испаряются из глаз девчонки. И вот-вот нагрянет истерика.

— Я ничего в твоей квартире не трогала! Ничего! — продолжала кричать Стася.

— Я знаю, — кивнул парень.

— Я просто кормила Кефира, — шмыгнула носом девчонка.

— Он тебе за это очень благодарен, — заверил Вовчик, — и я тоже.

— А ты — дебил! — Стася ткнула в его грудь пальцем. — Зачем приперся? Тебя же не выписали еще!

— Тебя спасать, — оправдался Вовчик.

— Я и сама прекрасно справляюсь! Без тебя! Позвонила бы Егору, или Власу! Кому угодно, но явно не тебе! — фыркнула Настя. — Вали в свою больницу.

Тихоновская развернулась и собралась от него уйти.

Возможно, Скворцов ее бы и отпустил.

Но…

Всю неделю он не видел ее. Соскучился. Думал всякое разное, и непристойное, и глупое. И глупо-непристойное.

А еще представлял, что вечера Анастасия Тарасовна проводит в компании какого-нибудь мажора, что ей там весело, хорошо. А он, Вовчик, скучает и валяется в больничной палате. И что совести у Стаси нет. Могла бы разок проведать и его, а не только Кефира.

— Стась? Я, кажется, сам не доберусь, — вдохнул Скворцов и включил все свое актерское мастерство, недаром ведь в школе он ходил в театральный кружок. Вот и пригодилось. — Как-то все плывет…

— Скворцов!

— Я серьезно, Стась, — пробормотал парень и приобнял девушку за плечи, навалившись на нее.

— Вот только врать не нужно!

— Я не вру.

— Сейчас скорую вызову.

— Не нужно. Мы так, своими силами. Проводишь меня домой?

— В смысле, в психушку?

— В смысле, домой.

— Вон такси, сам доедешь, — процедила девчонка и попыталась сбросить его руку со своих плеч. — Тебе мама разрешила ко мне подходить?!

— С мамой я сам разберусь, — уже серьезно ответил Владимир. — Стась? Я правда очень домой хочу. Ну проводи, а? Раз уж я все равно сбежал из больницы. Смысл туда возвращаться?

— Все-таки сбежал?! — вымученно вздохнула Стася. — Ладно. Но только до подъезда. По лестнице сам будешь подниматься!

Вовчик кивнул. Ладно, главное, согласилась и не убежала. А там Скворцов придумает, как ее уговорить зайти в квартиру. В крайнем случае, у него есть Кефир. Уж кота Стася не бросит.

***

— Настенька! А мы так участковому и сказали, что все это ошибка! — всплеснула руками соседка, когда Владимир придерживал двери в подъезд. — Ту скандалистку мы знать не знаем! А вот нашу Настеньку знаем. А он нам говорит, мол, есть сигнал, обязан реагировать! Что за милиция нынче пошла?! Какие еще сигнал?! Никто у нас не сигналил! Все тихо и спокойно.

— Спасибо, Елена Аркадьевна, не волнуйтесь, все хорошо, — улыбалась Стася старушке.

— Недоразумение, Елена Аркадьевна, — подал голос Владимир, признаться, он и не знал полного имени соседки, ее все звали баба Лена, — мы все решили.

— Решили, как же! — ворчливо отмахнулась старушка. — Настеньку вон, перепугали, бледная вся. Сахар небось упал, да? Я сейчас пирогов принесу. Как раз напекла. А ты, Владимир, порядок наведи. Что это еще за новости такие, чтобы добропорядочного человека в кутузку увозили!

— Наведу, Елена Аркадьевна, — пообещал Вовчик.

Старушка вынесла пакет со свежими пирожками, пока Владимир открывал двери в свою квартиру. Стася натянуто улыбалась. И, судя по тому, как прятала взгляд, проходить в квартиру не планировала.

— У меня там телефон, — наконец произнесла девчонка и кивнула на дверь. — Заберу и поеду.

— А как же Кефир? И пирожки? — нахмурился Скворцов.

— Это без меня, — отвернулась Стася.

Елена Аркадьевна вернулась к себе, попрощавшись с молодежью. Владимир впустил Настю в квартиру первой.

И закрыл дверь на ключ, а связку убрал в карман.

— Скворцов? Ты чего?

Вовчик прислонился спиной к двери. Походу, он переоценил свои силы. И, да, рано сбежал из больницы. Но обстоятельства вынудили. И потом, было у парня чутье, что именно сейчас нужно что-то кардинально менять.

Все менять. Иначе упустит он свое счастье. Упорхнет оно от него. И что потом делать?

— Насть, сил нет спорить, — признался Владимир. — Давай назавтра отложим?

***

Стася напряженно следила за Скворцовым. Испарина на лбу, бледность на небритом лице. Выглядел мужчина неважно. Поэтому девушка и решила не спорить.

Владимир похлопал ладонью по своему карману. Внутри звякнула связка ключей.

— Остаемся, — невнятно пробормотал Вовчик и, оттолкнувшись от двери, пошел в спальню.

— Не вздумай лезть под душ! — рявкнула Стася, боясь, что этот идиот намочит бинты и станет еще хуже.

И, да, девушка не стала говорить Скворцову, что запасной ключ от его квартиры у нее все еще в кармане.

***

Вовчик проснулся от того, что выспался. Было удобно, комфортно, уютно.

И дело было не в привычной постели. Вернее, не только в ней.

Скворцов бодро поднялся на ноги, прислушался к звукам из соседних комнат.

Гробовая тишина.

Выходит, Стася от него сбежала? Вот же…

Ладно, найдет, вернет, все выяснит. Это вечером его вырубило почти мгновенно. Они с девчонкой не поговорили. Сейчас Владимир решил, что двери не откроет, пока Стася не узнает о его чувствах. Возьмет, и выдаст ей всю информацию прямо в лоб.

В конце концов, он взрослый мужик. А не пацан сопливый, чтобы юлить и ходить вокруг да около.

Скворцов прошелся по комнатам. И выдохнул, оказавшись на кухне.

Настя гладила Кефира, пока тот сидел на подоконнике. На плите что-то кипело в сотейнике. На столе виднелась тарелка с горкой блинчиков. И аромат стоял необыкновенный.

Но не он завладел вниманием парня, а девушка.

Она стояла напротив окна. Яркие лучи утреннего солнца обрисовывали девичий силуэт, просвечивали длинную футболку, которую Стася позаимствовала перед сном.

Волосы у малышки собраны в небрежный высокий хвост. Да, жаль, что Стася срезала их. Владимиру очень нравились эти темные пряди. Иногда Вовчику даже казалось, что он чувствует, как они скользят сквозь пальцы.

— Позавтракай обязательно, — отвернувшись от Скворцова, произнесла Стася.

И закрылась от него. Вовчик ощутил невидимый занавес. Железобетонный. Сложно такой пробить.

— Что я делаю не так? — заговорил Скворцов. — Насть? Посмотри на меня!

Стася упрямо отворачивалась. Вообще казалось, что девочка отчаянно хочет сбежать подальше от него. Но он ведь ничего не сделал. Не приставал к ней. Слова не сказал. Просто не выпустил из квартиры.

— Мне пора домой, — девушка игнорировала Вовчика, потискала кота, разжала руки, выпустив того на подоконник. — Ты попроси кого-нибудь другого присмотреть за Кефиром, если вернешься в больницу.

— Насть, ты притащила кота, выходит, он твой, — возразил Владимир.

— Неправда, — откликнулась Стася.

— Правда! Мы в ответе за тех, кого приручили, — покачал головой Вовчик, он медленно приблизился к Насте, почти вплотную. — Бросишь нас с Кефиром на произвол судьбы?

— А ты здесь при чем?! — фыркнула Тихоновская.

— Я тоже твой, малышка, — негромко произнес Скворцов и, наконец, сделал то, о чем неистово мечтал вот уже несколько месяцев.

Ладони легли на девичьи плечи, скользнули ниже, огладили предплечья. Вовчик притянул Стасю к себе. И теперь прижимался к напряженной спине грудной клеткой.

— А ты моя, — шепнул он на ухо и сжал руки, обнимая девушку. — Моя маленькая любимая девочка.

— Не шути так, Вов, — негромко, на выдохе, произнесла Стася.

— Это правда, — Скворцов потерся носом о девичий висок, кайфуя, прикрывая глаза от блаженства. — Я тебя люблю. Ты моя девочка. Мы не просто друзья. Смирись.

— Все вот так просто? — нервно хмыкнула она.

— А зачем усложнять? — улыбнулся Владимир.

Он развернул малышку, обхватил нежное личико ладонями.

Парню хотелось зацеловать ее, съесть, раствориться в ней. Но и пугать Стасю нельзя. Сбежит еще. Потом придется догонять.

Хотя, за любимой он готов и на край света бежать.

— Скворцов, ты дурак! — всхлипнула, улыбнулась, накрыла своими ладошками ее руки. — Почему раньше молчал?

— Потому что дурак, да, — согласился Владимир.

Кто первым начал поцелуй, было уже не важно. Главное, они вместе. И ничего не волновало. Даже то, что хитрый Кефир воспользовался ситуацией, стянул пару блинов со стола и съел всю сметану. Но никто не собирался его наказывать. Хозяева были слишком заняты друг другом.

***

— Вов, я ухожу.

— Нет, не уходишь, — возразил Скворцов и сильнее сжал руки. С нее станется, сбежит. А у него потом бессонница. — Спи!

— Мне, правда, нужно, — вздохнула Стася.

— Мне тоже нужно, — пробормотал парень и придавил бедра любимой кленом, чтобы не убежала от него.

Между ними все просто и сложно одновременно. У них отношения, да.

Но близкие люди эти самые отношения не поддерживают. Вся родня раскололась на два фронта: «за» и «против».

Впрочем, тех, кто «против» было всего двое. Влас и матушка. А если учесть, что именно эти люди считались самыми близкими, их мнение перевешивало.

В итоге Стася регулярно ругалась с братом, Владимир — с матерью.

По большому счету, плевать. Стася, и уж тем более, Скворцов, взрослые, совершеннолетние. Вправе сами решать, с кем им быть, встречаться, заводить семью.

А остальные могут идти лесом.

— Мясо поставишь в духовку. Температуру я выставила. Просто через полтора часа выключишь. Все для салата я нарезала. Соус приготовила. Смешаешь и можно подавать. Десерты к чаю привезут вовремя. Все, Скворцов, мне пора, — настаивала на своем вредная девчонка.

— Нет, Стась, я тебя никуда не отпускаю, — покачал головой Владимир и включил ночник на прикроватной тумбе, — ты моя девушка. Все. Не обсуждается. А кому это не нравится, то может пойти нах…

Стася торопливо прикрыла его рот ладошкой. С мольбой взглянула в глаза Вовчику.

— Я не хочу, правда. Давай как-нибудь потом? — попросила девочка.

Владимир стоял на своем. Он в своем праве. И до сих не понимал, по какой такой причине должен идти на перемирие с матерью, если она не принимает Стасю?

Уже и отец, казалось, был не против. А вот с матерью было сложно.

— Ладно, — заскрежетал зубами Скворцов. — Ну хоть с готовкой поможешь? Не убегай от меня. Не бросай на растерзание духовке, салату и чего там еще нужно подготовить?

— Хитрый ты, Скворцов! — фыркнула Стася, но по улыбке любимом личике парень понял, что не бросит.

***

К обеду все было готово. Через час должны приехать родители Вовы. И к этому времени Стася планировала тихонько сбежать. Если придется, даже через окно. И плевать, что этаж третий. Как-нибудь. Главное, не встретиться с буйной матушкой Скворцова. Стасе и прошлого раза хватило с головой.

Звонок в домофон застиг Настю, когда она доставала тарелки с верхней полки.

За тот месяц, что Тихоновская фактически проводила здесь, много в квартире изменилось. В том числе, появилась новая посуда для гостей, огромная лежанка-гамак для Кефира, зеркало в пол для нее самой. Да и вообще, Стасе было настолько уютно в этой квартире, что не хотелось уезжать.

Вот и сейчас не хотелось. Однако становиться яблоком раздора Владимира и его матушки, Стася не хотела еще сильнее.

Торопливо поставив тарелки на кухонный стол, девушка помчалась к входной двери. Прикинула, что пока родители поднимутся, Стася успеет выскочить из квартиры и подняться на верхний этаж. А там уже подождет, пока дверь зароют, и сбежит.

— Стоять! — рявкнул Скворцов и перехватил ее в коридоре. — Малыш, ну что за детский сад? Босиком собралась?

Скворцов красноречиво кивнул на пустую полку для обуви. Стася точно знала, что пара кроссовок, шлепанец и туфель точно стояли там. А сейчас — пусто!

— Пофиг!

— Стась, все, хватит, понимаешь?! — нахмурился Владимир.

Тихоновская с внутренним содроганием слушала, как в дверь стучат. Значит, родители уже успели подняться на этаж.

Вовчик открыл им дверь, а свободной рукой крепко придерживал Стасю. Очевидно, боялся, что убежит. Не зря, собственно.

Кефир, будто чувствовал нервозность Насти, выбежал и встал у ее ног. Кажется, даже хвост распушил и крайне настороженно смотрел на гостей.

— Владимир! Это что, кот?! Разве нельзя было убрать животное?! — возмутилась Светлана Игоревна.

— Нельзя, мам, — спокойно произнес Скворцов. — Я по телефону все четко сказал. Мы с Настей вместе. У нас есть кот. И ты принимаешь все, как есть. Либо выход там же, где и вход.

Владимир кивнул на входную дверь, которая была все еще распахнута.

— Анастасия? У тебя не найдется вон тех таблеток? — спустя минуту, поинтересовалась Скворцова.

— Да, конечно, — кивнула Стася и принялась оглядываться в поисках своего рюкзака.

— Вот, приобрел по случаю, — заговорил Владимир Павлович, сунул жене блистер с таблетками и улыбнулся Стасе, — Настасья, как дела? Как учеба? Нравится? Никто не обижает?

— Кто ж рискнет? — усмехнулся Вовчик, еще крепче обнимая девушку.

Стасе показалось, что любимый имел ввиду не только студентов.

— Все хорошо, Владимир Павлович, — дружелюбно улыбнулась Тихоновская. — Ой, у меня там мясо!

Кефир помчался на запах быстрее Насти. Владимир проводил родителей в гостиную, где был накрыт стол, и тоже прошел на кухню.

Стася суетилась у плиты. Скворцов перехватил девушку за талию и притянул к себе.

— Видишь, все хорошо, — шепнул он, устроив подбородок на ее плече, наблюдая, как Настя ловко перекладывает горячее в огромную миску, а после украшает все это зеленью.

— Кажется, — кивнула Тихоновская.

Вновь раздался звонок. На этот раз, кто-то уже стоял под дверью.

— Это кто? — встрепенулась Стася.

— Атасович и Рада, — сообщил Вовчик. — Я решил, нужно сразу всех собрать, чтобы потом не было разговоров.

— Серьезно? Скворцов! — шикнула Стася. — А если мой брат решит подраться? Не хватало еще, чтобы твои родители на это смотрели!

— Да ерунда какая, — фыркнул Вовчик и, выпустив Стасю. Пошел открывать дверь гостям.

Спустя пару минут, в квартире стало шумно и людно. Оказывается, Рада и Влас пришли с детьми. Впрочем, иного Стася и не ждала. Да и любила она племянника и племянниц. Как без них?

— Товарищи! — перекрикивая детские голоса, произнес Владимир, а Стася интуитивно поняла, что-то не так.

Неспроста все. К тому же любимый вынул из холодильника невесть откуда взявшееся шампанское. А Стася точно помнила, что ничего подобного в магазине они не покупали.

— Раз уж все собрались…

— Угу, случайно так, — выдохнула Стася.

— … хочу кое-что сказать, — продолжил Владимир и отыскал взором глаза Стаси.

— Не нужно, Скворцов, — одними губами прошептала Настя, а Вовчик лишь расплылся в широкой улыбке.

— Анастасия? — говорил парень, оказавшись вдруг очень близко к ней. — Я тебя люблю. Ты это знаешь. И я знаю, что ты меня любишь.

— Вовчик, вот надо было тебе челюсть сломать еще шесть лет назад, — вздохнул Влас, а Рада незаметно ткнула мужа локтем под ребра, чтобы тот замолк.

— Согласна? — улыбался Скворцов и протянул Стасе яркую коробочку, предварительно открыв крышку. — Согласна же? Другого ответа я не приму.

— А не рановато ли вам жениться, молодежь?

— В самый раз, — заявил Скворцов. — Должны же наши дети родиться в браке.

Стася готова была поклясться, что расслышала сдавленный кашель Светланы Игоревны. Но списала все на аллергию.

— Какие дети, Вова?! — шикнула на него Стася.

— Ну рано или поздно они появятся, — подмигнул парень.

И как с ним спорить? Вот и Стася не смогла.