Глава 7

Вторую половину дня я провела не менее продуктивно. Пришлось вначале потерпеть общество принца за обедом, где он сообщил о договоренностях с таном Тинтаром насчет аудитории. Попутно пресекла очередную попытку покуситься на выходные. Это сейчас нет потребности выходить в город, кроме как закупить продукты и повидаться с братом. А по окончании сезона дождей я намеревалась возобновить охоту и пополнить запасы трав. Так что никаких занятий, а то потом попробуй, отвоюй свободное время обратно.

Затем по расписанию шли медитации, которую я бессовестно продрыхла, и физическая подготовка. На тренировке с Таэлосом я упорно осваивала стрельбу из лука. Особых результатов пока не достигла, но стремилась к идеалу. После занятий посетила душ и занялась подготовкой домашних заданий вместе с Эрметтом. Его я в качестве извинений за вчерашний прогул тоже угостила пирожными. Ну а вечером после ужина состоялся урок древнеэльфийского. Верион вел себя предельно вежливо и подробно объяснил новую тему. Но откуда мне знать, когда его снова накроет?

После отбоя я успела еще красноволосого навестить, который, как выяснилось, с нетерпением ожидал моего визита. Видно, до него дошли слухи об открытом покровительстве принца. Браслет он тоже заметил, хотя я задвинула его повыше, чтобы спрятать под одеждой.

— Носишь его подарок? — огорчился Рингар. — Быстро же он подсуетился.

— Как будто меня спрашивали, нужны ли такие подарки, — фыркнула я. — Буду благодарна, если подскажешь, как он снимается.

— Можно взглянуть поближе? — попросил разрешения парень.

Я спустила украшение к кисти и протянула руку. Рингар покрутил браслет в поисках застежки, тяжело вздохнул и поморщился.

— Сдается мне, у этого украшения есть пара в мужском варианте. Но хуже всего другое. Главная функция подобного артефакта вовсе не защита. Древние эльфы, заключая помолвку, дарили похожий брачный браслет избраннице. Верион активировал его собственной магией?

— Что? — я поперхнулась слюной и закашлялась. — Ты сейчас серьезно?

— Более чем, Тай. Самостоятельно ты его не снимешь.

— Дохлая стая заршей! За что мне это? — схватилась за голову. — Может, существует способ избавиться от этой дряни? Что еще она может? Следить за мной?

— Не исключено. Древние мастера изготавливали такие вещи по индивидуальному заказу и вкладывали те функции, которые требовались будущему владельцу. Учитывая, с кем мы имеем дело, я бы не удивился. Однако, не стоит забывать, что Верион — наследный принц. У него нет права жениться по собственному выбору. Он обязан учитывать интересы королевства. Пока наследник не активировал второй браслет, ты находишься в статусе невесты.

— Проклятье! И почему его улкары не задрали в том походе! — моему возмущению не было предела. — Зарш смердячий, а не принц! В сто раз хуже и подлее поганого братца!

— Ты знала Тимунда? — удивился Рингар. — Откуда? Он погиб год назад и отнял у меня… Лаисса? — подскочил с кровати, как ужаленный, озаренный догадкой.

Упс! — уставилась на него, соображая, что ответить. И чем больше я молчала, тем труднее было выбраться из ловушки, в которую сама по неосторожности угодила.

— Мы ведь уже обсуждали этот вопрос. Меня зовут Таурелия Вилин. Я родилась…

— Неважно! Это неважно, как тебя теперь зовут. Я чувствую, что между нами особенная связь.

— Ты ошибаешься!

— Разве? А ты докажи! У Лаиссы на груди есть такой же знак, — дернул ворот рубашки, разрывая ее до половины и демонстрируя магическую печать.

— Не собираюсь я ничего доказывать! И, вообще, мне пора идти, — поднялась со стула.

— Моя Лаисса! — Рингар перехватил за руку и притянул к себе. Обнял крепко за талию, уткнувшись лицом в живот. — Только моя, никому не отдам. Я помню, что ты сделала для меня. И глубоко сожалею, как подло поступил с тобой и Маорой сурой дядя. Я выяснил, для чего ставится такая метка. Раскопал информацию о ритуале, который соединил нас, и знаю, что ты разделила со мной жизнь. Мне никто не нужен, кроме тебя! Позволь просто быть рядом, защищать и заботиться.

— Рингар, я не понимаю, о чем ты говоришь, — пробормотала растерянно. — Пожалуйста, отпусти!

— Лаисса! Ты же спасла меня, пожертвовала частью собственной жизни. Я до сих пор ощущаю вкус твоего робкого поцелуя и вижу испуганный взгляд, будто совершила что-то нехорошее. А помнишь, как ты бесилась, когда откопала меня под завалами? Ты была в своем праве, а я вел себя как идиот. А потом я узнал, что ты сделала для нас и не выжила. Санкос рассказал, как ты пожертвовала собой, чтобы дать ему уйти. Я так разозлился на охотников за то, что позволили тебе умереть. Разве такое забудешь? Я заметил, как друг изменился, когда мы приехали сюда. У него появились тайны, он начал исчезать по вечерам. Поначалу я подумал, что Санкос влюбился, но влюбленные ведут себя по-другому. Я не понимал, что с ним происходит. Зато теперь все встало на свои места. Дело в тебе! Как же ты выжила в Иринтале? Одна! Не мудрено, что ты изменилась. Оно и к лучшему, иначе к тебе непременно возникли бы вопросы. Что случилось между тобой и Тимундом? Почему принц атаковал?

— Он догадался, кто такой Лоис Брог, угрожал братьям, — нахлынувшие воспоминания отозвались давней болью. Рингар соединил факты и теперь, как бы я не отрицала, что не понимаю, о какой Лаиссе идет речь, никто не переубедит его в обратном. — Я первая напала и ранила принца. Тимунд защищался и утащил за собой всех, кого только смог. Если кто-то узнает об этом, меня казнят.

— Лаисса, я клянусь, что никому не расскажу о том, что услышал, — чуть отстранившись, Рингар задрал голову, чтобы посмотреть мне в глаза. — Не представляешь, какое облегчение узнать, что ты выжила. Не знаю, суждено ли Илларом нам быть вместе, но ты всегда можешь рассчитывать на помощь и поддержку.

— Меня зовут Таурелия Вилин. Лаисса погибла в Тангсуре вместе с наставницей и другими охотниками. Пожалуйста, не называй меня этим именем. Эльфиры принесли в мою жизнь только боль, предательство и разочарование. Я никому из вас не верю, потому что вы думаете только о собственной выгоде и не спрашиваете чужого мнения. Не задумываетесь даже, что своими действиями причиняете другим людям страдания. Я бы хотела ошибаться, но каждый раз убеждаюсь, что эльфирская подлость не знает границ.

— Мне больно это слышать и сказать в оправдание нечего. На тебя столько всего свалилось из-за дяди, Квалмов и Арусандов. Моя семья виновата перед тобой. Прости, если сможешь.

— Рингар, ответь, пожалуйста. Почему Кентаро направили воинов, чтобы уничтожить найденную в Гиблом лесу девочку? — задала главный вопрос, интересующий меня с того момента, когда эльфирский отряд въехал в ворота охотничьей заимки.

— Отец не раскрывал подробностей, но это связано с пропажей дипломатической миссии из Мелисина, — прозвучал тот же ответ, что и Санкосу. — В состав делегации предположительно входила будущая невеста Тимунда Арусанда. Я не знаю наверняка, причастны ли Кентаро к тому исчезновению. На тот момент между Тимундом и Тэми возникли романтические отношения. Нашей семье был выгоден этот брак. Доказательств у меня нет, как и подтверждения, что мелисинская принцесса путешествовала в кортеже. А ты разве ничего не помнишь?

— Нет, — я покачала головой. — Надеялась найти ответы у тебя. Видно, придется искать их в Мелисине.

— Я постараюсь узнать, что возможно, но это дело не одного дня. Домой, если повезет, я попаду только на больших каникулах. Что еще я могу для тебя сделать?

— Рингар, прошу, держи в тайне наш разговор. Никто не должен догадаться, кто такая Таурелия Вилин на самом деле.

— Само собой разумеется! Но Санкосу-то я могу сказать?

— Можешь, — вздохнула. — Ладно, мне действительно пора идти. Поправляйся скорее. Мелкий передал тебе зелья? Может, еще нужно?

— Прибереги их для себя, — отказался красноволосый. — И Тай, спасибо, что не держишь зла. Для меня это важно. Ты придешь завтра?

— Я не обещаю. Если получится, — высвободилась из объятий парня и направилась к выходу.

— Таурелия, окно, — напомнил парень.

— Мда, точно. Задумалась, — уже схватившись за ручку двери, разжала пальцы и, развернувшись, потопала к окошку. — До завтра!

Добравшись к себе, я легла спать, но еще долго ворочалась, перебирая в памяти разговор с Кентаро. Правильно ли я поступила, что не стала до последнего отрицать очевидное? На тот момент мне показалось, что глупо отпираться. Рингар говорил искренне, и Санкос не стал бы поддерживать гнилого человека. По крайней мере, красноволосый не давил властью и авторитетом, вел себя сдержанно, хотя его тоже накрыло отголосками глирхового яда.

Хм, — вспомнила позабытую деталь. — Рингара Кентаро ранил глирх, когда его привезли в Тангсур. Парень умирал, зараженный ядом монстра. Значит ли это, что он способен наладить контакт с хищными кошками?

Даже если так, красноволосый пока еще не заслужил такого доверия, чтобы приобщиться к тайне Иринтала.

На следующий день, выгадав свободное время, я отправилась в библиотеку, чтобы поискать информацию о брачных браслетах. Конечно, можно напрямую спросить Вериона или преподавателей, специализирующихся на подобных артефактах. Но тогда принц поймет, что я узнала о назначении подарка, а появление подобного украшения на моем запястье станет достоянием общественности. Так что занялась поисками самостоятельно.

Много литературы перелопатила в поисках ответов. Но, кроме упоминаний, что такими пользовались в древности, ничего не нашла. Среди эльфиров до сих пор сохранилась подобная традиция, но брачные браслеты выглядели скромнее и надевались жрецами Иллара на церемонии бракосочетания. Кстати, в академии не так много книг сохранилось с давних времен. Всего пара полок с жалкими рукописными копиями философских трактатов и хвалебные оды великой первородной расе. Полезного в этом мало, я давно убедилась, как заносчивы остроухие зарши. Зато я поняла, что пора взглянуть на дневник, найденный на третьем уровне Иринтала. Возможно, мне удастся разобрать, какая информация там хранится.

К Рингару вечером не пошла, а засела в комнате и достала из глубин тайника наследие древнего эльфа. «Наставление потомку от Калло Хэрумора из славного рода Ланкерт» — разобрала по слогам запись на титульном листе. Если верить словарю, то имя эльфа переводилось, как Черный лорд из дома Плетельщиков. Возможно, я ошибалась с правильной интерпретацией названия дома, и оно звучало, как Плетущаяся лоза или руна.

Из пояснений Вериона принадлежность дому указывала на родовую магию, которая проявлялась у представителей одной семьи. Каждый дом тщательно оберегал секреты и передавал магические техники только членам рода. Если в мои руки попала часть подобных знаний, то представить сложно их ценность.

Разумеется, мой интерес только разгорелся. Я просидела ночь, расшифровывая следующую страницу. Знакомые слова я переводила на мирильсинд, но в тексте оставалось полно пробелов из непонятных словосочетаний или даже сокращений. Общий смысл сводился к строгому предостережению, чтобы потомок хорошо подумал и оценил собственные силы, прежде чем двигаться дальше. Ступая на путь Плетущейся лозы, обратно уже не повернуть. Ученик обязан пройти ступени посвящения до конца, и лишь тогда он обретет могущество древнего эльфийского дома.

Следующий день пролетел как в тумане. Желание прикоснуться к великим тайнам древних боролось с осторожностью и доводами разума. Моих способностей к магии едва хватило, чтобы попасть в группу одаренных, но силу я никогда не ощущала. Она проявлялась в особенном чутье на опасности, позволяла контактировать с хранителями леса, но и только. Я даже простого заклинания не могла сотворить.

Так, какой мне откроется путь, если способностей фактически нет?

Но я не теряла надежды и поэтому занятия с Верионом приобрели еще большую значимость. Думала, не сдержусь и выскажусь насчет подарочка с неожиданным сюрпризом. Принц решил, что таким способом привяжет меня к себе? Размечтался! Как только я получу то, зачем пришла в академию, уйду в Иринтал, где он никогда меня не найдет. Верион первым использовал нечестные методы, поэтому моя совесть останется спокойной, если я поступлю схожим образом.

— Верион, я сегодня была в библиотеке, искала дополнительную литературу на эльфийском. Там преступно мало книг на древнем языке, а те, что есть, жалкие копии.

— Неудивительно, — хмыкнул наследник. — Каждая сохранившая до наших дней книга стоит кучу золота. Скажи спасибо, что хоть такие имеются. К сожалению, рукописи часто искажают оригинальный текст. Достаточно одного символа, пропущенного переписчиком, чтобы смысл фразы поменялся на противоположный.

— Кстати, я заметила, что там часто используются странные знаки. Что они означают? — осторожно подвела к интересующему меня вопросу.

— Какие, например?

— Вот, — выписала на бумажку те, которые встречались в библиотечных книгах.

— Мы к этой теме еще не приступали, — взглянув на записи, ответил Верион. — Но поясню для общего понимания. Такие обозначения чаще используют для изображения глифов, основанных на эльфийском рунном алфавите. На первом курсе академии преподают облегченный вариант рун, из которых формируются защитные или бытовые плетения. На втором к ним добавляется еще часть знаков, применяющиеся для боевых и сложносоставных артефактов. Ну а на третьем курсе доходит очередь до рун абсолютного порядка, из которых формируются заклинания высшего ранга в области боевых плетения или свернутого пространства. Разве тан Тинтар не объяснял этого на лекциях?

— Может, и объяснял. Я же пропустила часть занятий. Отдельным предметом глифы начнутся только со второго семестра, а пока информация дается вкупе с базовыми принципами артефакторики. Но мне интересна эта тема. Расскажешь подробнее об этих глифах?

— Объяснить могу, но из-за этого собьется график наших занятий, который пришлось перекраивать и втискивать в жесткие рамки, — тонко намекнул Верион на мои ограничения по времени. — Так что тебе придется рассмотреть другие варианты наших встреч. И раз уж это отдельная просьба, то и с моей стороны будут условия.

— Чего ты хочешь?

— Мы вполне можем заниматься по выходным. Но за каждое занятие, сколько бы оно не длилось, ты отправляешься со мной на прогулку в город ровно на такое же время.

— И ты научишь меня глифам абсолютного порядка? — тяжело вздохнула, понимая, что соглашусь на новую сделку.

— Я расскажу о них, что знаю. Значение, правильное написание, безопасные комбинации и прочие тонкости, но только в теории. Использовать знания ты сможешь не раньше, чем позволит тан Тинтар. Особенно это касается атакующих рун. На парах вам расскажут о технике безопасности и продемонстрируют, что случается, когда адепты пренебрегают простейшими правилами.

— В целом, меня устраивает. Однако доступная информации по простейшим рунам есть в учебниках. Давай сделаем так: я изучаю материал, выписываю вопросы, которые требуют пояснений, и мы разбираем их подробно на встрече. Как насчет субботы? Скажем, часов с десяти до двенадцати. А следующие два часа погуляем, после чего разойдемся. И ты не будешь преследовать и спрашивать, куда и зачем я иду, и не предпримешь никаких поползновений в мою сторону.

— Это будет непросто, но я справлюсь, — пообещал Верион.

Надеюсь, я тоже, — хмыкнула мысленно. — Не такая уж великая цена за право прикоснуться к знаниям древних.

Попрощавшись с принцем, я поднялась к себе. Хотелось немедленно засесть за дневник, чтобы использовать добытые сведения. Но этих крох было недостаточно, чтобы восполнить пробелы. Зная уже об особенностях эльфийского языка, я понимала, что цельной картины не получится, пока не расшифрую каждую закорючку.

Ну а раз так, почему бы не навестить Рингара? Один день уже пропустила, а ведь парень наверняка ждал. Не то, чтобы я переживала по этому поводу, но мне тоже хотелось встретиться. Его искренность подкупала, а прикосновения не вызывали такого протеста, как с Верионом. А еще я на себе прочувствовала, что значит, валяться в лазарете, изнывая от безделья. Переодевшись, я выскользнула на крышу и пробралась в лекарскую башню.

— Привет! — спрыгнула с подоконника и подошла к парню, который лежал на кровати, отвернувшись к стене.

— Лаисса? — Рингар моментально подскочил, расцветая улыбкой. — Ты пришла! А я уж думал, обидел тебя чем-то и больше не увижу.

— Не обидел, но… мы же договорились не упоминать это имя?

— Извини, Тай! Это от избытка эмоций. Я правда, очень рад тебя видеть. — Не успела я примоститься на стул для посетителей, как красноволосый подхватил мою руку и зажал в ладонях. Как будто опасался, что убегу.

— Ты чего? — от рук парня исходило тепло и приятно распространялось по телу. А еще он смотрел на меня по-особенному и волновался. Видно, в самом деле переживал, что не появлюсь больше.

— Мне рассказали, как Верион заявился к тебе на занятия и открыто демонстрировал покровительство. Вы ведь договорились о чем-то? Какие условия он поставил? Ты поэтому вчера не пришла?

— Нет, Рингар, не поэтому. Я всю ночь занималась древнеэльфийским. Выполняла задания и осваивала новый материал. Принц тут не при чем. Наоборот, благодаря ему у меня наметились первые сдвиги. Но ты прав в другом, мы договорились. Занимаемся с понедельника по пятницу после ужина и до отбоя. А в выходные дни часы, потраченные на учебу, равняются прогулке с ним по городу. Вот такой вот компромисс.

— Значит, для меня времени не останется? — поник красноволосый.

— Я этого не говорила, — пожала плечами. — Придумаем что-нибудь. Рингар, ты же понимаешь, в академию я учиться пришла. Кому, как не тебе знать, насколько для меня это важно!

— Моя любознательная Тай! — вздохнул парень. — Получается, Верион выбрал верную тактику, чтобы быть ближе к тебе. А мне и предложить нечего. Этот наследник — ходячая энциклопедия и кладезь информации.

— Рингар, для друзей я всегда найду время. А Верион действительно помогает, и лишь поэтому я иду на уступки. Но то, что он не оставляет выбора, не считается с моим мнением и загоняет в угол, не делает ему чести. С таким человеком я не желаю иметь ничего общего. Чем крепче принц пытается меня привязать, тем сильнее я хочу сбежать от него подальше.

— Я рад, что ты считаешь меня другом. Тай, а что, если однажды я стану кем-то большим?

Слова красноволосого вновь всколыхнули воспоминания. На этот раз они касались Калима, который не захотел оставаться названным братом. Мы думали, что оба погибнем, но не сдадимся воинам Айвендила Квалма, поэтому не скрывали чувств. В тот миг я так хотела, чтобы у нас с Калимом все получилось, а в итоге его потеряла.

— Рингар! — Выдернула руку из плена ладоней. — Пожалуйста, давай не будем пока затрагивать эту тему. Мне пора!

Скомканно попрощавшись, я сбежала от красноволосого. Вот только направилась не к себе, а к общежитию боевого факультета. Сколько можно откладывать? Пора уже выяснить, кто скрывается под личиной Акхара, молчаливого телохранителя принца.

Здание ничем не отличалось от других. На крышу перебралась легко, окна обрамлялись декоративными выступами, а этажи разделялись карнизами, по которым удобно было передвигаться.

Только я совершенно не подготовилась. Не узнала, в какой комнате живет Акхар, и не подумала, что в это время нормальные люди спят. А еще позабыла, что личное пространство адептов защищено от проникновения посторонних. На моем чердаке недавно такую защиту устанавливали. Стоит только вломиться незваному гостю, как об этом сразу станет известно владельцам комнаты и охране академии.

Через окна я увидела лишь парочку незнакомых парней и нескольких девчонок, читающих книги перед сном. Мда, ничего интересного. Зря только время потратила.

Вернувшись на крышу, я уже намеревалась уйти по парапету каменного перехода, связывающего с соседним зданием, когда неожиданно столкнулась нос к носу с Таэлосом.

— Таурелия? — будь у меня хоть пара минут в запасе, я бы сбежала. Но эта встреча случилась так неожиданно, что я ничего не успела предпринять. Поэтому хлопала глазами, отчаянно придумывая причину, по которой оказалась на крыше общежития боевого факультета. — Ты чего здесь делаешь? Еще и после отбоя? Правила нарушаешь?

— А ты?

— Я как раз слежу за тем, чтобы адепты не шастали по территории в неположенное время. Сработала сигналка на крыше, вот я и полез проверить, кто это разгуливает тут по ночам, рискуя сорваться.

— Таэлос, я…

— Да-да, адептка, я внимательно слушаю.

— Ну… э… — И что тут ответить? — Искала кое-кого.

— И как, успешно? — усмехнулся. Похоже, блондина ситуация забавляла.

— Нет. Я поздно вспомнила, что на комнатах стоит защита, а через темные окна ничего не видно. Решение было спонтанным, я не подумала, что уже поздно для визитов, — повинилась, выдавая часть правды.

— Кого хоть искала?

— Неважно, — пробурчала, испытывая неловкость и досаду, что приходилось оправдываться. Но поделом мне! Привыкла, что никто прежде не замечал моих передвижений по крышам, и чересчур расслабилась. — Ты меня накажешь?

— А есть, за что? — повел бровью Таэлос.

— За нарушение комендантского часа, — озвучила причину, которую тан Ярравин и без меня прекрасно знал.

— Следовало бы наказать, но не буду, — улыбнулся эльфир. — Для этого есть дежурные патрули, которым даже в голову не пришло проверить крыши.

— А тебе, значит, пришло? Постой! Если ты не дежурил в патруле, почему отправился проверить сработавшую сигналку? Если не ошибаюсь, их ведь раньше не было? Что-то случилось?

— Пока ничего, это я подстраховался. После того как пообщался с тобой и узнал о привычке выбираться на крышу.

— Хм, и что будем делать?

— Прогуляемся, раз уж встретились? — предложил Таэлос, протягивая руку. — Недолго, как раз тебя до комнаты на чердаке провожу.

А какой у меня был выбор? Робко протянула ладонь тану Ярравину, и он тут же стиснул ее и притянул к себе, обнимая за талию.

— Ты же высоты не боишься? — уточнил шепотом. Я лишь молча кивнула, не ожидая от эльфира столь решительных действий. — Тогда доверься. Тебе понравится.

Таэлос прижал меня к себе покрепче, приподнимая в воздух, и сорвался с места. Разбежавшись, он спрыгнул с крыши, резко устремляясь к земле. У меня дыхание перехватило, слегка заложило уши и внутри образовалась легкая пустота. Я обняла эльфира за шею, чтобы не упасть, и взвизгнула от восторга.

Блондин явно использовал магию, только я не понимала еще какую. Как мелисинец, он владел стихией льда, но планировать в воздухе и не падать умели только воздушники. Или я чего-то не знала? Во всяком случае, мы не упали, а приземлились на крышу соседнего здания, которую Таэлос снова использовал для разбега. Он был прав, я пережила удивительные эмоции. Потоки воздуха, в которых мы парили, как птицы, ощущение ухающего в пустоту желудка и невероятное чувство эйфории от того, что тебе доступно такое волшебство.

— Ну, вот и прибыли! — конечной точкой ночного забега по крышам стала башня факультета артефакторов. Чтобы забраться на нее, магу пришлось приложить усилия. Таэлос устал, хоть и не показывал этого, умудряясь плести заклинания прямо в полете и удерживать одной рукой меня на весу. — По глазам вижу, что прогулка понравилась, — улыбнулся молодой человек. Он так и не выпустил меня из рук, только поставил на ноги и развернул к себе. — Ты даже не представляешь, какая красивая сейчас, — прошептал блондин, касаясь свободной рукой моих волос и убирая со лба сбившиеся прядки. — Безумно тяжело устоять. Ты позволишь? — наклонился, почти касаясь меня губами.

— Таэлос? — изумилась неожиданным признаниям. К такому я не была готова. — Нет. Мы не можем…

— Разве ты связана обязательствами? Мне об этом ничего не известно. Вопрос этики решается просто. Я откажусь от ведения боевой дисциплины у вашего курса — не проблема. Для тебя ничего не изменится, мы будем заниматься факультативно. Я договорюсь. Возможно, мои действия несколько спонтанны, но я никогда не скрывал, что ты мне нравишься. Вопрос в другом, нравлюсь ли я тебе?

— Я не знаю, — растерялась, не понимая, как себя вести. Внимание эльфира льстило, только я отлично понимала природу его происхождения. — Мы ведь друзья. Ты сам этого хотел.

— Верно, и какое-то время меня это устраивало, пока однажды не поймал себя на мысли, что постоянно думаю о тебе, — улыбнулся, нежно касаясь щеки и поглаживая ее ласковыми движениями.

Рука на талии жила отдельной жизнью, выписывая узоры на спине, не наглея при этом и соблюдая приличия. А, может, опытный в таких делах молодой мужчина усыплял бдительность, демонстрируя, насколько приятными могут быть его прикосновения?

— Таэлос, не понимаю, чего ты хочешь?

— О! Какой коварный вопрос. Буду честен: хочу я многого. Однако пока довольствуюсь тем, что ты не отталкиваешь и не гонишь прочь. Значит, есть шанс завоевать тебя. Позволишь маленький поцелуй на прощание?

— Вот еще! Нет, — вздрогнула, сбрасывая невольное наваждение. — Не нужно.

— Почему? Поцелуй — это способ показать, что тебе кто-то не безразличен. Ты ведь и не целовалась еще толком. Я угадал? Не переживай, я остановлюсь по первому же твоему слову.

— Таэлос, я лучше пойду. Не могу так, не испытывая сильных чувств. Это неправильно.

— Но ведь я тебе нравлюсь? — поглаживающими движениями чуть приподнял мое лицо за подбородок, заглядывая в глаза. — Между нами установилась определенная степень доверия и дружеское общение. Поцелуй — эта та ступенька, которая подскажет, стоит ли двигаться дальше или же лучше отступить. Он позволит разобраться, возможны ли между нами близкие отношения.

— А если мне не понравится?

— В таком случае я больше не буду досаждать, оставаясь исключительно другом, — пообещал эльфир.

Сомнительно, конечно, чтобы так легко получилось его отвадить. Таэлос дольше прочих держал дистанцию. Значит, и дальше справится. И в то же время грыз маленький червячок сомнения. А вдруг понравится? Я, как огня, избегала поцелуев Вериона и Рингара. Один мог узнать меня, а второй слишком нравился, чтобы подпускать к себе близко, пока не закончится сезон дождей. К Таэлосу я не испытывала сильных чувств. Если он ко мне неравнодушен, то известно, почему. Что ж теперь целовать каждого, кого зацепит глирховым притяжением?

— Таэло… — наверное, я долго думала, раз блондин без предупреждения накрыл мои губы поцелуем, осторожно сминая их и пробуя на вкус.

Его дыхание отдавало морозной свежестью, и в то же время было горячим, пылающим еле сдерживаемой страстью. Мягкие и чуточку настойчивые прикосновения, пробуждали любопытство и дарили приятные ощущения.

В голове волнительно зашумело. От затылка, куда эльфир зарылся пальцами, высвобождая волосы из тугого узла, по позвоночнику разошлась волна мурашек. Таэлос увеличивал их количество умелыми прикосновениями, будто бы знал, как заставить трепетать каждую клеточку. Сама не поняла, как ответила на поцелуй и обняла блондина за шею.

— На первый раз достаточно, — он отстранился первым, сверкая потемневшим взглядом и белозубой улыбкой. — Не хочу, чтобы утром ты пожалела об этом прекрасном мгновении. В тебе столько нежности и нерастраченной страсти, что я теряю голову и с трудом себя контролирую. Надеюсь, ты убедилась, что мы можем быть не только друзьями?

— Я… не знаю, что и сказать. Мне нужно к себе. Подумать, — растерялась. — И Таэлос, пожалуйста, давай не будем спешить.

— Как пожелаешь, Таурелия. Однако наш поцелуй я бы не отказался повторить. Например, завтра вечером?

— Нет, только не завтра. В другой раз. Уже слишком поздно. Спасибо, что проводил, — высвободившись из объятий блондина, я опрометью бросилась к чердачному окну и забралась внутрь, тут же задвинув за собой раму.

Прийти в себя помог контрастный душ. Вернее, больше холодный, который остудил непонятный жар в теле. Я себя не узнавала и не понимала, почему допустила этот поцелуй. Таэлоса я никогда не рассматривала в качестве пары. Так, как же он сумел притупить бдительность и вызвать такую бурю эмоций? А что, если глирхово притяжение работает в обе стороны? Почему я не догадалась спросить об этом у Гаи?