Глава 10. Как очаровать невесту?

Флайдин До’Уорт

Я лежал на кровати, заложив руки за голову. Мышцы ныли после тренировки. Пожалуй, сегодня я несколько переусердствовал, но через пару-тройку часов боль должна пройти. Рарок сбежал от меня сегодня после пары десятков поединков. Сказал, что его Халисари зовет. Может быть, так и было, а, может, просто надоело сражаться со мной.

Мать последнее время меня очень удивляла. Ее ненависть никуда не делась, но наказание за то, что принес клятву человечке, я так и не получил. Точнее, она почти постоянно напоминала про мою ничтожность, говорила гадости про будущую жену, предрекала скорую смерть, даже отказалась от помощи слуг, и теперь я выполнял самую грязную работу, но все это было не в ее стиле.

Можно было бы решить, что Халисари пока слишком слаба после разговора с королевой, чтобы наказывать по-другому, но характер матери я знал прекрасно. Когда ей было плохо, эта стерва срывала зло на всех, кто попадался под руку. Сейчас же на Ондиила и Тириона она не воздействовала даже минимальной болью. Конечно, отвратительный характер никуда не делся, но то, что она не использует магию клятвы для наказаний, говорило о многом. Видно, королева хорошо ее припугнула.

Странно, что великая матерь позаботилась о моих отчимах. Возможно, зная свою сестру, она полагала, что Халисари убьет кого-то из мужей, и это плохо отразится на нашей репутации у людей. Так или иначе, но такое поведение матери меня радовало.

Что не радовало, так это навязчивые мысли о человечке и глупые чувства. Не стремление совершенствоваться гнало меня на тренировку, а желание избавиться от дум о невесте. Сосредотачиваясь на поединке или на выполнении физических упражнений, мне удавалось отвлечься, но как только тренировки прекращались, мысли снова соскальзывали на Ладмилу. Вот опять! Мрраш!

На следующую ночь после памятного разговора с королевой, Эдиина — госпожа-посол, ввела меня в курс дела: обозначила сведения, которые я должен был получить. Большей частью они касались расположения военных крепостей, их устройства и армейского быта. Кое-что мне поручалось узнать о высокопоставленных чиновниках. Часть этой информации считалась секретной.

Также госпожа Эдиина рассказала о том, что уже удалось узнать. По всему выходило, что война Бизарии и Лирии неизбежна, значит, мы как союзники должны будем принять участие в сражениях.

— Люди, скорее всего, не будут делиться подобными сведениями добровольно. Мы ведь можем использовать это против них, — объясняла госпожа посол.

— А разве мы можем использовать что-то против них? — вырвалось у меня. — Договор ведь подписан магически.

— Я не буду отвечать на этот вопрос, — ответила Эдиина.

— Как я узнаю все это? — скажу откровенно, хотя я понимал важность этих сведений, задание казалось мне невыполнимым.

— Попробуй действовать через свою жену. Расположи ее к себе, добейся доверия. Может быть, что-то узнаешь, — посоветовала посол.

Легко сказать. Добейся доверия, после того, как обозвал ее манипуляторшей. Но человечка отдала мне раирикан! Отдала как раз после того, как я нарычал на нее. Наверное, никогда не пойму женщин.

Сами собой в голову полезли воспоминания о том, как человечка пришла ко мне в комнату, как она стояла, закрыв глаза. Такие тонкие пальчики, сердитый, а потом восхищенный взгляд, когда она, наконец, на меня посмотрела. Какое удовольствие мне доставляло ее смущение. Хотя я не могу понять, почему она стесняется. Фигура у нее, слава Ллос, не как у гномки или тролльчихи. Лицо красивое, кожа не дряблая.

Отвращения она у меня не вызывает, я тоже ей, похоже, приятен, значит, вполне могу очаровать собственную невесту. Возможно, мне удастся выполнить хотя бы часть заданий госпожи Эдиины. Приняв важное решение, я обратиться к специалисту — к Рароку. Конечно же, помогать забесплатно он не стал, поэтому пришлось ночью лезть на кухню и воровать пирожные. Брать деньги за рассказ о человеческих женщинах телохранитель матери категорически отказался.

— У них все по-другому. Считается, что девушка не должна сама приказывать мужчине, поэтому будь понаглее. Если она тебя оттолкнет… — Рарок отвлекся, засовывая в рот пирожное.

— Значит, надо прекращать домогательства, — закончил я.

— Нет! Наоборот, надо продолфить снофа! — набитый пирожными рот не способствовал хорошей дикции.

— Но ты же…

— Я так понял, что у женщин тут считается неприличным, если она сразу согласится на поцелуи или секс. Девушки, даже если им приятно, отталкивают мужчин и убегают, — облизав пальцы, заявил Рарок.

— Откуда такие глубокие познания? — с подозрением спросил я.

— Эх, ты! Книги надо умные читать!

— Книги? Где ты их нашел? В библиотеке нашего клана есть книги о людях, но сведения там иного плана: как обмануть, как убить.

— Я про другие книги. Вот! — Рарок достал из-под подушки и с гордостью продемонстрировал потрепанный томик.

— «Леди Мизольда для лорда Ристана» — прочел я название, — ты что, издеваешься? Это же сказка о любви.

— Если ты хочешь влюбить в себя человечку, значит, надо сначала подготовиться и прочесть про любовь у людей. Лучше всего всякие сказки, — наставительно сказал телохранитель.

— А откуда у тебя эта книга и зачем ты читал?

— Из местной библиотеки. Здесь есть такой старичок, он показал, что где находится. А ответ на второй вопрос стоит еще дюжину пирожных.

— Нет уж, как-нибудь переживу без ответа на этот вопрос, — буркнул я. — Извини, но как-то мало верится, что если девушка вырывается, когда ты ее обнял, значит, ей понравилось.

— Я хоть раз тебя обманывал? — недовольно сощурился Рарок.

— Нет, но несколько раз разыгрывал.

— Ладно. Если не веришь, могу дать тебе книгу. Прочтешь сам, — телохранитель протянул мне томик, — но потом вернешь мне или в библиотеку.

Я повертел книгу в руках и открыл на первой попавшейся странице.

— Он снова и снова втыкал свое копье в ее тайные чертоги, и, наконец, внутри разразился взрыв! — прочел я. — Что это за ахинея?

— Иди-иди, читай и запасайся мудростью! — напутствовал меня Рарок, подталкивая к выходу из комнаты, — главное, понастойчивей неси копье в ее тайные чертоги. Тогда там разразиться взрыв.

— Смотри, чтобы у тебя в животе взрыв не разразился от количества пирожных, что ты слопал.

На самом деле идея с книгой была неплоха. Почитаю о том, как тут очаровывают девушек.

За ночь я частично прочел, частично пролистал историю леди Мизольды и лорда Ристана, но вот осмыслить все это так и не смог. В книге встретилось очень много непонятного. Например, две престарелые дамы застали вечером в комнате леди Мизольды мужчину. Девушка, как могла, отбивалась от хамоватого идиота, но дамы вместо того, чтобы осудить мужчину, накинулись с обвинениями на Мизольду. И сама леди по не понятной мне причине называла себя опозоренной.

В общем, все было непросто. Применять на практике то, что вычитал в книге, я не решился. Не хочу изображать того хамоватого, самовлюбленного типа, которым был избранник леди Мизольды. Кроме того, я поймал себя на мысли, что мне бы не хотелось, чтобы Ладмила вырывалась из моих объятий. Для того чтобы понять, как действовать, надо собрать побольше информации.

Из книги стало понятно, что первый секс для человечек болезненный, причем, настолько, что идет кровь. Конечно, не обошлось без дикарских обычаев: после брачной ночи простыню, измазанную кровью невесты и выделениями жениха, демонстрировали общественности. Это почему-то вызывало гордость главной героини и героя и бурную радость их родственников.

Во время прочтения книги меня вдруг осенило: похоже, Ладмила — девственница. К слову, у людей оказалось очень много синонимов этому понятию. Я еще долго не мог разобраться, что значит «не тронутая мужчиной», Ристан-то ее трогал. Или невинная. Что значит невинная? Никаких преступлений не совершала?

Ладно, это не важно. Важно, что ответа на вопрос: «Как очаровать будущую жену?» я так и не нашел, наоборот, стал больше сомневаться в своих силах. Танцевать по-людски не обучен, влезать в окна не желаю, говорить комплименты не умею. Да и с сексом проблема: я не очень опытный любовник, а ведь будет еще и боль.

Так я и уснул. Разбудил меня Рарок до отвращения довольный и уже по парадному одетый.

— Вставай, у тебя через час помолвка! — радостно сообщил он.

— Почему раньше не разбудил? — недовольно спросил я.

— А что, тебе надо долго приводить себя в порядок? Может быть, красить брови и вплетать в волосы цепочки? — провокационно спросил телохранитель.

Красили брови и вплетали в волосы цепочки мужчины, предпочитающие однополый секс. Рарок знал, что я не из их числа. Обычно таких мужчин не вызывали на поединки, да и относились к ним несколько снисходительно. Сразу же захотелось кинуть в Рарока чем-нибудь острым, но мой нож, который всегда лежит рядом, когда я сплю, он крутил в руках. Значит, сумел подкрасться и незаметно забрать.

Под рукой оказалась подушка, она и полетела в этого скрила, а под прикрытием первого снаряда я отправил второй — приснопамятный томик с историей про Мизольду. От подушки Рарок легко уклонился, но мой расчет оказался верен: книга попала телохранителю точно в лоб.

— Вот, значит, как! — он поймал томик и потряс им, — разбрасываешься знаниями! Забираю у тебя пособие по обольщению: не ценишь ты моей доброты!

— Еще как ценю! Кто, рискуя жизнью, полез для тебя за пирожными? — хмыкнул я. — А пособие можешь оставить себе, справлюсь и без него.

Мне действительно хватило часа, чтобы обмыться, одеться, заплести и уложить волосы. Настроение было отличным, не испортило его даже ворчание матери. Я примерно знал, как будет проходить помолвка. Король людей и великая матерь выйдут на середину зала, к ним подведут жениха и невесту, нам с Ладмилой свяжут руки, потом поцелуй и обмен подарками.

Наша королева подготовила хороший подарок его величеству: кинжал из вороненой стали, с магическими камнями в рукояти. Эх, жаль, что такая вещь будет лежать в сокровищнице короля людей, я бы не отказался попользоваться таким оружием. Но дорогой подарок — это знак того, что великая матерь ценит меня так же высоко, как магический кинжал.

Я не знаю, что сделали с моей невестой, но выглядела она ослепительно. В прямом смысле. Платье так и сверкало в лучах заходящего солнца. Однако мне все равно хотелось смотреть на нее, несмотря на боль в глазах. Платье обрисовывало идеальную фигуру моей будущей жены, ее лицо притягивало взгляд. Хотелось увидеть Ладмилу без этого платья и вообще без одежды.

Тогда мне пришла в голову гениальная мысль: «Раз других способов нет, почему бы не соблазнить невесту поцелуем?» Даже хорошо, что это поцелуй на помолвке. Она не будет меня отталкивать и убегать, и у меня будет возможность, показать все, на что способен.

Вроде бы даже подготовился, вспомнив все, что знал о поцелуях. Чего я не ожидал, так это своей реакции. Ее губы пахли местной ягодой, а на вкус были слаще пирожных. Хотелось коснуться не только губ и языка, хотелось ласкать ее всю, везде, чтобы она так же неумело, но страстно отвечала мне, чтобы горячо и часто дышала, вздрагивала от удовольствия. Никогда я не чувствовал ничего подобного. Никогда всего лишь поцелуй не захватывал меня настолько, чтобы я забывал, где нахожусь.

Когда король людей крякнул от удивления, а Лада отпрянула от меня и зарделась, я был готов зарычать на глупое величество. Мысли, будто ночные бабочки, разлетелись в разные стороны, мной владело всепоглощающее желание. С трудом я держал себя в руках.

Когда нас снова разъединили, усадив за праздничный стол, стало легче: вернулась способность мыслить и анализировать. Что это было? Почему я так реагировал? Неужели людишки подмешали что-то в питье или пищу? Но я ведь ничего не ел.

Что это? Шутки Рарока? Может, он сделал что-то со мной, пока я спал? Нет, не похоже, я бы знал о таком способе. Это не могут быть мои чувства, это что-то наведенное, что-то неправильное.

Я планировал понаблюдать на балу, как мужчины у людей ухаживают за женщинами, но план провалился. Мою невесту пригласил на танец усатенький аристократик, он сыпал вычурными комплиментами, а Ладмила смеялась. Я смотрел на это и придумывал сотню смертей для этого усатого выскочки. Мерзкий слизень! С каким бы удовольствием я бы вызвал его на дуэль и убил. Как жаль, что великая матерь запретила вызывать человечиков на дуэли. Ну почему Лада смеется? Мрраш! Почему я сейчас об этом думаю?! Что со мной происходит?

Во время пира я ничего не ел и не пил. Если все же что-то подлили или обкурили, то спустя время яд должен исчезнуть из организма. Полночи после я тренировался, чтобы выгнать даже тень мысли о Ладмиле, но физическая нагрузка приносила только временное облегчение. А потом все начиналось по-новой.

Вдруг прямо сейчас она целуется с этим усатым виконтом? А может уже не целуется, а занимается с ним сексом? Бездна! Что за наваждение?! Я зарычал, вскочил с кровати и заметался по комнате. Взгляд остановился на замаскированном тайном входе. Конечно, отпереть я его мог, но дверь сама закрывалась через пару минут. Как потом открыть ее с той стороны и снова попасть в свою комнату? А что, если заклинить дверь, например, стулом и поискать, скрытые рычаги?

Идея показалась здравой, стул не дал полностью закрыться отъехавшей части стены. Но вот найти, как отпиралась дверь с той стороны, долго не удавалось. Наконец, когда я уже отчаялся, раздался щелчок, дверь отъехала в сторону. Стул к тому времени несколько помялся, но это было не важно. Главное, я знаю, как войти в систему тайных ходов и как выйти. И теперь обязательно узнаю, что Ладмила со мною сделала. Это не могут быть мои собственные чувства. Не могут!