Глава семнадцатая. Осознание

Ондиил считал, что прекрасно знает женщин. За всю свою долгую жизнь он ошибался всего несколько раз. Но, как правило, эти несколько ошибок становились роковыми. Так было, когда он женился на Халисари, недооценив её мстительность и взбалмошность, так было, когда он поверил в благоразумие сестры, и так было тогда, когда он решил, что сможет удержаться рядом с Ладой.

Её отказ в замке сильно обидел Ондиила. Она ведь чувствовала все то, что ощущал он, знала, как тяжело ему удержаться, но все равно оттолкнула. Немного позже он все обдумал и понял, что поступить иначе она не могла. Ладмила пока еще очень молода. В юные годы кажется, что первая любовь никогда не закончится, но Ондиил знал, что это не так. Он просто будет рядом, и она уступит.

Сначала события развивались так, как он задумал. Лада реагировала на его близость. Всего лишь интимный шепот на ушко вызвал в ней мгновенное желание. Сохранить невозмутимость было очень непросто. В глубине души Ондиил ликовал. У него обязательно все получится! Но проблема была еще и в том, что Ладмила чувствовала его желание, и старалась держать дистанцию. Тогда остро встал вопрос о том, как скрывать от неё эту часть эмоций.

Чтобы отгородиться хотя бы на время, Ондиил экспериментировал со своим даром, выстраивая щиты и придумывая обманки. И это действовало! Правда, после массажа он едва сдержался. Лада — такая уютная, сонная, прекрасная — лежала на кровати, приковывая взгляд. Так хотелось целовать её кожу, вдыхать аромат, хотелось пробудить в ней страсть, ласкать, заводя постепенно: сначала медленно и томно, а потом жарко, страстно. Хотелось пить её неприкрытое желание, слышать стоны. Соблазн был так велик, что он уже начал целовать обнажившееся плечо Ладмилы, но вовремя остановился. Не время, но после, когда она сама позволит, он будет до изнеможения любить её.

Ладмила злилась на Мзула, но Ондиил был даже благодарен этому человеку, ведь благодаря его нерасторопности, он целую ночь обнимал возлюбленную. Спать на камнях ему не впервой, главное, что Лада рядом.

Тогда ему казалось, что еще немного, и она падет под напором его очарования, но Ондиил ошибся. Видимо, интуитивно что-то почувствовав, Ладмила стала все больше увеличивать расстояние между ними. Бытовые проблемы решались с помощью служанок, занятия сократились, разговоры шли исключительно о деле. Он чувствовал, что Лада устала, и надеялся на то, что, когда они доберутся до войск генерала Арланда, все изменится. Нужно только время.

Времени им не дали, сразу кинули Ладу в гущу сражений. Ондиил злился на генерала, но как командир его понимал. Глупо не пользоваться силой, если она есть. А ментальная магия — огромная сила. Жаль, что расплата за пользование велика, но Ладмила справилась. Когда она пришла в себя, Ондиил вздохнул с облегчением, теперь нужно только уговорить её. Он поможет так, как советует Эур. Только сначала получит добровольное согласие, а потом его мечты осуществятся.

Тот поцелуй получился случайно. Вырвавшиеся из-под контроля чувства снесли все ментальные барьеры. Его план — действовать нежно и постепенно — сразу полетел в бездну. Ондиил задыхался от страсти, едва сдерживал безумное желание взять её прямо сейчас. Ему хотелось разорвать все тряпки, прикрывающие тело Ладмилы, сжать её в своих объятьях. Её эмоции пьянили, сводили с ума…

Но продолжение не было. Она снова заговорила о любви к Флайдину. Ондиилу хотелось выть от разочарования. Его, как шелудивого, помойного пса поманили запахом мясной похлебки, а потом пнули в живот. Чтобы не высказаться резко, он опустил голову и прикусил щеку с внутренней стороны.

Ондиил понимал, что роль любовника — это тот максимум, на который он может рассчитывать. Однако его это совсем не смущало, наоборот, много лет скованный браком с нелюбимой женщиной, он видел в таком положении только плюсы. Сейчас Лада его необычайно влечет, но что будет потом?

Да, сейчас перед глазами стояло только одно лицо, в мечтах рисовалось только её тело, слышался её голос, чувствовался её запах, её неповторимые эмоции. Она всюду: в мыслях, в душе, в сладких грёзах… но надолго ли? Ондиил не был уверен в этом. Как знать, что будет дальше? Вдруг время изменит её? Вдруг она станет его тяготить? Не связанный узами брака, Ондиил мог уйти от Ладмилы, завести другую женщину, так что временный союз был для него благом, а не недостатком.

Флайдина он вообще не рассматривал, как конкурента. Мужчины у дроу привыкли делить женщин, Ладмила тоже привыкнет к такому союзу, ведь для неё это значит больше защиты, больше наслаждений. Но мораль, заложенную людьми, оказалось не так просто обойти. Лада и слушать не хотела ни о ком, кроме своего Флайдина.

Почему он? Ондиил завидовал пасынку. Однако надо признать, что его задели слова о другой женщине. Только где он найдет похожую на Ладу? Такую, которая будет не только разжигать желание одним только взглядом, но ждать и любить его одного? Ответа не было, да и Ондиил не был уверен в том, что такая женщина существует.

Второй отказ Ладмилы ничуть не поколебал его желание добиться места в её постели и в её сердце. Нет уж! Если только один единственный поцелуй с ней настолько сладок, то, что будет, когда он получит все остальное? Ондиил не оставил своих попыток, а решил действовать немного по-другому. Советоваться с ней, рассказывать о своих мыслях, наставлять.

Создание защиты от ментальных магов еще больше их сблизило, Ондиилу нравилось, как восторженно Лада смотрела, когда он, наконец, смог правильно подобрать ингредиенты для специальной краски, которой впоследствии наносились защитные руны.

Свое желание, он по-прежнему скрывал от Ладмилы, надеясь, что она заинтересуется не его сексуальным опытом, а умом, силой, надежностью, верностью и другими качествами. Он старался влюбить её в себя, раз просто секс получить не удалось. Постепенно девушка расслабилась, а он все сокращал дистанцию.

Непременное желание Ладмилы помочь другим магам втянуло их в опасную авантюру. Ондиил, конечно, понял, что произошло. Он корил себя за то, что не напомнил ей о щитах. Большая ментальная сила, значит, большая чувствительность. Флайдин вмешался вовремя, и Ондиил был за это благодарен пасынку. Только чего он не ожидал, так это концентрированной ненависти, которая резанула по его чувствам. Вместо того, чтобы поблагодарить, щенок начал огрызаться.

Именно тогда у Ондиила возник план, как подобраться к Ладе ближе. Нужно всего-то лишь выставить Флая в неприглядном свете. Небольшая провокация почти удалась, но пасынок внезапно успокоился, пусть только внешне, но это означало, что он раскрыл задумку Ондиила. Раздосадованный менталист попробовал воздействовать на мальчишку, но оказалось, что парень защищен. Какой-то артефакт?

Кроме того, магия у Флая явно возросла и многократно. Огненная плеть и огненный провал. Откуда это взялось? Чтобы выйти из боя победителем пришлось полностью опустошить амулет-усилитель, да еще и воспользоваться тайным приёмом, который до этого Ондиил никому не демонстрировал. Никому из живых, конечно же. С другой стороны, удалось выяснить, что Флайдин умудрился изменить жене. Правильно подав эту информацию, можно будет многого добиться. Какая-то не оформившаяся мысль свербела в подсознании Ондиила, но времени разбираться не осталось. К нему подбежал посыльный от генерала Арланда. Командир людей хотел разобраться в том, что произошло.

Может быть, если бы тогда он не ушел, все сложилось бы по-другому? Ондиил вернулся в палатку вместе с генералом, и по довольному виду Флайдина понял, что опоздал. Неужели Лада так быстро простила измену? Или пасынок смог её обмануть?

Во время допросов, он внимательно следил за Ладой и Флаем. Оба они буквально светились от счастья. Ондиил догадался перейти на ментальное зрение и посмотреть. Их ауры проникали друг в друга. Этого просто не могло быть! Все книги о менталистике, которые он читал, говорили о том, что аура индивидуальна, и проникновение извне истончает структуру. Однако ничего подобного не происходило, наоборот, их ауры будто бы укреплялись.

Генерал отпустил Ладмилу вместе с Флаем и Рароком, а Ондиила попросил задержаться. Нужно было проверить чары сна на Гакахале и ментальные оковы другого мага. Лорд Арланд хотел посоветоваться еще о чем-то, но Ондиил отговорился усталостью и попросту сбежал. Им с Рароком можно было спать в старой палатке, но Ондиил направился не туда. Он хотел поговорить с Ладмилой, даже придумал повод, но остановился, не дойдя до места.

Рун, которые должны были защищать от ментальной магии, на фургончике не было, и Ондиила накрыло отзвуками того, что сейчас творилось внутри. Желание, страсть, нежность, забота. Это было какое-то запредельное наслаждение друг другом. Всего лишь отголоски, но этого хватило, чтобы понять и осознать, что это значит. Неудивительно, что Ладу не впечатлили те картинки, что он ей показывал.

Странному поведению аур и увеличившемуся дару Флая нашлось объяснение — они с Ладмилой оказались парой. Об истинных дроу знали гораздо больше, чем люди, поскольку жили дольше. Мало того, Ондиил читал древние предания и знал, что драконы не вымерли, а попросту ушли в другие миры. Изредка они появлялись тут под мороком, как правило, для поиска пары. Возможно, какой-то полукровка заскочил в этот мир и, не найдя суженную, решил развлечься с местной девицей. От этой связи и появился один из предков Ладмилы. Ментальный дар у неё значительный, да еще и образование пары — все это указывает на сильную драконью кровь.

Все мысли о том, как добиться от Лады взаимности вылетели из головы, Ондиил медленно поплелся к реке, к своему любимому месту для медитаций. Третий — лишний, и в его случае это было действительно так. Влезать третьим в пару — бесполезно, уж он-то знал.

В свое время Ондиил изучил много литературы на эту тему. Ведь обретение истиной пары — было единственной возможностью разорвать брак с Халисари. Если бы демоница или драконица (пусть даже не чистокровная) опознала в нем истинного, то супруге пришлось бы смириться с расставанием. В этом случае, даже клятва на крови не срабатывала. Третьего в паре быть не могло. Ни с кем другим Лада не будет чувствовать себя счастливой. Он, как менталист, будет ощущать её несчастье, даже если сумеет как-то избавиться от Флайдина.

Медитация не помогала. Казалось, душевная боль кислотой разъедает не только сердце, но и внутренности. Не осталось сил на то, чтобы кричать или злиться на несправедливость судьбы. Почти час прошел в бесплодных попытках сбросить негативные эмоции. Ондиилу ничего сейчас не хотелось, только бы тупая боль в груди исчезла, но, как на зло, она только разрасталась. Плюнув на все, он добрел до собственной палатки, упал на лежанку и забылся беспокойным сном.