Глава 8

За иллюминаторами рубки раскинулась прекрасная планета, напоминавшая Землю много веков назад. Зелень лесов и голубизна морей завораживали красотой красок.

Я не удержалась от того, чтобы взглянуть на сидящего в соседнем кресле Виктора. На его лице читалось почти благоговейное выражение. Как редко он проявлял свои настоящие чувства, тем более такие! Поймала себя на том, что любуюсь им, и поспешила отвернуться. Нет уж, хватит! Совсем скоро этот мужчина исчезнет из моей жизни, и я должна сделать все, чтобы забыть его как можно скорее.

— Где мне совершить посадку? — холодно спросила, не глядя на спутника.

Краем глаза заметила, как он дернулся, словно оторвавшись от каких-то своих мыслей. Склонившись над картой, которая очертилась на экране компьютера, указал нужное место.

— Вот здесь, — озвучил Виктор свой выбор.

— Но там же лес, — заметила я, внимательно изучая рельеф местности.

— Здесь есть поляна, где вполне поместится корабль.

— Как угодно, — я не стала спорить.

Все, чего хотелось — побыстрее покончить с этим. Пусть потом мое сердце будет разрываться от разлуки с этим мерзавцем, который впился в него, как клещ.

Я посадила корабль прямо в центре лесной поляны и повернулась к Виктору.

— Вот и все. Полагаю, на этом моя миссия выполнена.

— Не совсем, — мягко отозвался он, его глаза сверкнули хищным блеском.

Я тут же насторожилась и вжалась в спинку кресла.

— Что тебе еще от меня нужно? — спросила, сверля его неприязненным взглядом.

Виктор поднялся с места и, прежде чем я успела отреагировать, схватил за запястье и рванул на себя. Вскрикнув, я оказалась прижатой к крепкой груди. Тело тут же отозвалось знакомым приливом тепла внизу живота. Да сколько ж можно-то?! Я негодовала на себя за то, что так реагирую на этого мужчину.

К счастью, он отстранился, однако по-прежнему не выпустил моей руки. Потащил за собой в жилой отсек, не обращая внимания на град вопросов, какими я его засыпала:

— Да что тебе нужно от меня?! Куда ты меня тащишь? Что происходит?

Вопросы рикошетили от него, как об стенку горох. Виктор дотащил меня до дивана и швырнул туда. Пылая от негодования, я немедленно попыталась вскочить, но мужчина с угрозой взглянул на меня.

— Сидеть!

— Что ты собираешься делать? Убить меня?

Неожиданная догадка заставила все внутри сжаться от страха. Виктор не может не понимать, что то, что он совершил — преступление с точки зрения земных законов. И что если меня отпустит, уже через пару дней на его планету может нагрянуть карательный отряд. И единственный способ сбросить концы в воду — убить меня.

— Так было бы правильнее всего, — процедил Виктор, заставляя еще больше сжаться. — Но на твое счастье, женщин я не убиваю.

— Вот как? — от сердца немного отлегло, но что-то в его взгляде мешало успокоиться окончательно. — Тогда что ты собираешься со мной сделать?

Он не ответил и, повернувшись боком, активировал голограмму компьютера. Провел какие-то манипуляции и извлек из стены прибор для обучения. Все корабли, совершающие межзвездные перелеты, были снабжены такими. Конечно, мини-версиями, позволяющими изучать лишь самое необходимое — языки иных рас.

— Пока ты спала, я закачал туда данные по языку моего народа из собственной головы. Очень удобная штука, — снова выразил он восхищение техническими достижениями земной цивилизации. — Всего за полчаса ты будешь болтать на арвайнском не хуже меня.

— Зачем мне это? — я с подозрением прищурилась.

Та мысль, что пришла в голову, показалась настолько чудовищной, что предпочла ее отогнать.

— Так тебе будет легче привыкнуть к новой жизни.

Черт! Ужасная догадка оказалась правдивой! И все же я продолжала надеяться, что это всего лишь жестокая шутка. Он в очередной раз просто издевается надо мной.

— Ты же не собираешься взять меня с собой?! Оставить на этой богом забытой планете!

— Именно это я и собираюсь сделать, — невозмутимо откликнулся он. — Ты останешься здесь.

Наши глаза встретились. Его взгляд — непроницаемый, глубокий и темный, как бездна — подавлял и заставлял все внутри сжиматься от подступающей паники.

— Меня будут искать, — выдавила я.

— Никто не знает, что ты здесь. Могут только догадываться, — возразил он спокойно. — А вот если мне хватит глупости тебя отпустить, с вас станется стереть в порошок все живое на моей планете. Ты ведь наверняка пользуешься влиянием на Земле. Судя по тому, как себя с тобой вела та стерва из центра.

— Я никому не скажу! — в отчаянии воскликнула. Я и правда не собиралась выдавать Виктора, пусть даже была зла на него. Вернувшись, собиралась первым делом уладить все вопросы с «Экзотической страстью», чтобы не искали его. Но как теперь убедить самого Виктора в это поверить?! — Послушай, если ты меня отпустишь, обещаю, что никто не узнает о том, что между нами произошло!

— Очень убедительно! — он криво усмехнулся. — Но рисковать я не желаю.

— Послушай! — меня уже просто колотило. — Так или иначе, твою планету не оставят в покое. Не сомневаюсь, что ее сочтут достойной интереса. Скоро начнется внедрение. И тебе не сойдет с рук то, что ты удерживал в плену свободную землянку!

— Я изучал, как у вас происходит процесс колонизации, — последовал холодный ответ. — Года четыре после открытия планеты составляется детальный план, как лучше использовать природные ресурсы и проводить внедрение. Потом вы пытаетесь завоевать доверие местного населения мирными путями. Это тоже может затянуться на годы. В случае если местные сопротивляются, вы присылаете наемников с других отсталых планет. Война тоже может длиться достаточно продолжительное время, поскольку вы не желаете применять слишком радикальное оружие без особой нужды. Заботитесь о сохранении планеты. А, смею тебя уверить, мы так просто не сдадимся. Думаю, к тому времени, как все закончится, тебя уже официально признают мертвой. Никто и не подумает искать тебя среди местного населения.

Отчаяние захлестывало все сильнее, по мере того как я слышала расчетливые холодные слова. Этот мерзавец все продумал! Я в ловушке! В самой настоящей ловушке!

— Нет! — потеряв всякую выдержку, сорвалась с места и бросилась обратно в рубку управления.

Хотелось одного — поскорее улететь отсюда. Из этой трясины, которой стала для меня эта прекрасная планета. Виктор сам сказал, что женщин не убивает. Пусть делает, что хочет, но я проложу курс и…

Виктор настиг прежде, чем я переступила порог жилого отсека. Взвыла, когда меня, трепыхающуюся и сопротивляющуюся, снова понесли к дивану.

— Если понадобится, снова свяжу, — процедил он.

— Ненавижу тебя! — в этот раз совершенно искренне выпалила. — Как же я тебя ненавижу!

— Полагаешь, для меня имеет значение, что ты ко мне чувствуешь? — жестко проговорил Виктор, хотя глаза почему-то гневно сверкнули.

И я разрыдалась. Громко, отчаянно, подвывая, как раненый зверь. Виктор пробормотал нечто неразборчивое, по-видимому, на своем родном языке, и отвернулся. С шумом втянул воздух, потом решительно нацепил на меня прибор для обучения, избегая смотреть в лицо. В сознание хлынули потоки чужой речи, выстраиваясь в логические цепочки и занимая место в моем разуме.

Голова тут же заболела от сверхнагрузки. Подобный способ обучения всегда достаточно болезненный и является сильным стрессом для мозга. Поэтому применяют его в крайних случаях. Я вспомнила о том, что Виктор подобным образом изучил гораздо больше, чем многие из моей расы за несколько лет. Это ж как у него мозг устроен, что он такое выдержал?! Хотя плевать! Сейчас я бы обрадовалась, если бы у него вообще мозги взорвались!

Ублюдок! Мерзавец! Он не может так поступить со мной!

Пытка длилась около двадцати минут. Потом тиски, сжимающие череп, разомкнулись. Виктор снял прибор и убрал обратно в стенную панель.

Я с трудом приходила в себя, меня всю трясло.

— Отдохни пока, — проявил неожиданную заботу Виктор. — А я пока выгружу ящики из корабля. Позже пришлю за ними своих людей.

— Твоих людей? — вырвалось у меня. Сейчас приходилось прилагать немалые усилия, чтобы вообще формулировать мысли в слова, настолько сильно болела голова. — Так ты тут важная шишка, значит? — я криво усмехнулась.

Сама же думала о том, что пусть только выйдет из корабля… Я тут же закрою шлюз и улечу. Пусть даже для того, чтобы встать с дивана, понадобятся все силы, что у меня остались.

— Можно и так сказать, — бросил Виктор и взял с прикроватного столика веревку, которой вчера связывал.

— Нет! — вырвалось беспомощное.

— Детка, ну неужели ты меня считаешь идиотом? — он поцокал языком, почти бережно касаясь моих запястий, и начал связывать руки.

Я сказала бы о том, кем его считаю! Вспомнила бы весь запас матерных выражений, которые знала. Но сейчас сил хватило лишь на то, чтобы справиться с подступающей к горлу дурнотой. Все бесполезно! Этот негодяй сделает все, что задумал, как бы я ни сопротивлялась.

Хуже всего, что сама облегчила ему задачу, скрыв от всех, куда еду. Единственная надежда, что Даша все-таки захочет меня разыскать во что бы то ни стало. Хотя… После того, что я написала в прощальном письме, надежда на это весьма шаткая. Но все же…

В фирме «Экзотическая страсть» могут забить тревогу, когда я не верну их имущество в положенный срок. Вдруг это как-то поможет выйти на след! Но догадаются ли они, что я нахожусь на отсталой планете с купленным мною мужчиной? Или подумают о том, что неуправляемый объект убил хозяйку и скрылся в неизвестном направлении?

В любом случае без официального разрешения Комитета по колонизации фирма не сможет вторгнуться на территорию планеты с вооруженными силами. Все, что они пока могут — втайне посещать планету на исследовательском корабле. Именно так они наверняка заполучили Виктора.

Я не знала, сколько лежала связанная по рукам и ногам, пока мужчина делал последние приготовления. Но лучше бы это продолжалось и дальше!

Неминуемо настал момент, когда он вернулся и освободил меня. Но то, что это означало, не сулило ничего хорошего. Сейчас мы отправимся в его поселение или что там у местных жителей за территориальная единица. Я бы не удивилась, если бы они вообще жили на первобытных стойбищах. Дикари проклятые! Я уже их ненавидела, хотя раньше судьба отсталых планет вызывала у меня сочувствие. Земляне научились их использовать, по сути, воспринимая как дешевую рабочую силу. Но сейчас я бы первая проголосовала за их истребление! Или во мне сейчас просто эмоции говорят?!

— Пойдем! — скомандовал Виктор, помогая мне подняться на ноги. — Нам лучше добраться до Пайрна, пока не стемнело.

— Даже спрашивать не буду, что это за Пайрн такой, — процедила я. — Все равно ведь не скажешь.

— Это мой город, — неожиданно вполне миролюбиво сказал он.

Я чувствовала, что если бы сейчас стала расспрашивать у него подробности, он бы даже рассказал. Но на меня накатила опустошенность. Какая разница, куда этот мерзавец поведет? Я не собиралась привыкать к новой жизни и принимать местные порядки. Напротив, буду только и делать, что выжидать удобного момента для побега. А для начала постараюсь запомнить дорогу, по которой Виктор поведет, чтобы иметь возможность самой добраться до корабля.

Мы вышли наружу, и Виктор велел мне закрыть шлюз. Снаружи открыть и закрыть его мог только хозяин, чему я мимолетно обрадовалась. Никто из дикарей не сможет забраться в корабль и что-нибудь там испортить! Вещи, которые Виктор желал позже забрать в свой город, лежали неподалеку от космолета. В их числе и моя дорожная сумка. Это новое подтверждение того, что мужчина видел теперь мое место здесь, вызвало новую волну гнева. Но я понимала, что моя ярость только позабавит Виктора. Наверняка сейчас вовсю наслаждается тем, что теперь он диктует мне свою волю.

— Иди вперед! — скомандовал мужчина, доставая из одного из ящиков самодельный небольшой лук и позаимствованный из посуды в моем доме большой нож для разделки мяса.

Глянув на лук и колчан со стрелами, с горечью подумала о том, как же ловко Виктор замылил мне глаза. Наверняка именно это было главной целью его столярных занятий в гараже. А вовсе не мебель. Да, подготовился он тщательно. Не захотел идти на риск и расхаживать по своей планете без оружия. Но то, что оно ему понадобилось, само по себе настораживало. Что за опасности здесь таятся?

Ответ не заставил себя ждать, когда в какой-то момент, пока мы пробирались по густому лесу, слева выпрыгнул громадный хищник. Больше всего он напоминал леопарда, только шерсть была странного фиолетового оттенка. Я едва успела издать истошный вопль, отпрыгивая за спину Виктора, когда мужчина вскинул лук. Зверь повалился на землю, из его простреленного глаза торчала стрела. Ничего себе меткость!

Сердце продолжало бешено колотиться после перенесенного потрясения. К горлу снова подкатила дурнота и в этот раз я не смогла с ней бороться. Согнувшись, извергла содержимое желудка на землю. Поразилась, почувствовав, как Виктор осторожно поддерживает и убирает с моего лица волосы.

— Ты как? — тихо спросил он, когда я выпрямилась и сквозь пелену слез взглянула на него.

— Нор…рмально.

Он извлек из кармана брюк платок и протянул мне. Первым порывом было оттолкнуть его руку, демонстрируя неприязнь, но вместо этого я с благодарностью приняла платок и вытерла рот.

— Пойдем, — распорядился он.

Я снова двинулась впереди, выполняя его команды, когда требовалось куда-то свернуть. Больше всего хотелось спрятаться за его спину. Но наверняка Виктор вполне резонно опасался, что тогда я попытаюсь бежать. И потому держал в поле зрения. Хотя после встречи с фиолетовым леопардом желание самостоятельно передвигаться по лесу резко уменьшилось. А в какой-то момент я и вовсе осознала, что Виктор заставляет петлять, запутывая следы. Черт! Лишает даже такого призрачного шанса отыскать дорогу обратно. Вскоре я уже совершенно потеряла чувство ориентации. Могла только догадываться, где на самом деле находится корабль. Шансы на спасение понижались с каждым пройденным метром.

Словно прочитав мои мятущиеся мысли, Виктор вдруг заговорил:

— Советую забыть о побеге. Одна ты тут и получаса не продержишься. Особенно ночью.

— А что тут ночью?

— Поверь, с местными ночными хищниками лучше не пересекаться. Даже наши лучшие воины в одиночку предпочитают в темное время суток по лесу не шастать.

Я невольно содрогнулась.

— Они что даже поопаснее того, что ты только что убил?

— Намного. И нападают стаями.

Черт! Как же я встряла! Кусала губы, чувствуя, как отчаяние с каждой секундой овладевает все сильнее.

— Что ты станешь со мной делать? — наконец, вырвалось у меня.

— Все будет зависеть от твоего поведения, — последовал насмешливый ответ.

Я стиснула зубы.

— Значит, моя участь будет плачевной, — резюмировала я. — Подчиняться тебе я не собираюсь!

— Что ж, тогда буду рад снова и снова наказывать тебя, — протянул он с многозначительным намеком на то же наказание, что было вчера ночью.

Щеки тут же вспыхнули.

— Ты больше не коснешься меня!

— Женщина, твое сопротивление только распаляет, ты в курсе? — издевательски поинтересовался он.

Сочла за лучшее промолчать. Чувствовала, что в этом поединке мне не выиграть. Мерзавец сейчас хозяин положения! Как же я жалела, что на нем нет того самого браслетика. Вот теперь, не колеблясь, воспользовалась бы им!

***

Мы пробирались по лесу уже часа два. Я так устала, что едва перебирала ногами и то и дело спотыкалась. Но жаловаться и не думала. Не дождется! Я вообще теперь собиралась как можно реже идти с ним на контакт. Все, что от меня получит этот ублюдок — презрение и ненависть.

Лес кончился неожиданно, и мы вышли на открытое пространство, где шелестела под порывами ветра трава. Виктор весело произнес:

— Почти пришли! Через полчаса выйдем к первой стене Пайрна.

— Стене? — не удержалась я от вопроса.

Похоже, цивилизация этой планеты все же достигла хотя бы уровня средневековья.

— Вокруг самого города пять крепостных стен, — охотно пояснил Виктор. Снова заметила, что, оказавшись на родной планете, он стал гораздо разговорчивее. — В случае осады они незаменимы. Хотя вот уже десять лет только самоубийца рискнет напасть на Пайрн.

— И что же произошло в эти десять лет? — давая понять, что поддерживаю разговор без особой охоты, процедила.

— Мне удалось значительно укрепить позиции нашего клана, — в его голосе не было самодовольства, скорее, констатация факта.

— То есть ты и правда в этом вашем Пайрне важная шишка? — фыркнула я. — Какая честь для меня! Хотя, пожалуй, нет. Не честь. Я бы предпочла и вовсе с тобой не пересекаться!

— Осмелюсь напомнить, — не менее едко отозвался Виктор, — что это ты меня выбрала.

— Дура была! — с горечью бросила и не удержалась от того, чтобы взглянуть на мужчину.

Его губы поджались, и я с удовлетворением улыбнулась. Мне все же удалось его задеть!

Вскоре мы вышли уже на самую настоящую дорогу, пусть и не мощеную. На ней даже встречались люди. Было дико видеть мужчин, свободно разгуливающих по территории. То и дело приходилось напоминать себе, что я не дома. В этом мире такое в порядке вещей.

Поразило еще одно: все, кто видел Виктора, еще издали спешили склониться в поклоне, и не разгибались до тех пор, пока он не проходил мимо.

Перед первой стеной, довольно внушительной, на которой местами маячили головы стражников, пришлось остановиться. Но всего на несколько секунд. Стоило охране узнать Виктора, как ворота гостеприимно распахнулись.

— Да кто же ты такой тут? — невольно вырвалось у меня.

— Мейнстр, — последовал короткий ответ, ни о чем мне не сказавший.

Хотя слово было знакомо, как часть нового языка. К сожалению, вместе с речью знание местных обычаев в мозг не внедрили. Сейчас бы это значительно облегчило положение.

Подобным образом мы преодолели еще три стены, неизменно сопровождаемые явными признаками почтения к Виктору. Когда подходили к пятой, из ворот выбежал юноша лет восемнадцати, с курчавыми каштановыми волосами и орехово-зелеными глазами.

— Мейнстр, вы вернулись! Какое счастье! Тут все уже не знали, что и думать о вашем исчезновении! Подозревали клан Дормингов! Хотели уже войско снаряжать!

Больше всего поведение паренька напомнило мне повадки дружелюбного песика, с восторгом встретившего появление хозяина. Я с иронией подумала о том, что будь у юноши хвост, он бы вовсю им вилял.

— Я тоже рад тебя видеть, Корт! И поверь, Дорминги тут ни при чем. Есть у нас проблемы посерьезнее. Вернее, скоро будут, — последнюю фразу Виктор произнес с мрачным выражением лица.

Обо мне, казалось, спутник и вовсе забыл, поэтому теперь я могла держаться позади. Да и куда бы смогла сбежать? Вряд ли стражники пропустят меня так же беспрепятственно, как Виктора.

Вместе с пареньком мы прошли за последнюю стену. На обширном пространстве между каждым таким укреплением находились жилища местных жителей. За пятой же расстилался самый настоящий город. И дома здесь смотрелись побогаче. Явно принадлежат местной знати и зажиточным горожанам.

Народ валом валил навстречу, выкрикивая приветствия и всем видом демонстрируя восторг. Да, похоже, Виктор тут очень популярен! Я с неприязнью рассматривала местных. В основном из-за того, что малейшее проявление симпатии к моему похитителю вызывало раздражение.

На меня саму посматривали с любопытством, но этим все и ограничивалось. Никто со мной не заговаривал и не проявлял желания познакомиться. Я же все больше чувствовала себя не в своей тарелке. Начать с того, что сама моя одежда могла показаться местным чудаковатой и вызывающей. Облегающие джинсы и футболка. Здешние женщины носили длинные платья, наглухо застегнутые.

Кроме того, такое скопление мужчин действовало подавляюще. Особенно после того, как я на примере Виктора узнала, чего от них можно ждать. Коварные и агрессивные чудовища! Решила для себя, что если все же посчастливится вернуться домой, никогда уже не захочу повторить эксперимент. Виктор отбил всю охоту связываться с мужчинами! Пусть даже только с ним я впервые ощутила, что на самом деле значит наслаждение. Ничего! Двадцать пять лет прожила, не зная этого. Проживу и дальше.

Я неохотно следовала за Виктором, с тоской озираясь назад. Но понимала, что сейчас ничего другого не остается, как держаться с ним рядом. Кто знает, чего ждать от других?

Впереди показался самый настоящий замок, находящийся чуть в отдалении от других жилищ. Вокруг него был ров с водой, в темных глубинах которой виднелись поблескивающие на солнце спины громадных рыбин. Я невольно содрогнулась, осознав, для каких целей их могут тут держать. Наверняка какие-нибудь чудовищные плотоядные местные хищники.

Через ров был переброшен широкий мост, по которому мы двинулись к воротам замка. М-да, сколько же здесь ворот! Вот и попробуй сбежать!

Стоило Виктору с пареньком оказаться внутри, на просторном подворье, как все там пришло в движение. Слуги с ног сбивались, спеша навстречу. Отовсюду слышались взволнованные возгласы:

— Мейнстр вернулся!

Из самого замка показались и одетые побогаче простых воинов и горожан мужчины и женщины. Явно какие-то придворные. Наверняка Виктор один из них. Но когда те стали склоняться перед ним, у меня возникло тревожное предчувствие. Неужели мой спутник у них главный?! Черт! Тогда шансы на побег и вовсе становятся нулевыми! Я удерживала у себя их главаря на положении раба. Пусть даже никогда так к нему не относилась. Но как такое, должно быть, тяжело было пережить Виктору! Из правителя превратиться в чью-то собственность. Тем более женщины!

Медленно попятилась, пока на меня никто не обращал внимания. Может, все-таки удастся сбежать во всей этой суматохе? Становилось страшно при одной мысли о том, как жестоко может отомстить Виктор за свое унижение. Уж лучше одной петлять по лесу! Так хоть есть шанс все же отыскать корабль и убраться восвояси.

Не став обдумывать до конца эту мысль, я отвернулась от принимающего почести Виктора и бросилась к воротам. Сердце бешено колотилось.

Когда желанная цель уже была на расстоянии нескольких метров, кто-то перехватил за талию. Я охнула, останавливаясь и переводя дух. Неужели и впрямь думала, что Виктор позволит уйти? Но к удивлению и даже ужасу, меня держал в объятиях не Виктор. Какой-то придворный, ненамного уступающий мейнстру в росте и развитости мускулатуры. Темно-русые волосы волнами ниспадали на плечи, смягчая чересчур угловатые черты лица. У мужчины был внушительный нос с горбинкой, неприятно-очерченный рот, словно кривящийся в презрительной гримасе, и цепкие янтарно-карие глаза, напоминающие волчьи.

— А ты у нас кто такая? — губы мужчины раздвинулись в неприятной улыбке. — Мейнстр привез с собой трофей? Весьма лакомый, хочу заметить!

Чуть отстранив меня, однако продолжая удерживать за плечи, придворный оглядел всю мою дрожащую фигурку. Наглые ручищи переместились к груди и довольно болезненно сжали.

— Ух, какая! Думаю, мой друг Адрин не будет против поделиться такой соблазнительной рабыней!

— Не знаю, кто такой этот ваш Адрин, — процедила я, изо всех сил пытаясь вырваться из его захвата, — но я не рабыня, ясно?! И вы еще пожалеете!

— О, да ты еще и с норовом! — в восхищении зацокал языком мужчина. — Обожаю укрощать строптивых девиц. Тем более таких аппетитных!

В первую секунду я вообще не поняла, что произошло. Лицо придворного исказилось от боли, с губ сорвался болезненный крик. Потом на мою футболку хлынула кровь, и я в ужасе закусила губу. Взгляд переместился с лица мужчины на его руку, отпрянувшую от моей груди. Вид глубокого, сочащегося кровью пореза едва не заставил потерять сознание.

— Еще раз коснешься ее, и придется изготавливать железный крюк вместо руки, — послышался металлический голос. Знакомый голос, заставивший моего обидчика отпрянуть.

Прежде чем сама осознала, что делаю, я бросилась к Виктору. Он стоял в шаге от нас, широко расставив ноги и держа в руке окровавленный нож. Тот самый, что позаимствовал с моей кухни. Заметив мой порыв, Виктор немедленно отбросил нож, чтобы ненароком не задеть меня.

Я спрятала лицо на его груди, прижимаясь всем телом. Всю меня сотрясала дрожь после пережитого потрясения. Сейчас я была в таком состоянии, что толком не соображала, у кого, собственно, ищу защиты и поддержки. У злейшего врага!

Из горла вырывались сдавленные рыдания. Я смачивала белую рубашку Виктора кровью чужого мужчины и своими слезами, но почти не замечала этого.

— Тише, тише, девочка, — он говорил сейчас мягко, без привычной издевки. На моем родном языке. И от этого слезы только сильнее лились из глаз. 152e1bc

Над своей головой услышала сорвавшиеся с губ Виктора слова на его языке. Сказанные совсем по-другому: повелительно и громко.

— Эта женщина принадлежит мне! Каждый, кто коснется ее хоть пальцем, может считать себя мертвецом!

Его слова настолько поразили, что я даже плакать перестала. Медленно подняла голову и посмотрела на лицо Виктора, которое сейчас просто пугало. Даже мне стало не по себе от ощущения неприкрытой угрозы, исходящей от него. Пусть даже направлена она была на других. Робко посмотрела по сторонам и заметила, как все склоняют головы в знак покорности.

Ну нет! Я не собираюсь поступать так же. Во мне снова разгорался протест. Я не его собственность! Не вещь! Не его женщина! Он не имеет права решать за меня.

Дернулась, пытаясь отстраниться, и Виктор, к моему удивлению, отпустил. Посмотрел, чуть прищурившись, и холодно бросил:

— Следуй за мной, женщина!

После этого, не говоря больше ни слова, уверенным шагом двинулся внутрь замка.

Поколебалась с секунду, глянула на окружающую толпу, буравящую удивленными неприязненными взглядами, и поспешила следом. По крайней мере, знакомое зло всегда предпочтительнее.