Глава четвертая. Параллельные прямые

– Я назвал сумму, дальше решать вам, – Ефим отпил кофе и на миг прикрыл глаза. Терпкая, с правильной горчинкой жидкость приятно обжигала язык и напоминала о тепле. С самого утра он никак не мог согреться, а в переговорках «Веселого повара», похоже, были нелады с вентиляцией. Или кто-то из местных надеялся охладиться и подольше сохранить молодость.

– Это в полтора раза больше, чем за работу с «Трапезой»! – возмутился собеседник, и Ефим, не желая отвечать мгновенно, снова приложился к чашке.

Ему решительно не нравился мужчина напротив. Не внешне, больше на интуитивном уровне, было в нем что-то скользкое и липкое. Копни глубже, и запачкаешься по локоть.

– Думаю, там будет куда больше работы, – спокойно сообщил он. – К тому же вы, Глеб Демидович, осложнили задачу, начав действовать самостоятельно. В таких делах всегда стоит сначала присмотреться к объекту. Спешка хороша только при ловле блох.

– Господин Александров, конечно, не блоха, – рассмеялся мужчина, смерил Ефима внимательным взглядом синих глаз и задумчиво пригладил козлиную бородку.

– И не Царь. Действуя теми же методами, можно получить противоположный результат.

– А можно и такой же.

– Можно. Но вероятность не стопроцентна, – Ефим ухмыльнулся. Если бы не рекомендация одного старого приятеля, никогда бы не стал работать с владельцем «Веселого повара», но обстоятельства не оставляли возможности для маневра. Приходилось лишь пытаться содрать с него побольше.

– Я вас услышал, – подытожил разговор хозяин офиса. – Позвоню вам в случае положительного решения.

– Буду ждать, – Ефим расплылся в дежурной улыбке.

– Я провожу.

– Вы очень любезны.

Расстались у выхода. Ефим, довольный возможностью надеть наконец куртку и согреться, не спеша направился к лифтам. Хотелось подольше побыть в помещении, прогнать завладевший жилами холод. Всю неделю в Москве мерз так, словно приехал из Африки, где никогда не было осенних холодов.

Ефим посмотрел на часы и довольно усмехнулся. До «Сапсана» еще оставалось время перекусить. Прикрыл глаза, мысленно предвкушая, что к ночи окажется дома.

Москва в этот раз оставила противоречивое впечатление. Порадовало дело, из-за которого он, собственно, и приезжал, там все спорилось и шло лучше и желать нельзя. Совершенно лишней, даже опасной инициативой разозлил «Веселый повар». А одна блондинка озадачила внезапным бегством. Если с «Поваром» Ефим с самого начала не ждал ничего хорошего, то с Леной рассчитывал как минимум провести вместе приятную неделю. Горячая ночь позволяла надеяться на продолжение. Не срослось! И сколько он ни думал об их встрече, сколько ни анализировал, так и не понял, что именно сделал не так. Безусловно, был и плюс, он углубился в культурную программу, но куда с большей радостью провел бы время с новой знакомой.

Остановился около забегаловки с забавной вывеской: выглядывающего из укрытия кенгуру с двустволкой. Решил зайти. Вряд ли там ожидали блюда высокой кухни, но он, в общем-то, никогда и не был большим гурманом. А вот любопытным человеком был всегда. Почему бы в пятницу вечером не пойти у себя на поводу и не заглянуть в гости к «Одичавшему кенгуру»? Не самый плохой план.

***

Лена влетела в поезд и протянула паспорт проводнице. Глубоко вдохнула и прикрыла глаза: успела. Состав дернулся, и за окном плавно пополз Петрозаводский вокзал. Проводница улыбнулась, вернула документ, и горе-пассажирка потопала в свое купе.

Внутри никого не оказалось. Лена порадовалась, что одна по меньшей мере до следующей остановки, скинула верхнюю одежду, обувь, спрятала чемодан и почти упала на нижнюю полку. Беготня перед отъездом отняла и без того скудные силы, и сейчас хотелось просто полежать. Прийти в себя после прелестей командировки.

Петрозаводск встретил холодом, темными вечерами и горой работы. Давно не попадалось таких несговорчивых и проблемных заказчиков. Свободное время тоже не удалось. Номер в гостинице, кажется, продувался всеми возможными ветрами, и Лена начинала и заканчивала день, пытаясь согреться. Хотела взять напрокат обогреватель, но когда поинтересовалась о нем на ресепшене, ей сказали, что все исправные приборы давно разобрали другие постояльцы. В головном офисе ресторанной сети тоже, кажется, не работала половина батарей, но, к счастью, было чуть теплее, чем в гостинице.

Зато в купе вовсю шпарила печка, и Лена впервые за несколько последних дней почувствовала себя почти счастливой. Подумать только, два часа в тепле и одиночестве! Что может быть лучше? Разве что знать, что возвращаешься домой, где по тебе скучают. Но эти радости с некоторых пор стали непозволительной роскошью.

В общем-то, Дмитрий вполне мог ее поджидать, чтобы устроить какую-нибудь пакость, но лучше бы он был на работе. Обычно он занимался с клиентами с семи утра до трех в будни и с девяти до двух по субботам. Поезд прибывал к десяти. При хорошем раскладе Лене могло перепасть несколько спокойных часов. Правда, последнее время график у Дмитрия плавал, но надежда не желала покидать ее шальную голову. Хотелось верить в лучшее.

Заглянула проводница. Снова отвесила улыбку и заметила деловито:

– Соседи на Лодейном поле сядут. Чаю не хотите?

– Хочу, – отозвалась пассажирка, – черный, без сахара. Спасибо!

Проводница исчезла за дверью, а Лена прикрыла глаза и подумала о своем попутчике на прошлой неделе. Улыбнулась мысли об игре с вопросами и облизнулась. Все-таки ей попался на редкость приятный мужчина. Жаль, Ефим не стал продолжать знакомство, сейчас ей до спазма внутри хотелось нырнуть в его объятия.

Лена проснулась в полдевятого. Успела заснуть и не слышала, как ночью пришли соседи, зато прекрасно почувствовала, как девочка лет десяти приземлилась ей на ногу, слезая с верхней полки.

– Извините, – пролепетала она, когда женщина заморгала на нее сонными глазами.

– Ничего страшного, – Лена тряхнула головой, просыпаясь окончательно. – Все равно уже пора вставать. Если я, конечно, собираюсь позавтракать перед прибытием.

– Мама говорит, что завтрак – самый важный прием пищи, – строго заметил сидящий на соседней полке мальчишка. Кажется, первоклассник, худой, темноволосый и юркий.

– И не поспоришь, – выдавила улыбку Лена. Осмотрелась в поисках матери малявок, но никого не нашла. Видимо, женщина куда-то вышла. Зато заметила черную остроконечную шляпу с полями, мирно лежащую на верхней полке.

– С мамой лучше вообще не спорить, – заговорщическим шепотом поведал паренек. – Она ведьма…

– Прямо настоящая? – прищурилась Лена.

– Настоящая, – уверенно подытожил мальчишка. – Но она добрая. Не наводит порчу зря.

– Поняла. До самой Москвы буду тише воды и ниже травы, – пообещала Лена и поднялась с места, чтобы сходить за зеленым чаем. Не верила в колдовство, а вот в пробуждающую силу напитков с кофеином – очень даже.

Вернулась с чашкой чая и круассаном с сыром. Мать малышни, худая короткостриженая брюнетка, сидела на своей полке и неспешно пила кофе. Увидев соседку, она встрепенулась, широко улыбнулась, демонстрируя ямочки на щеках, и пустилась в объяснения.

– Фима вам ерунду сказал, не верьте. Аниматор я. А шляпа – реквизит.

– Фима?

– Ефим. Сын. Не обращайте на болтуна внимания.

– Жаль, – Лена вернула улыбку. – Я уж решила, что вы мне раскинете картишки на любовь.

– Я вам и без картишек скажу, – женщина подмигнула. – Все у вас будет хорошо. Фима разбирается в дамах и не приставал бы к бесперспективной.

– Уговорили, – рассмеялась Лена и уселась напротив. – Приятно ощущать себя женщиной с перспективами.

Отпила чаю и прикрыла глаза. В очередной раз вспомнила другого Ефима и подумала, что неплохо было бы встретиться еще. Во-первых, выяснить, почему он решил не продолжать знакомство, а во-вторых, все-таки повторить их горячую ночь. Он может думать что угодно, а ей страшно понравилось.

Домой шла с опаской. Не знала, что выкинет Дмитрий сегодня, и готовилась отражать любую агрессию. Почти бывший муж, однако, успел в очередной раз изменить тактику. В комнате Лену ждал букет крупных белых роз и записка с пожеланиями хорошего дня. Она вздохнула с облегчением, скандалить снова не было ни охоты, ни сил.

Провела время до возвращения Дмитрия с толком. Полежала в ванне, почитала книжку, потискала Козлика, нашла спеца по разводам и посмотрела объявления об аренде. Хотелось найти что-нибудь недорогое недалеко от работы. Бюджетного не находилось, и, колдуя над яичницей, Лена прикидывала, чем готова поступиться. Выбор был невелик: или проводить в дороге больше на полчаса, чем сейчас, или снимать маленькую квартиру с очень старым ремонтом, или отдавать за все радости жизни ползарплаты. Старый ремонт выглядел самым вероятным вариантом, с котом ей могли не сдать квартиру со свежим.

От раздумий отвлек вернувшийся с работы Дмитрий. Не раздеваясь, он заглянул к ней на кухню и задорно, будто последние полторы недели прошли идеально, прозвенел:

– Пойдем, пообедаем в «Славной щуке». Соскучился жутко, жажду выгулять свою красавицу.

Лена прошила его взглядом и ухмыльнулась. Не понимала, что он хочет. Зачем пытается делать вид, что они вместе? Сам же решил, что их пара не важна… Что он имеет право утешиться во время командировок жены, а ее чувства и мечты ничего не стоят.

– Тебе Маша не дает? И ты решил переключиться на меня? Бесполезно. У меня тоже месячные, – соврала первое, что пришло в голову. – Да и тебя, если честно, хочется не очень.

Дмитрий шумно вздохнул и картинно закатил глаза.

– Булочка моя, отсутствие продолжения, конечно, прискорбно, но предложение пообедать вместе все-таки в силе. Мне без тебя так плохо, хоть вой! Я готов на любую малость.

– Погоди, это еще порча не подействовала, – подытожила женщина и хихикнула над своей шуткой. Показалась себе жутко остроумной.

– Что, прости? – Дмитрий недоверчиво сдвинул брови. Видимо, не ожидал от нее подобных заявлений.

– Шучу я. Похоже, неудачно. Не пойду никуда. Извини. Я нацелилась на яичницу.

– Значит, пойду без тебя. Вкусно поем и вернусь, а ты оставайся дома и думай, что потеряла.

– Договорились, – подытожила она и занялась сковородкой. Никогда не любила сильно зажаренные яйца.

Дмитрий фыркнул и исчез в коридоре. Лена на миг прикрыла глаза. В горле застрял шершавый ком, и отчего-то снова захотелось разреветься. Спрятала лицо в ладонях и покачала головой. Надо разъезжаться, иначе это мучение никогда не кончится. Прав отец. У блондинки загадочная душа! Не хочет быть с этим мужчиной, но зачем-то переживает из-за его поползновений наладить отношения.

Лена переложила яичницу в тарелку и попыталась переключиться, прикидывая, когда у нее действительно должны быть месячные. Отмена таблеток наверняка внесла неразбериху на все уровни, но если принять за истину, что ничего не меняется, то «эти дни» начнутся во вторник-среду. Главное – дожить. А потом можно будет списывать свои эмоции на ПМС.

Доживалось хлопотно. Радовало одно: в попытках изобразить ухаживания Дмитрий активно отдыхал по хозяйству на кухне и почти не распускал руки. Впрочем, Лена избегала его всеми возможными способами.

Утром в воскресенье потащила Козлика к ветеринару. Не то чтобы коту требовался срочный осмотр, но в клинике нашлось время, а некоторые анализы давно ждали своего часа. Вернулась после обеда, точно к моменту ухода Дмитрия на занятие с каким-то важным клиентом. Обычно супруг не работал во второй выходной, но в этот раз ему, похоже, пообещали хорошие деньги. Лена только обрадовалась. Не хотелось его видеть, вообще ничего не хотелось!

Спала, когда Дмитрий вернулся, и ушла утром в понедельник до того, как встал. Попала домой ближе к полуночи: работы хватало, и никто не возражал, если она засиживалась допоздна. Дмитрий ничего не сказал, ушел в спальню, предоставив ей возможность ужинать в одиночестве. Не стала его останавливать. С каждым часом ее все больше раздражало его присутствие.

Странное дело! Ей бы следовало страдать из-за его измены, упиваться болью обиженной женщины, но самой явной эмоцией была злость. Даже не обида, а приступообразное желание крушить все вокруг и кричать как ненормальная. Она любила Дмитрия в той жизни, до того как узнала о его измене, но сейчас жалела не о потерянной любви, скорее, Лену возмущало мерзкое к ней отношение. По всему получалось, Мимоходов не считал ее партнером, достойным уважения.

Дурацкие мысли не отпускали даже в душе. После Лена лежала в кровати, смотрела в темноту и думала о будущем. О бесконечной череде вокзалов-отелей-документов, непонятных мужчинах и новых городах. Ей нравилась ее работа, если бы не разъезды, она бы считала ее идеальной, но новые впечатления утомили. Хотелось немного пожить спокойной предсказуемой жизнью клерка, приходящего домой на ужин к восьми. Ехидно напомнила себе, что у нее лично давно ни дома, ни повара, и прикрыла глаза. Спать не хотелось, но будильник был заведен на полвосьмого.

Провалилась в сон ближе к трем. Сознание вместе со снами кануло в глубокую черную бездну.

Проснулась, оттого что лежащий рядом Дмитрий по-хозяйски гладил ее шею. Напомнила себе, что замок в комнате символический, и попыталась отпихнуть мужчину. Напрасно. Он уже устроился в привычной для него позе: лежа на боку, закинул ногу на ее бедро и слегка придавил. В былые времена его тяжесть будила предвкушение, но сейчас Лена опять разозлилась. Что он себе возомнил? Надеется потрахивать ее между делом? Размечтался, герой-любовник!

Дмитрий посмотрел в ее глаза и спустил руку к груди. Сжал ее через тонкую ткань футболки и томно пробормотал:

– С ума схожу рядом с тобой, красавица моя, нежная, сладкая зайка… – жадно коснулся губами ее шеи.

– Мимоходов, прекрати! – Лена попыталась высвободиться, но получилось плохо.

– Брось ерепениться, булочка, – пробормотал он, почти не отрываясь от ее шеи, – будет хорошо. Хочу быть с тобой. Хочу быть в тебе. Хочу заделать тебе похожего на меня мальчишку, как мы собирались.

– Да пошел ты! – зло выпалила Лена и закатила глаза. В драке ей точно не победить, но спать с этим мужчиной не хотелось до дрожи в коленках. Тем более без защиты. Какие мальчишки? Замучишься потом бегать по врачам. – Я сказала «нет».

– Хочешь пожестче? – с легкой ехидцей заметил мужчина. – Все, как пожелает моя сладкая.

Нырнул рукой под футболку и оставил ладонь чуть ниже пупка, угрожая ухватить за самое чувствительное место.

Лена выругалась. И со всей силы лягнула его куда придется.

– Я сказала «нет», Мимоходов, – уж что-что, а пожестче она никогда не любила.

– Я пока еще твой муж и вполне имею право получить свой десерт, – отозвался Дмитрий, наваливаясь сильнее. Ухмыльнулся и почти неуловимым движением пристроился сверху. Лена мысленно отдала ему должное: тренированное тело не портили ни шумные вечеринки, ни пустая нервотрепка.

Страх на мгновение захватил разум, а потом стало все равно. Пока еще муж решил применить силу? Его выбор. Получить десерт он вполне может, но точно не безнаказанно.

– Я прирежу тебя ночью, пока ты будешь спать, – холодно пообещала она. В этот момент Лена и сама верила, что сможет. – А не получится прирезать, так оставлю калекой. Потом оттяпаю твой член и скормлю его твоей шалаве.

– Да нет у меня никаких шалав уже месяц точно! – выпалил Дмитрий недовольно. – Вот одну натяну сейчас…

Лена еще раз лягнула его со всей силы. На этот раз попала в нужное место. Муж взвыл. Она вздохнула с облегчением. Зря!

Дмитрий тряхнул головой и, не меняя позы, крепко ухватил ее за шею. Лене стало нечем дышать.

– Я не твой папаша, булочка, и не собираюсь содержать меркантильную дрянь. Или ты спишь со мной, делаешь то, ради чего я тебя сюда приволок, или проваливай!

– Мне больно! – тяжело выдохнула Лена. На длинную речь просто не хватило воздуха.

– Плевать. Или прямо сейчас соси прощение или одевайся и выметайся! Вернешься, как надумаешь нырнуть в постель.

– Отпусти… Мне некуда идти, – Лена воспользовалась тем, что Дмитрий чуть ослабил захват, и вдохнула поглубже. – Ты прекрасно это знаешь.

– Вот и веди себя в соответствии со своим положением, – отрезал пока еще муж.

Лена на миг прикрыла глаза. Сказал бы кто пять лет назад, что их брак закончится так…

– Ну, так что? Сосешь или я натягиваю шалаву? – Дмитрий окончательно разжал ладонь и спустил ее к яремной впадине.

– Это что-то на маргинальном? – Лена передернула плечами, его прикосновения было неприятно. – Прости, не говорю на этом языке, – посмотрела пока еще мужу в глаза: – Слезай. Я уйду. Прямо сейчас. Как найду жилье, загляну за Козликом и вещами. Не буду спать с тобой, даже если мне придется ночевать на улице.

– Как скажешь. Готов поставить деньги, что на улице тебя трахнут гораздо изощреннее.

– Да слезь уже! – Лена снова попыталась отпихнуть его. Тело била мелкая дрожь, и показывать свое состояние не хотелось.

– У тебя десять минут, – заметил Дмитрий и наконец-то избавил от своего веса.

Лена поднялась с кровати и принялась одеваться. Стало холодно. Будто сердце накачали жидким азотом и охлажденная им кровь неспешно растекалась по жилам. Дмитрий стоял над душой, но она изо всех сил старалась не замечать. Пререкаться и качать права не хотелось.

Кажется, и впрямь уложилась за десять минут. Убежала, не дожидаясь фиксации выполнения норматива. Попала на работу раньше на полчаса. По пути купила кофе и круассан и позавтракала, уже сидя за рабочим ноутбуком. Тело по-прежнему била мелкая дрожь, голова замерзала вместе с сердцем, и жутко хотелось плакать. То ли от страха, то ли от обиды, то ли от злости. Совсем не работалось. Лена сидела за компьютером, смотрела в документ, но мыслями была далеко.

Не ожидала такого выверта от супруга. Всегда казался добрым, славным, нежным и заботливым мужчиной. Балбесом, немного позером, но не больше. С другой стороны, просто счастье, что у Дмитрия оказалась кишка тонка и все ограничилось пустыми угрозами. Ей и без насилия есть что разгребать.

К вечеру стало понятно, что ей одной из офиса не пришла зарплата. Лена насторожилась. Деньги требовались как воздух – за две тысячи на ее карте вряд ли можно было снять хоть что-то безопасное, – а с ними отчего-то вышла заминка. Госпожа Мимоходова вздохнула и отправилась в бухгалтерию к той самой Людочке, которую Соломон Николаевич возил на острова.

– Привет! – открыла дверь в кабинет и, не дожидаясь приглашения, вошла.

Людмила оторвалась от компьютера и смерила ее внимательным взглядом светлых глаз.

– Привет, Елена! Знаю, зачем ты пришла.

– И зачем же? – посетительница неловко улыбнулась. Спрашивать о деньгах в такой ситуации было неудобно.

– Соломон Николаевич велел придержать твою выплату до завтра. Сказал, прежде хочет с тобой обсудить пару вопросов. Каких не знаю.

– Спасибо! – Лена кивнула. Босс еще не вернулся из отпуска, и в том, что о ней вспомнили на отдыхе, не было ничего хорошего. С другой стороны, по договору срок выплаты через неделю, формально никто ничего не нарушал.

Вышла из бухгалтерии и на ватных ногах пошла к своему ноутбуку. Не знала, что делать дальше. Не на вокзале же ночевать, в конце концов. Было подозрение, что в зал ожидания могли не пустить без билета, а на ее капиталы особо не разгуляешься.