Глава 25

Не знаю, как у других, но у меня особых снов этой ночью не было. Лекарство, в котором наверняка было снотворное, помогло мне уснуть, но я так перенервничала вечером, что спала тревожно и урывками, нормально уснув лишь под самое утро.

– Вишня! Эй! – меня разбудила встревоженная Кася.

– А? – Пытаясь проморгаться и понять, где нахожусь и почему, я с трудом сфокусировала взгляд на мышке. – Что?

– Проснулась? – Шушечка внимательно рассматривала мое заспанное лицо. – Как ты? Я у остальных уже была, ужас просто! Ну, вы и погуляли! Ты как? Цела?

– Цела. – Я медленно кивнула, пытаясь понять, о чем вообще говорит мышка. Мотнула головой, прогоняя дрему, и уже более или менее проснувшись, уточнила: – А разве Аррисш тебе не сказал?

– Ой, не. – Кася отмахнулась. – Они там все носятся, как в попу ужаленные. Ректор рвет и мечет, Вурдес некромантов допрашивает, а Аррисш один между вами разрывается. Знаешь, я как-то не решилась к нему со своими вопросами приставать, он и так еле на ногах стоит. Там и у Дария сложная операция была, и Малкоша полночи реанимировали через обращение к Светлой… В общем, весело.

Шушечка криво и нервно усмехнулась.

От таких новостей я рывком села на кровати, но тут же рухнула обратно, когда поняла, что сил во мне лишь на разговоры, а никак не на активные действия. Это когда я успела так устать?! Ничего же такого не делала!

– Не. Ты лежи давай, не дергайся! – Испуганно прикрикнув, Кася взобралась мне на грудь. – Нормально там все, просто устали все за ночь. Все живы, относительно здоровы, но в ближайшее время обязательно встанут на ноги. Ты мне другое скажи – ты когда успела с Плетельщиком познакомиться?

– В смысле? – Я озадаченно моргнула. – Ты его знаешь?

– А то! Его все знают! Ты что? Он же… – Мышка осеклась. Смерила меня подозрительным взглядом и тихо уточнила: – Ты знаешь, кто он?

– Да. Он один из Древних.

– Ага. А еще?

– Еще? – Я удивилась. Немного подумала и хмуро кивнула. – А еще он гадкий дядька.

У мышки нервно дернулась бровка.

– Почему? – Вопрос был задан срывающимся шепотом, словно она переживала, что нас могут подслушать и наказать.

За правду, между прочим!

– Он меня перед всеми… вчера… – Эмоции снова нахлынули, и меня прорвало. – Ты знала, что я монстр? Знала? Вы все знали, да? И лишь я одна дура, думала, что я почти нормальная!

– Да нормальная ты! – Кася больно стукнула меня кулачком по груди. – Ты что орешь? Истерика, что ли? Да покажи мне хоть одного нормального тут! И вообще, не кричи на свою тетю! Я, между прочим, ночь не спала, все ногти сгрызла, о тебе переживая! Да ты понимаешь, что вчера произошло событие века?! Да что там века? Тысячелетия! Да нам слова лишнего сказать запрещали, лишь бы все прошло именно по этой ветке бытия и вы все выжили! Ты понимаешь?! Да ничего ты не понимаешь!

– Кассандрочка, не шуми, ты пугаешь девочку. – Когда от стены отделилась густая тень и спустя секунду стала Плетельщиком, вздрогнули мы обе.

Шушечка что-то хмуро буркнула, а я шокированно округлила глаза. Ничего себе он умеет!

– Доброе утро, Вишери. – Мужчина приветливо кивнул, но подходить не торопился, замерев у стены.

Я судорожно кивнула.

– Не бойся. Я пришел просто поговорить. И кое-что предложить…

– Вишня, не соглашайся! – Кася заверещала так неожиданно громко и истерично, что я вздрогнула снова.

– Кассандра, что за саботаж? – Орк недовольно сдвинул густые черные брови. – Не вмешивайся, на это у тебя нет прав.

– Есть! – Кася растопырила лапки, словно закрывая меня своим телом, и угрожающе прошипела: – Горазды вы делать свои предложения, когда некому заступиться! А вот имею я право! Я ее старшая родственница! И мы не принимаем никаких предложений!

Судя по застывшему лицу, Древний был недоволен подобным поворотом дел. Если бы я еще знала, о чем они…

Через пару минут молчаливого противостояния взглядов Плетельщик поморщился:

– Хорошо, я зайду попозже. Но я обязательно зайду.

То ли обещание, то ли угроза, я не поняла, но спросить было уже не у кого – Плетельщик растаял точно так же, как и появился, – просто превратился в тень, растворившись на свету.

И только спустя несколько минут я тихо-тихо поинтересовалась:

– Кася, что это было?

– Любимый прием одного гадкого дядьки, – нервно хмыкнула шушечка и повернулась ко мне: – Он посредник между жрецами и нынешнеми богами. Ходит по миру, набирает новеньких и раздает задания действующим жрецам.

– О… А к нам зачем приходил?

– А ты еще не поняла? – Кася невесело усмехнулась. – Ты же уникум, солнышко. До ужаса сильная, невероятно могущественная, чрезвычайно перспективная, но еще маленькая и глупенькая. А еще добрая и уникально порядочная. Знаешь, как такие кадры ценятся? На вес золота! Даже больше. А вообще ты права. Падлюка он. Пользуется тем, что ничего не знаешь, да еще и в растрепанных чувствах. Он многих именно так и вербует. Но ничего! – Кася сверкнула глазками, в которых горело пламя боевого задора. – Я с тобой! Мы всех их косогорами отправим, благодетелей гхыртовых!

– Погоди… – Я была откровенно растеряна. – То есть он… Он сейчас приходил за тем, чтобы я стала жрицей?

– Точно!

– Но… – Я мотнула головой. Не укладывалось. Элементарно не укладывалось! – Но я же монстр!

– Тьфу! Вишня! – Кася шлепнула себя ладошкой по лбу, а затем ткнула в меня коготком. – Ты не монстр! Ты дура! Что ты заладила? Вот господин твой – это монстр и больной ублюдок! Нурит – отморозок и выродок, как и дружок его с братцем! А ты просто девочка с кучей комплексов! И чтобы я больше не слышала от тебя, что ты монстр, поняла?!

Я нервно кивнула, предпочтя согласиться.

Уж слишком близко к моим глазам был чересчур острый коготок.

– Вот и молодец. – Кася расслабленно выдохнула и уже другим, собранно-деловым тоном продолжила: – А теперь давай по делу. Мы тут посовещались и поняли, что тебе надо в храм Светлой сходить, исповедаться и очистить душу от страхов и сомнений. Светлая точно тебе поможет, тут даже к спириту не ходи. Тетка она добрая, заботливая. Таких, как ты, любит и уважает. И это… – Шушечка замялась, поморщилась, но кивнула. – По поводу сокровищ. Если попросит что за помощь – не жалей. Лишнего она никогда не возьмет, а вот бескорыстным пожертвованиям рада и всегда благодарит тем же. Поняла? Я с тобой не пойду, все-таки нечисть. Так что сама. Хорошо?

Я удивленно кивнула.

Светлая, да еще даже солнышко до конца не встало, а уже столько новостей с утра! А что будет дальше?

Стоп.

Солнышко? Солнышко!

– Кася! – От переизбытка эмоций я начала рукой молча тыкать в сторону окошка. – Там… Там! Солнце!

– Ну да. – Мышка озадаченно покосилась на окошко. – А, так ты о том, что буря кончилась? Конечно. Вы как Носферату прикончили, так все и развеялось. Это он ее поддерживал.

– Ты и это знаешь?

На меня посмотрели так снисходительно, словно это было само собой разумеющимся.

– А что ты еще знаешь?

Кася знала все. То есть абсолютно все.

И о видениях Кэдсимаэля, и о том, что после нашей вылазки за сокровищами в катакомбы его вызвали к себе Следователи и допросили с таким пристрастием, что эльф уже и сам был не рад своим видениям. После этого его буквально заставили просмотреть мое ближайшее будущее и варианты развития событий, а когда оказалось, что все это дело рук одного небезызвестного Древнего бога, то было решено действовать по оптимальной ветке вариативного бытия.

То есть именно так, как все и действовали.

– Были и другие варианты, но там вообще виделось все ужасно и беспросветно. – Кася покачала головой. – Изначально твой гхыртов господин планировал провести полноценный ритуал призыва и каким-то образом выкрасть тебя и еще парочку студентов. Протестировать, так сказать, в полевых условиях. Однако наши бдительные Следователи кое-что подкорректировали, кое-куда вмешались, так что в итоге все вышло наилучшим образом. И я очень рада, что ты не поддалась его давлению и приказам. Правда.

Шушечка обняла меня за шею, и я благодарно улыбнулась этой маленькой меховой, но такой нужной мне поддержке.

Но все равно не удержалась и спросила:

– А был вариант, что я поддамся?

Кася сопливо шмыгнула, и я почувствовала, как она кивнула.

– Был. Все-таки для тебя он авторитет. Бывший хозяин. Создатель. – Мышка грустно вздохнула. – Тем более тогда ты была еще совсем ребенком, а в сознании детей всегда прочны подобные страхи и блоки. – Отстранилась, погладила меня по щеке, а затем умильно улыбнулась и ехидно добавила: – Но встреча с одним Безумным Древним и маленькое красивое колечко уже успели прочистить тебе мозги. И знаешь, я этому очень рада!

Кольцо! Точно!

Взгляд метнулся к руке, на которой спокойно поблескивал радужный агат. Мой спаситель. А я-то думала, откуда у меня столько сил к сопротивлению! Светлая, как же оно у меня вовремя появилось!

– Я тоже. – Погладив мышку, которая наконец хоть в чем-то прояснила общую ситуацию, я уже спокойнее откинулась на подушку и почти счастливо улыбнулась. – Ты не представляешь, как я рада, что все закончилось! Действительно закончилось!

Шушечка сдавленно кашлянула, и я замерла. Смерила ее невинную мордашку подозрительным взглядом и напряженно поинтересовалась:

– Что?

– Нет-нет! Ничего. – Улыбка нечисти была слишком ненатуральной, чтобы я ей поверила. – Мне пора. Выздоравливай. Вечером увидимся, ага? Все, чао!

Шушечка сбежала так быстро, что я не успела ее остановить. Гхырт драздархыб! Только не говорите, что еще ничего не закончилось!

Я уже было занервничала, но тут открылась дверь, и ко мне вошла одна из эльфиек-целительниц с пятого курса, которые проходили в лазарете практику. Девушка с милым именем Лилиан принесла мне завтрак и лекарства, а еще весьма дружелюбно поделилась последними новостями. Ночью действительно состоялись экстренные операции, и сейчас Аррисш не пришел ко мне лично только потому, что все еще спал, и помощницы решили его не будить.

Прониклась, признала, что по сравнению с остальными я фактически отделалась легким испугом, и после приема лекарств и завтрака поняла, что в целом здесь мне делать нечего. Нужно только было проведать ребят и попросить прощения за то, что они пострадали именно из-за меня. Не было бы меня в этом городе, Древний никогда бы не призвал тварей на территорию именно этой академии.

Первым, к кому я зашла, клятвенно пообещав практиканткам не тревожить попусту, был Дарий. Парень выглядел очень бледным, осунувшимся, но уже не спал. Полностью загипсованная левая нога была подвешена в незнакомой конструкции, но ел ведьмак сам, приветливо улыбнувшись, когда я вошла. На соседней кровати спал тоже очень бледный Измартен, но, как мне рассказала Лилиан, с ним было все в относительном порядке (сломано несколько ребер и сотрясение мозга от удара о стену), парень просто спал.

– Доброе утро. – Я робко присела на стул, не зная, как начать разговор. – Как вы?

– В целом? – Ведьмак иронично подмигнул. – Если бы не нога, было бы лучше. Сама как? С самого утра Милош мимо пробегал, таких жутей рассказал, у меня на спине волосы шевелились!

Я удивленно распахнула глаза, а Дарий довольно рассмеялся. Проснулся Измартен и ворчливо поинтересовался, какого гхырта мы тут шумим.

– Изя, не ворчи! – Дарий подмигнул мне и снова обратился к дроу: – Лучше вырази глубочайшую благодарность нашей спасительнице. Если бы не она, ты бы уже даже ворчать не мог. Давай-давай! Преклони за меня колени перед нашим милым сокровищем.

Я глупо открыла рот, не представляя, как реагировать на подобные слова. Он опять шутит? Какие-то странные у него шутки!

И словно услышав мои мысли, Дарий снова рассмеялся, хотя почти сразу поморщился и с досадой почесал забинтованное бедро.

– Вишня, расслабься. Я шучу. Дхар, зудит, просто ужас! Почеши чуть пониже, а? О да-а-а! Да-да, еще-о-о… Так о чем я? А! Тут на рассвете магистр Вурдес к нам заходил, рассказал, как дело было. Оказывается, ты у нас героиня! Никогда бы не подумал, что в такой крошке столько мужества! Слушай, а давай к нам на ведьмачий? Мы с парнями тебя поднатаскаем в боевке, если надо. Что думаешь?

– Я?

Я уже ничего не думала. Я была в таком глубоком шоке, что попыталась лишь настороженно уточнить:

– А что вам рассказал магистр Вурдес?

Ну, мало ли. А то, я смотрю, тут у каждого своя правда.

Так и оказалось.

Официальная версия звучала весьма подкорректированно. Я действительно была воспитанницей Древнего, который уже давно сошел с ума и планировал вооруженный и весьма кровавый захват мира. Но при этом Следователь ни словом не обмолвился о том, что это именно ради меня были призваны твари с Изнанки. Официальная версия звучала так: тварями управлял Древний, он же подкинул студентам свитки, а в катакомбах нашел нас только затем, чтобы забрать меня и продолжить издеваться. Естественно, обо всем этом уже знали жрецы и Следователи, которые очень вовремя появились на месте нашего столкновения, и при поддержке Светлой уничтожили-таки обезумевшего Древнего. Меня же Дарий искренне благодарил не только за то, что, оказывается, Следователи настраивались именно на меня (по небезызвестным всем причинам, в этом месте парень недвусмысленно усмехнулся), но и за то, что если бы не я, вряд ли они поучаствовали бы в самом настоящем бою с самыми настоящими тварями Изнанки. А еще он был горд знакомству со мной. С той, кто несколько лет находилась под гнетом Древнего, но не сломилась и нашла в себе силы на сопротивление безумцу.

Было приятно и немного стеснительно. Они ведь знали далеко не все, и я понимала, что сама никогда им это не расскажу.

Не всю правду и не всегда нужно говорить, это я уже поняла.

– Давай, крошка, заходи, если время будет. Я тут недельки на две, но уже заранее скучаю.

Дарий мне подмигнул, Измартен тоже согласно покивал, а я распрощалась и отправилась дальше.

Зашла к Хельгрине, но девушка еще спала, заглянула к Малкошу и обнаружила там Милоша, который сидел у кровати брата, а когда покосился на меня, я увидела его опухшее лицо и покрасневшие глаза.

Стало очень неловко, но вампир махнул рукой, чтобы я вошла.

– Привет…

– Привет. – Милош встал, когда я подошла ближе. – Как ты?

– В порядке. – Я тяжело вздохнула и покаялась: – Мне так жаль, что все настолько ужасно получилось… Прости.

– Ерунда. – Он досадливо поморщился и отвел взгляд. – Сами виноваты. Настроились на легкие приключения, вот и получили за легмомыслие. А приключения, они такие… кровавые получились. – Вздохнул, снова посмотрел на меня и посочувствовал: – Сильно тебе досталось? Я тут к ребятам зашел, оказывается, я один такой счастливчик. Пара синяков от обморока. Вообще позор…

– Знаешь, лучше обморок, чем так. – Я махнула рукой на кровать, где спал осунувшийся Малкош. Снова тяжело вздохнула и поняла, что чем дальше, тем неуютнее мне находиться в палате с вампирами, которые никогда не узнают правды. – Я очень рада, что у тебя все хорошо. Я, наверное, пойду. Передавай Малкошу привет, когда проснется. Я зайду еще вечером. Пока.

– Пока.

Навестив всех, я зашла в ординаторскую к улыбчивым и приветливым девочкам, узнала, что Аррисш еще не встал, и поняла, что в город придется идти одной. Что ж, все верно. Это только мой выбор и мой путь.

И только мне отвечать за свои поступки.

Светлая, надеюсь, ты уже проснулась.

Пока шла, старалась не думать, потому что понимала – ничего хорошего из этого не получится. Кто я и кто Светлая? Что бы ни говорила Кася и как бы ни уверял меня Аррисш, что в мире встречаются вещи и похуже, но я-то знала, что я не такая хорошая, как они думали. Я владела запретными знаниями и без раздумий ими пользовалась, когда возникала необходимость.

Что по этому поводу скажет Светлая? Что решит?

Ведь не зря эти знания запретны, не просто так господин обезумел.

А что ждет меня? Может, и правда надо было согласиться на предложение Плетельщика? Меня бы научили, показали, проконтролировали…

Сомнения начали грызть с утроенной силой, и к тому моменту, когда я дошла до храма, я уже ни в чем не была уверена. Страх. Неуверенность. Сомнения.

Сжав нервно дрожащие пальцы в кулачки, я не могла себя заставить ступить под свод храма Светлой богини, остановившись на последней ступеньке. Трусиха… Какая же я все-таки трусиха!

– Вишери? Детка, это ты?

Я торопливо обернулась и искренне удивилась. По лестнице поднималась лэри Шанти, одетая в простое, но красивое алое платье, выгодно подчеркивающее ее и без того пышные формы. Под руку ее вел очень симпатичный, статный, элегантно одетый мужчина, который почему-то смотрел на меня с таинственной усмешкой, словно что-то хотел сказать.

Присмотрелась к нему и я.

Что-то…

Что-то странное в нем было. Смутно знакомое и одновременно незнакомое.

– Доброе утро, Вишери. – Пара приблизилась, и мужчина, оказавшийся красивым смуглым демоном, приветливо кивнул. – Вижу, ты меня не узнала. Неудивительно, сам себя порой не узнаю.

– Ох, Светлая! – Я шокированно открыла рот. Этот голос! Этот голос я узнала! – Вы… Это вы!

– Сейчас меня зовут Зумий. – Бывший Древний бог галантно поклонился и неожиданно завладел моей ладошкой, поцеловав ее тыльную сторону. – И все благодаря тебе, Вишери.

Смутившись, я не знала, куда деваться. Встреча была настолько неожиданной, причем прямо на ступенях храма Светлой богини, что я растерялась.

Зумий же мелодично рассмеялся и, отпустив мою руку, приобнял красавицу вампиршу, которая почему-то обиженно надула губы.

– И, конечно же, благодаря тебе, мое солнышко. Не дуйся, милая, тебе это не к лицу.

Я почувствовала себя откровенно лишней, так что решила отступить, пока не поздно.

– Было очень приятно увидеться. Мне пора. Я к Светлой пришла…

– О, да-да! Не будем отвлекать. До встречи. – Пара доброжелательно со мной распрощалась и отправилась дальше, кажется, на рынок. Лэр Зумий, всего за пару недель превратившийся из гнома-заморыша в статного черноглазого рокового красавца, громко уверял кокетничающую Шанти, что она изумительна и никто с ней не сравнится, а я вздохнула, мотнула головой, прогоняя безумные мысли (а ведь Аррисш говорил, что Древний живет и восстанавливается под присмотром Шанти! Вот так «присмотрела»!), и поняла, что больше тянуть нельзя.

Если смог начать новую жизнь Древний, то почему я не смогу?

Смогу! Еще как! У меня тоже есть ради кого постараться!

С этими собственническими мыслями я и вошла в храм.

Красивый, белоснежный и полный божественного присутствия храм Светлой богини.

Изящные колонны с изумительной резьбой, которые, казалось, были созданы самими богами, радовали глаз. Приятные легкие ароматы эфирных масел ласкали обоняние. Приглушенное ненавязчивое пение служительниц было приятно слуху, и я шла и шла, приближаясь к алтарю и забыв закрыть рот.

Никогда не была в храме Светлой и сейчас понимала, как много я потеряла.

Это было…

Потрясающе!

Последние шаги я делала все медленнее, с благоговением рассматривая мраморную статую богини. Красавица… Какая она красавица!

Она действительно была Светлой. Не только потому, что ее фигура вырезана из белого мрамора, а потому, что об этом говорило ее выражение лица и аура, окутавшая статую. Статую, в которой жила частичка богини. Милосердие, доброта, участие – все это и много чего еще можно было увидеть в ее глазах и улыбке. Она любила всех. Она прощала все. Она понимала и принимала нас такими, какими мы были, без оглядки на расу, пол, возраст и прошлое. Она поддерживала. Утешала.

И помогала тем, кто этого желал всей душой.

Я общалась с ней молча. Не проронила ни звука, но я знала, что она услышала каждую мою мысль и каждое сомнение. Каждый мой поступок, каждое запретное знание стали известны и ей. Я не скрывала ничего, потому что чувствовала – вместе с исповедью я избавлялась от страхов и неуверенности. От боли, горечи, обид.

– Спасибо… – На глаза навернулись слезы радости, когда и меня окутало ее ласковое сияние.

Она не злилась на меня! Ни капельки!

А еще я знала, что делать дальше. Знала все. И была искренне благодарна Светлой богине за все, что она для меня сделала – забрала все мои страхи и сделала так, чтобы я поверила в себя.

Бесценный дар.

Божественный.