Глава девятая. Деловые нотки

– Вы уже читали договор, мы ничего не меняли, но посмотрите на всякий случай, – довольно заметил Глеб Демидович и пригладил белесую козлиную бородку. – Вдруг Милана что-то напутала, когда распечатывала его.

Ефим кивнул и нырнул глазами в текст. Все-таки владелец «Веселого повара» господин Воронин нравился с каждой встречей все меньше. Но он согласился на запрошенную за услугу сумму, и отказываться от работы с ним было просто глупо. Сейчас, когда сделка с Хромовым маячила перед самым носом, любая тысяча приближала к мечте.

– Смотрю, вы уменьшили неустойку, – усмехнулся Ефим. – Она, конечно, все равно кажется сумасшедшей, но лучше, чем была.

– Видите, – Глеб Демидович одарил его широкой улыбкой, – мы всегда с радостью идем навстречу своим партнерам.

– Маленькими шажками, – подытожил Ефим. – Но все равно приятно. К счастью, я не собираюсь увиливать от своих обязательств. Думаю, через месяц у вас будет предполагаемый план действий насчет Александрова. Готов подписать.

– Предоплата будет в течение трех рабочих дней.

Заказчик протянул ему ручку, и Ефим поставил закорючки в нужных местах. Господин Воронин поспешил последовать его примеру и принялся возиться с печатями.

Гость украдкой посмотрел на часы: без пятнадцати семь. До встречи с Леной, его жаркой блондинкой, оставалось тридцать минут. Не хотелось бы заставлять ее ждать.

– Ваш экземпляр! – Глеб Демидович вложил договор в папку с материалами и протянул его Ефиму. – Рад был пообщаться. Надеюсь, на такое же плодотворное сотрудничество, как с «Дворянской трапезой».

– Эта не та область консалтинга, в которой могу дать стопроцентные гарантии, но я постараюсь, – Ефим улыбнулся. Спрятал папку в портфель и поднялся с места. – Тоже рад был встретиться.

– Я провожу, – господин Воронин поспешил следом. Гость не стал возражать. Лишнего времени на разговоры не оставалось.

Уже выбравшись наружу, огляделся по сторонам, снова посмотрел на часы и резво пошел в нужном направлении. Вряд ли Лена обидится на опоздание, но волновать ее не хотелось.

Когда почти год назад Ефим в числе прочего продавал свою машину, чтобы оплатить лечение матери, он боялся, что не привыкнет ни ходить пешком, ни пользоваться такси или каршерингом. Собственно, в Петербурге так и было. Когда в голове не было других мыслей, его немного раздражала безлошадная жизнь, и даже красота города не спасала ситуации. Но стоило пробыть месяц в Москве, пешие прогулки просочились в кровь и остались там вариантом нормы. Не брался объяснить, в чем именно дело, да и не пытался.

Ефим вообще удивительно легко привык к столице. Когда через неделю приятных встреч с Леной стало понятно, что это надолго, он снял небольшую квартиру-студию на Краснопрудной и переехал туда. Решил, что даже бывать здесь время от времени будет удобнее, чем жить в гостинице. Тем более в квартире он мог спокойно орудовать на кухне и радовать свою блондинку кулинарными изысками. Судя по всему, любовница готовила только яичницу и кофе, а он частенько баловался стряпней.

Сегодня, правда, она ждала его в ресторане. Всю неделю вечерами Лена чувствовала себя замученнее некуда, но в пятницу согласилась выйти в люди. Ефиму было все равно, где оставаться рядом, но хотелось немного встряхнуть ее. Его план по отвлечению любовницы от будничной суеты с похода в милое местечко только начинался. Завтра их ждала особая экскурсия по Москве и вечерний театр, а послезавтра – катание на фуникулере и ночь на шестьдесят девятом этаже в Москва-сити. Подозревал, Лена, как местная, пренебрегала этими простыми развлечениями, и надеялся ее удивить.

Она сидела за столиком в дальнем углу у окна и потягивала латте. Ефим невольно улыбнулся. Несмотря на деловой костюм, его сногсшибательная блондинка сейчас походила на обдумывающую новую шалость принцессу. Лена выглядела занятой и хитрой одновременно. А еще немного уставшей. Мужчина тихонько обругал шефа любовницы, она жаловалась на разногласия и придирки, и поспешил обнять ее. Больше всего на свете хотел окунуться в розовый аромат и нежное тепло. А еще спрятать ее от мира в своих объятиях.

– Дай угадаю, ты был на деловой встрече, – выдала Лена, рассматривая его костюм. – Выглядишь так, что хочется поиграть в босса и секретаршу.

Ефим поймал ее взгляд и подмигнул. Непременно поиграют и в это, сразу, как перестанут накидываться друг на друга при первой же возможности.

– Да. Заключал странный договор.

– А подробнее? – Лена отпила кофе. – Если можно, конечно.

– Без имен, думаю, вполне, – он протянул руку и погладил ее по щеке. Нырнул пальцами в шевелюру и слегка помассировал шею и затылок. Любовница прикрыла глаза.

– Не отвлекай, – пробормотала она и отодвинулась, убегая от руки. – Рассказывай.

Ефим облизнулся и покачал головой. Добродушно усмехнулся. Видел в ее настойчивости хороший знак. Раньше Лена не расспрашивала подробностей о работе, а сейчас, возможно, стала рассматривать кавалера как человека для длительных отношений.

– Я обычно антикризом занимаюсь. Анализирую финансовую отчетность, логистику, производственные цепочки, каналы сбыта, атмосферу в компании и стиль управления, а потом выдаю вердикт. Что, где и как изменить. И мне кажется, у меня неплохо получается.

– Это я помню, – Лена накрыла его руку своей, и Ефим прервался на миг. Ее прикосновение напрочь уносило разум.

– А еще у меня есть хобби. Изучаю поведенческие реакции. Давно и тщательно. Иногда консультирую людей, как найти подход к партнеру или как испортить жизнь конкуренту. Этот договор связан с хобби.

– Честно? Я не очень верю в подобные штуки, – Лена пожала плечами. – Мне кажется, для того чтобы тобой можно было манипулировать, нужна предрасположенность. Особый склад характера. С другой стороны, я руку готова дать на отсечение, что ты все делаешь идеально. А в какую обертку это заворачивать – дело твое.

Ефим не стал спорить. В конце концов, его куда больше справедливости интересовали ее новости.

– Расскажи, что у тебя происходило? Сдали Новосибирский проект?

– Сдали, – Лена залпом допила кофе. – Погоди… Хотела еще кое-что спросить.

– И что же?

– Ты говорил, что собираешься в Питер во вторник. Ты планируешь, – она помолчала, будто раздумывая, продолжать или нет, – вернуться?

Ефиму захотелось рассмеяться. Он не то, что планировал вернуться, он не знал, сможет ли уехать. Начиная с их внезапной встречи месяц назад, они с Леной почти не расставались. Ночи, проведенные раздельно, можно было пересчитать по пальцам одной руки, и его устраивало такое положение дел. Чувствовал себя одуревшим студентом.

– Конечно. К выходным. Не знаю, как буду там без тебя, – высвободил свою кисть из-под ее и сам накрыл ее руку. – Хочешь, поехали со мной? Посмотришь, как живу. У нас в доме, правда, раздрай, сосед перекраивает два верхних этажа нашей парадной, но жить можно.

– Зачем?

– Понятия не имею. Не общаюсь с ним. Он еще маму замучил с продажей этой квартиры, но предлагал такой мизер, что стоило прокатить его чисто из принципа. Так что я там почти как крот во вражеской банде. Что скажешь?

– Если отпустят на работе, то я с радостью. Хотя, признаться, устала от вокзалов.

– Значит, ждем, что скажут на твоей работе. Давай делать заказ.

– Давай, – Лена посмотрела на него, и Ефим приподнялся на месте, чтобы чмокнуть ее в нос. Идея взять свою блондинку в Петербург казалась идеальной.

***

– Сегодня ты не спешишь? – отец проводил взглядом официанта, который принес второй чайник взамен выпитого, и посмотрел на Лену.

Она налила себе чаю и покачала головой. Отец выглядел так, будто задумал какую-то шалость, и это, в общем-то, должно было насторожить. Жадно втянула носом лимонный аромат сенчи и мысленно махнула рукой: вряд ли родитель помирился с ней, чтобы устроить испытание. С ее дня рождения они встречались в его кабинете каждый четверг. Разве что на этой неделе перенесли ужин на среду, завтра отец уезжал в командировку.

Сегодня господин Александров или устал, или собирался принять важное решение. Как обычно, в таких случаях, он много говорил о делах, и Лена слушала, задавала вопросы и даже пыталась советовать. Знала, что подобная беседа помогает отцу взвесить «за» и «против». Второй чайник напрашивался сам собой, но, кажется, все равно насторожил мужчину.

– А куда делся твой клин? – отец ехидно улыбнулся, и морщины под глазами стали четче некуда. Похоже, решил, что о делах поговорили достаточно.

– Какой клин? – она решительно не понимала, о чем он спрашивает.

– Который клин клином. Лена… – тоном учительницы, заметившей набедокурившую отличницу, упрекнул он. – Вокруг ресторана полно камер. Тебя встречал кавалер, мне об этом доложили после первого раза. Подозреваю, ты завела себе мужчину для поддержания самооценки. Все-таки развод – дело сложно. А раз не спешишь, значит, сегодня тебя не ждут.

– Ефим уехал в Питер, – Лена усмехнулась. Отец всегда следил за ее личной жизнью, но обычно не лез с разговорами. – Собирались поехать вместе, но Кнесич встал в позу. Иногда у меня складывается впечатление, что он оставил меня на работе, исключительно чтобы пакостить по мелочи и издеваться.

– Не он оставил, а ты осталась, – отец налил себе чаю и тоже отпил горячего напитка. – Не вешай на других свое решение. Но мне оно кажется разумным. Надо доработать до декрета, а после будешь думать. Все равно до года лучше бы побыть рядом с ребенком, а там или ишак, или падишах, или Насреддин. Да и Кнесич твой взрослый уже, всякое может случиться… Кстати, еще не сказали, внук у меня или внучка?

– Рано еще, пап, – Лена развела руками. Никак не могла привыкнуть к мысли, что у нее будет ребенок. Правду сказать, вообще почти не думала о беременности. Чувствовала себя прекрасно, живота еще не намечалось, можно было делать вид, что ничего не происходит.

– А я уже жду. Ты врачей не пропускаешь, я надеюсь…

– Папа! Начинаю чувствовать себя подростком, которому надо отстоять территорию.

– Замолкаю. А с разводом что? Еще не хватало, чтобы нашу крошку записали на гулящего фитнес-тренера.

– Заседание было вчера, – Лена пропустила отцовскую шпильку мимо ушей. – Мимоходов на него не пришел. Юрист сказала: это нормально, работаем дальше. В любом случае время на примирение закончилось и нас разведут, тяжбы будут лишь по денежным вопросам. Меня в этой истории беспокоит только мой кот. А ты можешь не волноваться: «крошка» будет только нашей.

– Или нашим. Мне нравится мысль о внуке. Вторая принцесса, конечно, тоже устроит, но пока мечтаю о наследнике.

– А теперь ты напоминаешь мне бабушку, – она рассмеялась.

– Немудрено. Возраст, знаешь ли.

Лена наградила отца скептическим взглядом, отпила терпкой горячей жидкости и ринулась в атаку. Страшно хотелось сменить тему разговора.

– Лучше поделись, как ребята, которые так и не сделали предложение. Помнишь, рассказывал?

– Как не помнить, – отец пригладил светлую с проседью шевелюру. – Мы вышли на них. Теперь я обдумываю, кому какие делать предложения. Хотя одному товарищу, я, признаться, просто хорошенько бы накостылял. Как в лучшие годы… Чтобы потом всю жизнь работал на докторов.

Лена опустила глаза. Драться отцу хотелось, когда кто-то делал что-то не вписывающееся в его кодекс правильности. Кодекс своеобразный, но, в общем-то, честный.

– Пап, а можно организовать мне «Павлову»? Так хочется, – Лена облизнулась. Разговор о кодексе обычно только заставлял родителя нервничать, и дочь, осознав ошибку, поспешила уйти и от этой темы.

– Да хоть десять, – он добродушно улыбнулся и потянулся к связанному с кухней планшету. – И даже ждать долго не придется.

Лена кивнула и взяла чайник долить себе еще немного сенчи.

Уже по пути домой она задумалась над сказанным. Поспорила бы с отцом, Ефим не был ни заместительным мужчиной, ни заплаткой на самолюбии. Скорее искрой, теплой волной, которой накрыло с головой. Солнцем в зимний день. Возможно, будь у них с Димой все хорошо, она просто не дала бы Ефиму повода и ничего не случилось бы, но сейчас, распробовав этого мужчину, она хотела остаться с ним. Понимала, такое почти невозможно, слишком быстрое начало не подразумевало приличного продолжения, но желания это не отменяло.

Набрала Ефима почти сразу, как добралась до ноутбука. Хотелось видеть его улыбку и теплый огонек в глазах. Вчера еще не скучала сильно, а сегодня… Сегодня все внутри сжималось от предвкушения, стоило только войти в квартиру. Пожалела, что за время, которое были вместе, ни разу не позвала его в гости, возможно, сейчас бы легче переносила разлуку.

Вслушиваясь в гудки, кинула беглый взгляд в зеркало, убедиться, что все в порядке, сняла пиджак и расстегнула две лишних пуговицы на блузке. Хотелось напомнить любовнику, что в Москве его ждет горячая и ласковая подруга.

***

Ефим снова улыбнулся в экран. Следовало закончить разговор, его сладкая блондинка явно подустала, но отпускать ее не хотелось. Напротив, душа просила болтать о ерунде и смотреть на любовницу вечно. Раз уж нельзя потрогать.

– Лен, не волнуйся, пожалуйста, мы найдем способ вызволить Козлика.

– Жалко его до жути. Непонятно, чем его кормят, не обижают ли… – собеседница вздохнула и закатила глаза. – Надо было сразу забирать, когда уходила от мужа…

Ефим пожалел, что не может обнять ее. Хотелось хоть немного поддержать, обнадежить и успокоить. Пока, правда, решения в голову не приходило. Лена не рассказывала подробностей про кота до поры, а выдать готовый ответ сразу не получалось.

– Дай мне пару дней, что-нибудь придумаю, – пообещал он. – Постараюсь.

– Возвращайся быстрей, – подытожила Лена. – Скучаю очень.

– Я тоже. Очень-очень, – он прикрыл глаза, на миг представляя ее объятия. – В субботу после обеда прикачу. Пиши завтра, как будет время, у меня занята только первая половина дня.

– Конечно. Ты, главное, возвращайся.

– Лена… – произнес он с упреком. – Разве не видишь? Я как безумный студент рядом с тобой… Вернусь, конечно. А теперь отправляйся спать. Тебе завтра на работу. И вообще, высыпайся, пока есть такая возможность, в выходные у тебя ничего не выйдет.

– Ловлю на слове, – она подмигнула. – Мой прыткий юноша… Целую.

– И я тебя.

Ефим послал воздушный поцелуй. Лена поймала его ладошкой, приложила к губам и отключилась.

Мужчина вздохнул и направился на кухню сделать кофе. Чтобы с чистой совестью терзать Лену в выходные, следовало ударно поработать в разлуке. Завтра-послезавтра собирался еще раз наведаться на производство, а в субботу планировал пообщаться с заказчиком. Хотелось прийти на встречу подготовленным, чтобы сразу уточнить волнующие вопросы.

Мысли о Лене не отпускали. В дневной суете Ефим не замечал ее отсутствия, а вечером и впрямь мучился, как влюбленный студент. И от невозможности обнять, и от непогашенного огня, и от желания поболтать и подурачиться вместе. Не думал, что увязнет до такой степени, планировал необременительный краткий роман с яркой красавицей, а вышло, что вышло. Лена вдруг стала такой нужной, что все внутри сжималось, стоило только подумать об объятиях и возможном продолжении.

Ефим поставил чашку под рожок и включил кофемашину. В комнате зазвенел смартфон. Услышал не сразу, шум заглушал мелодию. Мужчина не задумываясь посмотрел на часы: почти полночь, – и поспешил к гаджету. Не представлял, кому понадобился в такое время.

На экране светился незнакомый московский номер. Ефим усмехнулся и потянул зеленую трубку.

– Господин Холмогоров? – поинтересовались с другой стороны смартфона. Слишком отрывисто и резко, будто облаяли.

– Он самый.

– Александров беспокоит. Геннадий Львович. Полагаю, мы заочно знакомы. Разговор есть. Буду в Северной столице завтра ближе к обеду, готов пообщаться, скажем, в два, «У Бейкера». Что скажешь?

– Адреса не знаю, – Ефим потер подбородок. – А так устроит.

– Экспансия в Питер пока не удалась, – язвительно заметили в трубке. – Ну да ладно, мы не гордые. Воскресенская набережная. Знаешь где?

– Представляю, – попытался сыронизировать Ефим.

– Отлично. До встречи! – невозмутимо пролаял собеседник и отключился.

Ефим сунул телефон в карман и потянулся к портфелю. Похоже, придется немного отложить заводскую отчетность и все-таки посмотреть, что там ему дали в «Веселом поваре». Обычно бо́льшую часть сведений он добывал сам, но Глеб Демидович Воронин, судя по всему, наслаждался копанием в чужих жизнях и давал куда больше информации, чем любой другой заказчик. Достал папку и направился к кофемашине. Личного знакомства с господином Александровым в планах не было, да и заняться им собирался попозже, но если ресторатор спешит и очень хочет встречи, отчего не уважить серьезного бизнесмена.

На кухне божественно пахло арабикой. Ефим отхлебнул из чашки обжигающей горькой жидкости, устроился за столом и распахнул папку. Впился взглядом в испещренные буквами листы.

Удивительно! В этот раз не было фотографий. В досье по «Дворянской трапезе» ее владелец был во множестве разных ракурсов. А здесь ни одной. Ничего необычного в сведениях о господине Александрове не было. Университетское образование, серые дела в девяностые, море работы, неисчерпаемая энергия, умение защищаться, нападать и идти к цели, не считаясь с потерями. Вдовец. Имеет взрослую дочь.

Ефим пробежался глазами по сведениям о женщине и не понял, что именно его смутило. Нахмурился, тряхнул головой и вернулся в начало. Перечитал и тяжело проглотил застрявший в горле ком. Не показалось. Глаза с жадностью прожигали каждую букву. Мимоходова (Александрова) Елена Геннадьевна, день рождения пятнадцатого ноября.

Ефим выругался. Не может быть! Его блондинка – дочь владельца «Альфы»? Хуже даже не придумаешь.

Вздохнул и потянулся к смартфону. Не хотелось, чтобы Александровы сделали выводы сами. Гори все вокруг синим пламенем, но Лена должна быть с ним. Он давно не чувствовал себя так чудесно, как рядом с ней.

Не стал звонить. Боялся разбудить и заставить нервничать. Отправил сообщение. Не знал, поможет или нет, но надеялся, что Лена поверит ему. В конце концов, ей тоже было хорошо рядом. Он отлично помнил и ее глаза, и улыбку, вряд ли его красавица стала бы подделывать эмоции. Вздохнул и уселся читать договор с «Веселым поваром». Следовало подумать, как выйти из игры с минимальными потерями.