Глава 3

После вчерашнего скандала в лаборатории я думала, что Эриандиль будет меня избегать как минимум неделю. К счастью - или к сожалению - я ошиблась. На второе утро, когда я, хмурая и голодная, ковыряла ложкой овсяную кашу без сахара (эльфы считали сахар «грубым веществом»), в столовую с помпой ввалился он.

В руках у него был огромный букет. Цветы были синими, светились и пахли так приторно, что у меня сразу защипало в носу.

- Анна, - провозгласил он на весь зал, и все эльфы обернулись, - прими этот дар от Хранителя Света в знак моего… уважения к твоей силе.

Я подняла голову от тарелки, посмотрела на букет, потом на его сияющую физиономию, и спросила:

- Ты что, с ума сошёл? Или это ритуал примирения с Избранной? Потому что выглядит так, будто ты собрался меня отравить. Эти цветы - они ядовитые?

- Это эльфийские лунные лилии, - гордо ответил он. - Они символ вечной любви.

- Ага, - я сглотнула, чувствуя, как нос начинает чесаться. - Любви, говоришь? Давай сюда.

Я взяла букет, поднесла к лицу и чихнула так громко, что с потолка посыпалась пыль.

- Аллергия, - сказала я, вытирая нос рукавом. - У меня на пыльцу реакция. Ты знаешь, что такое гистамин? Нет? А я знаю. Выкинь их, или я подам на тебя в суд за нанесение вреда здоровью. Вы тут в пророчество верите, но про медицинские карты не слышали?

Эриандиль нахмурился. Очевидно, он ожидал другого эффекта. Может быть, вздоха восхищения, может быть, я бы упала в его объятия. Я же смотрела на него и думала: «Какая же ты красивая, наглая морда, но цветы тут ни при чём».

- Хорошо, - сказал он, щёлкнул пальцами, и букет исчез. - Тогда я прочитаю тебе стихи. Это древняя баллада о том, как звёзды танцуют с ветром.

- Остановись, - я подняла руку. - Если ты прочитаешь мне хоть одну строчку, я поклянусь, что перепишу законы термодинамики только для того, чтобы доказать, что твои стихи - это энтропия в чистом виде. Беспорядок в словах. Давай лучше поговорим о деле. Ты принёс мне медную проволоку? Как я просила?

- Нет, - он обиженно поджал губы. - Я пришёл, чтобы пригласить тебя на прогулку. В сад. Там ты увидишь настоящую красоту.

- Я вижу красоту, когда ставлю опыт и получаю свет без пения, - ответила я. - В саду мне делать нечего. У меня работа.

Но он не отставал. Он подошёл ближе, схватил меня за руку выше локтя и потянул вверх. Я уже хотела вырваться, но он держал крепко.

- Хватит прятаться за формулами, - прошипел он так, чтобы слышала только я. - Ты боишься, что тебе понравится?

- Мне ничего не понравится, пока я не выпью кофе, - огрызнулась я. - Отпусти, а то я тебя сейчас укушу.

- Укуси, - усмехнулся он, - мне нравится.

Тут я вспомнила приём, который показывали на одном из курсов самообороны для учителей. Я резко схватила его за мизинец, вывернула, и Эриандиль взвыл, разжав руку.

- Чёрт, - выругался он, потирая палец, - ты сломала мне палец!

- Я только растянула связки, - поправила я, отступая на шаг. - В следующий раз сделаю больно. Я не шучу. Ты - Хранитель Света, а я - учительница, у которой стаж работы с хулиганами больше, чем твой возраст. Хоть ты и живёшь пятьсот лет, я уверена, что твои манеры не изменились со времён детства.

Эльфы вокруг замерли. Лианель смотрела с ужасом. Другие - с испугом. А Эриандиль стоял и дышал тяжело, глядя на меня так, будто хотел испепелить меня взглядом. Но в этом взгляде было что-то ещё. Он не злился по-настоящему. Он был… возбуждён?

- Ты опасная, - сказал он, понизив голос. - Но я не отступлю. Ты моя Избранная, хочешь ты этого или нет.

- Я ничья, - ответила я, - у меня есть свои планы.

И я развернулась и пошла в лабораторию, чувствуя, как моё сердце колотится. Что это было? Почему я дрожу? Это гнев? Или что-то другое?

В подвале я села на каменный пол, прижала ладони к щекам и попыталась успокоиться.

- Это просто реакция на адреналин, - сказала я вслух. - Повышенный пульс. Учащённое дыхание. Всё это физиология. Но у него красивые глаза. Чёрт, Анна, соберись!

Я решила отвлечься на работу. Взяла кристалл, примотала медную проволоку, проверила заземление. Мысли уплывали. Вспоминала, как он смотрел на меня, как его пальцы сжимали мою руку, как он хрипел от боли.

«Идиот, - подумала я, - зачем он вообще со мной связывается? У него могут быть любые эльфийки, стройные, поющие, а он пришёл к толстой тёте с дурным характером. Это же нонсенс».

Но в груди затеплилось маленькое, тёплое, глупое чувство, которое я пыталась задушить логикой.

Вдруг дверь лаборатории открылась. Я обернулась - на пороге стоял Эриандиль. Он не выглядел рассерженным. Он выглядел решительным.

- Я хочу тебя спросить, - начал он, - ты боишься меня?

- С чего бы? - ответила я, но голос дрогнул.

- Тогда почему ты сбегаешь?

- Я не сбегаю, - я встала, - я ухожу на работу. Это разные вещи.

Он пересёк комнату за секунду и оказался так близко, что я чувствовала его дыхание. Запах - лес, дым и что-то сладкое.

- Ты дрожишь, - сказал он, касаясь пальцами моего подбородка.

- Это от холода, - соврала я, но у меня пересохло во рту.

- Ты в рёбрах, - усмехнулся он. - И я не прочь проверить, насколько ты горячая, когда не притворяешься.

И он поцеловал меня. Поцелуй был грубым, злым, без нежности. Он впился в мои губы так, будто хотел наказать меня за все мои дерзости. Я сначала опешила, а потом - ответила. Я вцепилась в его волосы, дёрнула, услышала его стон, и прикусила его нижнюю губу, чувствуя привкус крови.

- Ах ты… - прошептал он, отрываясь, и в его глазах было пламя.

- Сам начал, - выдохнула я.

Он снова поцеловал, теперь уже жарче, одной рукой обхватив мою голову, другой сжимая моё плечо. Я не сопротивлялась. Я вдруг поняла, что хочу этого. Хочу его злости, его натиска, его вкуса.

Но он отстранился первым, тяжело дыша.

- Это ещё не конец, - сказал он хрипло. - Ты не уйдёшь от меня.

- Я и не собиралась, - ответила я, глядя прямо в глаза, - но если ты думаешь, что я буду петь тебе серенады, ты ошибся. Я буду вычислять твоё ускорение, когда ты будешь падать в мои объятия.

Он ухмыльнулся и, развернувшись, вышел из лаборатории, оставив меня стоять с пылающими щеками и колотящимся сердцем.

Я прислонилась к стене и закрыла глаза.

«Ну, - подумала я, - сила трения между нами явно аномально высокая. И я, кажется, только что вступила в зону турбулентности. Но, чёрт возьми, мне это нравится. Или не нравится? Я запуталась».

Я вернулась к столу, но кристалл уже не горел так ярко. Во всём виноват был этот эльф. Этот наглый, красивый, невыносимый эльф.

Я провела рукой по губам - они всё ещё горели.

- Ладно, Анна, - сказала я себе, - давай считать это экспериментом. Взаимодействие двух тел с сильным притяжением. Пора собирать данные.

И я записала в свой мысленный блокнот: «День третий. Поцелуй. Реакция - положительная. Сопротивление - нулевое. Требуется дальнейшее исследование».

Но внутри я знала: это уже не физика.