Глава пятая. Полный абзац

По пути к рабочему месту Лена купила латте в автомате. Понадеялась, с ним будет легче придумать решение. Напрасно! И со сладкой жидкостью во рту, и без нее, в голову не приходило ничего дельного. Впервые в жизни у Лены не было уверенности в завтрашнем дне и даже набросков реального плана. Чувствовала себя набедокурившей школьницей, которая вот-вот получит нагоняй от всех вокруг.

– Лен, что там с тобой? – с тревогой поинтересовалась невесть когда подошедшая Юлия. – О чем задумалась?

Лена тряхнула головой и заставила себя посмотреть на начальницу. Та подмигнула и продолжила:

– Домой, спрашиваю, пойдешь? Или еще посидишь?

– Посижу…

– У тебя случилось чего? Взгляд уж больно траурный.

– Сложно сказать, – Лена пожала плечами. – Деньги страшно нужны, а зарплату Соломон Николаевич решил придержать до завтра.

– Деньги всем нужны, – Юлия состроила гримасу. Видимо, испугалась, что Лена сейчас будет просить в долг. – Вряд ли тут будет большая задержка с выплатой. А на пару дней можно обойтись кредиткой.

– Можно, – Лена кивнула. – Прости, попытаюсь поработать.

Отвернулась к экрану ноутбука. Кредитка и впрямь могла спасти, если бы не одно «но». У Лены ее просто не было. После свадьбы у нее остались две дебетовые карты: на одну она получала зарплату, другая давала доступ к общему с супругом счету. Собственно, на общий счет она и скидывала большую часть заработка. Как оказалось – зря. Дмитрий отчего-то считал счет только своим.

Залпом допила кофе и застыла, пытаясь поймать мысль, слово «кредитка» рождало в памяти едва уловимые тени. Потерла лицо и шумно вздохнула. Прикусила губу, припоминая одну любопытную деталь, и полезла в кошелек.

Разругавшись перед свадьбой с отцом, Лена оставила ему все свои карты, а через месяц после бракосочетания стали настойчиво названивать из банка, и ей пришлось забрать заказанную ранее кредитку. Собиралась отослать ее родителю по почте, но забегалась и забыла. Лимит там был курам на смех и не заслуживал внимания. Сейчас, однако, ей пришлась бы кстати любая сумма, и оставалось надеяться, что срок действия карты еще не истек.

Лена извлекла из кошелька кусок пластика и усмехнулась: до конца срока оставалось еще тридцать два дня. Лучше и не придумаешь. Успеет и потратить, и погасить долг. Никто не узнает.

Уходила с работы со спокойным сердцем. Понимала, где будет ночевать в ближайшие три дня, а об остальном старалась не думать.

Номер оказался маленьким, скудно обставленным, но чистым. Лена приняла горячий душ и нырнула под одеяло. После нервной суеты последних дней очень хотелось выспаться.

На работу во вторник пришла минута в минуту и почти сразу наткнулась на секретаршу Соломона Николаевича Майю. Та без лишних расшаркиваний отправила ее беседовать с боссом.

Постучалась и вошла. В кабинете господина Кнесича пахло дорогими сигаретами и стойким древесным парфюмом. Одно время отец использовал такой же, но тот быстро надоел. Соломон Николаевич, как всегда, выглядел безупречно. Холеный, взрослый, уверенный в себе мужчина в очень приличном костюме. Возраст, конечно, все равно читался без труда, но в его черной шевелюре не было ни единого седого волоса.

Босс улыбнулся, приветствуя ее, пригладил гладковыбритый подбородок и, не поднимаясь с места, жестом пригласил сесть на кресло напротив. Лена насторожилась. Между собой они называли это место «выволочный пьедестал», для приятных бесед босс использовал стул в двух шагах от стола.

– У нашей компании сложности из-за вас, госпожа Мимоходова.

– И какие же? – Лена изобразила удивление. Кажется, начинала понимать, о чем он хочет поговорить, но решила играть по правилам. С точки зрения работы как таковой больших претензий к ней просто быть не могло. Она, конечно, отличалась несносным характером, но ладила с заказчиками и разбиралась в деле.

– Вы, оказывается, близкая родственница крупного ресторатора. «Веселому повару» это не понравилось, мне – тоже. Кто знает, как вы используете полученные по работе сведения? Они представляют коммерческую тайну.

– Я говорила, кто я, господину Авралову, когда устраивалась к вам, – спокойно заметила Лена. – Кажется, он даже сделал специальную пометку для службы безопасности. Я не общаюсь с отцом несколько лет.

– Я увидел пометку, – Соломон Николаевич прищурился. Похоже, ему не понравилось упоминание второго собственника. – Вчера. Но вот беда, господин Авралов уже два года как отошел от дел и только получает свою долю прибыли, а я о вашем происхождении не знал.

– И что? – Лена взяла быка за рога. Босс славился любовью «помариновать» сотрудников ожиданием неприятных вестей.

– Думаю не платить вам премиальную часть, если «Веселый повар» откажется от нас.

Лена нахмурилась. Как интересно выходит, пометки службы безопасности проглядел Кнесич, а деньги снимут с Мимоходовой.

– Правильно ли я понимаю, что сегодня я получу примерно треть от ожидаемой суммы?

– А остальное позже, если все будет хорошо…

– Тогда, пожалуй, на ближайшие десять дней я возьму отпуск, – Лена скривилась в ухмылке. Хотят зажать деньги? Пусть. Но она не собирается работать за так. – Давно не отдыхала. Как раз за это время выяснится, все ли хорошо.

– Услышал вас, Елена, – босс сверкнул на нее темными глазами. – Давайте с четверга. Сегодня-завтра еще закончите отчет по Петрозаводску, а потом на отдых. Устроит? Если нет, то можете отдыхать за свой счет. Этого вам никто не в состоянии запретить.

– Подожду четверга, – Лена поймала его взгляд. Разум подсказывал, что господин Кнесич явно не договаривает. Хотелось бы знать, что еще ему нужно?

– Отлично, – мужчина улыбнулся. – Собираетесь поехать куда-нибудь или останетесь дома?

– Куда уж ехать с моими финансами? – язвительно заметила Лена и прищурилась. Он что, вздумал над ней издеваться?

– Возьмите меня в компанию на несколько дней, и вопрос денег снимется сам собой, – обронил Соломон Николаевич, тоном старой, своей в доску подружки. – Слышал, у вас сложный период с супругом… Мне кажется, лучшее, что может сделать женщина в такой ситуации, – это немного развеяться. Завести краткую интрижку без обязательств с приятным и щедрым кавалером.

Лена почувствовала, как кровь внутри превращается в бензин с низким октановым числом. Того и гляди рванет. За кого ее принимает этот старый хрыч?

– Уверен, что могу предложить вам массу приятных мелочей, и в остальном я вряд ли хуже вашего супруга.

– Вы недавно вспоминали моего отца, – Лена ухмыльнулась. Этого самодовольного индюка следовало поставить на место.

– Вспоминал. Думаю, уровень комфорта нашего отдыха выйдет не ниже, чем под его покровительством.

– Отец любит повторять, что, подготавливая сделку, стоит трезво оценить свои возможности выполнять описанные в договоре обязательства, иначе рискуешь обделаться в процессе.

– Что? – собеседник удивленно вскинул темные брови.

– Будьте осторожны, – Лена широко улыбнулась. – Чутье дочери серьезного бизнесмена подсказывает мне, что вы можете надорваться и финансово, и как мужчина. Эта сделка не для вас.

– Вот как? – Соломон Николаевич поиграл желваками, выдерживая театральную паузу. Вздохнул и смерил подчиненную задумчивым взглядом. – Что ж, пусть так. Отправляйтесь работать, Елена Геннадьевна.

– Отличное решение, босс, – бодро отрапортовала женщина и поспешила к своему ноутбуку. Хотелось верить, что господин Кнесич достойно примет отказ.

Давно не работала с таким воодушевлением. Числа, графики, описания, комментарии и замечания казались последним столпом стабильности. И если бы могла, Лена принесла бы им жертву в благодарность за твердую опору. Без нее госпожа Мимоходова непременно утонула бы в бушующем житейском море.

Возвращалась в гостиницу ближе к одиннадцати. Как раз принять душ, улечься в кровать и полистать арендные предложения перед сном. К ночи, похоже, ударили первые заморозки, и асфальт покрылся тонкой ледяной коркой. Выискивая менее скользкий проход, Лена почти протерла боком витрину дежурной аптеки.

Выругалась шепотом и посмотрела на дверь. Решила зайти, купить тест. Не верила в возможную беременность, но отсутствие легкой тянущей боли в пояснице настораживало. Обычно низ спины начинал ныть за пару дней до начала. Напомнила себе о возможном эффекте от отмены таблеток, но решила удостовериться. Цена вопроса копеечная, процесс несложный, так почему нет?

Стоящий за прилавком молодой провизор, высокий красавец-блондин, смерил ее оценивающим взглядом. Лена усмехнулась.

– Тест на беременность, будьте добры, – выдала со всей беззаботностью, на которую была способна. – Тот, что с первых дней.

– У нас есть и те, что дают результат за два дня до задержки, – заметил мужчина и тоже усмехнулся. Вероятно, мысленно, шутливо щелкнул себя по носу.

– Давайте такой, – согласилась Лена. – Два.

Блондин кивнул и полез в ящик под кассой. Покупательница достала карту. Сейчас расплатится и доберется-таки до гостиницы. Нальет себе чаю и помечтает о чем-нибудь приятном.

По дороге в памяти услужливо всплыл Ефим: и впрямь на редкость приятный мужчина. Почти чудесный. Лена отругала себя за воспоминания. Одноразовый любовник был всем хорош: и горяч, и умел, вот только общаться дальше не захотел. Случается. В конце концов, она не золотая монета, чтобы всем нравиться, иногда позволительны и осечки. Обидно, конечно, но пережить можно.

Засыпала тоже с мыслями о мимолетном знакомом. Хотелось его ласки. Нежных объятий, жадных поцелуев, смелых рук, сводящего с ума единения. А еще жаркого, запальчивого шепота, рассказывающего о бескрайней любви к блондинкам вообще и к ней в частности. Правильнее, наверное, было бы страдать по мужу, но Дмитрий не вызывал никаких желаний. Разве что хорошенько приложить его по башке. Лена пообещала себе купить со следующей зарплаты парочку игрушек для взрослой девочки и погрузилась в сон. На время забыла о происходящей вокруг суете.

Открыла глаза сразу после звонка будильника, а вот просыпалась тяжело. Первые десять минут чувствовала себя попавшим в незнакомую комнату зомби. Не особо задумываясь, сделала тест и как идиотка уставилась на жирный синий плюс. В этих комплектах так выглядели две полоски.

Тряхнула головой, просыпаясь окончательно, и тихонько выругалась. Только беременности ей сейчас и не хватало! Прищурилась, припоминая подробности своей постельной жизни. Последние месячные закончились в день отъезда во Владивосток, потом она перестала пить таблетки, а после у нее случилась только ночь с Ефимом, с Дмитрием ничего не было. Но и с Ефимом они предохранялись! Как так могло выйти?

Спрятала лицо в ладонях и шумно вздохнула. Обойтись бы без злобных шуток судьбы. Хотелось верить, что все происходящее какая-то досадная ошибка: испорченный тест или эффект от таблеток. Вечером поищет нужный анализ, есть же какой-то показатель, который говорит о беременности наверняка… А пока постарается не волноваться понапрасну. Если сможет, конечно.

Лене повезло. С самого начала рабочего дня Юлия загрузила дополнительными требованиями по Петрозаводскому проекту и места для мыслей о беременности в голове не осталось. Госпожа Мимоходова привычно утонула в числах и графиках. Очнулась, когда поставила точку в последнем предложении.

На часах было без пятнадцати пять, и Лена решила выйти пообедать. Пока сидела над отчетом, есть не хотелось, но после голод стал покусывать назойливым зверьком, от которого не терпелось избавиться.

– Юль, я закончила, – отрапортовала она, проходя мимо стола начальницы, – отправила тебе.

– Отлично, спасибо! – та тряхнула кудрявой шевелюрой и улыбнулась. Взяла папку со стола и протянула ее Лене. – Соломон Николаевич велел отдать, как добьешь Петрозаводск.

– Как интересно…

Она открыла папку и уставилась на спрятанные внутри бумаги. На трех листах четким черным шрифтом напечатали соглашение, согласно которому господин Кнесич собрался ее уволить. Лена ухмыльнулась. Все-таки многие мужчины в возрасте болезненно принимают отказ. Собственно, сама попытка расстаться с ней не смущала и не пугала, не нравилась сумма, которую босс решил кинуть на прощанье. По всему получалось, ей доставалась только невыплаченная раньше премиальная часть.

– Соломон Николаевич у себя?

– Не видела, чтобы уезжал, – Юлия пожала плечами. – Но это лучше к Майе.

Лена кивнула и направилась к кабинету босса. Хотелось озвучить ему свои условия для соглашения сторон.

Секретарши на месте не оказалось, и Лена, постучавшись для порядка, вошла в кабинет к горе-ухажеру. Соломон Николаевич отвлекся от бумаг и смерил ее насмешливым взглядом. Похоже, ожидал ее визита.

– Пришли возмутиться несправедливостью? – поинтересовался ехидно. – Я решил, что не стоит держать в компании нелояльного сотрудника. Чтобы ненароком не обделаться на каком-нибудь проекте.

– Нет, – Лена усмехнулась. Сегодня несмотря на все попытки хорохориться босс выглядел немного уставшим. – Пришла указать на ошибку. Вы забыли нолик в конце числа.

– Дайте-ка папку…

Лена протянула мужчине документы. Тот пробежался глазами по тексту и нахмурился.

– Все верно, я бы даже сказал, там много лишнего. С чего я должен платить вам больше?

– Я не стану распинаться, что я усердно работала, – Лена чувствовала, как все внутри закипает от злости. – Не стану вещать про свои компетенции. Скажу про другое. Я беременна, и мне проще побороться за себя здесь, чем найти новое место. Увеличиваете сумму в документе в десять раз и расходимся как в море корабли. В противном случае, нас с вами ждет плотное и не самое продуктивное общение.

– Что-то незаметно ваше положение, Елена.

– Срок маленький, – она широко улыбнулась. Хотелось уесть этого престарелого ловеласа хоть немного. – Через пару месяцев станет заметно. Если, конечно, я останусь у вас работать.

– Хорошо, – он вернул улыбку. – Идите пока в отпуск. А я подумаю до утра понедельника. Свяжемся с вами, как что-то решим. И будьте готовы предоставить подтверждающие ваше положение документы.

– Конечно, Соломон Николаевич, – на этот раз Лена смерила его взглядом. – Пойду домой, а то я сегодня без обеда… Устала.

И не дожидаясь разрешения, направилась прочь из кабинета. Все внутри клокотало, и оттого хотелось быстрее выйти на воздух.

Лена усмехнулась мысли, что теперь ей нужно выяснить, что там с ее беременностью наверняка, и отправилась есть в ближайшую кафешку. Видимо, от напряжения к вечеру хотелось спать, и путешествовать в поисках лучшего места было просто лень.

Вернулась в гостиницу к восьми и провела вечер, составляя резюме. Деньги требовались как воздух, а работа казалась надежнее, чем суд с супругом за ипотечные платежи.

Утром в четверг Лена проснулась от сообщения из банка. Ее поздравляли с днем рождения и предлагали какой-то продукт на абсолютно новых, естественно, индивидуальных условиях. Она поежилась, поднялась с кровати и выглянула в окно.

За ночь выпал и подтаял снег, превращаясь в неприятное месиво. Лена посмотрела на легкий минус на градуснике за окном, вздохнула и принялась одеваться. Чтобы ходить по улице дальше, ей нужна была курка потеплее, та, как и большинство вещей, томилась в плену у Дмитрия. К счастью, пока еще муж ходил на работу, и у Лены были все шансы наведаться за одеждой в его отсутствие. Ключи-то у нее никто не отнял.

Добираясь до квартиры, чувствовала себя воровкой, шпионкой, проникающей на секретный объект. Постоянно смотрела на часы и молила провидение, чтобы у Дмитрия сегодня был обычный рабочий день. Хотелось собрать вещички и уйти незамеченной.

Отперла дверь своим ключом и вошла. Выругалась и прикрыла глаза. В душе кто-то громко напевал, а на кухне, за столом прямо напротив входной двери возился Дмитрий.

Лена сжала связку. Кого бы он ни привел, как бы ни жил, она имеет полное право забрать свои вещи. В конце концов, почти все они куплены до брака. Это с отцом не носила ничего из старых коллекций, с мужем пришлось поумерить пыл и носить что есть. Была великая цель отдать пораньше ипотеку и накопить на декрет, на новые шмотки иногда просто не оставалось денег.

– Димочка! – позвали из ванной женским голосом. – Полотенце принеси позя-зя-зя!

Лена перехватила ремень сумки. Шпионское задание, конечно, провалено, но внутри еще живет воля к сопротивлению.