Глава двадцать вторая. Чьё тело?

Княгиня Александра — жена правителя Окханского княжества. Перед внутренним взором Иста внезапно нарисовалась статная черноволосая женщина с едва нахмуренными бровями. Откуда он знает, как она выглядит? Может быть, вспомнил магическое изображение из досье, которое читал когда-то?

— А разве княжескую семью не убили? — осторожный вопрос Гакахала прервал мысли Иста.

— Князь умер, как боец, до последнего сражаясь в битве, но жизни наследникам и самой княгине ведайн сохранил, — объяснил Сортас.

— Если слухи о том, что княжич жив, правда, значит верно и другое… — Вслух задумался Ист. — Газеты недавно писали о том, что леди Александра представлена ко двору Маркела в столице Бизарии. Значит, ведайн находится в Гривстарне?

Светлейший внимательно следил за рассуждениями убийцы.

— Нет, он уже движется к нам навстречу, — ответил он.

— С княжной и детьми? — ровно спросил Ист.

— Какими детьми? — не понял Гакахал.

— Ведайн оставил княгиню в живых, для того, чтобы получить согласие на использование артефакта. А детей не убили потому, что на женщину легко воздействовать через них. Вряд ли какая мать выдержит, когда на её глазах будут пытать детей. Значит, необходимо похитить не только княгиню, но и детей, чтобы женщина была посговорчивей, — пояснил Ист.

— Только не надо осуждения, — нахмурившись, сказал Сортас. — Лучезар вынужден пойти на это. Хотя не думаю, что дойдет до пыток, леди Александра — мудрая женщина, она осознаёт все последствия своего упрямства.

Осуждения? Светлейший Сортас — менталист, и отлично чувствует эмоции. Ист прислушался к себе и с удивлением осознал, что осуждает методы Лучезара. Убийца никогда не был поборником морали. Он рано остался без родителей и был вынужден добывать себе пропитание сам. В детстве Нрарди прибился к шайке малолетних воров и разбойников, и, если у него и были какие-то представления о благородстве и чести, то тогда они и развеялись. Однако сейчас Ист понял, что возмущен действиями Лучезара. Интересно, почему? Ему было всегда плевать на моральные принципы окружающих и на то, как люди добиваются своих целей.

— Путешествовать с детьми — хуже не придумаешь, — фыркнул Гакахал.

— Вместе с ведайном и княгиней едет только княжич. Ему уже одиннадцать, — Светлейший ледяным взглядом посмотрел на Иста и Гакахала, пресекая дальнейшее обсуждение действий Лучезара. — Через неделю мы должны воссоединиться с нашими войсками. Ведайн догонит. Как он будет добираться до наших позиций, я не знаю. Возможно, присоединится к нам в пути, а, может быть, мы встретимся уже в лагере наших войск. Сегодня ночуем тут, хозяин предоставит вам комнаты, а завтра утром выдвигаемся. Будьте готовы.

— А где сейчас позиции наших войск? — поинтересовался Ист.

— Мы полностью захватили полуостров Белый, и сейчас двинулась на столицу. Бизарийские военные отступают, конечно, не без сопротивления. К сожалению, покорение Лирии происходит не так быстро, как мы планировали. Зато теперь, после того, как артефакт попал к нам в руки, все получится очень скоро.

На этом беседа закончилась. Сортас позвал хозяина постоялого двора и приказал ему устроить прибывших. Им досталась коморка в самом конце коридора. Гакахал начал возмущаться, но хозяин, выслушав прочувствованную речь, ответил, что готов отвести мага обратно, чтобы Светлейший Сортос прочитал проповедь о грехе гордыни. Ист улыбнулся, услышав, как скрипнули зубы Гакахала.

Оставив раздраженного мага в комнате, убийца спустился в таверну на первом этаже и заказал себе пива. Напиток оказался отвратительным, но возвращаться наверх и ложиться спать было рано, поэтому Ист цедил крепленое пиво и лениво наблюдал за залом таверны. Его внимание привлекли столпившееся у одного из столов мужчины. Оказалось, по вечерам в таверне проводились потешные бои и каждый, кто хотел померяться силой, мог записаться. Мало того, тому, кто выигрывал в состязаниях, доставалась неплохая, по военным меркам, сумма.

«Размяться что ли? — подумал Ист, — да и денег у меня совсем немного, только то, что было зашито в подкладку рабочей куртки. Гакахал отнятыми деньгами не поделится…»

В результате на потешные бои он все же записался, после того, как внимательно выслушал правила. Все участники разбивались на пары с помощью жеребьевки. Победивший переходил на следующий этап, а остальные — выбывали. Бои проводились без оружия, выигрывал тот, кто три раза смог вытолкнуть противника за границу круга, очерченного прямо в зале таверны. Денежные призы полагались только тем бойцам, которые доберутся до полуфинала. Оценив своих соперников, Ист решил рискнуть.

Довольно быстро убийца изучил уловки, которые применяли участники, и сам неплохо выступил, проиграв только два раунда в шести боях. Единственный бой, где ему пришлось приложить усилия — финальный, и то лишь потому, что противник ему достался сложный: не самый мощный, но с огромным опытом драк, запасом грязных приемов, быстрой реакцией и пудовыми кулаками.

Несмотря на опасения Иста, всю сумму, которая полагалась победителю, ему выплатили сразу. Разгоряченные боями, к нему за столик подсели зрители, несколько человек активно подливали убийце дешевого вина и расхваливали его бойцовские качества. Выпив немного вина, Ист решил незаметно покинуть компанию. Всеобщие пьянки ему никогда не нравились. Сделав вид, что идет в уборную, Ист вышел на задний двор. Он знал, что тут есть вход на кухню. Через кухню можно было попасть на лестницу, а потом подняться на второй этаж в свою комнату. Но сей несложный план осуществить не удалось.

Как только Ист вышел, на него набросились сразу двое мужчин, одетых в черные куртки. На улице уже стемнело, и в такой одежде подельники были незаметны. Даже обладая ночным зрением, Ист заметил негодяев только тогда, когда они двинулись на него. Бандиты явно привыкли работать в паре: чудом ускользнув от ножа одного, Ист попал под удар другого.

Боль разозлила Нрарди, со всей силы пнув в колено ближайшего негодяя, он перехватил руку второго, вывернул её, а самого мужчину приложил головой об стену. Раздался хруст. «Кажется, я ему нос сломал», — решил Ист, обезоруживая бандита. Его подельник как раз потянулся к сапогу, но Нрарди опередил ночного убийцу, метнув отобранный нож. Лезвие вошло точно в глаз.

Так же внезапно, как и началась, драка закончилась. Прошло от силы полминуты с того времени, как Ист вышел на задний двор. Первый напавший мужчина тоже лежал без движения. Осмотрев его, Нрарди понял, что тот еще жив. Сильный удар об стену не только сломал нос незадачливому бандиту, но и раскроил голову.

Ист прекрасно понимал, что парочка охотилась именно на него. Никто не скрывал сумму выигрыша, и, видно, двое негодяев решили поживиться. Дождались, пока их жертва выйдет на задний двор по естественной надобности, а потом напали. Да и удары были направлены так, чтобы именно убить, а не ранить, уж Ист-то это знал.

Теперь оставалось понять, что делать с телами? Привлекать внимание больше нужного, он не хотел. Да и Светлейший Сортас будет недоволен, если сюда придут блюстители порядка, и будут выяснять, что произошло. От трупа и полутрупа надо избавляться. Но как?

Оглядев двор, обнесенный высокой стеной, Ист решил, что можно просто выбросить тела на соседнюю улицу. В любой момент на задний двор мог кто-нибудь выйти, поэтому времени было немного. Морщась от боли в ране, он перекинул тела на узкую соседнюю улицу, а потом перелез сам. Напротив здания гостиничного двора располагалась только глухая стена какого-то здания. Чуть дальше улочка спускалась к набережной. Сам спуск был крутым, поэтому домов на нём не строили, зато тут росли деревья и кустарники. Найдя подходящую промоину, Ист пристроил туда оба тела, и, предварительно обыскав, забросал их листьями.

На все ушло всего лишь четверть часа. На постоялый двор он зашел через главный вход вместе с какой-то веселой компанией и сразу же проскользнул на лестницу. Гакахала в номере не было. Ист разделся и осмотрел рану. Длинная царапина рассекала кожу на ребрах. Рубашку уже было не спасти: пока Нрарди таскал тела, она зацепилась за какую-то ветку, и прореха расползлась еще больше. Кровь из раны пропитала не только рубаху, но и штаны.

Шипя сквозь зубы ругательства Ист, промыл рану крепким вином и зашил. Опасная профессии научила его тому, что крепкая нитка и игла всегда должна всегда быть под рукой. Ист уже несколько раз зашивал раны самостоятельно. В этот раз повезло: нож нападавшего не был смазан ядом. Края раны выглядели нормально. Перебинтовав ребра полосками ткани, на которые Ист порезал простынь, он рухнул на кровать и забылся тревожным сном.

Снились Исту совсем бредовые вещи: он ехал на ящере, видел серокожих женщин, с красными глазами, которые ему что-то визгливо приказывали, а потом появилось лицо рыжеволосой красотки. Она загадочно улыбалась и молчала.

Ист проснулся рано утром, на соседней кровати спал Гакахал. Голова гудела, движения отзывались тупой болью в ребрах, ужасно хотелось пить, а еще все тело чесалось. Вчера Ист так и не нашел времени, чтобы помыться, поэтому утром решил это исправить. Приветливая служанка отвела его в мыльню и пообещала, что завтрак скоро приготовят.

Размотав бинты, Ист уставился на рану. Царапина практически заросла. За одну ночь. Как такое возможно? Подобная длинная рана на ноге заживала недели две, и потребовалась примерно восемь дней, чтобы она выглядела так же. До сих пор остался шрам на бедре. Шрам. Ист судорожно стянул штаны и уставился на гладкую кожу.

Шрама не было. Вообще не было никаких отметин на теле: ни шрамов от ожогов на локте и груди, ни следов от укуса волка на предплечье, ни большой родинки на животе, ни тонкого шрама от удара хлыстом — ничего!

— Слышу лучше, вижу ночью, раны заживают быстрее, никаких шрамов на теле, — тихо шептал Ист, ему казалось, что он сходит с ума, — похоже, это не моё тело…