Глава девятая. Бой

Ондиил задумчивым взглядом оглядел тропу на болото, по которой ушли маги.

— Их там гораздо больше, чем доносила разведка! Как они узнали о нападении? У нас есть предатель? Или лирийский ментальный маг смог кого-то допросить и узнать подробности? — прошептала я себе под нос. — Если у них сильный менталист, как мы с ними справимся?

— Сейчас не это главное, — спокойно сказал Ондиил. — Сможем ли мы использовать наше преимущество — вот правильный вопрос.

— Что? О чем ты! Какое преимущество? Они ждут нас там! Вся стратегия…

— Все хорошо, Лада, — мой ученик поднял на меня глаза. В предрассветных сумерках только я видела его расширившийся побелевший зрачок.

Обычно Ондиил называл меня герцогиней, наставницей или Ладмилой, но первый раз за все время назвал Ладой.

— Ты вовремя почувствовала их, пока можно все исправить. Они не ждут от нас никаких сюрпризов, — продолжил он меня успокаивать. — Сейчас самый лучший момент, чтобы исправить стратегию.

Я медленно выдохнула сквозь зубы. Так, отставить панику! От Ондиила шли расположение, доверие и непоколебимая вера в меня. «Я с тобой! Все получится!» — не словами, а чувствами передавал мой телохранитель. Стало стыдно из-за того, что я так сильно испугалась. Еще ничего не потеряно.

— У менталистов не принято влиять друг на друга, но спасибо тебе, Ондиил. — с чувством сказала я. — Это минутная слабость. Ты во всем прав.

Быстро связавшись по переговорнику с командиром, я объяснила ситуацию. Несколько раз мужчина переспрашивал, сомневаясь в моих словах, но уверенные ответы убедили его в том, что дело серьёзное. Вскоре прибыл сам лорд Арланд.

— Это точно?! Вы сможете повлиять на них отсюда?

— Да, отсюда даже лучше. Так захвачу больше людей. Правда, увидеть результат моих действий не смогу. Вам нужен человек, который будет рассказывать о том, что происходит у фанатиков.

— Это не проблема! Поставим наблюдающего, и через переговорник он доложит о ситуации. Сколько еще времени нужно магам? — обратился генерал к своему адъютанту.

— Около получаса, — отозвался молодой человек с вытянутым лицом и тонкими губами.

— Вашей магии или артефакту нужно время на подготовку? — уточнил командующий.

— Нет, я могу начать хоть сейчас.

— Прекрасно! — азартно потер руки генерал, — я так понял, пока вы будете ими манипулировать, нам лучше не нападать?

— Да, ментальный приказ охватит всех солдат, находящихся на определенной территории. Конечно, опытный маг не допустит, чтобы подействовало на кого-то еще, но пока опыта у меня нет и, лучше, чтобы рядом не находились наши войска. Даже, если их не зацепит приказом, потерявшие разум солдаты противника могут напасть.

— Тогда поступим так: сначала вы колдуете безумство на фанатиков, а после действуем, как планировали.

— Лорд Арланд, — вдруг вмешался Ондиил, — здесь будут проходить солдаты. Леди Ладмилу нужно закрыть от их любопытных глаз. Вы же не хотите, чтобы всем стало известно сильном о ментальном маге у вас в армии? Кроме этого, необходимо обеспечить герцогине хотя бы просто возможность сидеть.

— Да! Норен, позаботьтесь о палатке для леди, — отрывисто приказал командующий своему адъютанту. — Поторопитесь! Времени мало.

— Так точно! — ответил Норен, и сразу потянулся за переговорником.

Я совершенно не подумала о том, что меня тут могут увидеть, а ведь это важно. Да и сидеть гораздо лучше, чем стоять. Что бы я делала без Ондиила? Он бросил на меня взгляд и слегка улыбнулся: почувствовал мою искреннюю благодарность.

Палатку поставили в рекордно короткие сроки. Принесли несколько раскладных стульев и столик. Только я присела, устроив Эур у себя на коленях, как лорду Арланду доложили о том, что маги вот-вот закончат заморозку, а солдаты уже готовы наступать.

— Начинайте! — кивнул мне генерал.

Много раз мы с Эуром обсудили то ментальное воздействие, что будем накладывать на лирианский солдат. Самый подходящий вариант для такого неопытного мага, как я — безумная ярость. Человек, который попадал под действие этого приказа, не помня себя, набрасывался на других людей.

Кроме самой ярости можно было внушить вектор действия. Не просто чувство, а побуждение: бежать туда, бить тех. Именно такой простой приказ я сейчас сформулировала, усилила с помощью Эура и пустила туда, где чувствовала скопление солдат противника.

Сначала никаких видимых подтверждений того, что приказ подействовал, не было. Только перед моим внутренним взором точки, которые означали живых существ, стали пульсировать и окрашиваться красным цветом, а в груди появилась слабая тянущая боль от быстрого опустошения магического резерва.

— Ты слишком много потратила сил, можно было действовать тоньше и аккуратней, но для первого раза вполне неплохо. Теперь поддерживай заклинание. Вливай магию, понемногу, — наставлял меня Эур.

Генерал Арланд и другие военные, что расположились сейчас на стульях в палатке, с ожиданием уставились на меня. Я чувствовала их взгляды, ловила целый спектр эмоций: от презрения до любопытства. Позади меня стоял Ондиил, внушая уверенность и спокойствие.

Вдруг в лагере противника что-то взорвалось.

— Доложите, что там произошло! — рыкнул лорд Арланд в переговорник.

— Пока ничего не вижу, у фанатиков что-то загорелось, черный дым идет в сторону болота. Кажется, лошади взбесились, — доложил неведомый солдат по связи.

Одновременно с разговором я слышала приглушенные звуки боя, чувствовала ярость сразу множества солдат, отголоски боли. Нарастающая паника ничего не понимающих людей, эманации смерти и страданий проникали даже через самый сильный ментальный щит.

— Солдаты, одетые лирийскую военную форму, атакуют всех подряд. Среди нападающих есть несколько магов. Пироманты. Загорелись какие-то бочки. Огонь перекинулся на конюшни, — отрывисто говорил наблюдающий. — Кто-то выпустил лошадей. Кони бегут, сбивают людей, топчут палатки.

— Значит, все-таки подействовало, — недоверчиво протянул один из командиров, и, обратившись к лорду Арланду, спросил: — Прикажете готовить дивизию для атаки?

— Готовь, — кивнул генерал.

Напряжение нарастало с каждой минутой. Магическая сила утекала, консистенция смерти и боли подтачивала мой ментальный щит. Я знала, чувствовала, видела сквозь закрытые веки трупы, залитые кровью, глаза, безжизненно смотрящие в небо, лица, искаженные злобой и яростью. Животной, первобытной яростью, в которой не было ничего человеческого. Какофония образов, несмотря на щит, проникала в моё сознание, но я не позволяла им взять верх над разумом.

Эмоции множества людей доносились до меня, как звук сквозь толщу воды. Будто обручем стянуло голову, но я стиснула зубы, стараясь еще больше отрешиться от того, что происходило сейчас в лагере противника.

— Здесь западня, лорд генерал! — донеслось вдруг из переговорника. — Пользуясь неразберихой, я подполз к месту, где должна пройти наша дивизия. Тут растянута проволока, какие-то подпалины на траве. Похоже на магические ловушки.

— А там должны пройти наши солдаты… Леди Ладмила, сможете направить фанатиков туда, где кончается болото? — спросил лорд Арланд.

— Да, смогу, — мой голос звучал ровно и безжизненно.

Я безотчетно эманировала на окружающих. Внутри меня, стараясь защитить от ярости солдат, разрастался ментальный щит, но все равно смерть веяла через него. Генерал зябко передернул плечами, услышав мой ответ, а потом пришел в себя и отдал приказ в переговорник:

— Немедленно уходи оттуда! Отползай назад!

— Так точно!

Развернуть беснующихся военных и направить их мимо болота оказалось не так просто, особенно, когда душит откат от чужих смертей.

— Не пытайся плавно перенаправить вектор, отпусти их сознание, а потом снова отдай приказ, — подсказывал Эур. — Хорошо, теперь веди их, захвати еще эту группу. Молодец!

Только я себя молодцом не чувствовала. Сосредоточившись на командах артефакта, я старалась ни о чем больше не думать. Не представлять, сколько людей сегодня лишились жизней из-за моей магии.

— Лорд генерал! — прокричал наблюдающий в переговорник. — Они сумасшедшие! Эти люди — сумасшедшие. Они бежали к болоту. Морды безумные, несутся вперед прямо на ловушки. Кого задушило, кого пожгло, кого разрубило на части. Думал мне конец, но они остановились, а потом развернулись и побежали в другую сторону. Все поле в трупах, земля перерыта, трава кое-где горит.

— Траву наши маги потушат, — успокоил лорд Арланд и, обернувшись к адъютанту, приказал: — Норен, пусть выдвигаются на позицию. Атака по сигналу.

Я чувствовала, как утекает из меня магия. Никогда не думала, что мой резерв настолько вырос. Последний раз я вычерпывала его очень давно. Пустота внутри непривычна и будто бы холодит сердце.

— Ваш приказ выполнен, лорд Арланд. Я полностью опустошила резерв, — голос настолько бездушный, что я едва его узнала. Так мог бы говорить кусок льда или камня.

— Вовремя! — откликнулся генерал, — командуйте атаку!

С трудом разомкнув веки, я взглянула на свои руки, лежащие на коленях. Бледные пальцы слегка тряслись, но, кажется, это видела только я. Лорд Арланд отдавал приказы, и выслушивал доклады.

— Лорд генерал, — дождавшись паузы, обратился Ондиил, — герцогиня потратила весь резерв, поэтому не сможет помочь…

— Да-да, — перебил командующий, — пусть отдыхает.

Дальше запомнились лишь моменты: я выхожу из командирской палатки, люди расступаются, шепчутся; Рарок помогает взобраться на мою флегматичную кобылку; дрожащие руки, которыми я держу поводья, а потом провал в памяти. Не помню ничего. Очнулась уже в своей палатке.

Я сидела на низком табурете, а Ондиил стоял напротив на коленях и пытался всучить мне чашку с чем-то горячим.

— Что это? — от чашки пахло малиной и алкоголем.

— Горячий чай с ликером. Пей, — теплые пальцы телохранителя легли поверх моих. — Залпом.

Вопреки его просьбе, я хотела лишь пригубить напиток, но Ондиил не дал мне этого сделать. Он приподнял дно кружки, и сладкая, обжигающая жидкость полилась в рот. Инстинктивно я сделала два больших глотка и закашлялась. Из глаз брызнули слезы, горячий ком упал в пустой желудок и растекся теплом.

— Вот теперь все хорошо, — удовлетворенно сказал Ондиил.

— Хорошо? — сиплым голосом переспросила я. — Кому хорошо? Мне? Что-то не очень похоже.

— Ты выполнила свой долг…

— Долг? Убийство людей — это ужасно.

Несмотря на согревающий ликер, ледяная глыба разрасталась во мне. Кажется, я больше никогда не могу согреться.

— И, тем не менее, люди, дроу, гномы постоянно убивают друг друга. Пей! — Ондиил влил в меня еще несколько глотков горячего напитка. — Эур предупреждал, что такое может случиться. Откат от внушения. Тебе очень плохо? Расскажи, поделись своими мыслями и страхами. Ты ведь доверяешь мне?

— Да, доверяю, — кивнула я. Все же Ондиил опытней меня, быть может, он найдет слова, которые успокоят? — Знаешь, Эур показывал, передавал чувства менталистов, которые пользовались артефактом до меня. Я была уверена, что готова ко всему, но Создатель, как же я ошибалась! Тысячи голосов, сотни кусочков воспоминаний, смерть и ярость. Я ведь умерла с каждым из них, я убивала с каждыми из них! Это ужасно! Сквозь щит все равно проникали их чувства и эмоции: животная ярость, кровь, боль, последние минуты жизни. Это так страшно! Они убивали своих друзей, тех, с кем вчера ели из одного котелка! Никогда не думала, что скажу это, но простое убийство на поле боя честнее и лучше, чем то, что делала я. Те, кто выжил после моего ментального приказа, уже не смогут жить, как прежде! Как они станут смотреть в глаза своим сослуживцам?! Смогут ли они простить себя?! Они станут изгоями среди своих. Конечно, другие солдаты будут знать, что это ментальный маг заставил их сослуживца убивать, но это всего лишь слова… Кроме них будут воспоминания. Воспоминания о том, что именно этот человек с вытаращенными, безумными глазами убивал всех, кого видел на своем пути. Я понимаю, что сломала всем им жизнь. Понимаю, что некоторые из них не выдержат и убьют себя, а другие сойдут с ума; понимаю, почему ментальных магов так ненавидели! Я сама себя сейчас ненавижу…

Руки тряслись, эмоции выплескивались из меня.

— Прекрати! — перебил меня Ондиил. — Это солдаты, они знали, на что шли. Не надо их жалеть. Были слабы, поэтому погибли.

— Слабые человечки не заслуживают жалости, ты это хотел сказать?! — ядовито осведомилась я. — Когда меня убьют, точно так же скажешь? Слабая, раз позволила себя убить! Действительно, зачем лить слезы по недостойным?! Подумаешь, одним человеком больше, одним меньше!

Меня несло, да где-то в глубине души, я понимала, что это — истерика, но остановиться не могла. Резко вскочила со стула, чтобы уйти ото всех подальше, но малиновый ликер оказался коварным: меня повело в сторону. Ноги совсем не слушались, и я, наверное, упала бы, если б Ондиил не подхватил.

— Куда собралась?

— Мне надо побыть одной.

— Чтобы уйти в себя и не очнуться?

— Что?

Все тело трясло от холода, зубы стучали.

— Ты сидела тут около получаса и смотрела в одну точку. Не отвечала на вопросы. Когда я попытался воздействовать на тебя ментально, то едва сам не околел от твоего холода. Только горячий ликер помог, — спокойно говорил Ондиил, но от него фонило страхом и беспокойством за меня. — Делай, что хочешь. Рассказывай, что угодно, кричи, ругайся, можешь даже подраться, только не сиди и не смотри так, будто уже умерла. Я очень испугался за тебя.

Зачем я наговорила всяких глупостей? Он же действительно волновался за меня. Уткнувшись в грудь Ондиила, я крепко обняла его. Меня немного шатало от спиртного, от пережитого волнения, от осознания тех ужасов, что натворила. Но рядом был он — Ондиил — надежный, верный, тот, кто станет между мной и любой опасностью. Его горячие руки на моей спине согревали, внушали спокойствие. Раздражение уходило, растворялось в эмоциях, которые шли от мужчины. Такой сильный, надежный, горячий — я подняла лицо и посмотрела на своего телохранителя, — и красивый. Так тепло, так хорошо! Его губы вдруг приблизились и коснулись моих, голова закружилась то ли от поцелуя, то ли от выпитого ликера, мои руки сами обняли мужчину за шею.

И будто прорвалась плотина. Ондиил застонал сквозь зубы, меня обдало его едва сдерживаемым безумным желанием. Он прижался сильнее, заражая своей страстью, затопил меня своим огнем, сминая, выжигая тот холод, что царствовал внутри. Горячий, живой, страстный…